До и после.

х х х Полюбить кого-то — это как иметь сердце где-то снаружи. Ибо крутит эту мысль в голове, вспоминая. Касания, слова, улыбки. Собственный трепет, который он считает дурацким, но если позволить себе расслабиться… Лучшее чувство на свете. И это так странно, ведь это вовсе не про какую-то гармонию, радость и что там еще. Совсем нет. Это очень и очень страшно. У Ибо рейс, через два часа его уже ждет машина. Он смирился с мыслью, что постарается поспать во время перелета. Во всей квартире темно и прохладно. Он больше не включает везде свет, когда один, и засыпает тоже в полной тьме. Оказалось, что есть вещи, которые могут терзать куда больше, чем этот дискомфорт от темноты. Он отдался ей и смотрит в потолок. Сердце, которое где-то снаружи. Что делает сейчас? Ибо надеется, что спит. Им обоим бы это не помешало, но Чжаню особенно — он в этом уверен. В отличие от любого другого жителя Поднебесной, они вовсе не соблюдают практически ничего из «святая святых». Ни тебе сна по восемь часов, ни обеда строго в полдень, когда вся остальная страна замирает. Даже звонить в период с 12 до 13 просто неприлично и дурной тон, все едят. Ага, как бы не так. Но они сами выбрали путь, по которому идут, так ведь? Так ведь? Сяо Чжань уж точно. А Ибо? Он правда…? Опасные мысли. Бессмысленные мысли. х х х Легче отсечь, чем разобраться. Такая себе философия, но Ибо кажется, что она еще ни разу его не подводила. Пока он не осознает себя сидящем на полу в ванной комнате. Спасибо, что дома. У него не было сил что-то бить, не было сил и желания даже подниматься с пола, он только пришел в себя. Он устал. Устал каждой клеточкой своего тела. Не понимает, что делает и для чего делает. От мысли, что ему стоит кому-то сказать, что он уже который день заканчивает сидя на холодном кафеле, Ибо становится стыдно и неприятно где-то посреди ребер. Он не понимает, что с ним не так. Чувствует себя живым только когда танцует, и только когда рядом… Чжань. Но танцевать весь день просто так — это блажь. Не говоря о том, что Чжань — это радостный подарок раз в пару недель, если очень повезет. Тренировки, съемки, заучивания текстов, заучивание песен, дополнительный вокал, тренировки, съемки, интервью, съемки. У Ибо большой лофт. У Ибо даже есть дом. Нехилые достижения для 22-х лет, но абсолютно логичные, если ты шел к этому лет с десяти? Но он выбирает эту серую плитку и темноту, которую полюбил всей душой. Он знает, что это ненормально. Но только тут он может расслабить свое тело, «закрыв» телефон в остальной части пространства. Или закрыв себя от него? Да, так будет точнее. Так происходит уже много-много дней. И Ибо начинает мысленно шутить, называя свою ванну «местом силы». Но в один день местом силы стал общественный туалет. Ибо просто ушел туда посреди репетиции вечернего шоу и не мог найти в себе силы вернуться. Самое обычное шоу, набор шуток, пару конкурсов, чуть неудобные вопросы с заранее прорепетированными ответами. Ассистент подходит через пару минут. Ибо говорит, что ему нужно побыть одному, его просто тошнит. Просто буквально, конечно. Он не зазнавшийся ребенок с припадками дивы, который закрылся в туалете и заставляет себя ровно дышать. Ибо решает признаться себе, что все очень плохо. Он дает себе еще пять минут. Но не выходит и через десять. х х х Чжань совсем немного пьян. Ибо откровенно любуется им и даже не делает над собой усилие, чтобы отвести взгляд. Зачем, они в кои-то веки одни. В этой квартире совсем недавно закончился ремонт. Мебели не так много, Чжань говорит, что ее и не будет много. Минимализм прикрывает простой факт — в ближайшие месяцы у Чжаня настолько плотный график, что он вряд ли успеет создать уют. Он уже даже запутался: где его, где съемное, где жить, а где просто ночевать. Деньги стирают границы, но это касается практически всего. А свободы они не дарят. Не в этой стране. Чжань повторяет «не в этой стране» и хмыкает, тянется к бутылке пива Ибо и чокается с ней. Из колонок доносится какая-то песня на английском, она стоит на репите. Ибо встает, чуть покачиваясь в конце. Алкоголь всегда действует на него сильнее, чем на Чжаня. А еще ему нравится, что на Чжане его толстовка. Когда ее тот взял или когда Ибо ее забыл? Случайно? Специально? Ибо тянет за рукав к себе, чтобы обнять. — Потанцуй со мной. Чжань мычит что-то согласное и обнимает в ответ. Ибо прикрывает глаза. Ему тепло и спокойно. Он уже даже не вникает в то, что рассказывает Чжань дальше, лишь бы не отпускал. Песня не заканчивается, но алкоголь и усталость берут свое. Они даже не пытаются найти телефон, чтобы выключить трек — рано или поздно заряд закончится и станет тихо. Чжань стелит им на новой кровати. Одно одеяло на двоих, одна подушка, которая в итоге оказывается вовсе не под головой. Чжань учит его каждый раз и каждый раз становится лучше другого. Ибо уже не спрашивает так часто, как раньше, Чжань сказал бы, что гордится им, но это прозвучало бы слишком странно. У них еще есть мысль, что что-то между ними может быть «странно». В этот раз все происходит настолько плавно, тягуче-сладко и постепенно, непохоже ни на один из тех разов, что они уже переживали вместе. Просто потому что в какой-то момент страсть уступила тотальной нежности, в которой так мягко и приятно тонуть. Ибо не смог бы описать это, как и не смог никто за тысячелетия истории человечества. Кто-то подбирался довольно близко, но в итоге — каждому свое. Любить и оберегать каждым касанием, ловить трепетный восторг от простого факта существования, бояться разрушить и в то же время откровенно желать. Волшебная химия тел, можно оправдать себя так, это ведь было модным в последние десятилетия? Чжань обнимает его со спины. Его теплый нос где-то у шеи, он прижимается тесно и это так правильно. Ибо чувствует, что тот еще не спит. Это был бы хороший момент, чтобы рассказать, но Ибо уверен — он все испортит, если сделает это. Губы Чжаня целуют в плечо, подбираются к шее, к щеке, заставляют развернуться и поймать очередное касание губами. Чжань улыбается и укладывается сверху, Ибо обнимает его сразу же. Чжань засыпает первым. х х х — Смотри на меня. Дыши. Ибо? Дыши, давай, вместе со мной. Чжаню страшно, потому что бледность Ибо сравнима с мелом. Его пальцы холодные и влажные, он весь дрожит. Чжань совершает действия на абсолютном автомате, мозг решает раньше, и если бы кто-то попросил его объяснить — зачем, он бы не ответил. Он стягивает дурацкую бабочку, расстегивает воротник рубашки, стаскивает с Ибо пиджак. Того продолжает трясти. Чжань уже давно на полу, но теперь утаскивает Ибо к себе — обнимает со спины, обхватив пальцы своими, перенимая дрожь и повторяя на ухо, чтобы Ибо дышал на счет четыре. Раз, два, три, четыре — это вдох. Раз, два, три, четыре — это выдох. Только потом Чжань соображает, почему так хорош. Он сам бывал на том же месте, только обнять его было некому. — Дыши, Ибо. Ты в порядке. Сердце колотится, да? Это хорошо, баобао. Честно. Знаешь, человек спокойно себе живет и с пульсом под двести. Ты ведь когда танцуешь, он где-то такой, да? Ну, не где-то такой, ладно, не важно. Дыши, давай, вместе со мной. Чувствуешь? Откинь голову, закрывай глаза. Вот так. Все пройдет, тшш. Все проходит. Пальцы постепенно становятся теплее, Ибо дышит все также глубоко и медленно, но уже прячется куда-то в шею Чжаня, развернушись. Тот только крепче его обнимает, говоря «тшш», тихо и на ухо. В гримерную заглядывают, но видимо Чжань научился смотреть так красноречиво, что дверь закрывается тут же. Ибо вряд ли слышал. Ему и не нужно. — Когда будешь готов, дам тебе воды, хорошо? Нужно много пить, поверь. Ты в порядке, Ибо, слышишь? В порядке. И горячий чай еще будет хорошо. Ты ведь любишь мой зеленый чай, да? Чжань чуть улыбается, но Ибо еще вовсе не готов. Он чувствует, что его целуют в макушку. Ему стыдно и что-то еще, но в любом случае, не что-то хорошее. А потом Чжань начинает говорить вновь. — Обычное дело, Ибо. Ну, это не должно в итоге стать обычным делом, но это не что-то страшное. Тебе сейчас может так не казаться… У меня такое тоже бывало. Довольно часто. Но все проходит. Не думай об этом. Просто твое тело выдает панику, потому что ты очень напряжен, но это совсем не странно. Просто ты слишком сильный для своего тела, пожалей его и дай этому пройти. Ты отлично справляешься, хорошо? — Как ты справился? Ибо все же выпрямляется, его голос тихий и хриплый, он старается не смотреть в глаза и трет лицо. Они сидят на полу, игнорируя диванчики и кресла. Чжань улыбается чуть смущенно и кладет ладонь на его щеку, заставляя все же на себя посмотреть. — Позволил тебе меня целовать. Ибо хотел бы фыркнуть в ответ на такое заявление, но ему не дают. И он правда понимает, что это помогает лучше всего. — Тебе придется целовать меня каждый раз. — До и после? — До и после. х х х <Черновик сообщения 16.07.19> Что мне делать с тобой? Что мне делать со всеми твоими улыбками, со смешными шутками, с дурацкими шутками, с тем, что ты знаешь, что я люблю есть, как я люблю есть, где люблю бывать, какие цвета считаю любимыми, какие книжки читаю, какие хотел бы успевать читать, какую музыку слушаю, когда грустно, и что напеваю, когда мне хорошо и какое время года кажется мне самым лучшим? Откуда ты знаешь все это и почему я знаю о тебе еще больше? Когда мы перешли черту этой банальщины и умудрились делить один вдох на двоих, потому что ты прижимаешься так близко, потому что ты умеешь целовать так сладко, а я совсем не хочу, чтобы кто-то из нас останавливался? Все это похоже на длительное погружение в воду, и приходишь ты в себя только тогда, когда всплываешь на поверхность за глотком воздуха. Но ты тут же, просто тут же предпочитаешь нырнуть обратно. Но мы не можем выжить без воздуха, Ибо. Мы не можем поступать так вечно. Ни одна из историй о настоящей любви не заканчивалась хорошо. Может быть, это ее обязательный атрибут? У всего есть обратная сторона. У всего есть цена, хоть все это больше похоже на бартер. Мы крадем, обманываем, мы утопаем все глубже, и все никак не достигнем дна. Было бы хорошо освободить нас, или только цепляясь друг за друга, мы сможем жить? Если отпустить, мы утонем или же всплывем? Далеко друг от друга? Ты всегда думаешь, что у меня больше ответов, но на самом деле у меня намного больше вопросов. И нет ничего, в чем я был бы уверен, кроме… Я дышу легче, когда делю вдох с тобой. Отправленные сообщения: 28.12.19. Не успеваю поймать тебя до, придется целовать тебя мысленно. Увидимся уже на месте. И, конечно же, увидимся после.