Укус женщины. Слёзы мужчины.

      Я вглядывалась в яркие огни ночного города через панорамные окна в собственном офисе. На электронных часах, что стояли на моём рабочем столе, зелёным светились цифры: 22.15.       Нервно вышагивая по кабинету, я перебирала в голове возможные варианты развития сюжета, которые можно было отразить в моей новой работе. Дедлайн уже завтра. Если я не скину своему издателю законченную главу к полуночи, то послезавтра вместо концовки я могу начинать придумывать собственную надгробную речь. — поток хаотичных и СЛИШКОМ консервативных мыслей прервал звук, оповещающий о новом сообщении в директе инстаграма. — Кто же в такое время хочет меня? — проворчала, недовольная тем, что меня отвлекли от работы.       Это, определённо, был не издатель. Миранда не признавала все социальные сети, считая их лёгкой вариацией наркотической зависимости, что лишала времени и сил вести нормальный образ жизни. В чем-то я, конечно, была с ней согласна. Однако, при всем желании быть отшельником я не могла себе этого позволить.        Вести социальные сети — было частью моей работы, как писателя. Казалось бы, как связаны писательство и публичность? До того, как я плотно подсела на эпистолярный жанр, мне казалось, что писатель — это тот, кто всегда в тени проживает свою скромную жизнь, создавая на бумаге удивительные миры, полные неожиданных событий, разносторонних персонажей и, в моём случае, горячих порносцен. Ведь секс продавался лучше всего. Но публичный профиль давал возможность общения со своим читателем напрямую. А читатель — это прибыль, как бы грубо это ни звучало. Прибыль же помогала не умереть с голоду, ибо зарабатывать чем-то кроме бумагомарательства я попросту не умела.       Идеальной же картинкой существования автора бестселлеров лично для меня была судьба героя Джонни Деппа из кинокартины Тайное окно. Домик на самом отшибе города, старый халат, уже давно отживший свой век, бутылка крепкого алкоголя, ноутбук и тишина, которой так не хватало в этом чертовом мегаполисе.       Вернувшись за своё рабочее место, я взяла телефон и открыла приложение. Перейдя во вкладку директа, проверила входящие. Самое верхнее сообщение было от того, от кого я менее всего ожидала его получить. — Макс Фолл? — от удивления мои брови поползли вверх. Это же сколько мы с ним не виделись? Да с самого окончания школы, похоже.       В школе Макс был из тех ребят, что готовы были всегда прийти на выручку: защитить от старших школьников, помочь с написанием какого-нибудь доклада по биологии, донести портфель, проводить до дома после тренировки по плаванию, куда записался тоже только ради меня. А я? А что я? Я, как обычная тупая пизда, текла по редкостным мудакам, которые во взрослой жизни доказали, что таковыми и являются.       Нажав пальцем на экран айфона, открыла сообщение. Макс: Привет, Герой:) Как дела?       И вот тут я, мягко говоря, подвисла. Что значит «как дела»? Что можно было ответить на такой вопрос человеку, которого не видела десять лет? Это все равно, что спросить: «Что нового»? Да всё новое с тех пор, как мы виделись в последний раз. Новая работа, новая машина, квартира, прическа… новая я, в конце-концов. Также и с делами. Набираю ответ: Привет:) Все отлично. Сам как?       Простая вежливость, простой вопрос, который предполагал стандартный, по этикету, ответ: «У меня тоже. Спасибо». И, обычно, на таком умопомрачительном моменте общение с бывшими одноклассниками, однокурсниками, коллегами… и просто — бывшими заканчивалось. Но в тот раз что-то пошло не так. Макс: А у меня, если честно, не очень. Хотел бы увидеться с тобой. Ты идёшь завтра на вечер встречи выпускников?       Чёрт, нет. Я никогда не ходила на эти бессмысленные тусовки. Мне не было интересно: кто вышел замуж/развелся, кто и сколько родил детей, кто кем работает и у кого на сколько лет ипотека. Не потому что я была вся такая из себя охуенная, а потому что у нас просто не было общих точек пересечения. Что могло быть общего у людей, которые не виделись херову тучу лет? Правильно. Ничего. Я: Боюсь, что нет. У меня дедлайн по работе. Издатель меня придушит, если я завтра к полуночи не отправлю главу в финальном виде. Макс: Чёрт. Очень жаль.       А дальше я сделала то, от чего сама пребываю в полнейшем шоке до сих пор: Я: Можем встретиться сегодня, если ты не станешь возражать, чтобы я временами отвлекалась на работу. Ну и если место будет не шумное. Что скажешь? Макс: Скажу, что знаю одно такое место. Пиши адрес, куда за тобой подъехать.       Я написала адрес офиса и номер телефона. Затем совершила ещё одну ошибку. Я решила посмотреть, как Макс Фолл выглядит спустя десять лет. Ну ёб-твою мать! Разве человек, живущий на планете Земля, в сраном пыльном Бостоне с его бешеным ритмом, может выглядеть, как отфотошопленный Апполон с обложки «Men`s Health»? Надо было посмотреть профиль прежде, чем предлагать встретиться.       Я резко вскочила с кресла и подбежала к зеркалу. Ну конечно, кто бы сомневался? Картина маслом: «Периферия на фешн неделе в Милане». Я уже точно не могла сказать, сколько дней я провела в офисе, подгоняя себя под границы дедлайна, пытаясь успеть и объять необъятное. Видок был соответствующий: волосы, собранные в нечто, серый цвет лица, от литров выпитого кофе и полного отсутствия сна. Покрасневшие, от длительной работы за ноутбуком, глаза. Серая водолазка, джинсы с высокой посадкой и очки, довершающие образ гика. Даже стильная оправа от «Шанель» не спасала эту чертову ситуацию. Действовать надо было быстро, иначе — полное фиаско, провал, катастрофа.       Лёгким движением руки «нечто» на голове превратилось в ниспадающие на плечи каштановые волны. Хвала небесам, что мне хватило ума помыть голову над раковиной в туалете, примыкающем к моему кабинету. Да, у меня собственный туалет. Я считаю, это успех! Очки полетели в сторону. И всё равно было слишком уныло. Как там в «Космо» писали: «Водолазка без бюстгальтера — не самый дохлый вариант»? Пора было проверить эти «офигенные» лайфхаки. Бюст чёрного цвета улетел прямиком в шкаф. О! А вот и лодочки мои… парадно-выходные. Проверяем результат.       Подошла к зеркалу и критически себя осмотрела. Немного подправила макияж, подтянула повыше рукава водолазки. Чёрт, соски торчат. Не слишком ли пошло? Какого хрена! Я порно писатель, так что это ещё скромно! Раздался звонок. Неизвестный номер. Но я догадывалась, кто это. — Да? — ответила на звонок и, хватая со стола ключи и сумку с ноутбуком, направилась к выходу. — Привет, это Макс. Я подъехал. Мне подняться? — Не стоит, я уже спускаюсь. — провернула ключи в замочной скважине и проверила, что дверь закрыта. Полный порядок. — Хорошо, жду тебя внизу.       Лифт уж как-то слишком быстро доставил меня вниз, прямиком на первый этаж. Отдав ключи охраннику, прикрывая торчащие соски сумкой с ноутбуком, бросила фразу из серии: «До свидания. Приятного вечера.» и выскочила из здания. Сердце пропустило удар. Лёгкие перестали получать кислород.       Готова спорить, вы не раз видели такую ситуацию в заурядных мелодраматичных, романтичных фильмах для женщин. Белый, явно дорогой, седан. Какой именно, одному Максу известно, а я в тачках не разбиралась и предпочитала роль пассажира в такси или метро. Облокотившись на авто, скрестив руки на груди, стоял ОН. Бог секса, спустившийся с небес. Не меньше. Высокий, широкоплечий, мускулистый блондин со средней длины волосами. Всё, я кончила. Дальше можно было не разглядывать и идти стирать трусы. Но нет. Этот мерзавец в жизни оказался намного привлекательнее, чем в своём профиле инстаграма. Бронзовый загар подчеркивала белая футболка, плотно обхватывающая рельефные мышцы торса. Тёмные джинсы и белые кроссовки. И часы на руках. Часы, вообще, были моим самым страшным фетишем. Часы на мужской руке — это всегда запредельно сексуально. А руки Макса были мечтой для порно автора. — Привет. — произнес он и расплылся в улыбке, — Прыгай в машину! — кивнул в сторону своего железного коня, открыл галантно дверь. Давайте будем честны, ну сколько мужчин способны произвести такое простое действие? Я таких, почти, не встречала. — Привет, — улыбнулась ему в ответ и залезла на пассажирское.       Он закрыл дверь с моей стороны и быстро оказался на водительском месте. Ещё мгновение, и вот, мы уже ехали по дороге в неизвестном мне направлении. — Я для тебя кое-что приготовил. Там, в бардачке, — кивнул в сторону дверцы на парпризе, — посмотри. — Интересно… — улыбнулась и открыла её, — Презервативы? — прыснула от смеха и посмотрела на него с интересом. — Вот так сразу, без прелюдий? — Что? Нет! Чёрт! — он засмеялся. Красивый смех. И голос тоже. Мурашки по коже. — Прости, я забыл про них. Посмотри ещё.       Я вновь вгляделась в содержимое бардачка: дорожная карта, блокнот, ручка, упаковка «дирола», пачка презервативов… конфеты. Вот они-то и выбивались из общей картины. Но я всё-таки решила уточнить. — Конфеты? — Бинго! Угощайся. — кинул на меня быстрый взгляд, а затем вновь устремил его на дорогу, — И презервативы верни. — издал смешок. — Конечно, в лучшем виде, — усмехнулась и засунула шелестящую парочку обратно в коробку. Обратила внимание на конфеты. Шок. — «Укус женщины»? Серьёзно, конфета называется «Укус женщины»? — сорвалась на громкий смех. В жизни ничего подобного не видела. — Посмотри вторую. — попросил он, не скрывая улыбки. — «Слёзы мужчины». — произнесла второе название, и меня накрыло волной дикого смеха. — Знал, что ты оценишь! — тем временем мы явно выехали за пределы города. — Ответь, ты сам напечатал эти обертки, или это реально существующие конфеты? — Я их купил в супермаркете. Клянусь, они аутентичны! — наш смех разливался по салону автомобиля, оставляя неловкость от первой за много лет встречи где-то далеко за пределами авто.       Так, за непринужденными разговорами и обменом информации о личных жизнях в общих чертах, мы доехали до пункта назначения. Это было просто потрясающее место, где горный хребет брал своё начало, нависая высокими валунами над гладью ночного моря, отражающим всю глубину и волшебство звездного неба. Несмотря на позднее время там было совершенно не темно. Огромная жёлтая луна и скопление ярких точек в млечном пути, который вдали от города так хорошо было видно, освещали это место, создавая неповторимую атмосферу ночи. — Невероятно. — прошеплата я, ступая ногами на ковёр из мягкого мха, — Туфли явно лишние. — сняла обувь, ощущая приятную влагу, задержавшуюся на поверхности растений. — Мне тоже здесь очень нравится. Часто сюда приезжаю. Тут, кстати, растёт белый мох. Никогда такой не видела? — позвал поговорить о мхе? Серьёзно? — Макс, что тебя беспокоит? — посмотрела на его прекрасное лицо, в котором вполне отчётливо читалась грусть. Я знала все его эмоции. В школе мы были близкими друзьями. — Честно? Не знаю. — он пожал плечами. — Просто почувствовал резкую необходимость увидеть тебя. Я сильно отвлёк тебя от работы? — Как посмотреть. Возможно, ты дал мне больше, чем забрал. — улыбнулась. — В каком смысле? — В том смысле, что я писатель. И без вдохновения мне работается, прямо скажем, так себе. — пожала плечами. — У тебя ничего в машине не найдётся, чтобы постелить на траву? — Я же знал, куда ехал! — улыбнулся и подошёл к багажнику. Через пару минут, он расстелил плед и разложил из корзинки какие-то невероятные закуски. — Так, слепил на скорую руку, угощайся. Не стесняйся.       Я попробовала канапэ. Очень неплохо. Я даже такого приготовить не смогла бы. — Над чем сейчас работаешь? — его вопрос прозвучал довольно искренне. Он всегда этим отличался. Ему действительно было интересно, что со мной происходило. — Я… эммм… трудно так сходу объяснить, — почему-то меня это смутило. Меня сложно было поставить в неловкое положение, я не стеснялась своей работы, но в тот раз было действительно неловко, — это эротический рассказ. — подобрала эпитет помягче. — Эротика? — он изогнул свою прекрасную бровь и улыбнулся. — Дашь почитать? — Блин, Макс… вообще, это не эротика. Это порно. Жесткое порно. Так что я не уверена. — сказала, как есть. Какой смысл ходить вокруг, да около. — Я люблю порно! — оживился он. — А кто его не любит? Давай сюда, оценю твой шедевр.       Я достала ноутбук из сумки, попутно выводя его из спящего режима. Открыв файл в ворде, отдала свой «шедевр» на суд Макса. Он погрузился в чтение. Я внимательно за ним наблюдала.       Сначала он вчитывался в предложения с серьёзным лицом, действительно, желая понять историю, сюжет, характер персонажей. Но вскоре, по всей видимости, когда он дошёл до самой важной сцены, его взгляд начал мутнеть. Я знала, что это значит — возбуждение начало разливаться по телу. И в этот самый момент мне стало ещё более любопытно. Ещё через пару минут он задышал более отрывисто, сглатывая слюну. Иногда пытался проморгаться — безуспешно. Но меня, как настоящую извращенку, интересовала всего одна реакция — самая простая, для точного определения, зашла сцена или нет. Я переместила свой взгляд на его пах. Да! Это была победа! Его штаны распирало изнутри. Не зря я столько времени потратила на написание этой чертовой главы. — Ну как? — самую малость издеваясь, поинтересовалась у него. — Ты знаешь, очень хорошо. Детально прописано, даёт возможность полностью погрузиться. Только… — Только что? — серьёзно? У тебя есть замечания? Твой стояк говорит об обратном! — Я бы это сделал иначе. — и он буднично пожал плечами. Я была в шоке. Что? — И как бы это сделал ты? — внимательно посмотрела на него, ожидая ответа. — Например, так. — он отложил в сторону ноутбук и приблизился ко мне одним движением.       Его губы накрыли мои требовательным поцелуем. Он проник своим языком мне в рот, не давая даже возможности возразить. Хотя я бы и не стала. Я ведь и предположить не могла, что целоваться с Максом — так восхитительно! Он подминал меня под себя и вжимался своим пахом в мой. С моих губ сорвался стон. — У автора порнорассказов давно не было секса? — удивился он. — А как, ты думал, пишутся такие сцены? Только от дикого голода. — начала задыхаться, когда он обжег горячим дыханием ухо. Невероятно возбуждало. — Тогда, может, мне остановиться? Чтобы не лишать тебя творческого вдохновения? Ты там что-то про дедлайн говорила. — предложил он.       Я смотрела в его глаза и пыталась понять: он это говорил на полном серьезе или просто издевался. Он был серьёзен. Абсолютно. — Только попробуй, Фолл! Я тебя убью! Или изнасилую. — притянула его ближе, и вновь мы слились в страстном поцелуе.       Его руки методично исследовали моё тело, запоминая каждый изгиб и округлые формы. — Я понял, что трахну тебя сегодня, когда увидел, что ты без лифчика. — шепнул мне на ухо, — Там, перед офисом. Твои торчащие соски меня сразу свели с ума. — запустил руки под водолазку и начал сминать грудь. — Я тебя расстрою, Фолл. Я первая решила, что трахну тебя сегодня, когда посмотрела твой профиль в инсте. — улыбнулась, а он издал смешок. — Один: ноль! Ты ведешь, Герой. — он резко сел и потянул меня за собой, — Избавимся от лишнего. — как-то слишком легко он избавил нас обоих от одежды.       В следующую секунду его язык скользнул по одному из моих сосков. Меня возбуждало даже не то, что он делал. А то, как он это делал. Чувственно, со всей нежностью. Как будто я — его единственная сексуальная фантазия и желание.       Он аккуратно уложил меня на спину и устроился между ног. Лунный свет выхватывал его мощные плечи, грудь и живот. Кто говорит, что лучше секса в темноте ничего нет, тот не занимался им при освещении. Когда оголены все нервы и задействованы все чувства: обоняние, осязание и зрение. Глаза — важнейший в сексе орган. Нет ничего приятнее, чем видеть желание вашего партнёра полностью обладать вами: вашим телом и разумом.       Он взял свой член в руку и направил его в меня. Одно движение, и он внутри, заполнил собой без остатка. Его взгляд был прикован к месту, где наши тела сливались в единое целое. Движения были плавные, всепоглощающие. Я понимала, что он занимался любовью. Любил самозабвенно, отдавая всего себя. И это было необходимым в тот момент. Лучшим, что можно было представить.       Тёплая судорога прокатилась по нашим телам. Он лег на спину, притягивая меня в свои объятия. — Что скажешь? — шепнул мне в губы. — Скажу, что теперь мне придётся переписывать главу. — счастливая улыбка озарила моё лицо. — Придётся тебе в этом помочь, а то опять упустишь какие-нибудь детали. — произнес он и приник к моим губам в самом сладком поцелуе.       Возможно, после этого я изменила своё мнение относительно встреч с бывшими одноклассниками.