Revenge

Я тяжело дышала всю дорогу, пока мы добирались до города. Пейзажи уже не казались такими красивыми. Смотря на горы вдалеке, я думала о том, как приятно было бы лететь вниз, разбрасывая в воздухе все проблемы и переживания. Мне хотелось закрыть глаза и раствориться в этой машине будто бы меня и не было. В глубине души я начинала жалеть себя, понимая какая я на самом деле слабая. Я потеряла самого близкого человека, теперь началась охота на меня. В голове начали появляться мысли о том, что мне лучше сдаться и прекратить эти страдания. Никому от моей смерти хуже не станет. Вскоре родители найдут в себе силы признать, что без меня им куда легче. Эти мысли ранили меня сильнее остальных. Неужели этому миру будет действительно лучше без меня. Я посмотрела на Джастина, что сидел рядом и пристально смотрел на дорогу, потирая большой палец указательным. Заметив на себе мой взгляд, он повернулся, натянув утешительную улыбку, которая говорила, что всё будет хорошо. — Не волнуйся, ладно? — прошептал парень, взяв мою руку, — Мы постараемся сделать всё, чтобы защитить тебя. Гарри посмотрел на нас через зеркало. Я до сих пор была в шоке от того, что мой учитель по математике был в банде с Джонни. А что если они наврали мне и везут прямо в лапы Бибера? Мне не хотелось верить в это. Я не готова была полностью разочароваться в людях прямо перед смертью. Что-то хорошее я должна была унести с собой в могилу. Надеюсь, что в мой гроб положат не только цветы, но и бутылку текилы. Это будет лучше отражать мою жизнь, чем мягкие игрушки. — Куда мы едем? — безразлично спросила я, смотря в окно. — Я отвезу вас с Джастином в дом, где я проводил каждое лето, пока был ребёнком, — рассказывал Гарри, — В понедельник я подменю его, а потом мы улетим. — Куда? — я нахмурилась, представив сколько хлопот я доставляю этим людям. — Решим позже. Мне придётся бросить семью, учёбу, появившихся друзей только из-за того, что какой-то мудак жаждет мести. Сжав кулак, я сдержалась, чтобы не ударить сидение передо мной. Какого чёрта он управляет человеческими судьбами? Грёбанный Иисус с чёрным нимбом над головой. — Мне надо срочно попасть домой, — уверенно произнесла я, разрушая повисшую в воздухе тишину, — У меня остались дела. — Твои родители дома? — спросил водитель, вновь посмотрев на меня через зеркало. Получив отрицательный ответ, мужчина кивнул, ударив по газам. Через час мы стояли у моего дома, всматриваясь в окна, чтобы убедиться в том, что родителей нет дома. Свет был выключен, шторы у входных дверей занавешены. Зато соседка с презрением смотрела на машину в которой мы сидели, пока её супруг очищал снег с дорожек у дома. Выйдя из машины, я натянула улыбку, выкрикнув приветствие. Женщина заметно расслабилась и помахала в ответ, отвернувшись к мужу. Оставалось надеяться, что она не решит невзначай навестить моих родителей и также невзначай рассказать о том, что видела меня у нашего дома в учебное время. Зайдя внутрь, я разулась, чтобы не оставлять за собой мокрые следы по всему дому. На всякий случай я решила быть тихой, хотя понимала, что дома никого нет, кроме папиного попугайчика в гостиной. Подойдя к нему, я провела пальцем по клетке, привлекая его внимание. Птичка развернулась, уставившись на меня правым глазом. Патрик начал расшатывать веточку на которой он сидел, качая головой. Он всегда делал так, когда был рад видеть кого-то. Улыбнувшись попугаю, я прошла на кухню, чтобы угостить его специально засушенной долькой яблока, подумав о том, что я вижу его в последний раз. Поднявшись на второй этаж, я дошла до комнаты брата. Открыв дверь, я не стала включать свет. Подойдя к кровати, я вновь легла на пол, как неделю назад. Коробка, которую Николас оставил мне, всё ещё лежала на своём месте под кроватью и ждала меня. На глазах навернулись слёзы боли. Теперь я с уверенностью достала коробку, отряхнув с неё слой пыли. На крышке маркером было написано «ТОЛЬКО ДЛЯ РОЗИ». Это был почерк моего брата. Он не был таким ровным и каллиграфическим, как обычно, но я узнала его. Подняв крышку, я сразу же наткнулась на свёрнутый листок бумаги. Развернув его, я поняла, что это ещё одно письмо, которое он оставил мне. В этот раз почерк был привычнее, в некоторых местах я заметила растёкшиеся чернила. Он плакал, пока писал это. Собравшись с мыслям, я решила прочитать его.

«Дорогая, любимая, маленькая моя Рози. Я бесконечно виноват перед тобой. Я не надеюсь, что ты простишь меня, но если ты читаешь это письмо, значит ты готова ко многому. Я долго думал с чего лучше начать и решил начать с Хлои. Она сейчас на втором месяце беременности. Я не знаю через сколько ты решилась прочитать это письмо, но должно быть она уже родила. В коробке лежит игрушка и конверт, которые принадлежат моему ребёнку. Слёзно умоляю тебя связаться с Хлоей и передать эй то, что я оставил. Я был обеспокоен твоей безопасностью, поэтому позаботился о ней. Я мог доверять только двоим людям. Это Брайану, которого ты уже знаешь, и Гарри. Он преподаёт математику в местной школе. Я оставил тебе их номера, чтобы ты могла обратиться к ним за помощью. Я очень нервничаю, пока пишу всё это. Мне кажется, что я даже не сделал ни одного вдоха…. В коробке под картонкой лежит то, что может напугать тебя. Подними её прямо сейчас. Это пистолет, он настоящий, Рози. Надеюсь, что он тебе не понадобится, но ты должна быть наготове. Спрячь его в одежде, носи собой аккуратно и вспомни, чему я тебя учил год назад. Это была не игра, Рози, я готовил тебя к этому. Никому не говори о том, что ты вооружена, даже Гарри и Брайану. У Джонни есть младший брат. Он не так опасен, но может доставить тебе неприятности, если продолжит быть послушливой собачонкой. Так сложилось, что я полюбил этого мальчонку, он напоминал мне тебя. Я пытался наладить его жизнь, поставить на верный путь, но он слишком привязан к брату. Это моя последняя попытка образумить его. В коробке лежит ещё один конверт. В нём деньги и записка, передай это через Гарри или Брайана, сама с этим парнем не связывайся. Не злись, он пытался отсрочить мою смерть. В глубине души он не такой, как его брат. Ты всё ещё многого не знаешь, Рози. Джонни убьёт меня, я уже у него на прицеле, я чувствую это. Я знаю, что если скроюсь, он найдёт тебя и родителей. Но даже после моей смерти, он будет пытаться добраться до тебя. Я ещё раз прошу тебя уехать сразу, как окончишь школу. Не задерживайся тут, сделай всё, что будет в твоих силах. И теперь я прощаюсь с тобой навсегда, моя маленькая. Я не хотел подвергать твою жизнь опасности, но я идиот, Рози. ТЫ можешь сохранить свою жизнь, если послушаешь меня и уедешь отсюда. С любовью, Николас. P.S. Не забывай, что теперь ты стала тётей. Береги себя, чтобы увидеть, как вырастет мой ребёнок.»

Около минуты я приходила в себя, а после перечитала письмо ещё раз. Мне было стыдно за то, что я так обходилась с Хлоей, но я не знала, что она носила под сердцем ребёнка моего брата. Второй вопрос, который меня волновал: почему Джастин не рассказал о том, что помогал Николасу? Мне не хотелось, чтобы меня застали со всем этим в комнате брата. Сбегав в гардеробную за большой дорожной сумкой, я вернулась обратно и начала складывать в неё содержимое коробки, включая пистолет. На удивление мои руки не дрожали и мне не хотелось плакать. Закрыв за собой дверь, я направилась в свою комнату, где находились остатки необходимых мне вещей. Я не знала сколько меня не будет дома, тепло ли там и есть ли горячая вода. Открыв ящик комода, я вытащила из него бельё и бросила в сумку. Вслед полетели еще два свитера, какие-то рандомные вещи, тёплая пижама, полотенце из шкафа и немного средств личной гигиены. Из-под кровати я вытащила бутылку вина и мартини, которые были аккуратно завёрнуты в вещи и положены в ту же сумку. Перед тем, как выйти из комнаты, я оглядела её. Всё выглядело так же, как и при моём отъезде. — Всё в порядке? Я дёрнулась и повернулась на голос. На лестнице стоял Джастин, взволнованно смотря на меня. Увидев в руках довольно большую набитую сумку, он поднялся ко мне и забрал её из моих рук. Я тихо поблагодарила, опустив глаза в пол. Мы вновь остались наедине, и я не знала, как себя вести. Мы не были друзьями или врагами, мы не ненавидели друг друга и не любили, но даже сейчас мне хотелось обнять его. Когда он поцеловал меня в лоб, я почувствовала себя защищённой. Николас написал, чтобы я не связывалась с ним лично, что он может стать проблемой. Как бы он удивился, если бы узнал, что эта проблема прикрывает мою пятую точку. — Извини за то, что я вёл себя, как мудак, — нарушил тишину Джастин, подойдя ближе, — Я порой сам не знаю, чего хочу от этой жизни. Тяжело быть хорошим, когда твой брат наркодилер, который подогнул под себя пол города. — Не дай ему сделать с собой то же самое, — прошептала я, кладя ладонь на холодную щёку шатена. — Рози, я лишь пешка в его игре, — он нахмурился, положив свою руку на мою, — Как только я становлюсь собой, он рушит всё, что появляется в моей жизни. Мне было обидно за то, что он был настолько сломлен и морально уничтожен своим братом. В то же время я удивлялась его смелости пойти против него, чтобы спасти мою жизнь. — Изначально мне было всё равно, это Гарри решил присмотреть за тобой, — признался Джастин, кладя руку мне на талию, — Я думал о том, что легче сдать тебя брату, чем прикрывать, — он прижал меня к себе, касаясь своими губами моих, — Но потом я понял, что убив тебя, он убьёт и меня. — Почему? — я слегка отпрянула от него, заглянув в карего цвета глаза. — Признайся, что ты хотела мести, Андресон, — я почувствовала, как по моему телу пробежал холодок, — Ты бросила своё будущее, подвергла свою жизнь опасности, чтобы отомстить за смерть брата. Ты стала моим кумиром, Рози, — он усмехнулся от своих же слов, — Не в каждой девушке будет столько храбрости.  — Я думаю, что нам пора, — обойдя его, я начала спускаться на первый этаж. Пока меня не было, на улице начал падать снег, покрывая остатки земли огромными хлопьями. Дождавшись Джастина, я закрыла дверь. Соседки на пороге дома уже не было. Вдохнув свежий зимний воздух, я решила оставить наш разговор за этой закрытой дверью. — Долго вы, — хмуро произнёс Гарри, заводя машину. Я уставилась на него, пока тот выворачивал на дорогу. Теперь он стал для меня совершенно другим человеком. Сейчас он не был похож на привычного мне учителя математики. Приподняв голову, он почесал шею, и наши взгляды встретились. Мужчина слабо улыбнулся, прежде чем перевести взгляд обратно на дорогу. — Вы были знакомы с Хлоей? Она была девушкой Николаса, — спросила я, смотря то на Джастина, то на Гарри. — Да, конечно, — мужчина прочистил горло прежде, чем продолжить, — Довольно милая девушка. Мы как-то ужинали у неё, она приготовила овощи, добавив слишком много острого перца. — Мне нужно увидеться с ней, пока я не уехала. Гарри кивнул, поняв, что я имею в виду. Развернув машину, он повёз нас на соседнюю улицу. Дорога до дома Хлои заняла не больше десяти минут, учитывая то, что Паркер превышал допустимую скорость. Покопавшись в сумке, я наконец нашла игрушку и конверт. Джастин вопросительно посмотрел на меня, но я пообещала объясниться позже. Подойдя к двери, я не могла найти смелости нажать на звонок. Подняв руку, я нажала на кнопку, и за дверью послышался звон колокольчиков. Это было похоже на Хлою. Простояв минуту, я поняла, что дома никого нет и собралась уходить. Развернувшись, я услышала щелчок входной двери. — Рози? Я закрыла глаза и повернулась в сторону блондинки. Она вышла на улицу, обняв себя руками. Около десяти секунд мы молча смотрели друг на друга, пока она не предложила мне войти. Жила девушка в недорогом двухэтажном таунхаусе, в котором пахло жасмином и порошком. Свет был слегка приглушён, но в доме всё равно было довольно светло. — Будешь чай? Кофе у меня нет, — с сожалением произнесла Хлоя, заходя на узенькую кухню, где лежало много детской посуды и пюрешек, — Тут немного не прибрано. — Я буду чай, — улыбнулась я, попытавшись разрядить обстановку, — У тебя тут уютно. — У меня всё валится из рук, — призналась блондинка, заливая заварочный чайник кипятком, — Мне кажется, что я не спала уже месяц. — Сколько ребёнку месяцев? — от моего вопроса Хлоя замерла. Её руки опустились на тумбу, а голова опустилась. Теперь я не знала, куда мне деваться, казалось, что она заплакала. Сидеть на месте и смотреть на это я не могла. Встав со стула, я подошла к девушке и обняла её. Её тело начало содрогаться под всхлипы. Со второго этажа послышался детский плач. Вытерев с покрасневших щёк слёзы, молодая мама оставила меня наедине, уйдя за ребёнком. Вытащив из кармана конверт и детскую игрушку, я положила всё на стол. Игрушкой была маленькая погремушка формой микрофона и светлого цвета лимона. Внизу она включалась, чтобы ребёнок мог слушать песни и петь, а вокруг красовались голубые цифры и буквы. Николас предусмотрел, чтобы игрушка была универсальная и подходила не только младенцу, но и ребёнку постарше. — Это девочка, — сказала Хлоя, спустившись на кухню, — Я назвала её Розали. Девушка держала в руках малышку, смотря на неё глазами полными любви. На её лице красовалась усталая улыбка. Подойдя к Хлое, я посмотрела на ребёнка. Девочке было не больше трёх месяцев. В её чертах я нашла Николаса. Такие же тёмные большие глаза и острый подбородок. Пухлые губки и миниатюрный носик достался Розали от мамы. — Кажется твоя тётя принесла тебе подарок, — пропищала блондинка, подойдя ко столу. Взяв в руки конверт, девушка перестала улыбаться. — Это подарок Розали от её папы, — я слегка нахмурилась, — Я только сегодня узнала, что стала тётей. — Я так скучаю по нему, Рози, — девушка подняла со стола игрушку и помахала ею перед малышкой. — Кто тебе помогал всё это время? По её взгляду я поняла, что никто. Представив, как она самостоятельно собирала кроватку, работала до последних месяцев беременности и в день родов сама себе вызвала скорую, я вздрогнула. Она действительно выглядела уставшей, потрёпанной и одинокой. В её взгляде было что-то дикое, казалось, что она была на ногах двадцать четыре на семь. И всё равно было видно, что ребёнок делал её счастливой. — Несколько раз в месяц ко мне приезжал Брайан. Он привозил еду, одежду для меня и будущего ребёнка, — девушка начала укачивать дочь, продолжая свой рассказ, — Но мы толком не общались. От силы он находился со мной около пяти минут, а потом просто уезжал. Но чем больше становился живот, тем дольше он тут задерживался. — Если бы я узнала раньше, Хлоя, я бы помогла, — призналась я, облизнув губы. — Ты потеряла брата, я могу понять тебя. Ещё около двадцати минут мы сидели на кухне, рассматривая снимки УЗИ, первые фотографии Розали и огромного живота Хлои. Мы сидели до тех пор, пока в дверь не постучали. Посмотрев друга на друга, мы встали и спустились вниз. — Гарри? — удивилась девушка, посмотрев на гостя. — Он за мной, — призналась, я надевая куртку, — Мне пора, но я обещаю, что напишу тебе. Выходя на улицу, я понимала, что, скорее всего, мы больше не увидимся. Посмотрев в последний раз на Хлою, я улыбнулась ей и села в машину. Опустив глаза на руки, я не смогла сдержать слезу.