Слишком большая разница

Голос женщины был как никогда серьёзнен. В ее глазах читалось напряжение, но было видно, что ничего плохого она не планировала совершать. Злобные намерения в ее глазах видела только Саманта. Ещё бы, её пытались убить не одни раз, предавали, ложно обвиняли в грехах и издевались. Полный комплект, не дающий доверять теперь даже самым близким. Девушка, будучи уже за порогом, отошла на несколько метров от Абигель. Саманта боялась стать обманутой снова, получить удар в спину. Ей хотелось и вовсе убежать, но в этом безграничном пространстве ей явно не выжить одной. Выбора особого и не было. Волнение Саманты видела и сама Абигель. — Неужели ты мне не доверяешь? Ах, точно. Слушай, это все было сделано специально. Я не нашла варианта лучше, чем сдать тебя, а потом спасти. В ином же случае они нашли бы тебя и убили на месте. Поверь, я хотела как лучше. — женщина уже не пытаясь скрыть вину за сделанное. На лице играл стыд и вина за сделанное. Саманта немного расслабилась и даже подошла к Абигель немного ближе. Конечно, она не стала бы убивать девушку. Зачем ей это нужно было бы? А если и было бы нужно, то зачем спасать от казни? Эти вопросы постепенно возвращали доверие Саманты к Абигель. Девушка, подходя все ближе и ближе, остановилась в метре от женщины. Незаметные тридцать секунд пролетели между ними. Абигель не тянулась к ней, боясь спугнуть. Саманта резко заключила в объятиях женщину. Та обняла ее в ответ. На душе вмиг стало так легко и спокойно. Слезы счастья начали стекать по щекам юной девушки. Сейчас ей и в голову не могло прийти то, что Абигель может предать. И как Саманта только могла сомневаться в ней? Такая нежная, заботливая. Волосы Абигель пахли ромашкой, а руки аккуратно, боясь навредить, касались спины Саманты. Объятия были такими тёплыми, но время шло. Надо было действовать быстро и тихо. — Ладно, хватит плакать. Все уже хорошо. Теперь нам нужно найти твою память. — с этими словами женщина обернулась в сторону гигантских полок, на которых стояли миллионы, нет, миллиарды каких-то сосудов! Саманта понятия не имела, как они собираются найти нужный. Во всяком случае, если Абигель пришла сюда, она знает способ. Они шли вдоль рядов. Казалось, это все был огромный, бесконечный лабиринт. — Почему тут так много воспоминаний, если большинство загробных жителей помнят себя и свою прошлую жизнь? — Саманте было интересно, она не знала совершенно ничего об этом. — Все эти воспоминания хранятся как копии. Есть они у человека или нет, в любом случае остаются здесь. Фактически, я могу найти и свои воспоминания тоже, но мне это не нужно. — А тут хранится только память ангелов, или демонов тоже? — Это хранилище хоть и находится в Раю, но пренадоежит обеим сторонам. Тут можно найти память и демонов тоже. И тебя, и меня, и Аластора. Девушка замолчала и про себя подумала: «Память Аластора?» — А можно ли посмотреть воспоминания другого? — продолжала интересоваться Саманта. — Теоретически можно, но ты должна сама понимать. Фактически ты нарушишь личное пространство владельца. Вряд ли кому-то будет приятно знать, что всю его личную жизнь просмотрел чужой человек. — Ох, точно, не подумала. — замялась в смущении девушка. Спустя некоторое время они подошли к очередной полке. На одной из них стоял сосуд с именем, фамилией и отчеством Саманты. И откуда только Абигель знала путь к этому месту? Впрочем, это сейчас было не важно. — Держи, просто открой сосуд и все произойдёт само. Фраза «произойдёт само» немного пугала девушку. Неужели сейчас она наконец вспомнит все. Не будет больше непонятных отрывков, приходящих в память совершенно не по порядку и в самые не подходящие моменты. Саманта обхватила тонкими пальцами своей руки крышку широкого горлышка. Сосуд был не прозрачным, девушка и малейшего понятия не имела от том, что же там находится. Неизвестность пугала и интересовала одновременно, путая мысли в голове. «Если Абигель так сказала, то это безопасно.» Пробка, ранее закрывавшая сосуд, в мгновение оказалась в руке. В глаза, будто солнечным светом попадал какой-то по своему светлый и по своему необычный блик. Там определённо было что-то жидкое, но блестело это что-то сильнее любого металла. Саманта отпрянула от горлышка. Попавший в глаза свет заставил пришуриться и заморгать. На лице девушки считалась неуверенность и сомнения. Она кинула свой неуверенный взгляд на Абигель, будто спрашивая:"Ты уверенна, что это безопасно?» Абигель, в свою очередь, кивнула головой. Саманта вновь оглянулась в сосуд. — Просто выпей. Не бойся, это лишь твои воспоминания. Они не убьют тебя, но может быть больно. — Больно?! Оно горячее? Я могу обжечься? — девушка обеспокоенно начала кидать вопрос за вопросом старшей. — Нет, не в том смысле. Многое из жизни хочется забыть. Так часто бывает. Но сейчас ты вспомнишь и испытаешь на себе вновь. Все эмоции, какими бы они не были, пробъются сквозь всё твоё сознание. Но ты должна это сделать. Саманта, миры на грани войны, сейчас это лишь самое малое, что ты можешь сделать. Снова страх, кончики пальцев похолодели, а сами руки затряслись. Девушка решила сделать все быстро, просто протерпеть эти спешные глотки и все. По крайней мере она так это себе и представляла. Саманта поднесла горлышко к своим губам. Соприкосновение, глотк, еще один. Ничего не происходит. Определённо затишье перед бурей. Однако, эта «буря эмоций» никак не наступала. Девушка была уже морально готово к этому, когда выпила последние капли содержимого сосуда. Абигель забрала опустевшую ёмкость из дрожащих рук Саманты. Она прекрасно знала что произойдёт с девушкой в следующие секунды. Женщина обхватила ее в объятия, но не для поддержки, а для того, чтобы Саманта элементарно устояла на ногах. В следующие секунды девушка чуть не очнулась вдвое, с силой хватаясь руками за голову.

***

Почти самая обычная жизнь. Любящая мать, друзья, школа, колледж, годы учёбы и работа, которую она так любила. Скромный домик на окраине города с небольшим садиком. Все цвета радуги словно посыпались на дворик. Действительно, вполне обычная жизнь обычной девушки. Словно молнии сквозь голову пролетели разные воспоминания. Одни заставляли сердце ускориться от счастья и радости, другие — биться в бешеном ритме из-за страха, скорби и других подобных эмоций.

***

Саманте было ужасно плохо. Мигом от происходящего заболела голова, к горлу подступал ком, а слезы уже неконтролируемо лились ручьём из покрасневших глаз, которые будто ослепли, рассматривая лишь проплывающие с большой скоростью моменты из жизни. Действительно, каково же это было на самом деле? Каково это, увидеть всю человеческую жизнь за один день, в один час, буквально за считанные секунды. Если бы кто-то сказал, что ощущение было далеко не из приятных, он бы явно приуменьшил масштабы этой невыносимой, жгучей, моральной боли. Несмотря на приятные воспоминания, Саманте хотелось покончить со всеми этим раз и навсегда. Помимо всего негатива, накопившегося и проходящего перед ее глазам за секунды, сильно утомляло большое количество информации. Это явно слишком много для одного, казалось бы, последнего в ее жизни дня.