Слишком большая разница

Считанные секунды оставались до чего-то ужасного. Между новой личностью Сманты и врагом с других земель вот вот должно было что-то произойти. Из них двоих останется живым лишь один. Аластор, хоть и владел немереной силой, все равно не сумел бы остановить порыв ярости новой личности девушки. Демон лежал в дальнем углу, пытаясь встать. Все тело болело, но ему не впервой получать травмы. Сфокусировав взгляд на гордо стоящей девушке, Аластор думал, что с ней случилось. Стало ли это результатом последних событий, или это вмешательство кого-то более властного? Ясно было лишь одно: Саманта — больше не та хрупкая и милая девушка. Пусть внешне она никак не менялась, смотрели на нее уже совсем с другого ракурса. Теперь она представляет из себя строгую, беспощадную и полную гнева императрицу, а от одного только взгляда в ее горящие глаза хотелось отпрянуть или даже склониться, настолько она изменилась. Демон не знал почему, как и что произошло с ней на самом деле, но все еще надеялся, что где-то в глубине этой беспощадной демонессы еще осталась горечо любимая им Саманта. Та самая Саманта, которая была трусишкой, но проявляла смелость в нужные моменты. Та самая Саманта, которая не стремилась к совершенству, а довольствовалась тем, что дают. Всегда такая правильная, умная, щедрая, доверчивая, невинная и… любимая? Именно, любимая. Пусть память так и не вернулась к Аластору, но он точно помнит для себя одно. Демон любит ту тёплую и нежную девочку. — Саманта, что ты делаешь? — голос звучал растерянно, было слышно явное волнение. В ответ незнакомка не проронила ни слова. Она даже не повернулась в сторону все еще лежащего Аластора. Казалось, на лице ее застыла лишь одна эмоция — жажда мести. — Саманта, что ты товоришь?! Ты же сама хотела мира! — демон повысил тон на сколько только мог, но та продолжала игнорировать. Тяжёлые двери комнаты распахнулись так резко, что стоявшая в ступоре Абигель испуганно отпрянула назад. — А вот и главный герой нашего шоу. — шёпотом промолвила беспощадная незнакомка в порыве невыносимого предчувствия борьбы. Эту фразу не услышал никто, кроме самой девушки и Аластора. Его слух был хорош и сейчас сыграл свою роль в ситуацие. «Черт, Саманта, что ты задумала?» — прошептал уже сам Аластор, переводя взгляд на вошедших. Сверкающие, серебряные доспехи, почти бледная кожа, большой, сверкающий меч — это первое, что бросилось в глаза демону. Их вид был грозен, взгляд был таким же угрожающим и бесстрашный, как и у незнакомки. Стражи из самого Рая, такими они были. Тот воевод, что стоял посередине поднял свой зеркальный, острый меч в сторону безэмоциональной демонессы. — Здавайся, девчонка! Ты можешь погубить хоть все войско, но на меня эти штучки не действуют! — голос его был строг и уверен. Он не боялся эту, казалось бы, маленькую, хрупкую девушку. Но стоило девушке лишь повернуться в сторону противника. Ее движение были плавными, она не спешила и не боялась. Строгий, угрожающий взгляд, упавший на воевода, явно дал понять: «Вы будете умирать медленно и мучительно». От этого взгляда сердце главного врага, кажется, пропустил один удар, дыхание участились, а по лбу пробежала капелька холодного пота. Смелость которая еще секундами ранее играла на лицах оставшихся противников, мигом исчезла. Главный воевод был единственным, кто держал себя в руках. Эти оба явно знакомы, и у каждого свои планы друг на друга. — Думаешь мне будет страшно от твоего змеиного взгляда? Пусть толпа этих бездырей и в твоей власти, но меня ты не осилишь. Давай же, нападай, пусть бой будет честным! — басистым голосом ответил на суровый взгляд воевод, — Я убил тебя однажды, убью и сейчас! Лицо демонессы спустя довольно долгое время изменилось. Ей что-то вспомнилось отвлекло, взгляд устремился куда-то в пол. Брови немного опустились. Сейчас на лице играла какая-то растерянность, но вид угрожающего хищника девушка не теряла. Она будто начала копаться в воспоминаниях, прокручивать их снова и снова. Этим и решил воспользоваться враг. Ловко и быстро, за считанные секунды, он настиг Саманту. Оба упали на пол и прокатились в яростной схватке в сторону балкона. Абигель не могла произнести и слова, а тело будто перестало ее слушать. Ей было страшно. Безусловно женщина хотела помочь Саманта, но была ли это она? Кто на самом деле управляет телом девушки? Бой продолжался. Войска противника не нападали, на них явно что-то действовало. Их движения замелились до скорости улитки, а взгляды все ещё испытывали страх. — Не пытайся сопротивляться, дорогуша. Я должен победить в этой войне и я сделаю это! — мужчина навалился сверху хрупкой тела девушки и схватился за ее горло. — Ты не достойна была попасть на верх и сейчас ты показываешь это своей слабостью и испорченностью! — пальцы сжимали нежную кожу все сильнее. — Ты не достойна даже жизни в этом гадком месте! — перешёл на крик он, сдавив шею с невероятной силой. Яркие огоньки ярости вновь вспыхнули в глазах демонессы. Будто током, девушку прошибло с ног до головы большое количество силы. Необъяснимый оскал злости и радости одновременно, появился на лице незнакомки. Ладонь силой схватила руку обидчика, ногти впились глубоко в кожу. От острой боли враг резко убрал руку от шеи. — Черт, ах ты подлая тварь! Мужчина отошёл от нее на несколько шагов. Демонесса встала с пола и приняла позу, готовясь обороняться. Оскал продолжал пугать обидчика, но не заставлял отступать. Простояв так примерно пять секунд, с яростным криком мужчина побежал на девушку. Меч нёсся впереди и был готов рассечь всё, что встретиться на пути. Одно ловкое движение и оружие выпало из руки врага. Саманта будто была создана для боя, пусть тело ее и было хрупким. Еще одна попытка отаковать. Враг замохал кулаками, пытаясь ударить, но реакция девушки была быстрее. Одним движением демонесса сбила его с ног. — Ну что, теперь, кажется, вожу я? — на лице Саманты расползлась зловещая улыбка. Демонесса сжимала горло мужчины намного сильнее. Тот мог лишь издавать кряхтящие звуки. — Саманта, стой! Что с тобой? Ты ведь не хочешь никого убивать! — Аластор стоял в противоположной стороне от комнаты оперевшись о стену. Одной рукой он держал себя за ребро, голос его был ослабленным и хриплым. Что-то проснулось в демонессе. Она ослабила хватку, но продолжала держать воевода за горло. Взгляд устремился в сторону демона. На лице читалась растерянность. На секунду глаза настоящей Саманты взглянули на раненого Аластора. — Боже, Аластор… — произнесла та самая хрупкая и нежная девушка. — Саманта, осторожно! Вдруг, в области живота её пронзила острая боль. Клинок, что был спрятан за спиной у врага, возился в нее с невероятной скоростью. По одежде расползлось пятно крови. Взгляд Саманты исчез, вновь заменившись на тот злой, чужой. Снова яростный огонёк в глазах, хищный, недовольный оскал. Демонесса резко встала, а враг все еще лежал на полу, отползая от угрозы. Медленными шагами хищница настигла свою жертву, она хотела растянуть этот момент мести. Вдруг, воевод наткнулся рукой на меч, который выпал у него из рук минутами ранее. Схватив его, он на автомате встал и принял позу для атаки. Со своим оружием он почувствовал мощь и бросился в сторону демонессы, которую уже постепенно покидали силы от полученной раны. Клинок, который минутой ранее вонзился в не, теперь служит ей единственным средством защиты. Однако меч врага был огромен и остр, да и сам владелец обращался с ним умело и ловко. Девушка уворачивалась, отходя назад все больше и больше. Враг уже загнал ее за ступени балкона и приближался к ограждению. Она понимала, чем может закончится эта битва, и взяв свои последние силы, замахнулась клинком в последний раз. Мужчина схватился рукой за плечо, на мгновение остановив свою атаку. Его взгляд был зол. Враг с яростным криком разбежался в сторону Саманты и сбил ее с ног. Сильный удар выбил из сознания. Два тела полетели с балкона с огромной скоростью.