hyung, wake up

— Хён, просыпайся. Юнги застонал, стараясь игнорировать мягкие, чуть ощутимые прикосновения к щеке. Несильный тычок в самый кончик носа заставил его сонно улыбнуться и приоткрыть глаза. Перед расфокусированным взглядом появилась мягкая, немного взъерошенная темная макушка. За ней показался и ее обладатель. — Ну хён, просыпайся давай! Ты опоздаешь. Юнги поднес ладони к лицу, пытаясь согнать остатки сна. Знакомая тяжесть тела обрушилась ему на грудь, окутывая теплом сквозь ночную рубашку. Юнги наконец раскрыл глаза, в то время как Чимин — его милый, красивый, прекрасный, ангельский Чимин — улыбался, положив голову старшему на грудь. Он чуть склонил ее в сторону, чтобы было удобнее наблюдать за просыпающимся парнем. Юнги прочистил горло, даря ответную улыбку Чимину, и зарылся длинными пальцами в его волосы. Чимин заурчал, подставляясь под прикосновение, а на лице медленно расцвела улыбка. — Хён, ты должен встать прямо сейчас, ты же знаешь. Юнги хмыкнул и все же решил урвать последние несколько минут сна, рискуя встретиться с недовольством Чимина, чего, конечно, хотелось бы избежать. Он потянул младшего на себя, переплетая их ноги, и прижал его вплотную к груди. Чимин удивленно запищал, а сразу после этого из его уст вырвался звук протеста. Юнги лишь сильнее сжал его в объятиях, и вскоре Чимин уже хихикал, расслабляясь. По телу прошла волна мягкого смеха, а миниатюрные пальчики щипали Юнги за руку, пытаясь заставить его отпустить. На самом деле нет. Чимин сам плотнее прижался к Юнги, и тот победно улыбнулся. Объятия парня ему несомненно нравились. — Мин Юнги, ты все равно опоздаешь! — Чимин выглядел мило, особенно когда надувал щеки, пытаясь казаться обиженным. В ожидании хоть какой-то реакции он начал болтать ногами, вырываясь из захвата Юнги, до тех пор, пока колено слегка не заехало Мину между ног. — Будь внимательнее, ну же, — пробормотал Юнги, прижимаясь лицом к Чиминовым волосам и тыкаясь в макушку. Их запах был сладкий, немного землистый и до странного напоминающий цветы, которые когда-то выращивала его бабушка. — Да знаю, знаю. Но в самом деле, Юнги, тебе пора вставать. Если ты опоздаешь, то я очень сильно расстроюсь, — Чимин вывернулся из кольца рук, поворачивая голову. Их носы и губы соприкоснулись, тем самым вызвав у младшего широкую улыбку. Щеки Юнги заалели, но он тут же наклониться и легко чмокнул парня, с интересом заглядывая в глаза напротив. — Почему это может тебя расстроить? — Я когда-нибудь говорил, как приятно звучит твой голос? — Ты не ответил на мой вопрос, — Юнги выглядел немного обеспокоенным таким поведением. Чимин молчал, продолжая улыбаться. Он отстранился, и Юнги увидел, как тот уставился на него, немного зависнув, очевидно, всматриваясь во что-то. Руки младшего скоро отпустили его собственные и плавно переместились на его лицо. Чимин подушечками пальцев нежно коснулся кожи Юнги, отчего тот ощутил внезапный холодок. Большой палец прижался к нижней губе, мягко проводя по ней. Другой рукой он провел по щеке, задерживаясь на маленьких родинках. Чимин внезапно уменьшил расстояние между ними, и мягкие пухлые губы нежно вовлекли Юнги в поцелуй. — Ты увидишь, хён… — прошептал Чимин, спешно отодвигаясь. Юнги только собрался выразить свое недовольство, но Чимин уже отполз в сторону, чтобы подняться с кровати. Юнги засмеялся, когда тот, делая попытку встать, поскользнулся и свалился на пол. Младший демонстративно отряхнул футболку и шорты и указал на дверь в ванную комнату. — Я просто… — Чимин затих, прежде чем опустить руку с задумчивым выражением лица. — Хён, тебе нужно встать прямо сейчас, ладно? Юнги запоздало кивнул, наблюдая, как Чимин скрывается в ванной комнате, захлопывая за собой белую дверь. Он не был уверен, как у него это получилось, но Юнги снова провалился в сон. На этот раз его разбудили громкие стуки в дверь, что совершенно контрастировало со сладким голосом Чимина и утренней дозой объятий. Он вскочил и, нахмурившись, поспешил в прихожую. Стоявший за дверью Тэхён окинул его взволнованным взглядом. — Хён, ты… О, я вижу, что ты все еще не готов, — начал Тэхён, но замолчал, взглянув на рваные домашние штаны Юнги и помятую ото сна рубашку. — Готов к чему? — зевнул Юнги, потягиваясь и прикрывая глаза, но даже так он смог заметить, как стремительно изменилось выражение лица Тэхёна. Удивление? Печаль? — Хён, мы можем опоздать. Ты знаешь, Чимин не хотел бы, чтобы ты опоздал, — Тэхён осторожно, медленно и как будто неуверенно ступил на порог. Было ощущение, что он приближается к дикому животному. Однако Юнги не понимает его поведения. Тем не менее, это должно быть что-то важное, если их вечное солнышко выглядит так серьезно. — Хорошо, ладно, подожди, я позову Чимина. Прежде чем Юнги смог сделать хотя бы шаг в сторону, ладонь Тэхена сомкнулась на его запястье. Юнги с удивлением обернулся, широко раскрыв глаза. Он уже приготовился сказать что-нибудь резкое, как увидел пелену слез, застилающую глаза младшего. Несколько слезинок уже стекали по щекам, искажая красивое лицо. — Юнги-хён, пожалуйста, не делай это снова, — глубокий голос ломается, едва он успевает выдавить эти слова. Юнги не понимает, однако что-то холодное уже оседает в желудке. — О чем ты говоришь? — Чимина нет в этой чертовой ванне. Хён! Пальцы Тэхена сильнее сжимают запястье, которое уже начало краснеть. Юнги оборачивается. Белая дверь широко открыта. Комната пуста. Он смотрит на их кровать в углу спальни. На сторону Чимина, которая идеально разглажена. На ней однозначно никто не спал. Ощущения слабости и дискомфорта парализуют Юнги, и он медленно переводит взгляд на Тэхёна. Все мысли разом испаряются из головы, оставляя после себя пугающую пустоту и холод. — …куда мы идем, — тихо бормочет Юнги, и Тэхён усиливает хватку, притягивая его ближе. — 24-е число. Хён, это… его третья годовщина. Юнги позволяет сдавленному всхлипу сорваться с губ и не останавливает Тэхёна, когда тот заключает его в объятия. Он теплый и напоминает дом. Но это не то же самое. Это не то родное тепло, и он чувствует себя неправильно. Это не Чимин. Как только Юнги мог забыть? Двадцать четвертое. Правильно. Чимин решил съездить в Пусан навестить маму и верно, Чимина больше нет.