Связанные

Ноги дико гудели, заплетаясь друг об друга. Дыхание сбилось, сердце бешено стучало, адреналин зашкаливал. В голове промелькнула лишь одна мысль.        Надо бежать.        Сентфорский лес казался безопасным местом. В нем можно было затаиться, перевести дыхание, набраться сил, чтобы двигаться дальше. Густо обрамленные кусты окутали хрупкое тело Сары, будто пряча её от целого мира в своих объятьях. Спутанные волосы зацепились за ветки деревьев и девушка, не удержавшись на дрожащих ногах, рухнула на землю. Слезы душили её, шатенка была готова поклясться, что она подписалась на смерть. Драконы тщательно проходят лес в поисках О`Нил, и девушка чувствовала всем нутром, что они где-то рядом.        Мокрая одежда мерзко прилипала к грязном телу. Боявшись даже пошевелиться, Сара замерла в одном положении, смотря своими стеклянными глазами на расцарапанные руки. Чёрт, это самый страшный момент в её жизни. О`Нил почувствовала себя прячущимся от копов сбежавшим преступником, который вынужден скитаться по огромной территории, чтобы ускользнуть. Либо она умрёт от переизбытка эмоций, либо от рук Чёрных Драконов.        Третьего не дано.        — Надо спасаться, Сара, — пересилив боль, девушка поднялась на ноги, хватаясь руками за больное колено и оглядываясь по сторонам. На секунду замерев, она поняла, что никого рядом нет и бросилась дальше в путь, молясь, чтобы её не достали.                                    — Надо разойтись, — Аарон перевёл дыхания, смотря на пылающего от злости Вишню, — Бурый с Майклом, вы идите туда, — дракон указал рукой на дорогу и мужчины покачали головой, принимая его слова, — я пойду в противоположную сторону. Вишня, ты иди прямо. Будьте на связи, — с этими словами драконы разошлись по назначенному пути, не говоря друг другу больше ни слова.        Вишня знал, что Сару не хватит надолго. У девушки не было такой выдержки как у него, поэтому играть в прятки достаточно долгое количество времени она не сможет. Его тело окутывал страх потерять её.        Главное не опоздать.        Плевать на все. Плевать на то, что силы начинают постепенно покидать его, плевать на то, что голова безумно болит после вчерашней ночи. Плевать. Нет ничего важнее сейчас чем-то, чтобы вытащить её из этого болота и выбить всю дурь. Она сумасшедшая, она ненормальная, она может сделать все, что угодно, лишь бы её не поймали. Она конченная идиотка, которая думает, что во всем виноват Вишня. Она близко, она рядом, она где-то около него, он чувствовал это, чувствовал её присутствие, чувствовал её страх. Почему она винит его? Почему она не считает, что из-за неё он стал таким холодным и жестоким? Почему не думает, что из-за неё перестал держать эмоции под контролем, выплескивая их каждый раз с новой волной гнева? Почему не думает, что из-за неё он теряет голову? Черт возьми, почему? Почему не понимает, что одурманивает похлеще любого наркотика, срывая башню. Почему не видит, как он сходит с ума от неё, как желает каждый раз, как безумно любит? Где её глаза, когда она не видит ничего, кроме шквала негатива? Что, черт подери, вообще происходит в её голове? Он обожает каждое её слово и прикосновение. Обожает каждое движение и действие. Он обожает в ней все, абсолютно все, до последней капли. Обожает, черт возьми, не просто любит, а обожает! Это лучшее, что могло произойти с ним жизни, лучшее, определённо, самое лучшее! Слова вырываются из грудной клетки, разливаясь по ночному лесу, когда Вишня бежит по нему, оглядывая каждый куст в надежде там отыскать О`Нил. Безуспешно. Она не сдастся, он прекрасно это понимал. Она боится. Боится, но сама не понимает чего. Разве его стоит бояться? Разве стоит делать из него тирана? Разве стоит выставлять его в таком свете? У него не осталось ничего, кроме этих чувств к ней. Разве он не обещал всегда быть рядом и помогать во всем? Обещал.        И всегда держал свое слово.                                                  17 июля 1986 года.        -Вишня, — нарушив гробовую тишину, девушка тихо произнесла его имя, отводя свой взгляд от чёрных кудряшек, словно боясь его реакции в следующие минуты, — мама не в восторге от моего выбора, — он понимает, что речь идёт о нем, — она считает тебя уголовником, который недостоин её дочери.        Вишня молча поворачивает О`Нил к себе, заглядывая в слезившиеся глаза. Его рука легла на коленку шатенки, поглаживая её.        — Разве я заставляю тебя сидеть допоздна с Чёрными Драконами? Разве заставляю пить со всеми бурбон и курить со мной мои сигареты напополам? Нет, Сара, это твой выбор, это твоя жизнь. Ты сама решаешь, что для тебя лучше, — она ошарашенно посмотрела на парня, явно не ожидая такой нежной, нахлынувшей, словно нега, реакции, — я поговорю с ней, Сара. Не волнуйся, принцесса, пожалуйста, все будет хорошо. Я всегда рядом.        Поблагодарив дракона, девушка положила свою голову ему на плечо. Он поговорит с мамой. Он справится.                                                  Её голос стоял у него в голове, заставляя двигаться дальше. Она рядом, она здесь. Да, это определенно так. Нельзя терять бдительность, нельзя растворяться в воспоминаниях, которые наносят раны. Да, они испортили друг другу жизнь, да, они сделали друг другу больно, да, они, черт возьми, ненормальные, зависимые, больные. Да, все так. Но они не могут отпустить друг друга. Нет, не сегодня, не сейчас. Этого не произойдёт никогда. Вишня знал, что не оборвет никогда с ней связь и никуда не отпустит.        Да она и сама не уйдёт.        Мысли прокрадывались в голову, заполняя её не самыми лучшими вариантами развития событий. Он был готов на все, чтобы найти её. Он был готов достать её из-под земли, был готов сорваться в любую точку мира, где бы она не была. Глупая Сара пыталась бежать, но она не учла того что Драконы всегда на шаг впереди. Они знали, что Сара захочет спрятаться. Захочет уйти, сбежать, исчезнуть, лишь бы не видеть Дракона больше никогда в своей жизни. Майклу пришлось силой разговорить Никсона, который единственное что сказал:        — Она собиралась в аэропорт. Я больше ничего не знаю, клянусь.        Драконы поняли, что нужно действовать быстро. Они окружили аэропорт со всех сторон, но все пошло не по плану. Теперь Вишня вынужден искать О`Нил в этом треклятом лесу, ожидая самого худшего, что могло только произойти.        Остались только эмоции, холодный рассудок давно покинул мужчину. Да, это она сделала его таким. И в этом нет её или его вины. С этим нужно было просто смирится.        Вишня понимал, что между ним и Сарой стоит невидимая стена, которая не позволяет им пройти все трудности вместе. Но он готов поклясться, что сделает все что угодно для того, чтобы стереть эту стену, уничтожить её, превратить в груду мусора. Он готов сделать все, чтобы быть с ней. Чувствовать её запах, чувствовать её дыхание и сердцебиение. Чувствовать её взгляд на себе, её нежные прикосновения, её страстные поцелуи. Он все сделает. Абсолютно все.        Просто по другому и не могло быть.                                    Судорога подкосила ногу Сары, заставляя её упасть лицом в грязь. Нет ничего хуже, чем-то, что она сейчас ощущает. Это будто игра со смертью, когда ты бегаешь кругами от неё, зная, что она просто выжидает момент. Губы дрожали от чувства убивающего изнутри страха. У неё не осталось ни ненависти, ни гнева на Вишню. Лишь один страх. Страх, который поднимался от самого основания, останавливаясь где-то в районе груди, заставляющий сделать то, что давно пора было сделать. Узел внутри связывал между собой два чувства: гнев и ужас. Он убил в ней все. Убил все чувства, убил все эмоции, превратил человека в существо, способное только на страдания. О`Нил ненавидела себя за то, что решила сдаться таким жалким образом. Она ненавидела себя каждой клеткой, ненавидела это чувство проигрыша, представляя на лице Вишни ту самую ехидную ухмылку победителя. Достав из заднего кармана джинс холодное оружие, девушка подметила, что её руки содрогаются в попытке сделать необратимое.        — Какая же ты мразь, Сара! Ты даже убить себя не можешь! Избавить от мук и страданий! На что ты вообще способна, идиотка? На что? Влюбиться в человека, который растоптал тебя? О да! Да, только на это ты и способна, никчемная тварь, — из её уст вырвался нервный смешок, плавно переходящий в истерику, — только на это, верно? Нет! Возьми себя в руки. Доведи дело до конца. Убей себя, избавь от него, избавь от чёртовых Драконов, от чёртова Сентфора. Избавь! , — она воткнула нож себе в ногу, задыхаясь от нахлынувшей боли. И пусть сейчас весь Сентфор слышит её крики, пусть Чёрные Драконы найдут её, но шатенки нужно было это, как глоток свежего воздуха после дождя. Перед глазами все поплыло, а тело немного начало отходить после очередного выброса агрессии. Резко выдернув оружие, она кинула его на землю, помогая огромному количеству крови вырваться из свежей раны.        Разум постепенно отключался, заполняя глаза темнотой. Сердце, казалось, стучало с каждым разом все медленнее, а не наоборот, быстрее, от переизбытка адреналина. Сейчас она отключится и все закончится, сейчас, главное немного потерпеть. Окровавленная девушка оперлась всем телом об дерево, пытаясь сконцентрировать внимание на том, что все позади. Позади. Даже не верится. Он больше никогда не прикоснется к ней, никогда не сможет проконтролировать, никогда не побудит в ней желание умереть.        Потому что именно сейчас, именно здесь она уже делает это. Прикрывая глаза, шатенка чувствует, как что-то с огромной силой бьёт её в виски, заставляя провалиться в бездну.                                    Аарон Хилл всегда отличался от других тем, что умел вовремя включать разум, не пуская в ход кулаки. Вишня был полной его противоположностью: эмоции лились через край, затуманивая ему рассудок до такой степени, что он не мог остановиться. Пока в его жизни не появилась О`Нил.        И хоть главный дракон всем сердцем ненавидел Сару, но после её появления в жизни Вишни он смог пытаться удерживать свою агрессию, хотя у него крайне трудно это получалось. Она смогла найти рычаги точки невозврата, надавливая на них всеми силами, чтобы остановить Вишню. Он держался, держался небольшой промежуток времени, срываясь вновь с ещё большей мощью. Но держался.        И все-таки он на дух не переносил шатенку. Когда благодаря ей Вишню поймали копы, то он поклялся приятелю, что убьёт её собственными руками. Он помнил тот день так ярко, словно это произошло буквально пару часов назад. Помнит, как Сара побежала к шерифу в участок, помнит, как копы перевернули все казино, обыскивая каждый угол, помнит, как скрутили Вишню и увезли. Воспоминания всплывали в памяти, словно осколки стекла, вонзаясь в самое сердце. Он никогда не забудет слова приятеля, которые оставили неприятный отпечаток в его душе.                                                  26 декабря 1986 года.        — Я собственными руками вырву глотку этой дряни. Я её уничтожу, я заставлю её страдать и умирать в муках, — взгляд Вишни прошёлся по Хиллу, останавливаясь на его тёмных глазах. Главарь Драконов никогда не видел Вишню такого. Он резко прильнул к решётке, с ненавистью шипя ему прямо в лицо:        — Закрой свой рот и не смей даже говорить ничего в её сторону. Если я узнаю, что ты её хоть пальцем тронул, я сам тебя уничтожу, Аарон. Я не перестал любить Сару оттого, что попал в эту яму благодаря ей. Я клянусь тебе, Аарон, ты труп, если ещё хоть раз даже подумаешь в таком ключе про неё.        Взгляды приятелей были прикованы друг к другу. Иногда Аарону казалось, что Вишня переходит все границы, общаясь с ним на одном уровне. Не шевелясь, Хилл серьёзно произнес:        — Я уважаю тебя, Вишня, но думай, с кем ты разговариваешь. Я не позволю тебе общаться со мной в таком тоне. Если такое повториться, то я выкину тебе из Драконов.        Вишня издал нервный смешок. Отпрянув от решётки, он облокотился об стену, с вызовом рассматривая своего друга.        — Ну так сделай это. Ты решил меня запугать? Знаешь, что я думаю по этому поводу? Мне плевать. Я не позволю говорить о ней так, даже самому лидеру чёрных драконов, — он язвительно кинул эту фразу Хиллу, ожидая его реакции, — можешь делать что угодно со мной, но… — Вишня опять приблизился к дракону, — закрой свой рот в её сторону. Я сотру тебя в порошок, если узнаю, что хоть один волосок с её головы упадёт с твоей помощью. Понимаешь?        Резко развернувшись назад, главарь драконов быстро подошёл к выходу, оставляя Вишню наедине со своей ухмылкой на застывшем лице. Он не ожидал такой реакции. Хилл все больше понимал, что Вишня просто одержимый псих от которого нужно изолировать Сару. Иначе они уничтожат друг друга.                                                  Из воспоминаний Аарона вытащил яркий жёлтый кусок ткани, аккуратно прикрытый листьями. Он сразу узнал, кому принадлежит эта вещь. Подняв лоскуток, Хилл понял, что это часть блузки Сары.        Она была здесь. Они в правильном направлении.                                    Дышать становилось все труднее. Вишня чувствовал как жилки на висках пульсируют, сжимая голову. Он уже битый час ходит по этому проклятому лесу, каждый раз с замиранием сердце высматривая Сару.        Проклятье.        Её нигде нет.        Лишь на секунду замерев, Вишня осознает, что теряет время. Он закрывает глаза и видит перед собой её.                                                  31 марта 1985 года.        — Ты часто вспоминаешь прошлое? — шатенка лежала на груди Вишни, смотря в потолок, — например школьные годы?        Вишня хмыкнул, пожимая плечами.        — Я не думаю об этом. Как-то плевать. Самое яркое событие в моей жизни — это драконы и ты. Остальная часть молодости прошла не так радужно.        О`Нил улыбнулась и покачала головой, принимая его ответ. Аккуратно поднимаясь, Вишня всмотрелся в лицо девушки, пытаясь что-то в нем прочитать.        — А ты? Часто вспоминаешь прошлое?        — Нет, — она прикрыла глаза, — знаешь, Доменико Эстрада говорил "Обращайся к прошлому, только если собираешься сделать из него выводы" . Я придерживаюсь этого мнения.        — Поэтому и не обращаешься? — его лукавая улыбка озарила комнату.        — Верно, — оставляя лёгкий поцелуй на его шее ответила О`Нил, — пока что незачем.                                                  Теперь Вишня понимал эту фразу. Сара возвращалась к прошлому каждый раз, делая выводы из него. Но что-то ей не хватало. Что-то постоянно тянуло назад, в события пятилетней давности, указывая на ошибку. Либо она не хотела принимать правду, либо действительно не видела сбой. Либо и то, и другое. Она была умной девушкой, она знала, что стоит делать, а что нет. Но почему-то каждый раз откидывалась в 1986 год, пытаясь найти ответы на вопросы, которые застряли у неё в голове. Но только был ли в этом хоть какой-то смысл?        Нет. Не было.        Тряхнув головой, Вишня избавился от воспоминаний и продолжил путь, насвистывая что-то себе под нос.                                    Отдаленный звук очень напоминал свист. Открыв глаза, Сара все ещё видела перед собой разрастающуюся лужу крови, которая не прекращала литься из её ноги. Либо звук приближается, либо она бредит. Что-то из двух.        На ватных ногах она встала, держась за рану. Черт, как больно. Невыносимо больно. Больнее только осознание того, что дракон где-то уже совсем близко.        Сейчас она возьмёт все свое мужество в кулак и пойдёт дальше. Сейчас, нужно только перевязать рану. Срывая с себя уже порванную блузку, О`Нил крепко завязывает узел у себя на конечности, останавливая кровь. Шаги уже очень близко. Так близко, что прерывистое дыхание уже не заглушает их.        — Привет, принцесса.        Хватило всего двух секунд, чтобы, наконец, восстановить силы и двинуться дальше. Сара бежала. Бежала с такой бешеной скоростью, что ей казалось, что самолёты летят медленнее, чем она бежит. Она видит, как Вишня догоняет её, но не сдаётся, борясь до конца. Видит, что его силы тоже на исходе, но не сбавляет обороты. Она хочет спастись. Она хочет выйти из этого ада. Она хочет.        Но не получается.        Дракон валит её на землю, опираясь об нее всем своим весом. Всё. Это конец. Его ярость выйдет за границы реальности, она это чувствует. Черт, как страшно. Страшно и одновременно спокойно.        — Ты меня напугала, — его голос был спокоен. Впервые Вишня держится, чтобы не причинить боль Саре. Он прижимает её к себе ближе, стараясь вызвать у неё хоть какую-то реакцию, но она даже не шевелится, — Сара… Сара, боже, прости!        Ей тяжело. Очень тяжело. В прямом и переносном смысле. Он смотрит на неё так, как не смотрел никогда. Она видит заботу в его глазах, вместо привычной ярости. О`Нил сглатывает слюну, не решившись заговорить.        — Сара, прошу… — шепчет Вишня, дрожа.        Он её просит.        — Простить? — шатенка говорит тихо, — простить? Ха-ха! Ты серьёзно? — его брови хмурятся, но девушка продолжает, — за все то, что ты причинил мне? За то, что ты уничтожил меня? За то, что из-за тебя умерла моя мама? За то, что убил мистера Никсона? За все это просто простить? — все перерастало в истерику, — знаешь что? Я тебя ненавижу. Ненавижу всем сердцем. Я тебя не люблю и не любила никогда. Мне просто хотелось с тобой переспать пару раз и отхватить себе парня постарше, чтобы пустить слух по школе. Ты мне противен, Вишня, понимаешь? Противен! — он резко закрыл рот ей ладонью , ещё больше опираясь на её тело.        — Замолчи! — не в силах больше слушать слова, ранящие его сердце, Вишня вышел из-под контроля, — Не смей так говорить, Сара! Ты врешь, я знаю, что ты врешь! Ты всегда любила меня. Невозможно так смотреть на человека, не любя. Невозможно сходить с ума от каждого прикосновения, не любя. Зачем ты причиняешь мне боль, Сара?        Всхлипнув, девушка попыталась успокоится, немного смиряя свой пыл.        — А зачем ты на протяжении двух лет причинял боль? — она говорит спокойно, словно находится под действием нейролептиков, — знаешь, я скучаю по маме. Я бы все сделала, чтобы вернуть её. Это все ты. Ты лишил меня самого главного человека в моей жизни. Ты лишил жизни стольких людей… — О`Нил посмотрела в его глаза, — ты болен, Вишня, пойми. Просто болен.        Он прижал её к себе. Как раньше, когда она сильно нервничала или переживала. Тепло его тела быстро передалось Саре. Она прижалась к его груди, вдыхая родной аромат. Прикрыв глаза, шатенка захотела раствориться в нем, пропуская вперёд сердце, а не рассудок. Как же она скучала по нему. Каждый раз, когда они виделись, её сердце было готово выпрыгнуть из груди. Конечно, она соврала дракону, что не любит его. Сара любила. Искренне и по-настоящему.        Она откинула голову назад, наслаждаясь каждым сантиметром его тела.        — Прости, — Вишня шептал одно слово на ухо Саре, — я люблю тебя. Я исправлюсь, я тебе клянусь. Ты мне веришь?        О`Нил посмотрела на него, не решившись ответить. Она лишь кивнула мужчине, ещё сильнее прижимаясь к его телу.        Они лежали на холодной земле, не в силах оторваться друг от друга. Сара знала, что скоро вновь пожалеет об этом, но сейчас ей просто хотелось не отпускать Вишню, а только сильнее прижиматься к нему своим дрожащий телом. Вишня знал, что однажды снова сорвётся, разбивая все то, что только что создал. Оба знали, но не решались произнести это вслух. Игра закончилась. Победителем не вышел никто.        Дракон посмотрел на бледную шатенку, которая прикрывала глаза либо от усталости, либо от наслаждения. Сара О`Нил. Его Сара О`Нил. Такая хрупкая, но такая сильная. Какая смесь в одном человеке. Удивительно!        Не в силах пошевелиться Вишня прокручивал этот день в голове, словно кассету.        Он наконец-то стёр границу между ними. Он смог разрушить стену…