Путь к сердцу Ледяного Короля

      На долгожданную встречу я приехал сильно заранее. Это был мой первый визит в дом Гатри, и я старался подметить как можно больше деталей. Обширная территория была огорожена высокой живой изгородью. Массивные кованые ворота отворились перед моей машиной, и я проехал вперед по широкой вымощенной дороге. В шикарном саду суетился садовник, чуть поодаль, в кустах гортензии, виднелся высокий каменный фонтан. Я осмотрелся по сторонам, в надежде увидеть тот самый домик на дереве, но так в этом и не преуспел. Густые кроны каштанов скрывали от меня большую часть сада.       Эдвард встретил меня на парковке и проводил к дому. Это был великолепный двухэтажный особняк в классическом стиле, с арочными окнами и помпезными колоннами. Внутри все было подчеркнуто дорого: отделка из благородных пород дерева и камня, дизайнерские обои и шторы, дизайнерская мебель, скульптуры, картины на стенах, интерьер, как будто с обложки. Доминик Гатри был известным дизайнером, так что его дом был его визитной карточкой. И все же казалось совершенно неестественным, что такой огромный дом пустовал.       — А где же ваши двенадцать горничных? — не удержавшись, поинтересовался я.       — В эскорте господина Ричарда, — ответил дворецкий. — Это их первоочередная задача.       — Понятно…       Мы поднялись на второй этаж, прошли по коридору мимо рядов однообразных дверей и остановились у одной из них. Эдвард постучал и возвестил:       — Мистер О’Брайан прибыл.       — Пусть заходит! — послышался голос Мишеля.       По всему моему телу пробежала дрожь… Господи! Как я соскучился по его голосу! Ровно до этого момента, я будто бы и не верил, что мы вот-вот встретимся! Что все это происходит на самом деле, а не какая-нибудь постановка. Эдвард услужливо открыл передо мной дверь, и я вошел в комнату, которая больше всего напоминала какой-нибудь кабинет или библиотеку. Все стены были заставлены стеллажами с книгами, у окна стоял письменный стол, а в центре — три кресла, два из которых были заняты, а третье, судя по всему, предназначалось мне. Я увидел Мишеля и так и замер не в силах отвести от него глаз. Он сначала тоже посмотрел на меня, но потом смутился и отвел взгляд в сторону, подтянув к себе колени.       — Мистер О’Брайан, — произнес мужчина в соседнем кресле. — Я доктор Дилан. Рад, наконец-то, с вами познакомиться.       — Взаимно, — ответил я, пересилив себя и оторвавшись от Мишеля. — Можете называть меня Джеймс.       — Прекрасно, — произнес доктор Дилан и указал на кресло. — Присаживайтесь.       Я сел. Эдвард спросил — не нужно ли нам чего-нибудь и, получив отрицательный ответ, удалился. Доктор Дилан обратился ко мне:       — Джеймс, мы с Мишелем уже многое обсудили и пришли к определенным выводам, но картина все еще неполная, поэтому вы здесь. Я хочу, чтобы вы рассказали нам свою историю в режиме вопрос-ответ. Я буду задавать вопросы, а вы будете на них отвечать. Но чтобы мы в результате получили целостную картину и со всем разобрались, Мишель тоже будет отвечать на эти вопросы. Согласны?       — Конечно! — с готовностью произнес я.       — Замечательно, — кивнул доктор Дилан. — Тогда сразу же перейдем к вопросам. Мне известно, что брачные договоренности между альфами и омегами зачастую заключаются очень быстро и без непосредственного участия будущих супругов. Вчера вы еще ни о чем не подозревали, а сегодня уже помолвлены. Так и произошло в вашем случае. Что вы почувствовали, когда узнали о предстоящей свадьбе?       — Да… ничего особенного, — пожав плечами, ответил я. — Просто отметил, что время пришло.       — Это совсем вас не расстроило? Не нарушило ваши планы? — уточнил доктор Дилан.       — Нет. Я ведь всегда знал, что это произойдет и что это будет внезапно. Можно сказать, что эта свадьба с самого начала входила в мой жизненный план.       — Хорошо. Мишель. А что вы почувствовали, когда узнали о свадьбе?       — Ярость! — ответил тот. — И отчаяние! Я совершенно не был к этому готов, и это не входило в мой жизненный план! Честно говоря, я надеялся, что вся ответственность ляжет на плечи моего старшего брата, а меня вообще оставят в покое! Я до последнего противился этой свадьбе, пока папа не пригрозил, что сдаст меня в психушку или в какой-нибудь монастырь, где практикуют лоботомию…       Я сразу же вспомнил, что в прошлый раз в знак протеста Мишель уже прыгал из окна, и у меня защемило в груди. Должно быть, в преддверии нашей свадьбы в этом поместье разгорелся нешуточный скандал. Сколько бы я ни пытался поставить себя на место Доминика и Ричарда, я не мог с этим смириться! Если бы мой ребенок категорически не желал выходить замуж, я бы не стал его принуждать, каким бы выгодным ни был этот союз! Да что тут сравнивать? Мои дети определенно не будут настолько травмированными!       С другой стороны… Если бы не все это, мы с Мишелем никогда бы не встретились. От мысли об этом было еще больнее. Злой рок обернулся спасением. Эгоистичное самодурство его родителей в результате свело нас друг с другом. Что за превратности судьбы?       — Джеймс, — обратился ко мне доктор Дилан. — Что вы почувствовали, когда узнали, кто именно будет вашим мужем?       — Удивился, — ответил я. — Потому что никогда раньше не слышал об этом омеге.       — У вас много знакомых омег, верно? — уточнил доктор. — И вы были уверены, что вашим мужем будет кто-то из них.       — Да, — подтвердил я. — Мне казалось, что я знаком со всеми возможными кандидатами.       — Хорошо. Вы удивились, но что еще? Вы не были разочарованы тем, что это не один из ваших фаворитов?       — Да не было у меня фаворитов! — не сдержав раздражения, воскликнул я. — И я не был разочарован. Я был заинтригован.       — Понятно. Мишель. А что вы почувствовали, узнав, кто станет вашим мужем?       — Да мне было плевать, — ответил Мишель. — Хоть Папа Римский! Одинаково тошно.       — Вы не пытались до свадьбы разузнать что-то о Джеймсе? Познакомиться с ним?       — Я до последнего надеялся, что свадьбы не будет.       — А вы, Джеймс, — обратился ко мне доктор Дилан. — Вы не пытались заранее познакомиться с Мишелем?       — Ну… Свадьбу организовали так быстро… как вы и сказали в самом начале — без моего участия.       — То есть вам было все равно?       — Нет! По правде говоря, мне нравилась эта деликатная интрига. Мне казалось это забавным и волнующим. Первая брачная ночь с человеком, которого я раньше даже не встречал… Учитывая со сколькими людьми я переспал до этого, такое невероятное стечение обстоятельств показалось мне по-настоящему потрясающим. Я покосился на Мишеля, он еще крепче вцепился в свои колени и старательно игнорировал мой взгляд.       — Как будто… — продолжил я. — Как будто все это время я качался, и теперь мне предстояло встретиться с финальным боссом!       Губы Мишеля дрогнули. Он сдержал улыбку, но глаза его выдали. Доктор Дилан тоже улыбнулся.       — Итак, — продолжил он, — когда вы поняли, что все совсем не так, как вы представляли и столкнулись с резким неприятием со стороны Мишеля, что вы подумали?       — Я… просто растерялся и не знал, как к нему подступиться. Но я определенно хотел наладить с ним контакт!       — Какое впечатление у вас сложилось о нем? Будьте честны, сейчас мы говорим откровенно.       — Если откровенно, вы завалили меня вопросами, а Мишеля совсем не спрашиваете, — возмутился я. — Разве мы не восстанавливаем полную картину?       — И то верно, — согласился доктор Дилан. — Мишель?       — Что тут рассказывать? Конечно, он бесил меня! — фыркнул тот. — Меня бесило его глупое лицо! Каждое его действие и движение! Бесила его самоуверенность! Сам факт, что я вынужден находиться с ним в одной квартире!       — Ладно, хватит… — прервал его я. — В принципе, я не услышал ничего неожиданного, это был глупый вопрос… Мне… Я не знал, что думать. Я ведь ничего не знал о нем, и у меня не было заранее сформированного предвзятого отношения. Я всеми способами старался узнать его поближе. Сначала мне показалось, что он очень замкнутый, необщительный. Ну, знаете, из тех ребят, которые всю жизнь играют в игры и не выходят из комнаты.       — И?       — И? Я не считал это проблемой. Я все равно хотел найти с ним общий язык.       — В результате вы зарегистрировались в Эллинвейсе?       — Да, — честно признался я. — Я разносторонняя личность и решил, что если смогу разделить с ним его увлечения, у меня появится шанс. Но я не предполагал, что все выйдет так…       — А что вы предполагали? — уточнил доктор Дилан.       — Ничего конкретного, — ответил я. — Я ведь даже не знал, как устроены эти игры и не подозревал, что там такая социализация! Я думал, что если научусь играть, возможно, у нас появятся общие темы для разговора, вот и все…       — Какое впечатление на вас произвел персонаж Мишеля — Ледяной Король? И как это повлияло на ваше мнение о Мишеле?       Я вновь посмотрел на своего мужа. Очевидно, этот вопрос не был для него сюрпризом, но он все равно выглядел очень смущенным, хоть и пытался это скрыть.       — По правде говоря, я немного боялся, что он окажется пустышкой, — искренне произнес я. — Глуповатым ребенком с поверхностным оценочным восприятием и суждениями, которые я просто не смогу воспринимать всерьез. И при этом совсем не милым. Просто скучным, угрюмым и недалеким. — Я сделал паузу. — Но начав играть, я понял, что он невероятно крутой! Я чуть не рехнулся, пока создавал персонажа! Пока прочитал про все классы, пока подобрал себе билд… В результате я понял, что эта игра легкая только для тех, кто не хватает звезд с неба. Но чтобы пробиться в ТОП нужно серьезно заморочиться. Нужно хорошо соображать, держать в голове кучу информации, быть очень усидчивым и терпеливым. Я понял, что Мишель потрясающе умен и достоин восхищения! Когда мы стали общаться в игре, я узнал, что он вовсе не замкнутый одиночка, и что мы вполне совместимы, мне только нужно было пробиться через барьер предвзятости и каким-то образом перенести наше общение в реальность…       — Да, но зачем? — неожиданно спросил доктор Дилан.       — Что «зачем»? — не понял я.       — Зачем вы пошли на все эти сложные маневры, чтобы наладить отношения с Мишелем? Не проще ли было каждому остаться при своих интересах и оставить друг друга в покое? Никто бы не осудил вас за это.       — Разве я еще не сказал? — удивился я.       — Вы были заинтригованы? — с каким-то пренебрежением вскинув брови, переспросил доктор Дилан.       Я нахмурился. Уж не намекает ли он мне на то, что я всего лишь эгоистично потакал своим порывам, стремясь удовлетворить временный интерес? Не на того напал! Я уверенно заявил:       — Я влюбился в него с первого взгляда!       — Это неправда, — мягко произнес доктор Дилан.       — Хотите сказать, что я вру? — уточнил я.       — Я хочу сказать, что вы заблуждаетесь, — ответил он. — Вы лишь положительно оценили его внешние данные. Но будь перед вами любой другой омега с приемлемыми внешними данными, вы отреагировали бы точно так же. Вы просто не испытали разочарования с первого взгляда. Не стоит путать это с любовью.       — Что еще расскажете о моих чувствах? — хмыкнул я. — Мне не шестнадцать лет, и я не запутался. Терапия нужна не мне, я-то знаю, чего хочу.       — Не сердитесь на меня, — примирительно произнес доктор Дилан. — Судя по тому, что я слышал от Мишеля, я почти не сомневаюсь, что вы и правда полюбили его. Но не с первого взгляда. Вы влюблялись в него постепенно, открывая для себя его новые грани. Но мне интересно — почему для вас было так важно непременно наладить эти отношения?       — Потому что я хочу нормальную семью? — назвал я, как мне казалось, совершенно очевидную причину. — Потому что я хочу теплых и комфортных отношений с человеком, с которым проведу всю свою жизнь?       — Замечательное желание. Означает ли это, что вы проявили бы одинаковое рвение по отношению к кому угодно, кто оказался бы на месте Мишеля?       — Что вы пытаетесь сказать? — я начинал злиться.       — Просто пытаюсь проанализировать вас, — ответил доктор.       — Да, проявил бы, — признал я. — Я сделал бы все, что в моих силах, чтобы наладить отношения. Но я прекрасно понимаю, что сердцу не прикажешь, и если бы мы попытались, но ничего не вышло, я согласился бы на компромисс. Однако Мишель с первого дня не дал мне и шанса. Я не привык сдаваться без боя.       — Вы говорите, что сердцу не прикажешь, — повторил мои слова доктор Дилан. — Но именно этим вы и занимаетесь.       Я завис на какое-то время, обдумывая его слова, затем произнес:       — Я понял, что вы пытаетесь сказать. Вы беспокоитесь о моем сердце?       — Совершенно верно. Точнее меня беспокоит ваша уверенность в том, что вы сами смогли бы полюбить любого. Построить комфортные отношения с любым омегой. Мне довольно трудно понять насколько на самом деле глубоки или поверхностны ваши чувства. Вы уверены, что ваша «любовь» к Мишелю не самообман? Вы ведь никогда и ни с кем не были достаточно долго. Почему вы так уверены, что ваши чувства не остынут через год или два? И если это произойдет, как вы собираетесь выкручиваться? Джеймс, что вы вообще подразумеваете под «любовью»?       Я мрачно посмотрел на этого доктора, чувствуя непреодолимое желание открутить ему голову. Его вопросы путали меня, и я не понимал, чего он добивается. Он не сводил с меня ответного твердого взгляда, наконец, я улыбнулся и произнес:       — Разве это не один из тех извечных вопросов, на которые нет четких ответов?       — И все же, — настаивал доктор Дилан. — Какой смысл вы вкладываете в фразу «я влюбился в него с первого взгляда»?       Какое-то время я молчал в раздумьях, затем произнес:       — Эта фраза означает, что его внешность полностью соответствует моим идеалам. Она по сути своей не может означать ничего другого. Что касается прочих чувств — разве это не естественно, что они возникают постепенно при более близком общении? Видите ли, доктор Дилан, наши обстоятельства не дают нам широкого выбора. По сути выбор у нас только один — мы либо становимся друг для друга кем-то, либо остаемся никем. Я предпочел бы наладить со своим мужем крепкую душевную связь. Будет это любовь или теплая дружба — мы узнаем позже, но я определенно не хотел бы с ним конфликтовать. Мишель действительно очень сильно понравился мне, и с каждым днем он нравится мне все больше, поэтому с ним я хотел бы построить любовь. Конечно, если для него это совершенно неприемлемо, я отступлюсь, но, если откровенно… на данном этапе это будет очень болезненно для меня. Думаю, я все-таки полюбил его и вряд ли когда-нибудь смогу забыть об этом. Если вы беспокоитесь о моем сердце — оно вовсе не каменное, я просто реалистично смотрю на вещи.       — Я вас понял, — произнес доктор Дилан, и, никак больше не прокомментировав мою речь, обратился к моему мужу: — Мишель, на свадьбе вы узнали, что Джеймс очень популярен у омег и у него было множество любовников. Вам это очень не понравилось, верно? Почему?       — Мне просто не нравятся такие люди, — буркнул тот.       Ну, это не новость. Интересно, он поведал доктору историю с Рэем Харди?       — Но вы ведь не планировали налаживать с ним контакт и вас не волновало, будет ли он вам верен, не так ли? — уточнил Доктор Дилан.       — Конечно нет! Мне было бы плевать, кого и в каких количествах он там трахает, если бы он при этом не лез ко мне. Но он полез!       — Джеймс говорит, что пошел бы на компромисс, если бы вы сходу не восприняли его в штыки, — отметил доктор.       — Я слышал!       — Что вы об этом думаете?       — У нас же нет машины времени, так что, какая разница?!       — И все же? — настаивал доктор Дилан. Мишель упорно молчал, хмуря брови. — Вы боялись, что повторится ситуация из вашего прошлого?       — Да! — недовольно выплюнул он. — Я боялся, что если он мне понравится… и я начну сближаться с ним, он меня предаст. Наиграется и бросит…       — Да я бы никогда!.. — воскликнул я, но доктор Дилан осадил меня строгим взглядом.       — У вас будет возможность высказаться, — произнес он. — Мишель?       — Конечно же, я сразу бы в него влюбился! — вдруг выпалил тот, заставив меня открыть рот от изумления. — Он же на все 100% мой типаж! Красивый, сильный, умный, интересный, заботливый! И если бы я не обжигался раньше, то кинулся бы в этот омут с головой! Но если бы… — он вдруг шмыгнул носом, смущенно опустив лицо. — Если бы я полюбил тебя, а ты меня нет?! И какой тут может быть компромисс?! Я бы умер на месте!       Я чуть с кресла кубарем не навернулся, от его оглушительного признания. Мишель спрятал лицо в колени, только ушки краснели из-под кудрей.       — Ну, а теперь, взвесив все обстоятельства, вы готовы довериться Джеймсу? — поинтересовался доктор Дилан. — Или у вас еще остались сомнения на его счет?       — Остались, — буркнул Мишель. — Но я… хочу попробовать…       — Ч-что?.. — не веря своим ушам, переспросил я.       — Это не значит, что я полностью доверяю тебе! — выпалил он. — Но я готов попробовать! И мы должны быть предельно откровенны! И если вдруг ты решишь, что ничего не получится, ты должен быть очень, ОЧЕНЬ мягок! Если ты обидишь или обманешь меня, я отрежу твой хуй и заставлю тебя его сожрать, ясно?!       — Яснее некуда, — ухмыльнулся я, все еще не веря своему счастью.       — Если честно… скорее всего… — проговорил Мишель. — Я сделаю это в любом случае! Так что лучше тебе меня не расстраивать!!!       Постепенно придя в себя от шквала захвативших нас обоих бурных эмоций мы выслушали итоговые наставления от доктора Дилана. На мой взгляд — совершенно бессмысленные. Откровенно говоря весь этот разговор показался мне нелепым. Может быть потому, что для меня он был вырван из контекста, но если Мишелю нужно было все это услышать и он что-то для себя прояснил, я совсем не против. Я же услышал главное — я нравлюсь Мишелю! Он готов пойти мне на встречу, открыться мне, дать мне шанс! Надеюсь только, что в будущем мы обойдемся без посредников.       Мы распрощались с доктором Диланом. Эдвард отправился его провожать, а мы с Мишелем остались наедине. Я вдруг почувствовал себя ужасно неловко, не зная, как теперь с ним непринужденно заговорить. Даже захотелось позвать обратно доктора Дилана, но я тут же отбросил эту крамольную мысль и подумал о другом:       «Мы же не будем теперь встречаться раз в неделю или раз в месяц на сеансах у психотерапевта, медленно раскрываясь друг перед другом, двигаясь друг к другу крошечными шажками, выполняя дурацкие задания и получая за это медальки?.. Этого я точно не вынесу!».       — Я… я хочу извиниться, — первым заговорил Мишель. — Я вел себя как кретин. Я бы себе уже давно ебальник начистил, а у тебя просто ангельское терпение…       — Я все прекрасно понимаю, — мягко улыбнувшись, ответил я. — У тебя были причины. И я тоже должен извиниться. Прости, что водил тебя за нос, но все действительно далеко зашло, и я просто не знал, что с этим делать… Я очень боялся тебя расстроить.       «Умоляю, только не говори, что ты хочешь продолжить сеансы, поехали домой!».       От чего-то у меня язык не поворачивался произнести это вслух. После этого чертова сеанса я чувствовал себя настолько неуверенно, что боялся одним неудачным словом разрушить весь наш хрупкий прогресс.       — А почему ты назвал персонажа Джеком Дэниэлсом? — вдруг спросил Мишель.       — Ну… имя я подбирал даже дольше, чем создавал персонажа… — признался я. — Я хотел, чтобы оно как-то перекликалось с Ледяным Королем. Я перебрал кучу вариантов в духе: Владыка Пламени или Лорд Огня…       — Пффф ха-ха, — рассмеялся Мишель. Совсем легко и непринужденно, у меня даже от сердца отлегло. — Есть уже у нас в гильдии один Огненный Лорд, будь он неладен! Хорошо, что ты не остановился на этом варианте.       — Ну… потом я позвонил Карлу, — продолжил я. — И он сказал, что со льдом прекрасно сочетается виски.       — Так этот твой Карл, что вообще в курсе всего? — поморщившись, поинтересовался Мишель.       Похоже, мой зам вызывал у него не самые теплые чувства. Я даже осмелился подумать — уж не ревность ли это?       — Ну… Он мой лучший друг и главный советник, — осторожно пояснил я. — Без него мне было бы сложновато разобраться с некоторыми моментами.       — Он что, тоже играет в Эллинвейс?       — Нее, он просто играл раньше в подобные игры, поэтому хоть что-то в них понимает.       — Так это с ним ты довел Призрака Замка и Аллориэль до Зала Геройской Славы? — спросил Мишель.       — Что?! Ты об этом знаешь?.. — удивленно воскликнул я.       — Так ты же отдал мне свой телефон и сказал, что я могу делать с ним что угодно, — напомнил он. — Естественно я нашел переписку с Призраком.       — Прости!!! — взмолился я. — Когда я решил все это провернуть, я еще не знал, что вы были друзьями! Да и не думал, что они оба решат завязать с игрой! Мне нужен был только шлем!       — Я читал переписку, — произнес Мишель. — Учитывая, сколько баблища ты им отвалил, они остались только в плюсе. Похоже, сейчас у них все отлично.       — Ты не сердишься?.. — уточнил я.       — С чего бы? Они ушли из игры, зажав при этом кучу крутых шмоток. В том числе и те, что были выбиты общими усилиями. Так что ты сделал всем одолжение.       — Какое облегчение… — выдохнул я, затем набрался смелости и спросил: — покажешь мне свой дом на дереве?       — Дался тебе этот дом! — фыркнул Мишель.       — Ну пожалуйста! — взмолился я.       — Ладно, — немного подумав, все-таки согласился он. — Пойдем.