Моё горе тихое

Мое горе тихое. Не видно и не слышно его, только сидит где-то в глубине легких, да на кончиках пальцев, поднимаясь к сердцу, к горлу, когда в тишине ночи едва разборчиво гудит коробочка мультипроцессора. Экран передо мной никогда не гаснет, освещая спутанные вишневые волосы, щекочущие щеки, тонкий шрам, оставшийся после драки с будущим заклятым другом, темные круги под глазами, сухие губы. На экране всегда открыта пара вкладок – почта и новости, взгляд возвращается к ним каждые пару минут, будто мне есть что ждать. Отчасти есть.

. . .

- Знаешь, - говорю Тэхену, - сколько оттуда возвращается? - Знаю. Тэхен существо странное. Говорят, он не человек вовсе, а тот, кто из космоса прилетает, жить на Землю, принимая их облик. Мне, честно говоря, все равно. Но не удивлюсь, если он однажды обернется в косматого хищного зверя из старых книг, которые вымерли еще лет триста назад. В глазах его есть это животное, древнее, но лишь иногда. Как сейчас, когда есть в этом умирающем мире только он и я. Он, что видит сквозь кожу, вглубь, в мою темноту, и я. Говорят, Тэхен может видеть будущее, у него предки из тех, кто знал все тайны мира. Люди много что говорят, Тэхена не знает никто. Но не удивлюсь, если однажды он достанет хрустальный шар, посмотрит в него и скажет, что счастья больше не будет. - Может, заговоришь мне монету, как в сказках? – я не выдерживаю, выпаливаю и вручаю кругляш, раритет, физическими деньгами уже давно никто не пользуется. Откуда он у меня? Наверняка от него, он ведь такой сентиментальный иногда. - Сказок начитался? – зарабатываю его улыбку, спокойную, он вертит монетку в пальцах, гипнотизируя. - Не знаю что делать. К чему стремиться. Тэхен возвращает её, зажимает в моих пальцах и тихо вздыхает. - Скоро поймешь. Ты всегда такой был. Тихий, весь в себе. А потом пришел и представил его, как своего мужа. Даже на свадьбу не пригласил, - Тэхен прикрывает глаза, вспоминая. - Я знал, что вы будете отговаривать. Тем более, Чимин его знал. Он служил вместе с его мужем… - Юнги не призвали из-за травмы ноги. Чимин так плакал тогда, но от счастья. Он боялся. Даже ты так не ревел. - Моё горе тихое. - Оно громче, чем ты думаешь. Тебе не нужно об этом молчать. Хосока призвали год назад. Все знали, война не закончится, не при их жизнях, не при жизнях их детей, пока есть в людях жажда забрать себе больше, отпилить кусок от того, что им не принадлежит. Когда Земля была опустошена, разлетелись корабли человечества по Солнечной системе, к ядовитой Венере, к опасному Марсу и дальше, и дальше, пока не столкнулись с теми, кто свое отдавать не хотел. С боевой мощью не было проблем, вскоре и участие людей в войнах снизилось до минимума. Они пожинали плоды, обслуживая военные заводы, но воевали единицы – те, кто управлял огромными машинами, пронизывающими космос. Родители Чимина, Сокджин и Намджун, были такими, пока не стали растить двух детей, своего и приемного – Тэхена. Муж Чимина, Юнги, был таким, пока его корабль не разорвало, он чудом вернулся на Землю, едва не потеряв обе ноги. Хосок был таким. Хосок есть. Я провел работающей бритвой по голове, молча прощаясь с алыми прядями, опадающими на пол. Он любил их, заплетал мне детские косички или перевязывал в хвосты, целовал в макушку и называл вишенкой. Сколько возвращаются? Двое из десяти. Дво-е. Новостей с фронта нет. Я схожу с ума. Все тихо во мне, да, но я тоже не нежный цветок, я могу жить не только в теплице. Вне теплиц уже не выживает даже полынь, значит быть мне очень выносливым пустынным кактусом. Помойной крысой, питающейся неведомо чем, спящей неведомо где, но живущей полноценно и не страшась. Ежик волос колючий и странно смотреть на своё лицо, с такой прической одутловатое и щекастое, но привыкну. Я ко всему привыкну. Здание правительства приветствует запыленными флагами и серыми стенами, пугая, вызывая отвращение. Я потер пальцами пробитую монету, висящую на шее. Не ржавеет, не зеленеет, значит, есть шанс? Или все же Тэхен не колдун. Второе наиболее неправдоподобное, но как же хочется надеяться… Пластина смартфона загорается сообщениями от Чимина, беспокойными, вопрошающими, не читаю, выхожу из сети. Несколько часов и до вылета останется два дня. Спасибо родителям за оплаченное обучение в военной академии, но они наверняка будут не рады новостям. Как не были рады, когда сын позвонил им, демонстрируя платиновое кольцо на безымянном пальце – на что-что, а на бедность Хосок никогда не жаловался. Проекция иконы на стене храма дернулась, исказившись на мгновение. Я склоняю голову, губы шевелятся, повторяя древнюю молитву, которую выучил в детстве. Я буду пользоваться всеми знаниями, что есть, всеми возможностями, всем. Я тихий, все вокруг меня тихое, но эта тишина лишь внешняя оболочка. Внутри меня снаряды звучат громче ядерных, и я больше не вижу преград. Я просто очень люблю Хосока. В этом все дело. - Чонгук так и не ответил, - Чимин проверил смартфон и свернул его пополам, пряча в карман. Тэхен отвел затуманенный взгляд от Сокджина, занятого домашними делами, и накинул на себя плед, будто резко почувствовал холод. - Значит, решился. - На что? - Скоро он будет рядом с Хосоком, - Тэхен прошептал, доставая из кармана заржавевший перекошенный пятак.