Мир Спасения

      Минуло чуть больше полугода. Апрель набирал свою силу, возвращая тепло и зелень на улицы Ругерку. Жители избавлялись от тёплой одежды, готовясь к летнему зною. Но было двое волков, которые этой ситуации, были совершенно не рады.       Двадцатое апреля. Казалось бы, простая дата, но именно в этот день, девятнадцать лет назад, на свет появился белый волчонок с голубыми как небо глазами и красными и синими замкнутыми, ломаными линиями вокруг глаз. Этот маленький комочек шерсти получил гордое имя — Верный Ветер, которое в переводе на древней волчий, звучало как Шаман.       Именно накануне двадцатого апреля Шаман и его возлюбленная, Юна, сидели у него вечером, планируя прекрасный день вдвоём, когда в дверь позвонили. Двое волков переглянулись и подошли к двери. Голубоглазый заглянул в глазок. В этот момент его морда застыла в ужасе. Он нервно сглотнул. У салатовой волчицы сузились зрачки. Шам боялся так только одной вещи, своей родни.       Двое волков тупо уставились друг на друга, пытаясь не дышать. Юна кивнула на лапы белого волка и призвала свой гид. Она быстро отключила звук. Шаман поспешил повторить её действия и как раз вовремя. На экране появилась экононка с синей волчицей, с красными веерами у таких же красных глаз. Под ней была подпись «сестра».       Фиолетовоглазая кивнула белому волку в сторону ванны, и они вдвоём удалились туда. Только после этого, Шам нажал кнопку «принять вызов»: -Привет, Квида. Что ты хотела? Я немного занят. — мрачно говорил Шаман. Хотя в это же время его левый глаза нервно дёргаться. -Шаман Иммерли! — послышался гневный голос Рин Иммерли, его матери, — не смей так разговаривать с сестрой! И где тебя, чёрт возьми носит в столь поздний час? -Мам, времени пол седьмого. Пары закончились пол часа назад. Я имею право не быть дома почти до полуночи. -Братишка, — послышался расслабленный голос Мича, одного из старших братьев Шама, — не парься по поводу маман. Мы просто приехали к тебе на день рождения и сидим под дверью. Не мог бы ты быть столь благосклонен открыть её нам? -Как я говорил ранее, я не могу. Я занят. — отчеканил голубоглазый. -И чем же ты там, позволь меня спросить, занят? — послышался голос второго брата, Нида, такой же расслабленный, но более высокий. -Я не дома. И мне до дома ещё далеко. — менее уверенно сказал он. -И где же ты, позволь узнать? -А тебе-то какая разница? -А такая, что я восемь с половиной часов трясся в дороге, а теперь стою под дверью, в ожидании, пока на моего брата снизойдёт озарение, и он пустит меня к себе, чтобы я мог зайти в его ва… -Можешь не продолжать. — перебил его Фед Иммерли, отец Шамана. -Мы с матерью и твоей сестрой не хотим это слышать. Шаман, слушай внимательно. Мы все устали, и очень хотим отдохнуть. Не мог бы ты отложить свои дела, и приехать домой, открыть дверь. Кстати, мы всё-таки хотели бы знать, чем ты там занят? -Он гуляет со мной. — резко сказала Юна. -Да, мы с Юной гуляем за городом. На идти домой почти сорок минут. -Прекрасно, мы тут стоим под дверью, а он там со своей девушкой любовными утехами занимается. — послышался голос Квиды. -Тебе ли говорить сестрёнка, — загоготали Мич и Нид.       Шаман и Юна покраснели, но нашли силы в себе ответить: -Мы просто гуляем, ничего такого. Нам даже двадцати пяти нет. -Да-да, конечно, — продолжала Квида, — Говорите сорок минут? А у вас нет запасного ключа под ковриком? -Нет, но у меня есть идея, — сказала салатовая волчица. Она написала Рами, и попросила ту через сорок минут принести запасной ключ от квартиры фиолетовоглазой и отдать их семье сине-бело-голубых волков. Рами согласилась. — Мистер и миссис Иммерли, моя подруга скоро вернётся домой и принесёт вам ключ от моей квартиры. Можете посидеть там до нашего возвращения. -Хорошо, спасибо и на этом, — буркнул кто-то из семейства Иммерли.       Как только звонок прекратился, Шаман и Юна захихикали, а потом и вовсе расхохотались: -И что мы будем делать? — утирая выступившие слёзы, спросил белый волк. -А ты что хочешь? -Я хочу есть. — улыбнулся голубоглазый. -С меня еда, с тебя чай. — улыбнулась в ответ салатовая волчица, и они вдвоём прокрались на кухню.       Фиолетовоглазая решила по-быстрому приготовить мясо с луком и сыром. И Буквально через двадцать минут, два волка ели аппетитное мясо. Они переглядывались и хихикали. Всё это кончится, когда семья Шама зайдёт в квартиру. Но не сейчас. Сейчас они вдвоём и счастливы быть рядом друг с другом.       Спустя двадцать минут от Рами пришло сообщение:"Ключи отдала. Это родственники Шамана? " Юна быстро ответила:"да», и Шам с салатовой волчицей пошли в квартиру последней.       Фиолетовоглазая вставила ключ в дверь и, повернув его в дверной скважине, открыла дверь. И как раз во время. Тройняшки стояли у холодильника, собираясь его опустошить, а миссис Иммерли начала двигать мебель и менять вещи местами.       Шаман громко кашлянул, привлекая к себе внимание. Белый волк с красными глазами подал сигнал своему семейству, и они уставились на Юну с Шамом: -О… Явились, любовнички. Что-то ваша подруга не спешила к нам с ключом, и та-ак странно на нас смотрела, — расслабленно говорил Нид. -Да… Мы устали тут ждать, — подхватил Мич. -Дети, замолчите, пожалуйста. — Фед Иммерли подошёл к Шаму и кивнул ему: -Рад тебя видеть, сынок. Вижу, у тебя тут всё хорошо.       Салатовая волчица чувствовала, как гнев в голубоглазом закипает. Ей самой была неприятна вся ситуация с родственниками. В этот Новый Год её родители так же завалились к ней без предупреждения и пробыли с ней целую неделю. Хотя бы с её родственниками не было проблем, и та неделя была вполне себе. В этот раз, оба волка знали, насколько бы дней семейство Иммерли не задержались в Ругерку, это будет невыносимо. -Какого чёрта вы тут делаете, даже не предупредив?! — почти сразу вспылил Шаман. -Не смей так говорить с отцом! — выкрикнула голубая волчица с жёлтыми глазами. -Дорогая, спокойно… Лучше помоги Квиде. У её морды такое выражение, будто она родит прямо здесь. А теперь, Шаман Иммерли, нам нужно с тобой серьёзно поговорить, выйдем к тебе в квартиру на время. Мисс Фулпис, — красноглазный осторожно поклонился и вышел с Шамом, оставив Юну наедине с оставшимся семейством Иммерли.       Салатовая волчица стояла как вкопанная. Она понимала, что должна что-то делать, но в её доме было четыре волка, которые старше её минимум на одиннадцать лет. Фиолетовоглазая нервно сглотнула: -Хотите ли вы чаю или может быть кофе? — вежливо предложила она. -Кофе! — воскликнули почти все, кроме Квиды, она спокойно ответила: -Чай, пожалуйста. -Ого, хотя бы один ценитель чая! -Ну… Не совсем.       Синяя волчица вышла из-за стола. В её ухе была серая большая серьга. На ней была красная футболка, а размеры боков в несколько раз больше чем при их последней встрече. Юна замерла, пытаясь осознать: -То есть…ты… — записалась фиолетовоглазая. -Ага, да, я беременна. -И… Какой срок? — неуверенно спросила Саратова волчица. -Седьмой месяц, последний уже. Вот-вот, со дня на день, должны начаться роды. -Стой… Седьмой месяц?

***

Отец и сын зашли в квартиру номер «776». Фед Иммерли поднял лапу и ударил ей по плечу сына, он пошатнулся, но остался на лапах: -Как ты смеешь так разговаривать со своей семьёй. Неужели мы с матерью ничему тебя не научили? Уважению, например? Или терпимости? Ты ведь жалок! И что такая чудесная девушка как Юна только нашла в тебе?! — Иммерли старший сделал ещё один замах, но барьер Шама его остановил. -О… Магические трюки. В институте выучил, а? А без них ты кто? Бесчестный трус, которому не важна собственная семья!       Шаман снял барьер, после слов отца. Последний замахнулся ещё раз и, попав по лапе голубоглазого отшатнулся: -Что такого Юна во мне нашла?! Я сам не знаю! Но она проявляет ко мне и любовь, и уважение, и терпимость! Это мотивирует меня поступать лучше, чтобы она чувствовала себя также! Всё, что вы когда-либо делали, это оскорбляли меня, не считались с моим мнением и вообще считали пустым местом! Зато вы пользуетесь мной во всю! Завалились ко мне домой, не предупредив! Обругали лучшую подругу Юны, за то, что она сделала вам что-то хорошее, не знав вас! И ты ещё спрашиваешь, почему я так с вами общаюсь?!       Шаман хотел замахнуться и ударить отца, но он заглянул в его красные, как кровь глаза. Страх — единственное чувство, которое отражалось в его глазах. Голубоглазый сделал глубокий вдох. Слёзы невольно подступали к его глазам. Но он должен быть сильным. Даже капля не должна была показаться на глазах.       Фед встал, подошёл к сыну и предложил ему присесть. Его момент страх был обуздан внутренним контролем красноглазого: -Сынок, есть одна важная вещь, которую мы с мамой и твоими братьями и сестрой, скрывали от тебя…

***

      Квида и Юна сидели на ветвях одного из деревьев, растущих в саду последней. Под синей волчицей была мягкая подстилка из хлопка. Около обеих волчиц стояли чашки с чаем: -То есть, у волков здесь беременность протекает около семи месяцев? И около шести из них отводится на формирование магических сосудов и магии в целом? — удивлённо спрашивала салатовая волчица. -Ага, именно так. -Это так классно, ты будешь мамой… -Даже шесть раз мамой. — улыбнулась красноглазая, делая глоток чая. -О, так, вы с мужем планируете шесть раз заводить волчат? -О, мы даже не думали. — хихикнула Квида, — Я имею в виду, что я ожидаю шесть детей. -Неудивительно, что тебя так разнесло.- ухмыльнулась фиолетовоглазая. -Кстати, я ожидаю, что большинство будет тигрятами, а мой муж, ожидает, что будут волчата. Забавно, не так ли? -У тебя муж тигр? Классно, — усмехнулась Юна. -Ага. Я думаю, тебе это тоже ждёт. Ну, всмысле дети. Сколько тебе там? Семнадцать или восемнадцать? Впрочем, не важно. Как только тебе исполнится двадцать пять, Шаман непременно позовёт тебя замуж. И ты непременно согласишься. Вы действительно «идеальная пара», — усмехнулся синяя волчица, делая глоток чая, — а потом, однажды, что-то пойдёт не так, и ты будешь готовиться стать матерью. -Знаешь, будь мы в моем родном мире, так бы всё и было… Но здесь… Если мы поженимся, нам, возможно, придётся провести вместе всю нашу жизнь, которая не короткая, я должна сказать. Около семидесяти тысяч лет. С детьми тем более можно не торопиться. К тому же, один раз во время наших разговоров с Вете. — Юна кашлянула, — с Шаманов, он сказал, что детей хочет после того, как ему исполнится двести лет. -А что насчёт тебя? Ты хочешь детей?       Салатовая волчица мрачно улыбнулась и посмотрела на небольшую акцию под ними. Она тяжело вздохнула и начала говорить: -Ты же знаешь, что я, — фиолетовоглазая запнулась. Несмотря на то, что она жила в этом мире два года, от этого слова ей всё ещё было неприятно, — переселенка? Так вот, наш вид не жил так долго как вы. Если тебе было семьдесят, это уже почтенный возраст. Дети после сорока вообще были проблемой. А здесь… Вы живёте семь тысяч столетий! Я знаю одно, когда-нибудь, я буду матерью, и я буду рада этому. А пока, я буду надеяться, что ты будешь приезжать со своими детьми и мужем. И у этих детей будет супер-тётя Юна, которая им будет давать самые вкусные фрукты и чай. А Шамана я уговорю, чтобы он не сердчал. -Ты знаешь, почему он нас так не любит? — после небольшой паузы спросила Квида. На её морде застыла слабая улыбка. -Ну вообщем-то да. Стоит ли тебе говорить? -Нет, не надо. Я сама тебе расскажу. Дело в том, что наша семья тоже переселенцы. Мне, Мичу и Ниду было семь лет, когда мы попали сюда. Шамана ещё даже в планах не было. И по традициям нашего мира, поведение нашей семьи было чуть ли не идеальным. Мы с братьями знали эти традиции и чтили их, но здесь пришлось меняться. Дома отец заставлял нас вести себя по традициям нашего родного мира, а в обществе мы пытались быть порядочными гражданами. Наш отец всегда был человеком воли, ему это давалось легко. Мама у меня… слабохарактерная и суеверная, она продолжала следовать традициям родного мира, а не здешнего. Что до нас с братьями, нам повезло, почти всю сознательную жизнь мы были здесь.       Но очень многое изменилось, когда родился Шаман…

***

-Когда ты родился, — продолжал Фед, — мы с твоей мамой приняли решение, что тебе не стоит знать о том месте, где ты никогда не был. Поэтому мы сразу учили тебя местным традициям. И тебе досталась моя воля, в отличие от Мича и Нида. Я понимаю, что нас сложно терпеть, но мы твоя семья, и мы должны быть вместе. Я надеюсь, ты поймёшь и простишь… -Пойдём к Юне. — жёстко сказал Шаман. Рассказ произвёл некоторое впечатление на него, но он не собирался никого прощать. Не сегодня.

***

      Юна и Квида допивали чай, когда Шаман вбежал в сад и позвал их. Две волчицы осторожно спустились с веток по лестнице из лиана и вышли в гостиную.       Белый волк смотрел на своих родственников и Юну. Только сейчас, он заметил, что Квида ждала детей. Голубоглазый кашлянул: -Мам, пап, Мич, Нид и Квида, я должен вам кое-что сказать. Я извиняюсь за своё поведение и буду надеяться, что оно не повторится. Но также, я должен сказать, что меня действительно не устраивает ваше поведение, и за все эти годы моих мучений, я врядли вас прощу. Но, вы моя семья, и я разрешаю вам остаться. На вас всех хватит места в моей квартире. Единственное, я хотел бы попросить Квиду остаться здесь. Юна прекрасный целитель, и она сможет помочь в случае чего. Юна, ты не будешь возражать? — он посмотрел на салатовую волчицу. Та улыбнулась и кивнула головой. -Прекрасно, если хотите, можете завтра погулять, заняться своими делами, но не разносить наши квартиры, пожалуйста. Нам с Юной завтра рано на учёбу, поэтому мы пойдём спать. До встречи завтра утром.       Всё семейство Иммерли, за исключением Квиды, ушли в соседнюю квартиру. Шам подошёл к Юне и обнял её: -Извини, что тебе пришлось всё это вынести. Разрешишь остаться с тобой, пока они здесь? -Ты молодец, это было сильно, разрешив им остаться и не наорать. Кстати, твоя сестра очень душевная, почти никаких проблем не было. Конечно, ты же мне уже два раза разрешал. — она поцеловала его в лоб.       На следующий день, после пар, Шаман и Юна устроили себе маленькую прогулку. Вернувшись домой, они почувствовали ароматный запах жареного мяса и разных овощей. Миссис Иммерли и Квида, которая носила теперь фамилию Нари, накрывали на стол.       Ужин прошёл в тихой обстановке. Юна тихо шепталась с Квидой. Мич и Нид имхо хихикали. Шаман смотрел в глаза отца, время от времени переговариваясь с Юной. После ужина, все ещё раз поздравили Шама и отправились спать.       Салатовая волчица лежала в своём любимом гамаке, протянув лапу к Шаму. Вдруг она почувствовала, как что-то толкает её: -Юна! Юна! Проснись, началось! — отдалённо слышался голос Квиды. -А?! Что?! — сонная волчица оглядывалась по сторонам. Тут она заметила Квиду. Её зрачки сузились: -Шаман! — фиолетовоглазая пнула белого волка под бок. -Вставай! Принеси мне полотенца, воды, ножницы и нитку с иголками! И позови сюда свою семью! Живо! — она пнула его ещё раз. -Квида, идём. Как часто схватки? -Не очень, раз в пятнадцать минут. — опираясь на салатовую волчица, отвечала красноглазая. -Пойдём в мой сад, там успокаивающая обстановка и много пространства для меня.       В саду Юна сделала крепкую подстилку из лиан и хлопка. Она уложила на неё Квиду, помогая ей успокоиться: -Спокойно… Тш. Скоро начнётся. Главное слушай мой голос. Если хочешь, могу дать полено, когда всё начнётся. -Зачем? А! -пронзительно закричала она. -За этим. Держи. — фиолетовоглазая создала маленькое деревце, и сломав его пополам, дала половину Квиде.       Шаман вбежал в сад со всем заспанным семейством Иммерли. Около Шамана парило несколько кастрюль с водой, полотенца и прочее из списка Юны. Они напряжённо стояли около Квиды и Юны: -Слушай мою команду! — громко крикнула последняя. -Скоро у Квиды начнутся роды. На свет должно появится шесть волчат и тигрят. Всё, что вам нужно, осторожно, но быстро растерять их мордочки, чтобы они начали дышать. Возьмите полотенца. Прекрасно, теперь ждём. -убедившись, что все взяли по полотенцу, Юна вернулась к успокоению Квиды.       Спустя несколько часов, три волчонка и три тигрёнка были крепко укутаны в полотенца. Два волчонка, два мальчика, были абсолютными близнецами. Они были серо-серебристые, с красными веерами около глаз и такими же красными глазами. Третий волчонок, девочка, была синяя с серо-серебристыми ушами и веером на лбу, который соединялся с ушами. Её серебристые глазки, улыбаясь, смотрели на Шамана. Тот расплылся в улыбке, показывая разные «мордашки».       Оставшиеся три тигрёнка были девочками. Они были трёх разных цветов: синего, красного и серебристого. У каждой полоски были жёлтыми, так же как и глаза. Миссис и мистер Иммерли улыбались, смотря на них и на свою дочь. В эту ночь она была героиней. Она смогла заставить провести свою семью несколько часов друг с другом без ссор.

***

      На следующий день муж Квиды, серый тигр с оранжевыми полосами и глазами, приехал, чтобы забрать её и всех новорождённых. Шаман и Юна прощались с семьёй Иммерли: -Мам, пап, сестрёнка, братья, — белый волк говорил без лишней радости в голосе, но не слишком мрачно. — Я думаю, я всё-таки вас не простил. Но я буду рад видеть вас тут, особенно тебя Квида, вместе с моими племяшками и твоим мужем. Мы можем к вам приехать, если конечно пригласите. — голубоглазый подмигнул.       Вся семья обнялась на последок. Квида и Лынар подошли без слов к Юне и просто обняли её: -Спасибо тебе за всё. Без тебя я бы пропала. — прошептала синяя волчица. -Пустяки. Приезжайте почаще. Я буду рада вам.       Шаман и Юна попрощались со всеми снова и вернулись в свои квартиры. В конце концов, эти несколько дней закончились для них на приятной ноте. Но если бы они только знали, что их ждёт через несколько лет…