Часть 10
15 февраля 2020 г., 18:56
***
- Где он? - взволнованно спросил Чонгук, бесцеремонно влетая в квартиру Чимина, как только тот открыл дверь. Парень переполнялся желчью. Мало того, что на его больную голову нежданно-негаданно взвалился Тэхён с обширным спектром различной проблематики, так ещё и этот гребаный Чонгук ведёт себя так, будто это не он накануне зачарованно любовался чиминовыми прелестями, шептал ему на ухо головокружительные нежности, а потом оттрахал на заднем сиденье Хендая так, что Пак едва не лишился рассудка. Ему стало нестерпимо больно и обидно: больно оттого, что он моментально начинал сходить с ума, стоит только брюнету просто появиться в поле зрения, больно оттого, что он буквально умирал, душевно разлагался от малейшего звука, произнесенного этим чарующим хриплым голосом, но более всего ему было больно оттого, что ему казалось, что тот не испытывает к нему тех же чувств. Чонгук был болен Тэхёном: это читалось по его напуганному лицу, вздымающейся от волнения груди и по его сломленной грации. Он разрушался от своей любви так же, как разрушался Чимин от своей любви к брюнету. А Тэхён между тем разрушался от всей той химии, которой он пичкал своё тело. Возможно, не только от неё.... - Он закрылся в ванной, - ответил Пак так официозно, как только мог при всём своём нынешнем уровне душевной интоксикации. - Не хочет тебя видеть. Чонгук уставился на парня как старушка с альцгеймером, продолжая вибрировать грудью. - Что? - нахмурился он, оглядываясь по сторонам в поисках заветной ванной комнаты. - Тэхён! Брюнет выглядел абсолютно безумным, и Пак впервые обнаружил в нём какую-то скрытую ранее патологию, чем-то похожую на одержимость. И если бы парень сам не был слегка сумасшедшим, он бы не желал так рьяно стать объектом этой одержимости. Чонгук нашёл дверь и принялся настойчиво стучать, всё ещё игнорируя растерянно глазеющего на него Чимина. - Тэ! - позвал мужчина, продолжая тяжело дышать от излишнего, как казалось Паку, драматизма. Он явно гипертрофированно переживал за своего парня, неадекватно воспринимая ситуацию. - Открой, Тэ! - Уйди, Чонгук! - взмолился дрожащий баритон. - Тэ, прошу тебя! - брюнет облокотился одной рукой о дверь и изнеможенно упёрся в неё лбом. - Только не делай опять глупостей! - Я не буду, Чонгук, клянусь! - парень, судя по голосу, в очередной раз начал орошать лицо слезами. - Пожалуйста, уйди! Чимин ненавидел их обоих, ненавидел себя за то, что так самозабвенно позволил себе вляпаться в это дерьмо, ненавидел Хосока за то, что тот потерпел неудачу в столь обычно виртуозном вправлении чиминовых мозгов. - Чонгук, - несмело позвал Пак за спиной брюнета, легонько кладя руку ему на плечо. Тот нервно вздрогнул, резко обернулся и словно только в этот момент наконец осознал присутствие парня. Взгляд мужчины вмиг изменился, становясь более собранным и разумным, более трезвым. И это окончательно вдавило чиминово сердце в плинтус. Горечь казалась такой нестерпимой, что парень едва не позволил себе проронить слезу. - Прости, Чимин, - тихо произнёс Чонгук, убирая волосы со лба, а затем устало проводя ладонью по бледному лицу. - Я не должен был впутывать тебя во всё это. Пак сосредоточил на брюнете разочарованный взгляд. - А как же "не сдавайся, Чимин"? - с упрёком спросил он. - Как же все твои грандиозные планы? Чонгук облокотился спиной о дверь и опустил глаза в пол. - Раньше я боялся потерять только его, - произнёс он полушепотом, - а теперь боюсь потерять вас обоих. Чимин вновь еле сдержался, чтоб не поддаться потоку тягостных и болезненных чувств, и не дать волю переполняющим эмоциям. Он поджал губы, отводя взгляд в сторону, моля самого себя о том, чтоб не наговорить лишнего и не начать лить слёзы. - Ты говорил, что я буду твоим спасителем, - сдержанно проговорил Пак. - Не знаю, что ты тогда имел в виду, но я хотел бы им быть. Брюнет перевёл на парня взгляд, от которого у того вмиг перехватило дыхание: в глазах мужчины была смесь нежности и благоговения. Он приоткрыл рот, собираясь что-то сказать, но осекся, и вскоре вновь уставился в пол. Чимин начал чувствовать себя ужасно неловко из-за всей этой ситуации, из-за того, что они с Чонгуком обмениваются любезностями, стоя у двери, за которой, вероятно, проходит все круги ада Тэхён. - Я не знаю, что делать, - наконец вступил брюнет, кладя руки на пояс. - Мне нужно ехать на дело через пару часов, но я не могу оставить Тэ в таком состоянии. Чимин не смог ничего с собой поделать, потому что казалось, что предложение оформилось в слова ещё до того, как парень сумел его обмозговать. - Я присмотрю за ним. Чонгук поднял на Пака недоумевающий взгляд, слегка нахмурив брови. - Присмотришь? Зачем тебе это? Брюнет выжидающе уставился на парня, а тот долго не мог толком ничего путного ответить, ибо, действительно, "зачем?". - Хочу помочь тебе, - наконец ответил он и отвёл глаза в сторону. - И ему тоже. Чонгук поначалу недоверчиво хмурился, что-то натужно обмозговывая, а потом обратил лицо к двери, прикладывая к гладкой поверхности ладонь. - Тэ..., - мягко позвал он. - Ты меня слышишь? Несколько секунд за дверью царила тишина, и Чимин даже успел слегка трухнуть, ненароком воображая, что этот эксцентричный наркозависимый парень мог натворить в то время, пока они с брюнетом разглагольствовали. - Уходи.... - простонал низкий голос. Чонгук сглотнул, опуская потяжелевшие веки и снова положил руки на пояс. - Я уйду, если ты откроешь дверь, - строго проговорил он в своей обычной манере. - Мне нужно убедиться, что ты в порядке. И вновь тишина. - Тэ..., - настаивал брюнет. В ванной сначала послышалось какое-то шуршание, а затем замок щёлкнул, и дверь легонько приоткрылась. Чонгук тут же распахнул её, обнаруживая съежившегося парня, который, завидев обеспокоенный взгляд любимого, обхватил себя руками словно от холода и отступил назад. Мужчина слёту заключил его в объятья, прижимая к телу так, словно тот только что был спасён от жизненной угрозы. - Что ты творишь, Тэ..., - прошептал он, мягко касаясь губами влажного лба Тэхёна. Парень сначала застыл, зажмурив глаза, будто страшась поддаться чувствам, но потом не выдержал и бросился Чонгуку на шею. - Прости..., - слёзы вновь покатились по и без того заплаканному лицу. - Я просто больше не могу так.... Брюнет ласково поглаживал растрепанные тёмные волосы. - Мы справимся, Тэ..., - тихо вымолвил он, невидящим взглядом уставившись на белую плитку на стене. - Только ты должен остановиться. Тело Тэхёна начало вздрагивать от вновь нахлынувших рыданий. - Я не могу! - надрывно взревел он и начал потихоньку сползать на пол, так как ноги подкосились от бессилия. Чонгук опустился вместе с ним, обхватил мокрое от слёз лицо ладонями и направил на себя, заставляя посмотреть в глаза. - Можешь, любимый, - нежно прошептал брюнет парню в губы и оставил лёгкий поцелуй на щеке. - Просто потерпи немного. - Он прижал лоб ко лбу Тэхёна и закрыл глаза. - Осталось ещё чуть-чуть. Ещё чуть-чуть и мы свободны.... Тэ обхватил запястья Чонгука тонкими пальцами, фокусируя на нём окосевшие, полные ужаса глаза. - А что если не получится, Чонгук? Что если.... - Всё получится, - с жаром выдохнул брюнет, сильнее сминая бледные щёки парня. - Только ты должен помочь мне, Тэ. Прошу, помоги мне. Ошалевший Чимин уставился на половую драму, стоя в проёме двери и не зная, куда себя деть. Ощущение нереальности происходящего вновь охватило его хрупкое сознание. Он даже больше не ревновал, а просто испытывал какую-то тяжкую горечь, пропитывающую насквозь всё его существо. Чонгук словно почувствовал спиной низкочастотные чиминовы волны, и мягко отстранился от всхлипывающего парня. - Мне нужно сейчас уехать, - объяснил он, улавливая вопросительный взгляд наполненных влагой тэхёновых глаз. - Ты знаешь, что будет, если я его ослушаюсь. Тэ торопливо закивал головой с по-детски раскрытым ртом. - Побудь пока с Чимином, хорошо? - нежно попросил брюнет, трепетно поглаживая большим пальцем подбородок парня. - Не беспокойся, - уверяюще залепетал Тэхён, плавно водя кончиками пальцев по щеке Чонгука. - Я буду в порядке. Брюнет смотрел на парня пристально несколько долгих секунд, бегая взглядом по лицу, затем остановился на пухлых, зовущих губах, но не решился коснуться их, ощущая пристальный взор Чимина за спиной. Тэхён потянулся за поцелуем сам и едва вновь не заплакал, когда Чонгук поспешно отстранился и встал на ноги. - Я должен идти, - строго сказал он, опять входя в свой привычный образ, и направился к выходу. Остатки того, что некогда было Чимином, проводили брюнета до входной двери. - Кто тебя повезёт? - вяло спросил парень, собрав в кулак остатки мужества. Чонгук остановился на пороге и одарил Пака каким-то странным, почти виноватым взглядом. - Я своим ходом, - пояснил он и поджал губы, помещая руки в карманы брюк. Чимин скользил глазами по едва ли не смущённому лицу брюнета, периодически соскальзывая на оголившийся участок груди, а то и на обтянутые мощные бедра. Он нервно сглотнул, страстно желая хорошенько огреть себя чем-нибудь по лицу. - Мне больше не нужен водитель, - аккуратно добавил Чонгук, прослеживая хаотичное блуждание чиминовых глаз, которые тут же встревоженно вернулись к лицу. - То есть..., - голос парня дрогнул. - Мне нужен ты, - не позволил его мрачным мыслям прогрессировать брюнет.***
- Я не мог сказать тебе об этом, зная, какой ты чувствительный у нас мальчик, - повысил голос Хосок, вертя половником перед самым носом Чимина. - Ты же борец за свою вселенскую псевдосправедливость! Компромиссы не по твоей части. Они стояли у Хоби на кухне, и Пак готов был задушить друга голыми руками, услышав долгожданное объяснение. - Как ты мог?! - запищал Чимин, выхватывая из рук Хосока раздражающий прибор и откидывая на столешницу. - Не могу поверить, что ты лгал мне всё это время! Хоби язвительно фыркнул, помещая руки на пояс. - Ну вот видишь, - устало прокомментировал он, - опять тебя бросает в крайности. Этот мир - нечто большее, чем поле битвы добра со злом, Чимини. Он гораздо более многогранный и неоднозначный, а ты пытаешься всё вечно впихнуть в одни рамки. - Не пытайся ввести меня в заблуждение своей витиеватой демагогией! - свирепел Пак, мечась по маленькой кухне из стороны в сторону и хватаясь за волосы. - Ты.... Предатель - вот кто ты! Чимин был настолько возмущён и расстроен, что не нашёл в себе силы слушать дальнейшие разъяснения друга. Он схватил свою серую джинсовую куртку со спинки стула и стремительно направился прочь. - Чимин! - крикнул ему вслед расстроенный Хосок, но в ответ услышал только хлопок входной двери. Он не стал догонять друга, не стал названивать ему и вновь молить всё обсудить. Хоби понимал, что всё это было слишком, и тому потребуется немало времени, чтоб переварить полученную информацию.***
Чимин почувствовал неладное задолго до того, как попал в свою квартиру. Он ехал в лифте, прижимаясь к холодной металлической стенке плечом и изможденно потирая глаза, когда вдруг ощутил волну необъяснимого беспокойства. Чонгук пропал с прошлого вечера, не отвечая на звонки, чем стократно усилил огорчение парня. Он переживал и злился одновременно, не зная, что делать дальше. Но самой большой его проблемой был призрак Тэхёна, бродящий по квартире, как зомби, приступообразно корчащийся на диване и бурчащий что-то бредовое, покрываясь испариной и закатывая глаза. Чимин не мог спокойно на него смотреть, но не имел ни малейшего понятия о том, что делать: он просидел возле парня всю ночь, не сомкнув глаз, вырубившись лишь под утро. Проснувшись после обеда, он обнаружил себя в объятьях спящего парня. Пак аккуратно высвободился из плена длинных рук и ног и засобирался к Хосоку. Он не должен был оставлять Тэхёна одного - эта мысль вдруг ввинтилась промеж потоков внутреннего нытья, пробегаясь холодком по позвоночнику парня. Когда же Чимин наткнулся на приоткрытую входную дверь, то вмиг ощутил слабость в ногах. - Тэ? - напуганно позвал он, с опаской прокрадываясь внутрь и с изумлением улавливая сладкий аромат выпечки, разносящийся по квартире. - Чимчим! - завопил Тэхён, бросаясь парню в объятья и едва не снося с ног. Чимин окаменел, ощущая под ладонями горячую голую кожу висящего у него на шее парня. Из одежды на нём был один лишь кухонный фартук, и Пак не сразу вспомнил, откуда он у него вообще водился. Сердечные объятья затянулись, и Чимин был вынужден осторожно отстранить от себя возбужденного парня. Когда же он увидел на бледном лице Тэхёна небывалое оживление и нездоровый блеск в слишком тёмных глазах, внутри парня всё вмиг похолодело. - Я приготовил нам печенье, Чимчим! - воскликнул полуголый парень, криво улыбаясь во все зубы. - Тэ..., - Чимин заметно сглотнул, с нескрываемым ужасом таращась на расширенные зрачки Тэхёна. - Зачем, Тэ? - Как зачем? - театрально спросил парень, округлив глаза. - Ты же голоден! Ты давно голоден, я знаю. Тэхён ухватил Пака за руку, как ребёнок в детском саду и нетерпеливо поволок на кухню. Чимин, возможно бы ещё долго отходил от вида представшей взору тэхеновой голой задницы, если бы не дальнейшая картина, от которой у парня на долгие годы вперёд пропал аппетит. На кухне вокруг царил полный беспорядок: гора посуды, всюду рассыпана мука, а на столе чёрная тарелка с пресловутым печеньем и, что самое ужасное, знакомая Чимину маленькая стеклянная трубочка. - Что ты натворил, Тэхён? - скорее риторически спросил Пак, впиваясь в эту самую трубочку ошеломленным взглядом. Продолжающий вдохновлённо улыбаться парень, пробежался глазами по всей кухне и, искренне недоумевая, вернул их Чимину. - Ну, подумаешь..., - кинул он, пожимая голыми плечами. - Потом уберу. Пак посмотрел на Тэхёна со смесью боли и сожаления на изнуренном лице. Его усталость и бессилие доводили до отчаяния, отчего на глазах начали обильно наворачиваться капельки слёз. - Чимчим! - Тэхён заметил, как по щекам парня пролилась жидкая печаль, и вновь повис на его длинной шее, зажимая с таким чувством и отдачей, что тот ничего не мог с собой поделать, кроме как начать безудержно всхлипывать. - Не плачь, Чимчим! Я просто хотел сделать тебе приятное. Пак сильнее сжал тонкую талию Тэхёна, утыкаясь мокрым носом в тёплую шею. - Я просто хотел сделать тебе вкусняшку, как когда-то, - мягко произнёс Тэ, поглаживая волосы парня своими изящными пальцами. - Ты ведь так любил это, помнишь? Чимин намученно застонал, впиваясь в кожу на спине парня короткими ноготками. - Помнишь, - продолжил тот, - мы приходили с работы, и я пек тебе твои любимые кексы с изюмом, а потом ты трахал меня на этом самом столе так страстно, что соседи перестали с нами здороваться? Пак притих, всё ещё крепко прижимаясь к полуголому парню и не отрывая от его плеча мокрой щеки. - Ты был весь в муке потом, - наконец тихо произнёс он и ласково провёл маленькой ладонью по тэхеновой лопатке, - а когда мы пытались смыть ее в душе, стало ещё хуже.... Тэхён тихо хихикнул и прикоснулся губами к чиминову виску, упоенно втягивая запах его серебристых волос. - Ты помнишь, - довольно констатировал он, не прекращая эйфорически улыбаться. Чимин нашёл в себе силы отстраниться от до боли родного тела и посмотреть в некогда безумно любимые большие глаза. - Я помню всё, что с тобой связано..., - многозначительно произнёс он осипшим голосом. - И пошёл на всё это ради тебя. Тэхён резко отпрянул, упираясь голой задницей в край стола и устремляя вмиг обезумевший взгляд на напуганного Чимина. - Но потом ты влюбился в него! - с упрёком прошипел парень, неуклюже сминая пальцами белую ткань фартука, всем своим видом напоминая умалишенного. - Как и ты задолго до меня, - парировал Пак беззлобно, скорее с оттенком горечи. - Чонгук..., - Тэ вдруг встревоженно забегал глазами по полу, напоминая Чимину о своей зависимости. - Где Чонгук? Чимин растерялся окончательно. Он вмиг осознал, что перед ним уже не тот человек, которого он, как думал, когда-то так хорошо знал, по которому страдал бесчисленное множество бессонных ночей. Это больше не его бесстрашный, полный жизненной энергии и завораживающего артистизма Тэхён. Это лишь пепел от костра, фантом, проекция его воспаленного ума. Его Тэ стал бледной тенью своего белого хозяина, внедряющегося в душу через тоненькую стеклянную трубочку. Чимин медленно подошёл к парню и аккуратно притянул его в свои объятья. - Он скоро приедет, не волнуйся, - успокаивающе прошептал Пак, вновь крепко прижимаясь к Тэ, и ощущая, как тело парня понемногу расслабляется. - Я спасу вас обоих.
