Апокалипсис в Овраге

Готовили пасту и ели её Всадники молча, приглядываясь друг к другу. Совместное пение, идея совместного проживания и даже называние друг друга сестрами и братом для настоящего сближения работали недостаточно. Они изучали друг друга в тех аспектах, где могли на данный момент: Мор уплетала еду без зазрения совести, Война не торопилась поглощать всё содержимое тарелки за секунду, Смерть ел подчёркнуто неторопливо, и только Голод выглядела так, словно гипнотизировала каждую порцию спагетти. - Они не отравленные, - не выдержала Раздор, глядя на новообретённую старшую сестру. - А жаль, - огрызнулась Вороная. - Нас отравить? - Себя. - Нет, - холодно отозвался Смерть, - Ты не умрёшь. - Почему это? – съязвила Голод. - Я не приму, тебе ещё работать, сестрица. - Напомни, когда ты в последний раз ела? – прищурилась Мор, оглядывая тонкие ключицы и запястья Третьей. - Вчера утром, - неуверенно ответила Старшая, поправляя кофту. За столом воцарилось недолгое молчание. - Голод, так как ты Старшая над сёстрами, - напомнил Четвёртый, - То будь, пожалуйста, старшей над собой тоже. - А ты уверен, что она вообще нам сестра? – неожиданно скривилась Война, - Что-то не очень похожа на умудрённую опытом Вороную Всадницу, которую я помню. - Ты тоже не очень на мою спокойную и рассудительную сестру похожа, но я же не жалуюсь, - ядовито оскалилась Голод. - Так, прекратили обе! Девушки удивлённо обернулись к Мору, которая стукнула по столу ложкой и этим остановила надвигающуюся ссору. Смерть коротко улыбнулся и встал из-за стола, собирая пустую грязную посуду. - Если вы обе будете каждые полчаса огрызаться, вы будете ночевать на улице под проливным дождём, - констатировала Первая, - Если же вам хочется спать и жить в комфорте, как и подобает Всадникам, то вы сейчас протянете друг другу руки, пожмёте их и расскажете нам всё, что помните из своей предыдущей жизни, ясно? - А вы с братом? – подняла бровь Раздор, - Просто послушаете наши истории и кивнёте? - Мы расскажем всё по очереди, - объявил Бледный, - в порядке старшинства. - Вино старшим, воду младшим, - хмыкнула Голод и протянула через стол руку Рыжей, - Мир, Война? В кухне воцарилась гробовая тишина, слышно было, как тикают часы в соседней комнате. Мор и Смерть испытующе буравили глазами сестёр. Вороная продолжала сидеть с протянутой рукой. Тяжело вздохнув, Вторая пожала протянутую руку. - Ну вот и славно, - заключила Первая, - Братец, вещай. Как ты здесь оказался? - Вы когда-нибудь просыпались в морге? – спросил Смерть абсолютно серьёзно, - А вот я просыпался совсем недавно, года полтора назад, может, два. Санитары, которые сразу в обморок не упали, сказали, что я утопиться пытался, потому меня и привезли туда. Но я-то сам, понимаете, не топился, это просто тело такое дали свыше. Естественно, повреждение мозга, амнезия и никто не обратил внимания на новую личность после «воскрешения». - Понимаю, меня в реанимации вытащили, - Голод закатала рукава, показывая две белых полосы на запястьях, - Тело суицидницы, та ещё радость. Лежала в коме, потому что она повеситься перед этим пыталась, на это же и амнезию спихнули. А на амнезию спихнули то, что девочка из больницы ушла ютиться в синагогу, хотя отродясь ни во что не верила. - А моё тело в обморок упало посреди бела дня на лестничной клетке, - отмахнулась Война, - Проблемы с сердцем или что-то подобное, нашли её, то есть уже меня, без сознания и с огромной шишкой на затылке. Вскрикнули, всплеснули руками, нашатырь, лёд, а от амнезии и новой личности это всё равно не помогло. - Бывшая владелица моего тела, кстати, тоже в обморок падала, - обрадовалась совпадению Мор, - Только в лесу, и никто потому её не нашёл, так что я как-то сама очнулась, в мир выбралась. Честно говоря, в лесу было лучше. - Н-да, люди не самые приятные твари, - скривилась Война. - А чем мы лучше? – вдруг спросил Смерть, - Мы живём в их телах, можем ли мы говорить, что чем-то от них отличаемся. - Тем, что нас сослали с Небес, - тускло отозвалась Голод, наливая себе чай, - Они местные, а мы пришлые, вот в чём разница. И наше предназначение – сделать им очень и очень плохо. Всадники задумались, вспоминая, что было до всего этого. До этого переезда, до Самайна, до полутора лет человеческой жизни. За окном медленно светало. - Скошенные ветром, выжженные пламенем, - пропела Мор, - Втоптанные в землю копытами зла. - На кого надеялись, от чего бежали мы? – спросила у брата Голод. - Отчего так чёрен день, а ночь так бела? – ответил Смерть. «Раненное сердце, острые стрелы, чёрные кони, ночи без сна,» - звучало нестройное трио из окна квартиры на пятом этаже в семь утра, - «Там, за холмами солнце запело. Сделаешь шаг – за тобою весна.» - Это наша семейная песня, да? – усмехнулась Война, барабаня по столу пальцами. - Видимо, теперь будет, - отозвалась Мор. «Раненное сердце, острые стрелы, чёрные кони, ночи без сна. Там, за холмами солнце запело. Сделаешь шаг – за тобою весна.» Наступило подёрнутое снегом первое ноябрьское утро.