9
17 июня 2013 г., 10:51
Блейн лежит на кровати, раскинув руки и вглядываясь в темноту потолка.
Кто сказал, что все заканчивается хэппи эндом? И если ему сейчас так страшно, значит ли это, что уже конец?
Повернувшись на бок, Андерсон вглядывается в редкие ниточки бледного света, проглядывающие сквозь плотно задернутые шторы, со вздохом он закрывает глаза.
***
Взгляд Курта вновь натыкается на пустующее место за первой партой. Разочарованно опустив плечи, он смотрит на доску, где мистер Андерсон выводит какие-то даты и названия событий, только Курт сейчас вряд ли что поймет. Курт сейчас вряд ли что понимает кроме этого пустого и ноющего ощущения, свалившегося тяжестью на позвоночник и отдающее болезненными мягкими толчками в грудную клетку. Всегда так больно, когда скучаешь? Всегда так больно, когда очень ждешь? Ведь если долго ждать, он обязательно вернется? Не оставляют ведь тех, кто ждет? Курт, склонив голову, отстраненно смотрит на доску, дабы создать хоть какую-то видимость внимания, прорабатывая в голове миллионы вопросов, но не находя на них ответы. Где же ты?***
Блейн гипнотизирует входную дверь, за которой только что скрылся Купер, в спешке гремя ключами и отправляясь в школу. Отправляясь туда, где он. Быть может, через всю эту кучку километров и пару бесконечных метров Курт чувствует то, что чувствует Блейн? Знает его страх, его боязнь того, что может произойти? Его сковывающий ужас от того, что он толком и не знает, что дальше будет. Блейн честно пытался понять, что же значат слова, выведенные Куртом на бумаге, их истинный смысл, но лишь больше путался в собственных надеждах и сомнениях. Вдруг он просто хочет усыпить бдительность Андерсона, а затем высмеять, растоптать все то, что хранится в его сердце и голове? Но Курт не мог. Не мог же, правильно? Ведь Курт другой, он совсем по-иному относится к Блейну, ведь нельзя одновременно ненавидеть и так улыбаться, когда Андерсон в очередном порыве скованности лишь кивнет приветственно головой, боясь прикоснуться к протянутой руке, или когда Блейн принесет засахаренные печенья к чаю, который Хаммел всегда делал для занятий Андерсона с Финном. Делал. Черт. Блейн смотрит на листок бумаги, лежащий перед ним на маленьком столике, и на стопку тетрадей, стоящую рядом, в которой лежит и тетрадь Курта. Андерсон не знал, что нужно делать, но понимал, что хоть что-то делать нужно.***
«Я не знаю всей правды, не знаю, как все повернется и как окажется. Но мне все так же дорог твой взгляд. И то, что ты где-то там, дороже больше всего» Курт бережно проводит пальцами по рельефу букв и склоняется над тетрадкой, пряча заветную записку под обложкой. Подняв голову, он видит, как мистер Андерсон понимающе улыбается и слегка пожимает плечами в извиняющемся жесте. Курт озадаченно поднимает бровь, пытаясь уловить, что от него хочет учитель. Мистер Андерсон открывает рот, но хмурится и качает головой, собирая в кучу учебники и листки с проверочными. Хаммел встает из-за парты, ощущая кончиками пальцев, как призрачное тепло проникает сквозь обложку тетради, проникая куда-то внутрь и даря надежду. Ведь если верить, мечты сбываются?***
Блейн, откинув голову на спинку дивана, отстраненно смотрит из-под ресниц на экран телевизора, где одна картинка сменяет другую. Шел уже третий день бессмысленного щелканья пультом и выглядывания на улицу, пытаясь угадать, какому из этих прохожих посчастливилось сегодня увидеть Курта. Глупо, конечно. Блейну уже осточертели эти стены с витиеватым узором и светло-зеленой окантовкой на обоях, такой же зеленой, как и твой кашемировый свитер, который ты всего-то неделю назад надевал в раздевалке. Андерсону запомнились нервные движения Хаммела, покрасневшие щеки и небольшая улыбка, которую он все-таки смог поймать и бережно сохранить в своей памяти. Курт выглядел счастливым, довольным, ну, радостным, по крайне мере. Блейн бы отдал все на свете, лишь бы исчезнуть из его жизни, чтобы этот светлый и прекрасный парень не знал о его глупом и безнадежном существовании. А еще бы Блейн желал стереть себе память или отрезать руку, лишь бы прекратить ему писать. Пытаться что-то донести, доказать самому себе, может быть, что его чувства и правда кому-то нужны. Кому-то самому важному. - Блейн? Андерсон вздрагивает и переводит взгляд на брата, стоявшего в дверях в верхней одежде и с портфелем в руке. - Что-то ты совсем захандрил, парень, - качает головой Купер и осуждающе цокает языком. - Я в порядке, Куп, - Блейн с усилием выдавливает из себя ухмылку и направляется на кухню, чтобы разогреть обед, который еще утром оставила мама. - Думаю, я знаю, что сможет тебе помочь, - Купер непринужденно вешает куртку на вешалку, - Завтра в школу пойдешь. - Что? - Блейн резко разворачивается, - Нет. Эм, знаешь, я не готов– Я не думаю, что это хорошая идея, я все еще себя плохо чувствую. Может быть послезавтра. - Неа, завтра. Я не знаю, что там у вас случилось, - Купер еще раз смотрит на младшего брата и отпинывает свои ботинки, валяющиеся посреди коридора, - Но я точно знаю, что что-то происходит. - То, что я приболел и решил остаться на пару дней дома, еще не значит, что что-то происходит. - Но я могу судить это по тому, как выглядит Курт. Блейн уже был готов закончить этот разговор, но замер на пороге кухни. - А что… В смысле, - Блейн неуверенно оборачивается, с надеждой глядя на брата, - Что ты имеешь в виду? - Ну, знаешь, - Купер пожимает плечами и ставит портфель у входа, - Грустит, преданно смотрит на дверь класса. Блейн закусывает нижнюю губу и осторожно прислоняется к стене. - Может быть я вернусь завтра, - задумчиво говорит парень и улыбается, чем удивляет даже самого себя. - Отлично, - отвечает ему брат, сияя ответной улыбкой, - А теперь корми меня.***
Курт идет по коридору школы, кивая головой в приветствии тут и там встречающимся участникам хора. Очередной скучный и абсолютно серый день, четвертый, кажется, по счету. Четвертый день без стука твоего карандаша, когда ты, задумавшись над тестом, не замечаешь никого вокруг, четвертый день без твоих бабочек, идиотских и забавных бабочек, которые к концу дня уже не так туго сидят вокруг твоей шеи, четвертый день без твоего вездесущего фотоаппарата и запаха каких-то фруктов, смешанных с ароматом одеколона, черт его знает, шампунь это или гель для волос, но такой приятный запах. И ты, по тебе я скучаю больше всего. Хаммел подходит к шкафчику, лениво складывает туда учебники, когда его отвлекает гогот спортсменов. - Эй, Бландерсон, куда ты опять со своей игрушкой прешься? Глухой стук, снова гогот и посвистывание, в коридоре вновь воцаряется привычный шум. Курт осторожно смотрит из-за плеча, надеясь, что это не какая-то шутка его сознания или глюк от бессонных, проведенных за размышлением и мысленными оскорблениями себя, ночей. Блейн стоит, навалившись спиной на чей-то шкафчик и потирая плечо, схватившись пальцами свободной руки за фотоаппарат. Курт не может сдержать улыбку, он бы даже рассмеялся от облегчения, но это было бы слишком, да? Вдруг Блейн бы опять решил скрыться от него. Андерсон подходит ближе и быстрым движением засовывает записку ему во внешний карман сумки. Курт кивает, впиваясь зубами в кожу щек с внутренней стороны, стараясь, чтобы огромная улыбка не стала еще больше. Андерсон облизывает губы и кивает в ответ, отчего его бабочка слегка смещается, фиолетовая, кстати, и ретируется куда-то в противоположную сторону коридора. Аромат фруктов, смешавшихся с одеколоном. Курт еле сдерживается, чтобы не запустить руки в волосы и счастливо выдохнуть. Грудь снова тянет и сковывает, а ногу жжет на том уровне, где находится записка. Как же Курт скучал по нему, как же невыносимо скучал.***
« Я совершенно обычный, с обычными привычками и обычными необычностями, даже секретное дно в моем столе совершенно обычно. Возможно. Я знаю, каков будет твой ответ, догадываюсь, определенно точно осознаю и понимаю, поэтому не хочу спешить. Так что это не признание, не намек или что-то в этом роде. Я бы просто хотел сделать тебя счастливым когда-нибудь, своим присутствием или отсутствием. Убежать с тобой в Нью-Йорк, куда-нибудь, в какое-нибудь невероятное место, которого ты действительно достоин, не оглядываясь убежать, выиграть в лотерее, купить большую квартиру. Ты был бы счастлив? Я бы действительно постарался, правда, изо всех сил»***
Блейн чувствует биение своего сердца, громыхание, нет, оглашающие взрывы-разрывы, уменьшенные настолько, что отдаются лишь в его ушах. Он пытается не реагировать на то, что Курт зашел в класс, ведь это не очень заметно, когда ты замираешь всем телом от звука его шагов? Нет, не думаю, не должно быть. Надеюсь. Хаммел проходит рядом легкой походкой, как и всегда. (Неужели ничего не изменилось?) Блейн сглатывает и отводит напряженный взгляд на горшок с цветами, стоящий на подоконнике. (Довольно неприметный цветок, кстати, но не в этом причина.) Андерсон уже давно сбился со счета ударов своего сердца, поэтому переключается на лепестки цветка. Один…Три…Семь… (Опавшие не считаются, каждый это знает) Миссис Миллер начинает урок и своим громогласным голосом говорит записать тему. У Блейна не двигаются пальцы, серьезно, они просто онемели. Может, он и правда нездоров? Если волнуешься так, что гудит голова и каждая кость в теле весит словно тонну, это можно посчитать за болезнь? Это трудно, действительно трудно, поэтому Андерсон так и не оборачивается до конца урока. Не потому, что ему страшно, а просто потому, что так проще. Верить в то, что у тебя в любом случае нет надежды, всегда как-то легче.***
Хаммел заходит в дом, смахивает снежинки с ворота, вешает свое пальто и замечает обувь Блейна, стоявшую рядом с ботинками Финна. Из кухни доносятся приглушенные голоса и Курт старается сохранять спокойствие. Лишь бы только не рвануть со всех ног туда, лишь бы удержаться. Хаммел осторожно переступает порог кухни, он чувствует, от него буквально несет этим чужим и неуютным холодом с улицы, и даже Финн как-то спотыкается на полуслове, уставившись на парня как на справочник по гигиене. - Ого, Курт, я думал, ты будешь позже, - Хадсон переступает с ноги на ногу и ставит чашку с чаем на стол, - Мы тогда пойдем с Блейном заниматься наверх. - Хорошо, - отзывается Курт и наконец смотрит на Андерсона, который мнется и ерзает на кухонном стуле, не зная, что именно ему нужно делать. - Я уже улучшил средний балл, ты не поверишь, этот парень знает все, - гордо говорит Финн, подпирая собой раковину и скрестив руки на груди, - Ему бы в ученые идти. - Все знает, говоришь? - Курт ухмыляется и наливает себе в чашку кипяток, - Вот прям уж совсем все? - Абсолютно. - Что ж, - Курт вылавливает чайный пакетик из коробки и окунает его в кружку, - Может и не все. Блейн прочищает горло и встает со стула, неуверенно смотря на спину Хаммела. - Многое, я знаю многое из того, что мне нужно знать. Пакетик чая слегка дергается в руках от звука голоса Блейна, но Курт продолжает макать его в чашку, не поворачиваясь к собеседнику. - Тогда, если ты не прав, это нужно считать за то, что тебе это не нужно знать? - Если бы я был не прав, то я бы знал об этом, - упрямо отвечает Андерсон и скрепляет руки в замок за спиной. - Хм, - Курт оборачивается с кружкой чая в руках и наваливается бедром на кухонную тумбу, - Тогда ты не знаешь ничего, Блейн Андерсон, совершенно. Парень трет шею, уперев глаза в пол, и выходит из кухни. Хадсон непонимающе хмурится и выходит за ним следом. Курт лишь довольно хмыкает и ставит горячую кружку на кухонную тумбу. Ты сказал, что знаешь мой ответ. Ох, если бы Блейн действительно мог знать.***
Курт Хаммел, примерный мальчик и хороший сын, ждал этого Рождества как никогда в жизни. Стоя на коленках у большой душистой елки, чьи иголки немного больно впивались в подушечки пальцев ног, Курт Хаммел загадал самое большое желание в его жизни и самое сокровенное. Поправив в очередной раз свой красный свитер, который прислала ему бабушка, (все рождественское так колется?), он посмотрел на часы в гостиной, где оставалось всего несколько минут до полуночи. - Санта, - мальчик ставит на подоконник стакан с молоком и тарелку с печеньем, - я знаю, что ты должен разносить подарки, но… Можно я попрошу у тебя кое-что другое? – он подается вперед, неуверенно отводя глаза от невидимого собеседника, - Можешь ли ты сделать так… чтобы кто-то когда-нибудь принял меня таким, какой я есть, и полюбил? Это будет моим подарком от тебя, хорошо? - мальчик доверчиво смотрит в окно на светящийся диск луны, - Просто мне так одиноко, можно ты исполнишь мое желание хотя бы один разочек? Курт встает с коленок и запрыгивает под одеяло, натягивая его до самого подбородка. Ведь если очень долго ждать, желание обязательно сбывается?***
