Отравленный разум

      Злобность: «Склонность причинять вред другим, даже если при этом наносится вред самому себе.» (Marcus и др., 2014) Глубокий вздох и я начинаю тихо красься вдоль дома, по деревянным стенам, чавкая водой в ботинках и слякотью под ногами. На лбу собирались капли от снега, перетекали тонкими струйками к бровям и редко падали на ресницы. Ещё один вздох, свист ветра в ушах, который противно забирался под тёплую робу, и я сузив глаза, начала наблюдать за Орком. Да-да, тем самым которого так сильно хочу убить. И хотела ещё тогда… Когда этот шрек недоделанный посмел не сдохнуть у шкафа от кинжала. Я прикусила губу от нахлынувших воспоминаний злобы и досады. Мне так хотелось ему глаза выколоть! Так хотелось голову отрезать и пойди смотреть, что там у него внутри! Я пожевала губу и фыркнула. Взгляд невольно упал на ботинки, которые были полностью изрисованы кровавыми разводами. Хищная улыбка пробежала по лицу. И все же… Убийство из лука было чистым, безупречно красивым и наполненным чарующими звуками. Да… Свист стрелы, которая быстро принесла смерть. Хруст лобной кости, режущий звук стали. Это искусство. Я прикрыла глаза в наслаждении, но едва заслышав звук хрустящего снега, мгновенно навострила слух и быстро глянула на место, где был Орк. Темная, с зеленоватым оттенком, грубая броня с заострёнными уголками, сейчас начинала отливать фиолетовым цветом. Очевидно, время близилось к вечеру, из-за чего болота Морфала начали приобретать оранжевые и розовые оттенки, трава, кустарники, заледенелые костлявые деревья начинали немного светиться и выглядеть загадочней, опасней, чем обычно, а неожиданно густые серые облака временно разошлись. Я тихо вздохнула. Близились сумерки. Орк медленно двинулся с места и переступая лужи из лякоти, снега и травы, побрел в в сторону леса. Лица его видно не было, он смотрел в другую от меня сторону, скребя двуручным мечем по снегу, вырисовывая длинную линию, которая криво тянулась за ним вглубь поросших высокой травой мест на болотах. Невольно, взгляд зацепила игра цветов на орочьей броне. В реальности она выглядит даже лучше чем на мониторе. Я немного подалась вперед, придерживаясь рукой за заледенелые доски дома и начала зачарованно осматривать творение кузнеца. Грубо порезанные, цельные металлические пластины, надежно защищали грудную клетку рейдера, они накладывались друг на друга, словно огромные чешуи рыбы и ярко отсвечивали оранжевыми полосами прямо на землю рядом со мной. Вся броня давала яркое ощущение силы и некоторой непровзойденной защищенности, хоть на ней и виднелись глубокие трещины и порезы от оружия. Невольно пальцы заскреблись по дереву, захотелось все это потрогать, ощутить каждую трещинку, холод железа, оценить на ощупь работу творца. Я сглотнула слюну. Мне хотелось эту броню. Хотелось нагло взять её, украсть, оценить, а потом продать какому-нибудь торговцу на просторах Скайрима. И тем не менее, взгляд было сложно отвести. Четко просматривалась темно-зеленая ткань, на которой также были солидных размеров «ромбовидные чешуйки», кожаные ремни, перетягивающие огромные и тяжёлые пластины… Интересными также выглядели сапоги и шлем. Тонкая, болотного цвета кисточка, что спускалась до шеи и забавные заостренные к верху сапоги, которые напомнили собой шутовские, имели такие же смешные закругленные кончики. Хотя здесь было, как-то не до смеха… Я сглотнула и поняла, кого они мне напомнили. Темное братство. Самый сильный из организации, хранитель гроба Матери Ночи — Цицерон. Я сглотнула еще раз. Мда… А ведь я даже примерно не представляю в каком временном промежутке событий Тамриэля я оказалась. Есть ли слышащий, нет ли его? Появился ли драконорожденный, как дела на Высоком Хротгаре? Алдуин уже сжег Хелген? Множество вопросов начали буквально бомбить голову и заполнять собой мысли. Казалось, я сейчас в чайник превращусь. Слишком много вопросов и полный ноль ответов. А может я вообще оказалась в момент, когда все уже случилось?! На лицо налезла болезненная улыбка. Не-е, я не хочу. Отстань! — голова замаялась вопросы создавать и мгновенно бесится от того что ответов на них нет. В одно мгновение хруст палок под железными сапогами разбудил меня от тяжких вопросов. Я резко вздохнула и быстро глянула вперёд. Орк встал на тропинку и медленно направился в лес. Пальцы заиграли в воздухе и я положила руку на новый кинжал. Рот почему-то наполнился слюной, а мышцы в ногах раскалились до предела и продолжительно заныли. Тело жаждало крови. Я не хотела заставлять себя ждать, поэтому медленно и очень аккуратно сделала шаг и внезапно ощутила нечто новое. Казалось меня что-то укрыло, словно плащ. Мне показалось или так и было, но я стала будто темней? Дыхание участилось, а жертва продолжала все также уходить дальше в костлявый лес. Я обязана идти за ней. Я сделала еще один шаг и прислушалась к ощущениям. Я почувствовала на своих плечах легкий и невероятно тонкий плащ, который, казалось, стеснялся носителя и сидел очень и очень неуверенно. В нем местами зияли дыры, но он не спешил рваться, оставаясь все так же на мне. Шаг за шагом я несла на себе хрупкую невидимую защиту и медленно вышла из-за убежища. Голоса в голове молчали, поэтому я спокойно двигалась вперед, стараясь не задевать заледенелые кустарники и яркую с инием траву. Что же. Этот день начинает приносить мне неожиданные сюрпризы. Прокачиваем навыки. Но в один момент, меня будто ледяной водой облили. Я резко начала чувствовать, как плащ начал рваться, куски за кусками отпадали тени и в следующую секунду стрела воткнулась в землю прямо перед моим носом. Я громко сглотнула. Дыхание перехватило, хоть и на лице ни одной эмоции не последовало. Поэтому в следующее мгновение я отпрянула назад за зону, прикрываемую тележкой. Рука судорожно ухватилась за доску телеги, а другая мгновенно сжала кинжал. Сердце громко билось, оглушительно отдавая в ушах. Все тело дернулось. А ноги даже в присяди, будто подкосились. Я медленно отошла еще ближе к тележке, подгребая за собой снег и мимолетно упираясь пятками ботинок в броню трупа редгарда. Эмоций вообще не было, чувствовался только четкий план действий, которое знало только само тело. Как во сне я вновь почувствовала, как тень робко укрывает меня. Момент, обошла тележку, выглянула. Словно на автомате, я прошлась взглядом по снегу до стрелы, от нее по прямой до самого владельца оружия. Как только крыса была найдена на лицо налезла коварная улыбка, в сочетании с мерзким торжеством. И спустя секунду в голове зазвучала песенка: — Мышка бегала, кусалась и всегда плохой была. А кошка мышке кожу откусила, пожевала и на мясо ту пустила! Мне показалась это очень смешным, поэтому мне пришлось себе рот рукой прикрыть и отсмеяться втихаря. Стрелок выдал свое положение именно в тот момент, когда стрела упала под определенным углом ко мне, поэтому я сразу заметила его среди пышных, на предмет веточек, кустов с красными ягодами, которые были в метрах десяти от дома. Рука легко легла на стальной кинжал, вынимая его из ножен, после чего играя с ним, я начала тихо отходить от тележки и заходить в слепую зону стрелка. Сам он ничего особенного из себя не представлял, судя по одежде, это был охотник, решил неверное в героя поиграть или тихо убить рейдеров, чтобы их добычу взять. Открытая донельзя броня с парочкой толстых ремней, в центре груди железный круг и все. Убить проще простого. И тем не менее, легкая обида и пережитый мелкий шок, грызли изнутри и требовали мести. А я прекрасно видела куда сейчас смотрел и целился стрелок, он ожидал, что я выйду из-за другой стороны моего укрытия и терпеливо наблюдал, иногда отвлекаясь на Орка который проходил сейчас рядом с ним, очевидно, что он мог его очень просто убить. Я решила воспользоваться тем моментом, когда рейдер будет так близко к стрелку, что я смогу спокойно зайти за дерево рядом с телегой и продолжить красться к нему за спину, ведь в этот момент Орк переведет все внимание на себя. Секунда, вторая третья, пошла! Крыса, как по указке перевела лук на рейдера, а я в это время мгновенно перекатилась за дерево, ловко поймала новые тени и сделав свой плащ толще, начала быстро сближаться со стрелком. Снег и холод отступили на второй план, в голову ударила мысль о удачном убийстве. Она заставляла меня быть аккуратнее, быстрее, жёстче и не пропускать места, куда нельзя наступать. Звуки под ногами, стали тише, я быстрее, оружие легло, как перо в руке. Я редко задевала ветви с нечастым снегом, создавая в плаще дыры, но расстояние стремительно сокращалось. Стрела оставалась ещё несколько секунд на тетиве, после чего, та вылетела из лука с характерным ей свистом. Стрелок отвлекся полностью. Это шанс, бей! Я оказалась равно за спиной своей жертвы и ровно в секунду полёта стрелы, я ударила кинжалом охотника прямо в центр шеи, втыкая кинжал до самой рукояти так, что лезвие прошло насквозь и выглянуло на другой стороне. Стрелок первые секунды, что-то прокряхтел, но спустя мгновение обмяк и оружие выпало из его рук, а я одним резким движением вырвала лезвие из плоти, заливающейся кровью, которая так и хлестала в стороны. Раздался хруст позвонков и хрящей. Спустя еще несколько секунд рядом раздался грохот падующей туши. Я быстро подняла взгляд и увидела лежащего мордой вниз Орка. Лицо тронула торжествующая улыбка, а глаза мгновенно сузились, в них заиграли бешеные огоньки. Растущее чувство радости, так и заполнило все мое существо. Как же приятно! Фрейя смогла! Фрейя убила охотника, во время того как он убил! Из горла раздались попискивающие звуки и я тихо рассмеялась, и похлопывая в ладоши, пританцовывая на корточках, направилась к Орку. Это незабываемо. Неописуемое чувство торжества, радости, безнаказанности! Фрейя убила и ничего за это не получит! Тихий смех, едва сдерживался мной. Из-за него даже пришлось в который раз прикрыть рот и, захлёбываясь нарастающим весельем, тихо, размешивая снег позади себя, осмотреть тело Орка. Туша упала лицом в снег, а за ней медленно расплывалось яркое пятно крови. Это могло дать два варианта: Первый — он мертв и стрела, как и в первый раз у него прям во лбу, а второй — Орк чудом потерял сознание, а стрела его не убила, а лишь оглушила. Хотя с каждой секундой растущее кровавое пятно только сильнее уменьшало шансы существования второго варианта, из-за чего я очень нехотя, подобрав лук охотника, попробовала посмотреть, что с лицом Орка. Туша оказалась не из лёгких, поэтому как только я попробовала толкнуть ее концом лука, тот случайно скользнул под одну из чешуек брони и, застряв там в ткани, впился в кожу Орка и, противно почмокивая, застрял. Я в свою очередь, попыталась его вытащить, но безуспешно, только сильнее в броне запутался. Я вздохнула и кинула оружие около ног. Пускай он там валяется и не мешается. После секунды молчания и жужжания в мозгах, я пожевала челюстью. Думаю, если бы рейдер был жив, то он непременно бы проснулся от такого, так что… Надобность проверять мертв ли он, сама по себе отпала. Я лишь спокойно улыбнулась и решила посмотреть, что было у трупов в карманах. Руки пробежались по телу и сразу зацепились на поясе, где важно висел толстенный кошель с золотом, пара обычных кинжалов и была разбитая бутылка с нордским медом. Сладкая жижа прилепила к себе много сора, испачкала кончики моих пальцев и отбила желание обыскивать труп Орка, хоть на нем, к удивлению, я смогла найти еще меховые перчатки. Они были как нельзя кстати, ведь мои пальцы уже окоченели, а кожа на руках была ярко красной от холода. Что уже говорить о ногах, где все было мокрое, склизкое и крайне неприятное. Я быстро осмотрелась и поняла, что вокруг никого нет, а судя по радостным пьяным голосам доносящимся из дома, разбойники сейчас отчаянно квасили в честь наживы. Толстый кошель быстро нашел своего нового хозяина, как и заостренные кинжалы с зеленым лезвием. Пальчики пришлось вытереть о снег и мгновенно упаковать в перчатки. Не позабыв о втором трупе, я медленно отползла от Орка и осмотрела его на предмет необходимых вещей. Взгляд зацепился за обувь трупа. Мягкие кожаные сапоги, все еще оставались сухими и, как мне показалось, подошли бы мне лучше, нежели ему, поэтому в следующие секунды обувь была безвозвратно утрачена охотником. Я немного привстала и оперлась о дерево поросшее лишайником. Холод от древесины облизнул спину, из-за чего я рвано вздохнула и почувствовала, как кости затряслись. Влажный воздух обжигал легкие все это время, из-за чего дыхание начало похрипывать. Я прикусила губу и воткнула кинжал в снег, чтобы смыть с него следы крови, после чего, тряхнув головой, постаралась заледенелыми, непослушными пальцами, убрать оружие, спустя минуту тыканий он все же попал в ножны. Я вытянула руки перед собой и начала их разминать. Пальцы захрустели, и начали медленно возвращаться в норму. Руки, плечи, спина, все становилось теплее, по мере того, как я начинала гонять кровь по ним. Глубокий вздох и через пару минут на мне была уже другая, к невероятному счастью, сухая обувь. Вечер полностью вступил в свои права. Сумерки опустились на болота, а алый закат медленно уходил за горизонт. Я выдохнула облачко горячего пара и быстро на корточках, подобралась к дому. Теперь я точно смогу ощутить жар огня. Руки прошлись по сухой древесине дома и спустя минуту я оказалась рядом с телегой. Внутри одного из ящиков лежало много бутылок медовухи и масла, которые я быстро скинула вниз в снег. В общем получилось около 20 и этого наверняка хватит более чем. В голове сейчас пищало желание погреться и поесть. Поэтому руки быстро сами по себе перетащили тела убитых к закрытой двери дома, облили их медовухой и начали заливать горючим весь дом. И естественно одну я оставила себе, как никак греться мне надо будет. Через минут десять, приготовления были завершены. Одна искра и дом вспыхнет, как спичка. Легкая и безумная улыбка тронула мои губы, после чего, я пританцовывая и подпевая песни в тон горланищам разбойникам в доме, в тепле, у очага — взяла факел и аккуратно поднесла его к двери заваленной телами. Убитые ярко вспыхнули и мгновенно отдали жаром. Тело покрылось мурашками и я позволила себе рассмеяться в голос. Огонь отдавал приятным теплом и в то же время нагонял много черного, как смоль дыма. По дому быстро разнеслось пламя, лошади громко заржали, а разбойники все так же горланя веселые песни, начинали гореть заживо в доме из которого уже не выберутся. Бутылка пряного меда скользнула мне в руки и я уселась на камень в метрах пяти от кострища. Пробка легко поддалась и через минуту, под прекрасные крики разбойников, медовуха легко текла по моему горлу, быстро разогревая все внутри. После чего, вытерев рот от сладкого напитка я громко и радостно произнесла: — Хорошо смеётся тот, кто смеётся последним, сучки!

***

Таверна в Морфале была как и все в Скайриме. Огромный очаг в центре, столы по краям со вкусной едой, под вечер здесь собиралось много народу, в общем, приятное местечко. Я дошла до Морфала где-то за час, может чуть меньше, после того как забрала все ценное из телеги. Оружие и доспехи решила не брать, уж больно тяжёлые они оказались, а вот золота набралось достаточно. Сейчас я спокойно сидела в самом темном углу залы и крутила в руках маленькое зеркальце, медленно обдумывая прошедший диалог с хозяйкой таверны — Джонной. Для нее я легко сочинила невероятную легенду про себя. Мол, потеряла память, проснулась на болотах, дальше все как в тумане, вроде приехала из далека. Бежала от войны в Сиродиле. Губы тронула легкая и довольная улыбка. Я шмыгнула носом и потянула пальчики к большой кружке наполненной горячим медом. Да… Мое актерское мастерство мне точно еще не раз пригодится, что уже говорить о навыке убедительно вешать лапшу на уши. Кружка легла в руки и мгновенно наполнила те своим теплом, а в нос пробился щекотливый аромат меда. Играя пальцами с зеркальцем, я его на секунду остановила и посмотрела на отражение. В нем виднелось миловидное личико, с округлыми миндалевидными глазами и странной янтарной радужкой глаз. Виднелась длинная русая коса заплетеная на бок, которая сейчас свисала где-то на уровне груди. И немного запачканная теплая роба мага, которая легко обеспечивала неприкосновенность, из-за чего в радиусе метра — двух от меня никого не было, т.к магов здесь недолюбливали… А все из-за событий в Винтерхолде связанных с Коллегией. Я тихо вздохнула и размяла шею, из-за чего послышался негромкий хруст. Помню, хозяйка таверны сильно удивилась увидев меня… Слова редгардки так и зазвучали в голове: «Такая молодая, да еще и бретонка, и не местная, что ты тут делаешь?» — мне еще пришлось изображать такое невинное и глупое дитя. А ведь телу на вид, около лет так 17. Я саркастично фыркнула и улыбнулась, все так же греясь о кружку и медленно попивая мед. Я получила достаточно много ответов на свои вопросы. Во-первых, некоторые события уже случились. На Вайтран напал дракон, Хелген сожжен, объявился довакин… Я размяла челюсть и спокойно глотнула еще немного меда. — Мда… — тихо произнесла я, немного отводя зеркало в сторону так, чтобы видеть то, что находится за мной в другом углу таверны. Краем глаза я еще около минут двадцати заметила, как за мной следит кто-то. Мне даже не дали время побыть наедине со своими мыслями. И тут вот, на тебе. Наблюдатель! Я фыркнула и разлеглась на деревянном столе, упираясь лбом в дерево, после чего почувствовав еще большее недовольствие, решила просто игнорировать неизвестного. Тишина затмила все вокруг. Перед глазами ничего не плясало, была лишь спокойная тьма, до ушей доносились звуки голосов горожан, потрескивание углей в очаге, мое сердцебиение. Как вдруг рядом со мной раздался шорох того, как кто-то садится со мной за одну семью. Я неторопливо подняла голову и посмотрела в сторону. Чудесный наблюдатель спокойно уселся рядом со мной и подложив одну руку под подбородок начал смотреть на меня в упор. У меня лицо от такой наглости перекосило, но не дали мне ощутить весь спектр недовольства, как внезапно неизвестный начал диалог: — Недавно в Скайриме, да?