Глава 20. Прогулка к алтарю
9 августа 2020 г., 19:04
Примечания:
Исполнен долг, завещанный от бога.
Мне, грешному. Недаром многих лет.
Свидетелем господь меня поставил.
И книжному искусству вразумил...
и да - без редакции.
Низвержение Волдеморта
Низложение Дамблдора
Исход Поттера
Сегодня Рону не требовалось выдающейся оценки по прорицанию, чтобы предсказать фурор, который произведут заголовки Пророка. В Большом зале повисла настороженная тишина, люди толпились вокруг тех, у кого был сегодняшний номер. Помимо весьма туманного упоминания, что Гарри и Луна делились мыслями, все остальное было изложено в ярких деталях. Героизм Луны, обман Дамблдора, гибель Волдеморта и оставшихся пожирателей смерти вкупе с предательством Джинни были описаны с душераздирающей точностью. Рон беспокоился о сестре, не представляя, как Джинни могла бы вернуться в Хогвартс, но после этого она, вероятно, даже не смогла бы выйти на Косую Аллею. На самом деле, на внутренних страницах дело Джинни выглядело еще хуже. Пророк опубликовал ту же самую фотографию Троицы, сражающейся с дементорами в Косом переулке, на этот раз с другим заголовком – "Преданные герои". Он действительно прекрасно описывал ситуацию и обрекал предателя на адскую жизнь в Британии. Когда Драко встал и начал аплодировать в направлении преподавательского стола, Рон просмотрел страницу вниз, обнаружив, что профессор Снейп награжден орденом Мерлина первого класса. Хотя предложение и пришло от нового министра магии, мадам Амелии Боунс, она ясно дала понять, что это предложил непосредственно Гарри Поттер, таким образом практически гарантируя положительный результат голосования Визенгамота. Рон встал и поддержал аплодисменты, его поддержала большая часть Гриффиндора. Близнецы тоже хлопали, все трое разделяли одни и те же мысли. Без профессора Снейпа Гарри и Луна, вероятно, погибли бы. Любой шанс Джинни избежать смертной казни исчез бы вместе с ними. Скоро ее желание быть с Гарри было бы исполнено, Джинни тоже умерла бы. Никто из братьев не сомневался, что в ту ночь Снейп спас жизнь их сестре. Когда весь Большой зал был на ногах, включая персонал, Северусу не оставалось ничего другого, как встать и поклониться. Усиление ликования почти заставило его покраснеть. Он все еще намеревался сообщить Минерве, что ей понадобится новый профессор защиты в сентябре, но теперь он останется в Хогвартсе, по крайней мере, до конца недели. В любом случае ему придется подождать, пока министерство свяжется с ним. Наряду с его квалификацией, наличие ордена Мерлина первого класса означало, что у Северуса Снейпа не будет никаких проблем с поиском новой работы. В его жизни определенно произошел переворот.***
Альбус Дамблдор не мог сказать то же самое, даже наоборот. Взгляды, которыми его встречали этим утром, были почти враждебными, пока Том не заметил его. Он безошибочно угадал эмоции владельца Дырявого котла, выдававшие чистую враждебность – больше, чем просто вспышка гнева в его сторону. – Собирай сумку и сматывай удочки. Тебе здесь не рады. – Я заплатил за комнату и завтрак… – Ты получишь свои деньги обратно, мне они не нужны. Я видел, как эта храбрая девушка в прошлом году потеряла отца, и боролась как тигр вместе с Гарри и Гермионой. Что дало тебе право посылать ее к этому темному ублюдку? Это твое дело, бороться с подобными людьми, а не ее! Забирай свои вещи и убирайся, тебе запрещено заходить в паб, пока я здесь хозяин. Оглядев паб, Альбус не мог не заметить одобрительных кивков других посетителей, а также большую фотографию Гарри рядом с Томом, висевшую над стойкой. Учитывая некоторую часть клиентуры Тома, Альбус подумал, что он, возможно, только что получил еще одно звание. Первый человек, которому запрещено входить в Дырявый котел. С тяжелым сердцем Альбус направился обратно в свою комнату, чтобы собрать вещи. Прожив в Хогвартсе пятьдесят шесть лет и ожидая возвращения туда после пребывания на посту Министра, Альбус не имел дома, который мог бы назвать своим. Конечно, в его сейфах было достаточно золота, чтобы купить жилье, но на это требовалось время. А пока ему нужно найти место, где можно повесить шляпу, и он не был уверен, с чего начать.***
Тяжесть на сердце была в порядке вещей для трех Уизли, сидящих в маленьком зале суда по делам несовершеннолетних. Билл поспешил обратно в Британию, не в силах поверить, что Уизли, тем более его младшая сестра, может быть замешана в чем-то подобном. Хотя новость пришла от его отца, Биллу все еще нужно было услышать слова Джинни, прежде чем он мог признать, что это не было какой-то колоссальной ошибкой. Поскольку Луне и Гарри удалось сбежать, а затем относительно быстро восстановиться, Амелия смогла добиться рассмотрения дела Джинни судом по делам несовершеннолетних. Это принесло некоторое облегчение, поскольку, хотя они все еще могли раздавать суровые наказания, Завеса не была одним из них. Любой другой результат заставил бы Джинни предстать перед полным Визенгамотом, который не был бы в настроении прощать. Вошли три члена Визенгамота, участвующие в заседании, и Артур не удивился, что никого из них почти не знал. Амелия играла по правилам. Эти трое выслушают, а затем вынесут приговор – и он будет справедливым. Джинни ввели внутрь, и сердце Билла замерло при виде тюремной робы. Она сидела перед ними, опустив голову, рядом с ней был представитель министерства. Первый вопрос задал член группы, сидевший слева. – Мисс Уизли, мы много слышали о том, что случилось в понедельник. Сегодня мы здесь, чтобы узнать о роли, которую сыграли в этом вы. Пожалуйста, расскажите нам, что произошло, с самого начала. Я должен указать, что ваши родители дали разрешение на использование сыворотки правды, если мы посчитаем это необходимым. Ложь во время слушания значительно увеличит наказание. Сидя с опущенной головой, закрыв лицо длинными рыжими волосами Джинни начала говорить. Вся ситуация направлена на то, чтобы немного успокоить девушку, и поощрить начать разговор. – Я уже много лет влюблена в Гарри Поттера, как и многие девушки моего возраста. Разница в том, что эти девушки не спускались однажды утром к завтраку – а он там. Я не знала, что можно быть взволнованной, испуганной и полностью влюбленной одновременно. Он оставался с нами четыре недели, это были лучшие недели в моей жизни. Но я не могла поговорить с ним, да и вообще ни с кем не могла поговорить – и тогда я встретила Тома. Артур спросил, может ли он объяснить членам комиссии этот эпизод, сообщив, кто такой Том и как Темный Лорд завладел его дочерью. Артур объяснил все, закончив тем, как он и Молли сидели в кабинете Дамблдора. Они ждали новостей о двух младших детях, предположительно пропавших без вести. Артур никак не мог подобрать слов, чтобы описать их чувства, когда Гарри Поттер привел Рона и Джинни в тот самый кабинет. Джинни снова взяла инициативу в свои руки. – Гарри пришел за мной. Мало того, он победил огромного василиска, а затем уничтожил Тома, чтобы спасти меня – почти потеряв при этом свою жизнь. Неужели это означало, что он действительно любит меня? Затем он обнял Гермиону на глазах у всего Большого зала. Я была опустошена. Тем летом мы поехали в Египет, так что я вообще не смогла увидеть Гарри. В Хогвартсе, он меня почти не замечал. А Гермиона всегда была рядом с ним. Джинни продолжала в том же духе, и все могли слышать, как нормальная влюбленность переросла в нездоровую одержимость – одержимость, которая управляла ее жизнью. Слушать рассказ о том, как она была готова на прямое противостояние с Гермионой, потому что ведьма забирала ее Гарри из Хогвартса – и, конечно же, у Джинни – было невероятно. Все видели знаменитую фотографию Гермионы, сражающейся с дементорами рядом с Гарри, но эта маленькая девочка была достаточно безумна, думая, что может выиграть дуэль против этой необыкновенной ведьмы – и полагая, что Гарри достанется победительнице. Ее горе, когда она думала, что Гарри был поцелован дементором, было, конечно, достаточно реальным, только под стать обнаружению, что он жив – и затем ее Гарри публично отверг Джиневру Уизли. Это горе быстро сменилось гневом, когда Гарри ушел с Гермионой – и с Луной. Как так? Она годами пыталась заставить заметить ее, но он снова не с ней, а с Луной. Джинни сказала, что считает убийство Ксено наказанием Луны за попытку украсть ее Гарри, заставив Молли рыдать. Артур и Билл уставились на девушку, как на незнакомку. Увидев Гарри спустя год, после его прибытия в Хогвартс, Джинни кайфовала. Конечно, там были Гермиона и Луна. Гарри как лорд Блэк должен жениться на чистокровной – все ее мечты сбывались. Она получит своего принца, любовь всей своей жизни, и в придачу будет Леди Блэк. Она тут же предложила себя, но Гарри снова публично ее отверг. Он собирался жениться на Луне и Гермионе. Две жены, и Джинни не могла быть хотя бы одной. Она мало что помнила после этого, пока Булстроуд не поймала ее в туалете. У Артура и даже у Билла были слезы на глазах. То, как Джинни говорила обо всем этом, было похоже на то, как кто-то берет дополнительную работу на дом и ищет случайные подработки, откладывая золото на новую метлу. Вырезать Луну из картины было рутиной, а Гарри был Молнией. То, что она говорила об убийстве, Джинни, казалось, не учитывала. Или это, или ей просто было все равно. Было жутко слышать холодные и бессердечные излияния молодой ведьмы, которую они только думали, что знают. Когда она закончила рассказ, член Совета, сидевший в центре, спросил, не хочет ли семья Уизли высказаться по этому вопросу. Потрясенный Артур кивнул и встал. – Мы, конечно, знали, что наша дочь влюблена в Гарри Поттера. Опять же, какая молодая ведьма в Британии не была. Теперь ясно, что это вышло далеко за рамки влюбленности, и честно говоря, я, не узнаю ведьму, говорившую все это. Гарри – выдающийся молодой волшебник, мы считаем его членом семьи. Мы также очень хорошо знаем Гермиону и всегда радушно принимаем в нашем доме. Ее отец фактически предложил моей семье использовать их коттедж после того, как Пожиратели Смерти сожгли наш дом. Уизли считают Грейнджеров хорошими друзьями. В этот момент Артур почувствовал, руку Молли, скользнувшую в его ладонь, придавая сил сказать то, что нужно. – Я говорил на похоронах Мии Лавгуд, пока Ксено баюкал их дочь в руках. То, что в прошлом году мы вернулись туда, чтобы похоронить Ксено – одна из самых печальных вещей в моей жизни. Думаю, Ксено умер счастливым, зная, что оставляет Луну с людьми, любящими ее так же сильно, как он. Я пытаюсь сказать, что все люди, вовлеченные в это, очень близки нашим сердцам. Я слушал, как моя собственная дочь говорит эти вещи, и все еще не могу понять, как это могло случиться. У меня нет никаких оправданий, потому что действия и поведение Джинни непростительны. Все, что у меня есть – это отцовская любовь к маленькой девочке, бывшей зеницей ока с момента ее рождения. Если розовые очки ослепили меня, не давая видеть, что происходит на самом деле, я могу только принести извинения. Когда Артур сел, Молли изо всех сил вцепилась в него. Билл положил руку на плечо отца, предлагая и получая утешение от прикосновения. Джинни все еще сидела с опущенной головой, будто ожидая, когда ей скажут, что она плохая девочка и отправят в свою комнату. Все было не так, как в обычном суде. Члены комиссии остались на месте, и наложив несколько заглушающих заклинаний, обсуждали заметки, которые делал каждый. Им потребовалось всего около двадцати минут на принятие решения, но когда заглушающие чары упали, трое старших Уизли уже не могли стоять. – Мисс Джиневра Уизли, то, что мы услышали здесь сегодня, – совершенно ужасная история. В этой комнате нет никого, кто не считает тебя виновным, даже твоя собственная семья не может с этим не согласиться. По решению этой коллегии ты должна быть изгнана из Хогвартса, волшебная палочка должна быть сломана, а твоя магия связана. Зависит от вашей семьи, будут ли они претендовать на вас, или вам полностью сотрут память, и вы появитесь в магловском мире как неизвестная девушка, страдающая амнезией... С воплем отчаяния Молли закатила глаза, услышав это. Только крепкая хватка Артура удержала его жену от падения со стула. – Мы понимаем, что приговор может показаться жестоким, но последствия ваших действий привели к гибели людей. Тот факт, что вы, похоже, не испытываете угрызений совести по этому поводу, не оставляет нам выбора. Однако то, что вы были одержимы Темным Лордом в возрасте всего одиннадцати лет, беспокоит нас, именно поэтому мы так долго не могли прийти к решению. Прежде чем приговорить юную ведьму к такому суровому наказанию, мы хотели бы убедиться, что поступаем правильно. Прежде чем наказание будет приведено в исполнение, Джиневра Уизли будет осмотрена лучшими целителями ума, которые может предложить Сент-Мунго. Их выводы определят, будет ли наказание исполнено, или появится новая информация, позволяющая пересмотреть приговор. Артур бережно уложил Молли на свое место, встал и обратился к жюри. – От всего сердца благодарю вас за это. Кто-то, кому мы доверяли, сказал, что с нашей дочерью все в порядке, на самом деле мне следовало узнать об этом лучше. Если вина Джинни подтвердится, я, конечно, все равно буду считать ее своей дочерью. Наш дом довольно отдален, там она могла бы быть счастлива – и не причинит больше никаких неприятностей. /* Прим. перев.: да, а потом повторится история Меропы*/ Члены жюри, казалось, были довольны, они кивнули и вышли. Джинни вывели из комнаты, и она ни разу не подняла головы, чтобы посмотреть на свою семью. Артур и Билл пробудили Молли, чтобы сообщить ей новости, и в ее душе забрезжила надежда.***
Любой проблеск надежды Альбуса умер в тот момент, когда его брат заговорил. – Итак, наконец-то мы скребем по дну бочки? Том вышвырнул тебя вон за ухо, и Розмерта не пустила тебя к своей двери. Все эти друзья, которых ты вырастил, наконец-то увидели тебя настоящего, забавно, теперь они все думают, как я. У тебя было почти столетие, но ты все еще не понял этого, не так ли? Позволь мне объяснить кое-что, что я знал, будучи еще студентом Хогвартса, о уважаемый брат мой. Жертва юной девушки, которая еще не дожила до своего шестнадцатилетия – не та цена, которую стоит платить, даже ради твоего проклятого высшего блага. Ариана была бы разочарована. Тут великий Альбус Дамблдор плюхнулся на стул в таверне "Кабанья Голова", обхватив голову руками. Эйб был прав, ему целый день хлопали дверьми прямо в лицо. Даже Минерва запретила ему оставаться с Хагридом, пока в Хогвартсе были ученики. Если ему удастся снять жилье до субботы, у Альбуса, по крайней мере, будет где провести лето. Однако Эйб поразил его намеком на любимую сестру. Неужели он действительно снова совершил ту же ошибку? Когда слезы начали впитываться в бороду, на столе возникли бутылка огненного виски и два стакана. Он поднял глаза как раз в тот момент, когда Эйб сел рядом. – А как же клиенты? – Какие еще клиенты? Как только ты вошел в дверь, они все тут же свалили. Так как они ушли, ты можешь остаться на ночь. Однако, утром ты уйдешь, братец, ты плохо влияешь на мой бизнес. – Спасибо, Эйб, я за себя заплачу. – Слишком чертовски верно, заплатишь – и за огневиски тоже. Ты почти заставил всю страну платить за свои ошибки. – Я не понимаю. Нам нужно было избавиться от Волдеморта… – Темный Лорд был все равно что мертв. У него было мало последователей, мало золота и никакой политической власти – только вопрос времени, когда он падет. Ты почти навязал стране гораздо худшую судьбу. Пустой взгляд заставил Эйба покачать головой. – И ты считаешься самым умным из братьев Дамблдор. Быть владельцем паба имеет свои преимущества, одно из них – я мог слышать то, что ты, возможно, хотел сохранить в тайне. Я слышал истории о Гарри Поттере с тех пор, как мальчик впервые ступил в замок. Фильтруя все это дерьмо, я понял одну вещь. Гарри Поттер – чрезвычайно могущественный волшебник, возможно, даже сильнее тебя и этого засранца Риддла. Это волшебник, которого ты мог бы обратить против нас. – О чем ты говоришь? Гарри Поттер никогда не станет темным… – ...пока рядом с ним будут эти его девушки. Ты чуть не отнял у него одну из тех, кого он любит. Гарри Поттер восстал бы против всего, во что ты якобы веришь, особенно с этой Грейнджер, он мог бы уничтожить наш мир. И я не говорю о сожженных домах и темных метках в небе. Альбус облегченно вздохнул, хотя его облегчение было недолгим. – У него немеряно магических сил, с престижем и золотом Поттеров и Блэков. Он настоящий живой герой, его обожает публика, он и его будущая миссис Поттер достаточно умны, чтобы обмануть все министерство с тобой вместе – даже когда он был заперт в Азкабане. Не будучи в состоянии опровергнуть что-либо, Альбус задался вопросом, к чему именно Эйб ведет. Ему не пришлось долго ждать, брат сердито указал на то, что было очевидно всем, кроме него. – Посмотри, какой ущерб Малфой и его деньги нанесли нашему сообществу, а затем умножь этот эффект по крайней мере на сто. Поттер мог бы взять магическое общество за горло и трясти, как терьер крысу, пока оно не закричит о пощаде. Тогда он перестроил бы его как хотел. Его модель, безусловно, отличалась бы от модели Риддла, но я сомневаюсь, что кто-то из нас признал бы нашу страну через несколько лет – при условии, что пережил бы его гнев. Потягивая огневиски, Альбус вынужден был признать, что парень обещал прийти за ним со всем, что у него есть, если Луна не справится. – Именно так я и сказал. Этот парень потерял семью, когда был ребенком, разве вы не видите, что это заставит его еще более защищать семью, которую он теперь имеет? Посмотрите, что он сделал с Беллатрикс Лестрейндж, и она считалась самой могущественной ведьмой в стране. Волдеморт также заплатил за похищение одной из его девушек. Стер с лица планеты вместе с оставшимися Пожирателями Смерти. Это та сила, которую ты почти обрушил на Британию. Лично я рад, что он с девушками поселился в Италии. Теперь безумие закончилось, что позволит Боунс вернуть страну на верный путь. Налив еще по стакану каждому из них, Эйб сказал то, что хотел. – Теперь, когда Риддл мертв, а Поттер покинул Британию, тебе тоже пора уходить. Страна выживет без тебя, Амелия будет принимать собственные решения. Купи волшебную палатку и отправляйся смотреть мир. Сейчас самое время сделать или увидеть все, что ты когда-либо хотел. Если найдешь место, которое тебе действительно понравится, купи маленький паб и остепенься. /* Прим. перев.: это не ошибка. Не ошибка, блядь! */ Это не такая уж плохая жизнь, и уж точно никогда не надоедает. Возможно, тебе даже понравится передавать накопленную мудрость людям, которые действительно хотят ее услышать. Пьяные клиенты – отличные слушатели, особенно когда вы тот, кто подает выпивку, – Эйб от души рассмеялся своему остроумию и снова потянулся за бутылкой. Когда солнце и уровень жидкости в бутылке опустились ниже, Альбус начал думать, что его младший брат прав. Сегодня ему снова и снова доказывали, что в Британии для него не осталось места, и, возможно, долгая дорога – именно то, что ему нужно.***
Портключ перенес четырех учеников Хогвартса в то же место, где Клэр впервые обнаружила, что магия реальна. Эти четверо, разумеется, знали о магии и были полностью сосредоточены на приветствии ожидающих друзей. Пока Добби уносил школьные сундуки, Гермиона и Луна повели всех на террасу, где Винки уже приготовила легкий обед. То, что Рон не смотрел вокруг себя, как остальные трое, и намеренно держался в конце группы, насторожило Гарри, что-то явно беспокоило его лучшего друга. – Гарри, у меня есть новости о Джинни… – Поделишься с остальными, или это личное? Ты знаешь, у меня нет секретов от Гермионы и Луны. – Это не совсем личное, но я не уверен, стоит ли упоминать об этом при Луне… – Мы здесь считаем, что лучше, если все будет открыто. Полагаю, ты расскажешь Сьюзен, как насчет Невилла и Парвати? Кивнув, Рон принял решение. – Думаю, лучше я скажу один раз, возможно, всем вместе будет проще… Гарри ободряюще положил руку на плечо Рона и повел его на террасу. Присев и сделав глоток восхитительного сока, Рон решил покончить с этим. – Мой отец поймал меня перед тем, как я добрался до Хогсмида, и сообщил о Джинни то, что, по его мнению, я должен знать. Джинни была в Сент-Мунго последние два дня, целители разума искали, возможно ли, что одержимость этим проклятым дневником нанесла какой-то ущерб. Кажется, они что-то нашли… Луна разрыдалась от этих слов, и Гарри с Гермионой быстро обняли ее. Рон пытался извиниться за то, что расстроил ее, но Луне было все равно. – Я все думала, что плохого я могла сделать Джинни, что она так поступила со мной. Услышав, что она, возможно, больна, мне стало легче, это имеет смысл? Рон понимающе кивнул. – Она моя сестра, и все же я тоже почувствовал облегчение. Альтернатива просто слишком ужасна, чтобы думать о ней. Мы знаем, что Волдеморт единственный, кто был одержим Гарри сильнее Джинни, похоже, он не только укрепил веру Джинни, что она права, но и мораль Волдеморта в этом вопросе также перешла к Джинни. У Джинни не было никаких моральных принципов в том, чтобы получить то, что она хотела от Гарри. Когда речь заходит о Гарри, она делала буквально все, что угодно, не видя, что это неправильно. Папа употребил какое-то умное слово, которое я никогда раньше не слышал и не могу вспомнить. Что-то связанное с тем, что у нее были проблемы с разумом, и Джинни была как два разных человека. Гермиона попыталась угадать. – Шизофрения? – Рон кивнул, и она продолжила. – Сейчас это называется не совсем так, чаще всего – расстройством множественной личности. Поскольку все видели темную сторону Джинни, было трудно опровергнуть то, что говорили Рон и Гермиона. Но у Гарри был вопрос. – И что будет с Джинни? – О, она все еще исключена из Хогвартса, и министерство забрало ее палочку. Наложение магических уз приостановлено, но только до тех пор, пока целители не придут к решению – тогда дело рассмотрят еще раз. Ей придется посещать Мунго еженедельно, и через шесть месяцев у нее запланирован пересмотр дела в суде по делам несовершеннолетних. Целители разума сказали маме с папой, что это будет долгий процесс. Рон опустил голову, все еще испытывая давнее чувство вины за то, что подвел сестру, когда она училась на первом курсе. – Джинни писала в этом дневнике большую часть года, а потом еще три года не лечилась. Целители считают, что такое же время может понадобиться для полного выздоровления Джинни. Суд по делам несовершеннолетних собирается дать ей необходимое время, но постоянно следить за ней. Пока Джинни заперта в Норе. Мама заблокировала ее доступ к камину и наложила на нее чары привязи… Луна захихикала, смутив Гарри и Гермиону, они пытались вспомнить, что на самом деле делают эти чары, пока Луна не объяснила. – Чары привязи используются родителями для малышей, это похоже на поводок. Если Джинни отойдет слишком далеко от места привязки, прозвучит сигнал тревоги. В обозримом будущем она будет привязана к фартуку Молли. Джинни это возненавидит. Эмма встревожилась, услышав, что Луна разрыдалась. Она дошла до террасы как раз в тот момент, когда Луна начала хихикать. Увидев рядом с Луной Гермиону и Гарри, Эмма осталась в восторге от того, как складывались их отношения. После пережитого Луной ранее на этой неделе, Эмма и Дэн были готовы к нарушениям сна, перепадам настроения и даже худшему, поскольку их белокурая дочь с трудом справлялась со своими страхами. Они даже были готовы предложить лечение, похожее на то, что сейчас получала Джинни. Вместо этого им пришлось признать, что лучшим лекарством для Луны было присутствие Гарри и Гермионы. Казалось, старая пословица, что разделенное горе меньше вдвое, вдвойне применима в их случае. Проблема уменьшалась не вдвое, она делилась на всех троих. Плюс Луна точно знала, что остальные ничуть не думают о ней хуже, и справлялась с ситуацией гораздо лучше, чем кто-либо ожидал. Видя, что их отношения уже справились со смертью Ксено и последствиями прошлогодней битвы в переулке, взрослые согласились, что это прочная основа для создания брака, желаемого трио. Эмма уже познакомилась с четырьмя друзьями в Хогвартсе, но это был шанс узнать их получше. Эмму пригласили посидеть с ними, так как волнение Гермионы вскоре вылилось в обсуждение планов, которые они строили для друзей. Волнение вскоре достигло Сьюзен и Парвати, одно упоминание о предстоящем походе по магазинам за одеждой для свадьбы произвело на всех большое впечатление. Никто из четверых раньше не делал покупок в магловском районе, и они с нетерпением ждали этого события. У семи ведьм и волшебников была довольно травматичная неделя. Походить по магазинам сегодня, побездельничать у бассейна завтра, а в понедельник осмотреть достопримечательности Венеции было таким же хорошим способом облегчить их возвращение к норме, как и любой другой.***
Гермиона стояла в свадебном платье, глядя в большое зеркало. Отражения матери, Луны и Сьюзен рядом с ней, вернули невесту в день, когда она выбрала платье, которым они сейчас восхищались.-*-
Теперь Луна лучше представляла, каково это для Сьюзен и Парвати – оказаться в месте, больше похожем на совершенно иной мир. В конце концов она взяла обеих ведьм под руки, и Эмма с Гермионой повели их мимо бесконечного ряда маггловских магазинов, наполненных невероятными чудесами. Мать, и дочь повели маленькую компанию прямо к салону для новобрачных, который они выбрали заранее. Луна напомнила двум ученицам Хогвартса, что они останутся в Италии на следующие две недели, и безусловно, в их маршруте будет больше походов по магазинам, отметив, что эта информация была встречена широкими ухмылками. Гермиона, в силу своего характера, знала, что искала, не переставая радовать продавщицу. Через час все сводилось к выбору между двумя платьями. Она представляла образ, который она действительно хотела выбрать, но не знала, хватит ли у нее мужества и уверенности в себе, чтобы сделать это. Луна сразу же догадалась, в чем проблема, и поцеловала ее. – Думаю, ты совершенно ошеломительна в этом. Не сомневаюсь, наш будущий муж будет думать точно так же. Ты сможешь спросить его вечером, так как нет никакого способа сохранить это в тайне. Платье без бретелек из чистого белого шелка облегало тело, не вызывая никаких сексуальных ассоциаций. Оно начинало расширяться только от середины бедра и собиралось там большой застежкой-брошью белого золота со сверкающим бриллиантом. Пояс того же материала стягивал изящную талию Гермионы. Ее мать, Сьюзен и Парвати согласились, что Гермиона выглядела потрясающе в выбранном платье, но мнение Луны было решающим. Выбор был сделан, и свадебная вечеринка переместила внимание на подружек невесты. Поскольку платье Гермионы задавало тон, Луна, и Сьюзен выбрали платья похожего кроя, но попроще. Продавщица предположила, что бледно-персиковый цвет подойдет обеим подружкам невесты. Сьюзен и Луна, примерив пару платьев этого цвета, убедились, что она была права. Луне и Сьюзен понравились детали двух разных платьев, и продавщица сообщила, что их легко объединить, сделав заказ. Это было легкое решение, и все надеялись, что мужчинам повезло так же. Гермиона решила, что у них будут традиционные черные смокинги, с которыми не должно было быть никаких проблем. Пока Луна помогала Эмме выбрать наряд матери невесты, Гермиона тихо переговорила с Парвати. – Мы хотим, чтобы ты выбрала себе и Падме платья для свадьбы. Она тоже приглашена. Мы подумывали добавить Драко к приглашенным, но посчитали, что для этого слишком рано. Хотя он наверняка будет на свадьбе Лорда Блэка в следующем сентябре. Поблагодарив ее, Парвати обняла Сьюзен и подала ей руку, пробираясь к вешалке с платьями, а Гермиона подошла к Луне, которая помогала матери сделать выбор. Для каждого из семи друзей эти две недели стали лучшим праздником в жизни. Это не только укрепило дружбу между ними всеми, но и сблизило две гостящие пары со своей второй половинкой. Мысли Рона и Невилла были заняты не только недавно купленными бикини Сьюзен и Парвати. Чем больше времени они проводили вместе за пределами Хогвартса, тем глубже становились их отношения. Чем больше времени они проводили вместе, тем больше четверка из Хогвартса видела, насколько близко трио их друзей, и насколько им было хорошо. Хотя ни одна из пар не имела никакого желания добавлять третьего, каждый из четырех мог видеть, что отношения работают не только в школе. Каждая пара хотела продолжения, была готова развивать их, и был шанс, что все у них получится. Когда прибыли гости из Британии, было пролито немало слез, как и в тот вечер, когда им пришлось возвращаться. Гости остались на выходные, и вилла трещала по швам. Рон и Невилл расположились в комнате Гарри, оставив ту, которой они пользовались ранее, для близнецов Уизли, а Падма спала с Парвати и Сьюзен. Молли и Артур пытались послать свои извинения, но Рон связался с Биллом. Самый старший брат Уизли вернулся в Нору присматривать за Джинни, позволяя родителям присутствовать на свадьбе, куда они, безусловно, были приглашены. Из-за присутствия двух министров магии и Британской верховной ведьмы потребовалось немало усилий, чтобы их маленькая семейная свадьба не превратилась в шоу. Конечно, помогло то, что они не объявили дату заранее. За исключением их друзей, которые поклялись молчать, точную дату знала только директриса Макгонагал. Все держалось в секрете, пока их друзья не покинули Хогвартс в пятницу после занятий, задействовав портключ в Италию. Наличие Амелии, Артура, Молли и Августы также подчеркивало, что семьи могут жить в Италии, но не забыли британских друзей. Они даже собирались предоставить Юджину и Амелии свадебные фотографии для печати в итальянской и Британской магической прессе. /* Прим. перев.: Eugene – очевидно, итальянский министр */-*-
Снова посмотрев в зеркало, Гермиона увидела, что в уголках глаз матери собираются слезы. – Мам, не стоит плакать, пока папа не поведет меня к алтарю. – Я знаю, любимая, но ты выглядишь такой красивой. Я просто хотела, чтобы те девочки, которые доставали тебя в начальной школе, увидели тебя сейчас. Я бы не променяла это даже на нашу церковь в Кроули – и мы никогда не пригласим их сюда. – Ты просто не подумала, мам. Я отчетливо помню, что ты каждую неделю получала Кроули Обсервер и рассматривала свадебные фотографии. Уверена, они напечатают нашу, хотя бы для того, чтобы их читатели знали, что Грейнджеры теперь дантисты в Сорренто. – Красивая и умная, у Гарри никогда не было шанса. Но опять же я предвзята к обеим моим девочкам. – Спасибо, мам. Гермиона действительно прекрасна, мне придется догонять ее на будущий год. Гермиона обняла Луну, которая,она знала, шутила. – Волшебник, который будет ждать нас в конце прохода, думает, что мы красавицы, и только его мнение имеет для нас значение. – Ну, хотя мое мнение, кажется, не в счет, я думаю, что обе мои девочки красивы. Ты тоже дорогая, О, и Сьюзен выглядит так, что Рону придется прыгнуть в бассейн, чтобы остыть. Видите, что я имею в виду, вид четырех потрясающе красивых женщин заставляет меня бормотать, как косноязычный подросток, – на бред Дэна все четыре женщины рассмеялись. Затем он поцеловал жену в щеку. – Серьезно, любимая, тебе нужно пойти и занять место. Я скоро приду, после того как избавлюсь от этих двоих... – Дэн больше не мог говорить, все еще пытаясь шутить, он задыхался от сильного возбуждения. Тщательно следя за макияжем и прическами, Эмма поцеловала трех ведьм в щеку, прежде чем занять свое место в первом ряду. У всех в волосах были цветы, Гермиона, и Луна настояли на том, что тиар сегодня не будет. Одержимая диадема Ровены Равенкло на всю жизнь отвратила их от этого вида драгоценностей. Время пришло, и Дэн предложил руку Гермионе. Затем он удивил всех, предложив другую руку Луне. – Ты тоже моя дочь, и ты также встретишь своего мужа. Моя работа состоит в том, чтобы взять вас обоих туда, – Но сегодня день Гермионы.… Думая, что идея отца превосходна, Гермиона не замедлила высказать одобрение. – День, который станет еще лучше от твоего участия. Я буду стоять рядом с Гарри вместе с тобой, я не могу придумать ничего более прекрасного, чтобы сделать мой день идеальным. Это традиция для отца передать дочь избранному ею мужу, и папа это сделает – с нами обоими. Я знаю, ты тоже будешь шептать брачные клятвы, и мы обе знаем, что Гарри наверняка будет вполголоса отвечать на них. Улыбка Луны стала ярче солнца. Она скучала по своим родителям, и верила, что они оба смотрят сегодня на нее. Гарри и Гермиона надеялись, что она права, потому что это означало, что Джеймс и Лили Поттер тоже увидят, как их сын женится на них обоих. Она посмотрела на человека, который стал отцом для всех троих. – Мы можем сегодня начать нашу собственную традицию. На будущий год мы поменяемся местами, когда я стану Леди Блэк. Покончив с этим, улыбающийся Дэн обратил свое внимание на другую подружку невесты. – Ты не против, Сьюзен? – Я думаю, что это замечательная идея. Это также может скрыть меня от Молли Уизли несколько дольше, я не думаю, что она одобрит подругу Рона в таком платье. Дэна улыбнулся еще шире. – Ты удивишься. Я слышал, она вчера вечером говорила Амелии, что ты – лучшее, что случилось с Роном. После всех неприятностей, причиненных Джинни, я сомневаюсь, что Молли будет судить кого-то еще – и уж точно не кого-то здесь и сейчас. Может нам стоит попутно посмотреть это шоу? Не хотелось бы заставлять ваших джентльменов ждать. Поскольку секретность этого события была первостепенной, Джордж и Фред не смогли спросить даты свадьбы. Они носили смокинги, которые специально для них приготовил Гарри. Обоим показалось, что они выглядят шикарно, а их мать не могла или не хотела отвести от них глаз. Заиграла музыка, и Дэн повел Гермиону и Луну по узкому проходу, а Сьюзен шла за ними. Близнецы посмотрели друг на друга и как один решили. – Нам не хватит пленки для камеры. – Это не имеет значения, Джорджи. Все равно никто не поверит этим картинкам. – Да, подумают, что мы пошалили с ними. Но ты ведь скажешь мне, если я начну пускать слюни, правда? – Извини, я не могу оторвать глаз от трех самых красивых женщин, которых я когда-либо видел. – Я думал, итальянцы знают, как сделать костюм, но эти платья – это что-то еще… Тут их отец сказал им несколько мудрых слов. – Дело не в платьях, а скорее в чудесных ведьмах, которые их носят. Гарри и наш Рон – очень удачливые волшебники. Амелия сидела перед Уизли и согласилась с тем, что сказал Артур, она была очень счастлива тем, как развивались отношения Сьюзен с младшим сыном Уизли. Августа сидела рядом с Амелией, а перед ними – Парвати и Падма. Августа думала, что ее внук выглядит так красиво рядом со своими друзьями, и была рада, что Парвати с ней согласна. Как и Амелия, она искренне одобряла выбор своего подопечного. Увидев двух прекрасных ведьм, которых вели к алтарю, она невольно подумала, что через несколько лет Невилл будет стоять там и ждать невесту. Сириус сидел рядом с женой и тещей, раздувшись от гордости за волшебника, каким стал его крестник. Если кто и заслуживал счастья, так это Гарри Джеймс Поттер. Одного взгляда в сторону крестника было достаточно, чтобы сказать, что он чрезвычайно счастлив тем, что вот-вот произойдет. Все, что нужно было Сириусу, чтобы сделать этот день идеальным, – это узнать побольше о девушке, которую пригласил на свадьбу Ремус. Его жена, теща и Эмма предупреждали его, чтобы он вел себя наилучшим образом, и Сириус должен был быть осторожен. Это было просто, осторожность была его второе имя – или это был Орион? Терраса виллы была магически расширена и выходила к плавательному бассейну, гости, сидели рядами по сторонам цветочных арок, образовавших проход, по которому Дэн вел Гермиону и Луну. Памятуя о наличии рядом с ними чиновника итальянского министерства, приглашенного провести сегодняшнюю церемонию, Рон следил за языком, заявляя совершенно очевидное. – Гарри, дружище, нас двое – прости, трое счастливых волшебников. Ни Невилл, ни Гарри не собирались с этим спорить. Гарри все равно не смог бы ответить. При виде Дэна, который вел к нему Гермиону и Луну, у него на время перехватило дыхание. Дело было даже не в платьях, он уже видел каждую деталь, когда они делились друг с другом. Он действительно не мог понять, что именно вызвало эти сильные чувства. Прекрасное событие, проходящее в их доме под средиземноморским солнцем, все те, кого он считал семьей, были здесь, чтобы поддержать их, чувствительность и заботливость Дэна к Луне, прекрасный жест, который он сделал. Может, комбинация всего этого, или же он внезапно понял, как далеко он от темных дней, когда его бросили в Азкабан. Они старались не оглядываться назад и уж точно не играли в игру "что если". Их аниформы также очень помогали в этом, инстинкты Грома полностью сосредоточились на настоящем и будущем. По мере того как будущее Гарри приближалось к нему, сквозь туман в глазах он мог видеть беспокойство на лицах Гермионы и Луны. Гарри шагнул вперед и принял их руки от Дэна, начиная новую традицию, нежно целуя Луну, а затем Гермиону. – С тобой все в порядке? – тревога Гермионы умерла вместе с поцелуем. – Теперь да, и так будет всегда, пока у меня есть вы двое. Луна подошла, занимая место рядом с Гермионой, и шепнула достаточно громко, чтобы они оба слышали. – Тогда ты будешь в порядке до конца своей жизни, как и мы. И пришло время сделать то, ради чего они здесь собрались – пожениться.Конец
