Фанатикам тут самое место

Микки очень любил сказки. С самого детства его заветной мечтой было разыскать Спящую Красавицу, освободить ее от чар феи и жениться на принцессе. Сам он, конечно, принцем не был, но уверенность в том, что «а вдруг прокатит» не покидала юношу ни на одну секунду. И вот однажды сын пекаря решился и, покинув свое родное гнездышко, отправился на поиски этой загадочной Спящей Красавицы. Выменяв бутылку рома на компас Джека Воробья у какого-то вонючего пирата, он двинулся в путь. Вообще, по сюжету, ой, то есть, по легенде, компас должен был указать обладателю направление к его самой заветной мечте. Потому Микки и раздобыл его, так как сам точно не знал, в какую сторону ему двигаться. Компас не указывал на север, что подтвердило его волшебное свойство, так что юноша на все сто положился на этот сломанный кусок поддельного дерьма, что обменял ему лучший пародист Джонни Деппа. День сменялся ночью, ночь — днем, неделей, месяцем, и только спустя примерно полгода Микки удалось добраться до Сан-Франциско, где и находилась его Красавица. Хотя, если бы он просто купил билет на самолет и не ходил кругами, то добрался бы до места куда быстрее, ну да ладно… Обителью принцессы оказалось старое, обветшалое здание, больше похожее на склеп на кладбище, до которого он дошел только к полуночи. Но сын пекаря, переборов свои страхи перед мертвецами и сжав кулачки, уверенно переступил порог этого странного домика. Как и следовало ожидать, в самом центре темной, заросшей паутиной комнаты стояла кровать. Положив компас в карман, Микки медленно приблизился к ней, но тут же отступил назад. В постели, а если быть точнее, в гробу, лежала прекрасная девушка. Ее бледная кожа практически просвечивала, выставляя напоказ ниточки вен, а темные волосы цвета воронова крыла расстилались по плечам, окутав все тело. И выглядело это так, словно та находилась в траурном одеянии. Микки остолбенел. Какое-то время он не мог оторвать глаз от красавицы, также, как и не мог поверить в то, что он нашел ее. Он нашел Спящую, мать ее, Красавицу! Конечно, она немного походила на мертвеца, но попробуй, блин, полежать в гробу несколько лет! И не на то станешь похожим. Не веря своему счастью, Микки, как только ему удалось прийти в себя, неуверенно потянулся за поцелуем, но тут его что-то остановило. Он отошел на шаг назад, коротко вздохнул, достал из кармана освежитель дыхания (первое свидание, как-никак), побрызгал им в рот, дыхнул на ладонь, чтобы проверить, пахнет ли от него еще теми чебуреками, что он съел на ужин, убедился, что нет, и вновь наклонился над девушкой. Губы незнакомки были холодными, словно сделанными из самого льда, жесткими и сухими, но Микки этого даже не заметил. Он со всей страстью впился в них и даже попытался засунуть своей возлюбленной язык в рот для лучшего эффекта. Прошло всего мгновение, когда юноша ощутил шевеление под собой. Девушка вздрогнула, страстно втянула воздух носом и тоже впилась в губы Микки, который, собственно говоря, чуть в обморок не грохнулся от радости. Ведь у него получилось! Он снял чары со Спящей Красавицы! Он — избранный! Он, сын пекаря, глупый дуралей, как дразнила его вся семья, теперь станет настоящим принцем. Принцесса возьмет его замуж, и они заживут в ее королевстве долго и счастливо — мечтал парень. Однако то, что произошло дальше, полностью разрушило всю воображаемую страну единорогов, которую Микки успел себе напредставлять. Спящая Красавица с характерным чмоком оторвалась от губ «принца», облизала своим длинным ярко-красным языком губы и слишком низко и голодно для такой милой девушки промурчала: — Ммм, какой сладенький. Микки в испуге отскочил от дамы (?) и уставился на нее своими голубыми глазками-тарельцами. — Куда пошел? — потянулась за ним красавица, все так же басовито мурча. — Т-ты… т-ты… кто? — удалось выдавить из себя Микки. Красавица усмехнулась. — Тот, кого ты искал, разве нет? Юноша отошел еще на шаг и нахмурился. — Я-я… Спящую Красавицу искал, — неуверенно произнес он. — Кого? — переспросила девушка. — Спящую Красавицу. — Какую еще Спящую Красавицу? Ты что, сказок перечитал, рыжик? Я вампир. — Ктооо? — в шоке разинул рот Микки. — Вампир! — истерично рявкнула девушка. — Ты парень? — Нет, блин, мама твоя! — надулся, и это уже стало ясно, мужчина. — Бляяяя, — протянул юноша, растерянный таким поворотом событий. — Ну Джек… похоже, он мне подделку продал. Так… подожди… А раз ты вурдалак… — Вампир, — исправили его, перевернувшись набок в своем гробу и подложив ручку под голову. — Эм, — почесал подбородок Микки. — Вампир… какого хрена ты начал мне отвечать? Ну, на поцелуй? Ты же… ты же… — и чуть истеричнее. — БЛЯТЬ! Ты же пьешь кровь! — обвинительно ткнул пальцем в мужчину он. — Ну, вообще-то, — манерно заправил свои длинные волосы за ухо тот. — Я принял тебя за гота. — Чего? — удивился парень, не понимая связи и все еще пытаясь осознать ту нелепую ситуацию, в которую он попал. — Так я ж даже не в черном. — Ага-ага, — закивали ему. — А ты не знал, что эти твари теперь маскируются? Сейчас у нас в моде что? Рэп, попса. Девушки бреют себе головы, а молодые парни отращивают бороды и заплетают в них косички. И ведь они даже не хиппи! Дурдом, короче. Одеты все одинаково! Мейкап — врагу не пожелаешь. Девчонки — как клоны, с мохнатыми гусеницами на бровях. Никакого стиля. Полная анархия! Тьфу! — Так, подожди, — почесал своих мохнатых гусениц Микки. — А при чем здесь готы? Что ты с ними делаешь? Вампир закатил глаза, выбираясь из гроба и отряхивая волосы от пыли. Теперь было видно, что на нем надеты обычные темные брюки и кардиган. Упырь оказался весьма высоким и худым. Но, несмотря на это, плечи его были широкими, что придавало ему угрожающий вид. — Так их нет! То есть, есть, но они сейчас маскируются и выглядят как все. Где эмо, где гот, теперь и не поймешь, — он тяжело вздохнул. — Бесит меня эта мода дурацкая. А где темные длинные плащи? Где свастики на лбах и порезанные вены? Эх, романтика. Куда ты пропала? А что я с ними делаю? — облизнулся он. — Пью. Детки это обожают. Сами преподносят себя на блюде. Я думал, и ты из этих. — Так, эм, — Микки потоптался на месте. — Я не хочу спорить о том, что хорошо и что плохо… просто… Я извиняюсь, окей? Я обознался. Вину осознал. Мне очень жаль… — пролепетал юноша, медленно двигаясь к выходу, видимо, подумав, что мужчина на него набросится. — Почему жаль? — удивился вампир. — Целуешься ты очень даже неплохо. Микки остановился. Покраснел. — Ох, эм, спасибо… — На помидорах тренировался? — поинтересовался упырь. Улыбка парня тут же скисла. Вампир захихикал. — Ну, раз мы с тобой… — начал Микки. — Почти трахнулись? — Встретились, — нажал парень. — Может, представишься? Меня Микки зовут, — парень хотел было протянуть руку, но тут же себя одернул, боясь, что вампир его укусит. — Ох, конечно, солнышко, — улыбнулся упырь, демонстрируя свои острые клыки. Микки сглотнул, посмотрев мужчине в рот. — Меня зовут Эдуард Калено. Юноша прыснул. — Как, прости? — Эдуард… — Да нет. Просто чем-то напоминает Эдварда Каллена, — улыбнулся он. Вампир скривился. — Нет. Калено. Ка-ле-но. — Ясно-ясно, — Микки поднял руки в сдающемся жесте. — Просто… — Эта гребаная Майер. Лучше бы я вообще ей ничего не рассказывал. — В смысле? — удивился юноша. — Ты знаком со Стефани Майер? — Ага, виделись. — Господи-господи! — запрыгал Микки на месте, хлопая в ладошки, так как был большим фанатом Сумерек, но, как и большинство тех, кто их смотрел, хорошо это скрывал. — Только не говори, что ты — прототип Эдварда! Калено кисло улыбнулся. — Эта баба меня надула, — решил признаться он. — Она пришла ко мне ночью и сказала, что хочет написать книгу… Ну, типа Интервью с вампиром. — Боже… — Ну я и согласился. Рассказал все о себе… А она… — Что? — задыхался от волнения Микки. — Она все с ног на голову перевернула! Но знаешь, что больше всего меня взбесило? Микки замотал головой. Раз уж вампир решил высказаться, он не собирался пропускать ни единого его слова. Гребаная Стефани Майер! Кто бы мог подумать?! — Что всю мою родню взяли в экранизацию, а меня — нет! Прикинь! Блядский режиссер сказал, что я ни капли не артистичен! Заменили на какого-то Патисона. — Паттинсона, — поправил Микки. — То есть, получается, что все актеры из Сумерек просто играли самих себя??? — Ну да… Кроме, разве что, некоторых злодеев и других второстепенных персонажей. А этот упырь Патисон так вообще… с моей Кристиночкой замутил! — Капеееец. Паттинсон тоже вампир? Реально? — Ага. Энергетический. — Бля. — Вот-вот. — Ух, ну, это… — сладко вздохнул Микки, которому вдруг открылась головокружительная истина. — Пиздец? — Круто! Ты разве не понимаешь? — замахал руками парень. — Что? — Компас работает! Я искал свою суженую, и… — Спящую красавицу… — Нет-нет. Я хотел найти свое счастье. Судьбу. — Окей. А я-то тут причем? — недоумевал Эдуард, который, кстати, совершенно не был похож на того, кто играл его на экране. Миниатюрный нос, овальное лицо, ярко-зеленые глаза, пухлые губы. Не просто так Микки его за девушку принял. Очень высокую и худую девушку. — Я фанат Сумерек! — Черт, — скривился мужчина. — Да! — Эм, слушай, парень… — Эдуард покачнулся с пятки на носок. — Там, в этих Сумерках, сняли вранье полное. Я не тот, за кого ты меня принимаешь. Я не умею читать мысли, бегать по деревьям и блестеть на солнце, окей? Я могу лишь парить в воздухе, превращаться в летучую мышь и читать рэп. Да и последнее только потому, что современные детишки думают, что каждый уважающий себя рэпер просто обязан зачитывать свою самодеятельность всем подряд. А у меня, к сожалению, очень хорошая память. Но, в любом случае, я не тот, кого ты ищешь. Микки замотал головой. — Нет-нет-нет. Компас Джека Воробья не мог ошибиться! — Чувак, ну правда… Иди своей дорогой, окей? Нам с тобой не по пути, братишка. — Не говори так! — подбородок Микки задрожал. — Ты — моя судьба! А я — твоя… Белла! — Кристен. — И она тоже! — топнул ногой парень. — Не отвергай меня, я прошел такой длинный путь, пересек океан, Лас-Вегас… Манхэттен… — О, господи… — Я хочу быть с тобой! И мне неважно, что ты парень! Ты — моя мечта! Ты — моя любовь, и даже смерть не разлучит нас! Микки представить себе не мог, что с ним будет, если вампир ему откажет. Он никак не мог понять, почему тот так холодно к нему относится, ведь их поцелуй действительно был очень горяч. Эдуард был его судьбой, и, хоть они почти не были знакомы, Микки верил в то, что стоит им узнать друг друга получше — и то, что они созданы друг для друга, станет очевидно. Хотя, для Микки это уже было очевидно. Он обожал Сумерки. Но книгу, если честно, больше. А вот Паттинсон ему реально не зашел. Как хорошо, что оригинал выглядит намного… намного… в его вкусе. И что он вначале его так испугался? Дурак. Этот вампир же такой милашка. Заметив, с каким глупым выражением смотрит на него человек, Эдуард закатил глаза. — Ты дебил, — фыркнул Калено. — Нет. Я просто влюблен! — Это одно и тоже. — Знаю, — дико засмущался Микки и вдруг неожиданно для вампира кинулся ему на шею. *** Эдуард сидел в углу склепа, укутанный в паутину, и тихо шипел. — Ну прости… — сложил ладошки Микки, стоя перед ним на коленях и пытаясь заглянуть в уворачивающееся лицо. — Я не хотел. Очень больно? — Не хотел что? — обиженно пробубнил вампир. — Укусить меня?! — Мне очень жаль, — уже в который раз завел свою шарманку парень. — Я просто подумал, что… если выпью твоей крови, мы навсегда будем вместе и ты уже никуда не сможешь от меня сбежать. — Придурок, — фыркнул Калено. — Чтобы стать вампиром, одной вампирской крови в желудке недостаточно. Нужно еще и умереть, — шипел он, потирая пульсирующую рану на шее и размазывая сочащуюся кровь. — Я знаю. И я уже придумал, как. Эдуард вновь фыркнул. А Микки, сделав глубокий вдох-выдох и, видимо, настроившись, вновь кинулся к вампиру и цапнул его за горло, только уже с противоположной стороны. — ТЫ ЧТО, ПСИХ?! — заорал потерпевший, взметнувшись вверх и так там и оставшись. Его длинные волосы смешно свисали вниз. — Простииии, — пропищал Микки. — Но теперь-то ты меня ведь точно убьешь? Раз с первого раза не вышло… — Иди отсюда! — дрожал вампир, приклеенный к потолку. — Или я вызову полицию! УБИРАЙСЯ, ИЗВРАЩЕНЕЦ! — Нет-нет-нет, — залепетал юноша. — Не надо полицию, пожалуйста, — почти плакал, как и вампир, он. — Я просто хочу быть с тобой. Я для тебя все сделаю, понимаешь? Я твой принц! Эдуарда передернуло. Как же! Принц? Нашелся тут. Мелкий, костлявый. Рыжий и солнечный, как его самый страшный сон. Улыбка детская. И родничок, наверное, еще не зарос. Сиськой Эдуарду его что ли кормить? Нахер таких принцев! Но и отрицать, что парниша целуется просто отпадно, он не мог. Поучить его еще кое-каким приемчикам… Да и, в принципе, с такой внешностью втираться в доверие к людям, а потом попивать их кровушку намного легче, чем в образе вышедшего из моды упыря. «Эх, верните мой две тысячи седьмой», — подумал Эдуард и тяжело вздохнул. — Я-я-я… я найду эту Стефани Майер… Найду для тебя, слышишь? — ныл Микки, задрав голову вверх, глядя на вампира. — Я найду ее и притащу к тебе, хорошо? Чтобы ты смог с ней расправиться. Сделать то, что хочешь. Отомстить. Эдуард нахмурился. Конечно, он давно думал о мести, но Стефани Майер была так популярна… ее бы точно начали искать. Ему не хотелось, чтобы его покой тревожили. Эдуард не хотел в тюрьму. Как-то раз он там уже был. Кухня — отстой. Еще немного поразмыслив, вампир сдался и осторожно спустился на землю. — Ты правда можешь привести ее сюда? Живой? — Да-да, — закивал обрадовавшийся парень. — Ты сможешь убить ее как захочешь. Выпить досуха. Съесть со всеми потрохами! — Зачем? — скривился Калено. — Она же писатель. — Ты хочешь заставить ее…? — кажется начал понимать парень. — Да! — гордо задрал свой маленький нос Эдуард. — Я хочу, чтобы она написала еще одну книгу обо мне. Только на этот раз чистую правду. — Но Сумерки… — Галимая ложь! — рявкнул вампир. — Я хочу, чтобы мир узнал, что на самом деле представляет из себя Эдуард Калено. Я хочу, чтобы все, каждый чертов человек на этой крошечной планетке, знал… — Что? — тихо выдохнул Микки, так как пауза затянулась. — Что я никогда не играл на этом дурацком фортепьяно. Волынка — вот это инструмент! — поднял указательный палец вверх Эдуард. — Сам Дин Винчестер является моим фанатом и не пропускал ни единого концерта. — Дин? — вылупился на него парень. — Он тоже существует?! — Да, а как же! — ухмыльнулся вампир. — И он ненавидит то, каким показали его в сериале. — Но он же там… клевый, — неуверенно пискнул Микки. — Дин Винчестер никогда не слушал рок! Никогда, понимаешь! — Оу. А что он тогда слушал? — Народную классику. — Шотландскую? Калено кивнул. — Дерьмо, — сжал губы разочарованный Микки. — Ага, — подтвердил вампир, видимо, подумав, что парень, как и он, недоволен киноиндустрией Америки. — А еще их с Сэмом бабушка была лепреконом, а прадед — эльфом. — Серьезно?! — вытаращился парень. — Да. И этот факт тоже решили вырезать из сериала! Представляешь?! — Обидно. — А то! — Ну так… — решил поинтересоваться юноша, только чтобы сменить тему и не получить взрыв мозга от всей вдруг так неожиданно навалившейся на него информации. — Когда мы начнем? Разоблачать вранье зажравшихся сценаристов, — натянуто улыбнулся он. Вампир злобно оскалился и повернулся к Микки. Он медленно подошел к своему будущему соратнику, любовнику, а также будущему члену его группы волынщиков и, положив обе ладони на щеки парня, пафосно произнес: — Сейчас! И свернул юноше шею.