Ночёвка

      Часы на прикроватной тумбочке показывают 4:23. Ричи не может уснуть уже второй час, лёжа на полу комнаты Стэна в спальном мешке и слушая, как сопят его друзья. Все они уже давно спят, но Ричи почему-то никак не может избавиться от бессонницы. Он уже сходил в ванную, попил воды, даже овец считал — ничего.       На подсознании покоится ответ, но Ричи отгоняет его как можно дальше, даже не рассматривая вариант прислушаться.       Заткнись, просто заткнись.       Его взгляд падает на спящую форму Эдди сбоку от него — тот лежит на боку, спиной к Ричи, непривычно неподвижно. Уже давно. Сделав глубокий вдох в попытке успокоить колотящееся сердце, Ричи вдруг замечает, как парень рядом с ним шевелится. — Эдс? — шепчет он, отворачиваясь от Эдди и поднимая взгляд на потолок, про себя надеясь, что друг его услышал. — Ты спишь?       Эдди не отвечает, поэтому Ричи уже было решает, что ошибся и парень на самом деле спит. Но спустя мгновение сбоку слышится тихий голос: — Нет. — Не могу уснуть, — жалуется Ричи, не зная, что ещё сказать.       Он следит за громкостью своего голоса, чтобы не разбудить остальных. Это не так сложно — Эдди лежит всего-то в метре от него, так что нет необходимости говорить на полную. — Знаю, ты никак не перестанешь вздыхать. И хватит так меня называть, — бормочет Эдди лишь с едва уловимым недовольством в голосе. — О, сладкий, мне так жаль. С тобой на уме я никак не могу перестать вздыхать. Я влюблён по уши, дорогой, — голос Ричи без труда приобретает акцент южанки. — Я мешал тебе спать? Дорогой, мне так жаль, правда.       До него доносятся неудачные попытки Эдди подавить смех, едва заглушённый подушкой. — Заткнись, Ричи. — Эй, разве так разговаривают с приятелями? — тихо восклицает Ричи с британским акцентом. — Как грубо с вашей стороны, Спагетти! — Завались! — стонет Эдди. — Ты знаешь, что я ненавижу, когда ты так меня называешь.       Ричи лишь улыбается, на мгновение замолкая, чтобы в своей голове вернуться к началу разговора. — Я правда мешал тебе спать? — Нет, — тихо отвечает парень, настолько тихо, что Ричи едва ли его слышит. — Тогда почему ты не спишь? Миссис Кэй взорвётся, если узнает, что у тебя сбился режим.       Эдди пожимает плечами. — Мне всё равно.       Это в новинку. Обычно есть хотя бы немного недовольства, любой степени, тем, что Эдди говорит его мать, особенно после того, как он узнал про плацебо. Но никогда ещё Эдди не говорил ничего столь резкого.       Ричи кусает и без того обветренные губы. — Она что-то сделала? — находит он в себе смелость спросить.       Эдди вздыхает. — Нет.       На дворе июль. Никакой школы. Всё своё время Неудачники проводят друг с другом. Завтра они идут в кино на новый фильм про роботов. Его мать не закатывает скандалы — по крайней мере, не больше, чем обычно.       В чём тогда дело, что Эдди не может уснуть? Они уже спали на этом полу. Те же спальные мешки, тот же ковёр, те же подушки и одеяла. Он точно не может испытывать дискомфорт.       Ричи, кажется, не может найти ответ сам по себе, поэтому ему не остаётся ничего, кроме как спросить у самого Эдди. — Почему ты не спишь? — А ты? — спрашивает Эдди в ответ. — Бо-о-оже. Я не знаю. Просто не могу, — он пожимает плечами. — Я постоянно засиживаюсь допоздна, может, мой организм привык. Какое оправдание у тебя?       Эдди вздыхает вновь. Со стороны Бена вдруг раздаётся громкий храп, и оба парня замирают, затаив дыхание, но Бен лишь переворачивается во сне и вновь начинает ровно дышать.       На горизонте чисто, и Эдди вновь подаёт голос: — Просто... Наверное, я думал кое о чём.       По спине пробегает холодок, пока в голову Ричи приходят всевозможные вещи, о которых Эдди может думать в четыре утра. — Про...? — Нет, — тут же прерывает его парень. — Нет, не об этом. — Оу, — Ричи хмурится. — Окей, эм... Ладно. Если ты хочешь поговорить... Я рядом, знаешь же? — Спасибо, — неловко отвечает Эдди. Затем, мгновение спустя: — А ты думал об... этом? — Вплоть до этого мгновения, нет. — Оу. Прости. — Всё нормально. Прошло четыре года, это больше меня не пугает, — уверяет его Ричи, пусть и понимает, что это ложь.       Ему всё ещё снятся кошмары. Как и всем остальным. Он не имеет ни малейшего понятия, почему ему так страшно это признать. — Оно всё ещё пугает меня, — едва слышно шепчет Эдди. — Ты же знаешь, что я никогда не позволю ничему плохому случиться с тобой, Эдс? — тут же говорит Ричи. — Мы убили этого ублюдка. Но даже если он жив, ты знаешь, что я никогда больше не подпущу его к тебе, да? — мгновение он прислушивается к собственным словам, понимая, как они могут быть восприняты, поэтому поправляет себя: — Эм, никто из нас не допустил бы этого. Мы все защищаем друг друга.       Минуты проходят в полной тишине. Ричи взволновано отбивает тик по собственному животу, раздумывая над тем, могли ли его слова звучать как что-то не совсем платоническое. Эдди, кажется, наконец уснул, и он как раз собирается повернуться на бок и закрыть глаза, когда парень сбоку от него вновь шевелится. — Я думал о девушке Бена, — робко шепчет Эдди. — Её лучшую подругу зовут Энджи Гловер.       Ричи хмурится, не совсем улавливая нить разговора. — Эм, да, наверное. — Энджи назвала меня... — мгновение Эдди сомневается. — Голубым. Ещё в шестом классе. Её парень бросил мне в голову баскетбольным мячом.       Первой реакцией Ричи должна быть обеспокоенность, но всё, что он чувствует, это злость. Он этого не знал — Эдди ни разу не упоминал ничего подобного. — Я набью ему морду, — первое, что приходит ему на ум.       Эдди заливается смехом, ловя ртом воздух и как можно глубже зарываясь лицом в подушку в жалких попытках заглушить свой хохот, чтобы никого не разбудить. Ричи пусть и неловко, но он всё равно улыбается — у него хотя бы получилось рассмешить Эдди. Это всё, что ему в общем-то нужно. — Что? Думаешь, не смогу? Я недостоин быть твоим рыцарем в сияющих доспехах, моя принцесса?       Эдди пытается ответить, правда, но никак не может перестать хихикать, качая головой. Всё его тело трясётся в попытках вести себя тише.       Теперь Ричи ухмыляется и даже обиженно надувает губы, пусть Эдди и не может его видеть. — Что со мной не так? Дело в моём слишком длинном члене, да?       Эдди пинает его по ногам, одновременно и смеясь, и задыхаясь, и фыркая, и наконец поворачивается к нему лицом и пихает в плечо. Ричи тоже смеётся, удерживая развеселённый взгляд сверкающих карих глаз. — Ты — заноза в заднице. — О, потерпи, малыш. Скоро я заменю занозу на кое-что другое.       Даже в темноте можно различить краску, залившую всё лицо Эдди. Лунный свет, проникающий сквозь не закрытое шторами окно, позволяет выделить румянец на фарфоровой коже. — Бип-бип, Ричи. Эм, так вот... Я просто думал об этом. Ну, сначала о Бене и его девушке, затем об Энджи и её парне. И баскетболе.       Ричи наклоняет голову, щуря глаза. — Ревнуешь? Дженнифер и правда горячая, — он говорит о девушке Бена.       Лицо Эдди приобретает странный оттенок. — Нет... Я за него рад, просто... — Тоже хочется? — на его скулах проступают желваки. В груди пробуждается слишком знакомое ноющее чувство. — Девушку? Для себя?       Эдди поднимает на него взгляд взволнованно бегающих глаз. — Я хочу... отношений. Наверное.       Ричи вновь поворачивается на спину и смотрит в потолок, в миллионный раз вздыхая. — Не парься так по этому поводу. Ты не один такой. — Ты хочешь себе девушку? — Я хочу... отношений, — повторяет он слова Эдди. — Не думал, что ты в этом заинтересован, — тихо шепчет парень.       Его слова звучат так, будто это правда много для него значит. Ричи поворачивает голову на бок, наблюдая за тем, как Эдди теребит край одеяла с закрытыми глазами и всё тем же странным выражением лица. — Ну, просто... Всегда казалось, что ты...       Голос Ричи застревает в его горле. — Я могу быть не только смешным, если что.       Глаза Эдди резко открываются. — Я не это имел в виду, просто ты никогда... Не считая шуток, ты никогда не показывал своего интереса в ком-либо.       Ричи пожимает плечами. — Как и ты.       Глаза Эдди становятся ещё шире, и он отводит взгляд, словно прячется от Ричи. — Это другое. — Ты о чём?       Часть Ричи знает, что это — чушь. Он знает, что говорят люди, и да, иногда он даже замечает это сам, но... Они не могут быть правы. Это всего лишь слухи.       У него уходит три секунды на эту цепочку мыслей, прежде чем он понимает, что ошибается — лицо Эдди говорит само за себя.       Выражение его собственного лица становится мягче. — Оу.       Голос Эдди звучит натянуто, когда он шепчет в ответ: — Ага. — Ну, похоже, что мне придётся перекинуться с этим парнем парой слов, — он вздыхает, и Эдди с интересом наблюдает за ним. — Бороться за твою руку, разумеется. Ну не знаю, Эдс, я слишком люблю свои спагетти. Ненавижу делиться. Я полный эгоист. Этому чуваку лучше выглядеть неотразимо. Чёрт, ему лучше сразить меня наповал. — Не думаю, что вы бы поладили, — шепчет Эдди с улыбкой, вновь смотря на свои пальцы, перебирающие одеяло. — У вас обоих непостижимое эго. И вы оба идиоты.       Часть Ричи хочет кричать, рвать на голове волосы или хотя бы перевернуться на другой бок и уснуть, притворившись, что ничего не произошло. Он не хочет слышать об объекте влюблённости Эдди. Он хочет сделать вид, что этого таинственного парня вообще не существует. И он точно не хочет слышать про то, что они с ним даже не поладили бы.       Но он молчит, поэтому Эдди продолжает: — Вообще, ты знаешь его дольше, чем я. Он очень классный парень. — Стэн?!       Эдди тут же испуганно закрывает его рот ладонью и качает головой. Это было слишком громко.       Стэн бормочет во сне: — Что, мамуль?       Ричи прикусывает щёку и не сдерживает порыв облизнуть ладонь Эдди, всё ещё закрывающую его рот, из-за чего парень тут же отстраняется как ошпаренный. В голове созревает идея спародировать голос мамы Стэна — что, по правде, звучит просто ужасно. — Стэнни, малыш, когда ты наконец женишься? Я знаю, что ты влюблён в этого Ричи, но пришло время тебе наконец жениться на молодой девушке. Ричи бы ужасно смотрелся в платье.       Лицо Стэна кривится — он выглядит раздражённым и даже взбешённым. — Я не хочу жениться на Ричи, мамуль.       Теперь держать свой смех под контролем кажется невыполнимой задачей. Эдди и Ричи цепляются друг за друга, трясясь в истерике. На часах пять утра, и что-то столь идиотское, как разговаривающий во сне Стэн, не должно так сильно смешить их, но оба парня всё равно задыхаются, хватаясь за свои футболки и одеяла в попытках поймать воздух ртом и успокоиться.       Ричи смеётся так сильно, что вот-вот пукнет, и когда он говорит Эдди об этом, у того по щекам начинают течь самые настоящие слёзы истерики. — Завалите еба-а-альники! — стонет Беверли со своего места в их ногах, швыряя в них своей подушкой.       Она ложится обратно, недовольно фыркая и натягивая одеяло поверх своей головы. Оба парня замирают и потом ещё немного хихикают между собой, в конце концов успокаиваясь.       Эдди берёт брошенную в них подушку и кладёт её себе между ног. — Это для осанки, — тихо объясняет он, замечая взгляд Ричи и его приподнятые брови.       Ричи лишь закатывает глаза. Когда Эдди заканчивает свои махинации с подушкой и наконец поднимает взгляд, Ричи понимает, что они подобрались намного ближе друг к другу во время того приступа истерического хохота — между ними считанные дюймы.       Может показаться, что атмосфера вокруг них накалилась, но это не так. Всё так же. Всё привычно. Это ощущается правильно, быть так близко друг к другу.       Эдди едва сжимает его ладонь в своей, и Ричи только сейчас осознаёт, что они держатся за руки. — Он даёт мне дурацкие прозвища. Я всегда говорю ему, что ненавижу их, но он всё равно продолжает так меня называть. Мне кажется, что он знает, что на самом деле я их не ненавижу.       Дыхание Ричи застревает в горле, и его сердце колотится так быстро, словно вот-вот вырвется из груди. — Это позволяет ему чувствовать себя ближе к тебе. Прозвища, которыми называет тебя лишь он один. — Мне было так страшно, — шепчет Эдди. — Что я никогда... Что я не смогу сказать ему. Что он возненавидит меня. — Нет, — бормочет Ричи, свободной рукой касаясь его плеча и затем перемещая ладонь на всё ещё покрытую румянцем, со следами слёз смеха, щёку. — Никогда. Я... Эдс, он бы никогда не возненавидел тебя.       Эдди закрывает глаза, успокаиваясь лишь самую малость. — Но правда ли он уверен? Мы ведь не сможем вести себя так, как Бен и Дженнифер, и я... Я буду тянуть его вниз, вокруг так много других... — Эдди, — прерывает его парень.       Он не продумывает свои действия — ему и не нужно. Ричи касается обеими ладонями лица Эдди и целует его, подушечкой большого пальца нежно поглаживая его скулу. Когда он отстраняется, открывая глаза, парень смотрит прямо на него. — Заткнись. Я тоже люблю тебя, придурок.       Эдди улыбается, и он не может не улыбнуться в ответ. — Правда? — Уже целую вечность, сладкий. С тех самых пор, как я увидел тебя на ферме моего папеньки, — вновь говорит Ричи с акцентом южанки, за что получает лёгкий удар в плечо. — Ты был самым милым, что я когда-либо видел, дорогой.       И затем, своим нормальным голосом: — Всё ещё самый милый. — Бип-бип, — смущённо бубнит Эдди, зарываясь лицом в его грудь.       Ричи лишь улыбается, нежно проводя рукой по шёлковым волосам.       Утром, когда остальные Неудачники просыпаются до Эдди и Ричи и обнаруживают их в объятиях друг друга, то все вместе решают их не будить.