***
Этот альбом он отправил послушать Мартину Ли Гору, чтобы тот оценил старания Дейва по части написания песен. Ведь Дейву было очень важно знать мнение кудрявого гения, да и не только гения, но и друга. Но Мартин нечего ему не ответил. Из чего Гаан сделал вывод, что тот даже не удосужился его послушать, просто проигнорировал. Дейв очень сильно разозлился – он позвонил Гору и проорал в трубку: «Ты высокомерная скотина!», а еще покрыл всеми известными нецензурными выражениями. Мартин же весь разговор ни звука не издал, и, после того как Дейв успокоился, сбросил вызов первым, не утруждая себя отвечать ему. Да, и без толку это было делать, потому что на протяжении многих лет знал, что Дейва в такие моменты лучше не трогать и тихо уйти, а иначе можно было нарваться на беду, в виде удара по лицу или животу. Конечно после того как Дейв окончательно пришел в себя, его начала мучить совесть, ведь он даже не подумал, что Мартин мог быть сильно занят, решая свои важные дела. Но потом, взвесив все за и против, пришел к неутешительному выводу, что Мартин не имел никакого желания слушать его творчество, которое он не показывал ему, так как стеснялся, да и не видел особого смысла. И решился показать одному только Мартину. За те долгие 6 месяцев в туре Дейв сильно скучал по своему кудрявому ангелу. Его одолевало сильное желание бросить этот чертов тур, взять билет на самолет и улететь к нему, чтобы крепко прижать к себе, поцеловать, зарыться носом в пышные кудри, похожие на облако, и извиниться подобающим способом, который лучше всего подойдет для долгой разлуки. Но гордость и сильная обида не давали Дейву сотворить оного (п/а: надо же принцессе показать себя:D; хотя разобраться бы еще кто из них принцесса). До этого момента они никогда так сильно не ругались и долго друг от друга не отдалялись. Обычно их конфликты длятся не более одной или двух недель, но был один случай, чуть не разлучивший их, как пару. Вспоминая этот случай, точнее, то, какое у них было примирение, Дейв улыбнулся уголками губ, на мгновенье, представив, как было бы замечательно, если они сейчас уладили это недоразумение. К сожалению, реальность полна разочарований, да, и Дейв никогда не был оптимистом, всегда надеясь на худший результат. И сейчас, он не особо надеялся, что Мартин простит его, и он простит Мартина. И это отчаяние вместе с безнадежностью и болью съедали его изнутри, но внешне он оставался все тем же Дейвом, каким был всегда и по сей день. Даже, когда он подсел на героин, не было так тяжело, как в этот момент. Ведь в те времена смерть шла с ним рядом, шаг за шагом, не отступая и не опережая самого Дейва. Как хищник, следящий за своей выбранной жертвой, находясь с ней и днем, и ночью рядом, чтобы в подходящий момент напасть на нее. И не важно, когда она тебя настигнет днем или ночью, зимой или летом смерть все равно придет за тобой, когда ей угодно, и заберет душу твою с собой. И ей, смерти, абсолютно безразлично какие будешь испытывать чувства ты сам, и уж тем более какие чувства будут одолевать других людей, которые важны и близки для тебя самого. И Гаан близко познакомился с ней, ощутив одну лишь пустоту и холод. И, как во всех хороших фильмах, Дейв ожил, к всеобщему удивлению врачей, друзей, фанатов, журналистов, коллег. Его даже прозвали Иисус Христос, от чего он посмеивался. Лишь один человек не удивился, а наоборот искренне обрадовался, что Гаан живой и больше не покинет этот бренный мир, был Мартин Ли Гор. Когда Гор увидел Дейва, то крепко обнял и целый день не выпускал из объятий, боясь, что сейчас он исчезнет и никогда не вернется, и обнимать его будут не теплые и родные руки, а холодные и чужие. В этих руках не будет ощущения уюта, доброты и самое главное любви. В тот раз Дейв целые сутки провел в объятиях своего кудрявого ангелочка, так он называл Мартина про себя, ибо он всегда напоминает ему маленького, хрупкого и беззащитного ангелочка. А сам Гаан сравнивал себя с демоном, что покусился на жизнь чистого, искреннего и невинного ангела. Во время ссор вокалист в полной мере ощущал это сходство. И эта ругань не стала исключением, от чего он впал в отчаяние и уныние.***
Проматывая этот чудесный и прелестный момент в голове, Дейв прикрыл глаза в наслаждении, а губы сами собой образовали дугу, выражая не поддельность чувств хозяина. И он даже позабыл про свое глупое сравнение с демонической личиной. И эта искренняя улыбка не сходила с его лица все время, пока самолет летел до Парижа, столицы, одной из европейских стран, Франции. В Париж он летел по причине того, что его позвал туда Энди.***
Звонок от Энди раздался неожиданно, как солнце, выглянувшее из серых облаков, которые плотно покрыли собой все небо. Это произошло во время хождения по магазинам Дейва с женой и малюткой Стеллой, которая крутила своей маленькой головкой и протягивала ручки к каждой яркой и интересной, по ее мнению, вещи (п/а: вся в своего отца). Неожиданно для выше названного отца девочка громко заплакала на все отделение магазина, ибо Дженнифер не давала ей игрушку, которая очень сильно ей понравилась, и пыталась отвлечь внимание на что-нибудь более интересное. Потому что игрушек в их доме было полно, целых три ящика ярких, разнообразных и громких, что так сильно нравятся не только самой Стелле, но и всем детям мира. Дейв, который таскал пакеты с покупками, пытался не заметно от жены взять этого милого и белого барашка, так сильно понравившейся его девочке, и самому Гаану. Этот барашек с белоснежной, кудрявой шерстью и закруглёнными назад рожками, а также зелеными пластмассовыми глазами, сильно напоминал Дейву Мартина. Как раз, когда Гаан почти дотянулся до несчастной игрушка, раздался звонок его мобильного телефона. «Блять» - тихо и с чувством матюгнулся Дейв. Сбросив вызов, и не особо разглядев абонента, Гаан наконец-то дотянулся до игрушки, взяв ее в свою руку. Когда они пришли домой, то первым делом уложили Стеллу спать, точнее уложила Дженнифер, а Гаан принялся разбирать огромное количество пакетов*. Покончив с этим дурным делом, так он про себя называл разбор покупок, и с чувством выполненного долга отправился в гостиную смотреть телевизор. Сев на диван и включив его, Дейва посетило чувство, что он что-то забыл, что-то очень важное. Особо долго он над этим не думал, так как по телику показывали один интересный фильм, от которого Дейв не отрывался ни на секунду. А экран телефона, что стоял на беззвучном режиме по воле своего безалаберного хозяина, высвечивал имя каждые 5 минут: «Флетч». Фильм закончился лишь ближе к вечеру, а после него началась передача про одежду, которая нравилась его любимой жене, пришедшая в гостиную, чтобы посмотреть ее. - Милый, тебе какой-то Флетч звонил, - она плохо помнила имена всех остальных участников. - Что надо этому Энди? – Ворчал на него Гаан. С Энди отношения у них не сильно дружеские и близкие, но время берет свое, и оно не обошло стороной наших героев. Дейв и Энди за годы общения в студии относились друг к другу с некоторым безразличием. Они понимали, что у них взаимная ненависть и неприязнь, и что ссориться из-за этого глупо и бессмысленно. Эти два товарища, сведенные обстоятельствами, научились не замечать друг друга, но при этом хорошо общаться. - А…. - Не успел ответить Гаан, как его перебил Энди, громко заорав в трубку: - ТЫ КАКОГО ХУЯ, ДЕБИЛ ДОЛБАЕБСКИЙ, ПРИДУРОК СРАНЫЙ, ЛЕНИВАЯ ЗАДНИЦА, ГЛУХНЯ, ЖИВУЩАЯ В АМЕРИКЕ, НЕ ОТВЕЧАЛ НА МОИ ЗВОНКИ ЦЕЛЫЙ ДЕНЬ!!!!!????? - Эммм…. Энди, ты чего так кричишь? – Мягко поинтересовался Дейв, пребывая в шоке от того, что Флетч наорал на него. Ведь обычно орет и ругается благим матом Гаан, но чтобы спокойный, флегматичный, рассудительный и умный Энди Флетчер ругался!? Это никак не укладывалось в голове у вокалиста. - Да, действительно, чего я так кричу?! - прикрикивал Энди, но затем, пропустив через органы дыхания воздух, продолжил, но уже чуть тише, – нужно, чтобы ты прилетел в Париж. - Нахуя? – спросил Дейв, и тут же получил многообещающий взгляд жены – она не очень любила, когда муж начинал выражаться. Улыбнувшись женщине самой очаровательно улыбкой из всех, что была у него в арсенале, как бы показывая ей, что он больше так не будет (она даже не подозревала, какие мысли Дейв скрывал за своей улыбкой). - Не матерись, придурок. Поговорить с тобой хочу, - легко соврал товарищ с нотками недовольства. Ведь у него не было какого-либо желания звонить этому индюку, но, пересилив себя, он это делал ради одного единственного друга. - Чего? Тебя что на романтику потянуло? И вообще не поеду… - Поедешь. Встречаемся в отеле… - сказав название отеля и время и день встречи, Энди тут же сбросил вызов, не давая Дейву и слово вставить. Гаан еще минут 5 стоял с недопонимающим выражением лица, словно ему позвонил какой-то агент из секретной службы и мрачным голосом объявил, что завтра конец Света и он единственная надежда мира на спасение. Послышался свист чайника из кухни, и Дейв, все-таки отмерев, пошел на кухню к Дженнифер, чтобы извинится перед ней, как подобает супругу, а после пойдет собирать вещи. На следующий день Дейв Гаан сидел в зоне ожидания в аэропорту, и наблюдал за движением самолетов. Одни приземлялись, другие прилетали, чтобы высадить пассажиров, или с целью заправиться и лететь дальше. Погода была пасмурная в Нью-Йорке, но дождя не было, лишь серые облака плотно покрывали собой небо. Голос диспетчера, объявлявший его рейс, отвлек Гаана от созерцания вида за окном, и он нехотя встал с насиженного места и направился в место, где проверяли багаж и документы людей.***
Огромный поток мыслей брюнета с темными глазами прервала стюардесса, которая объявила о скорой посадке, а также провела краткий инструктаж о поведении в салоне самолета, и к концу своей речи девушка мягко выдала: - Пристигните, пожалуйста, ремни безопасности, – убедившись, что все были пристегнуты, она продолжила. – Желаю вам приятной посадки. После этого девушка удалилась, а каждый, находящийся в салоне, занялся вновь своими делами. Через некоторое время сероватая машина с крыльями плавно приземлилась, мягко и нежно касаясь земли, словно кто-то совокупляется с девственницей, чьи женские органы были чисты и невинны (п/а: намек на лирику Маэстро:D). Проехав еще несколько метров на своих шасси, турбины гиганта заглохли и он окончательно остановился, словно каменное изваяние, в данном случае железное, но не будем вдаваться в подробности. Когда Дейв с чемоданом, спускаясь по трапу, заметил, что в Париже наступил вечер. Небо, в дневное время обычно голубое, переливалось оттенками розового, оранжевого и немного синего. Солнце окрасилось в ярко-оранжевый и опустилось к небосклону, и представляло собой полукруг, из-за чего оно казалось намного меньше, чем в светлое время суток. Облаков на небе не было совсем, и из-за этого атмосфера вечера наполнилась романтикой, таинственностью и сексуальностью. За эту вечернюю красоту и атмосферу, Дейву нравится Париж, город любви. Когда все формальности были улажены, Дейв, идя к выходу из здания, увидел возле автомата с кофе Энди, он стоял спиной к толпе. Такое положение тела товарища по группе играло только на руку Гаану, ведь подвернулся удачный момент, чтобы отомстить высокому рыжику за крики и ругательства в его сторону. Тихо хихикнув, как чертенок, не хватало только рожек и хвостика с треугольным концом для полного образа, Дейв аккуратными, не спешащими шагами направился к Энди. Вдруг над ухом Энди раздался тихий, зловещий шепот: - Это кофе отравлено. Если ты его выпьешь, превратишься в лягушку до конца своих дней, - Флэтч, который хотел сделать глоток напитка, замер, как статуя и медленно повернулся к источнику шепота. Но никого не увидел, и подумал, что ему это показалось, и вздохнул облегченно. И в этот момент перед ним появился Дейв и крикнул: «Бу!». Испугавшись, Флэтчер чуть не упал и пролил на себя горячий кофе. Посмотрев на виновника всего этого безобразия, который тихо ржал, ненавидящим взглядом, и выдал, сквозь зубы: - Сволочь, - от этого Дейв еле сдержался, чтобы не заржать на всю округу. Но, посмотрев на злой, недовольный и немного грустный вид Энди, решил перед ним извиниться: - Прости, не думал, что так выйдет. Я тебе свою рубашку дам, которая немного большая для меня, она лежит в моей сумке, - предложил выход из ситуации, сложившейся по его вине. - Ладно, доставай свою рубашку. Пойду в туалет переоденусь, - со вздохом проговорил виновник мести. «Сначала делает, а потом думает» - с недовольством подумал самый высокий член группы. Уже сидя в такси на заднем сидении, Дейв решил поинтересоваться: - Так, за каким хуем ты меня позвал в такую даль? И почему в отеле не встретил? - Ох, какой же ты неугомонный, - обречённо выдал Флетчер. За долгое время он уже и отвык от характера Гаана. – Если скажу, что это сюрприз, ты отстанешь от меня? А то, что я тебя не встретил в отеле, думал, заблудишься. - Хм…. Да, - кратко ответил Дейв, так как он любит сюрпризы. Но потом хотел возмутиться по поводу того, что он мог бы сам найти дорогу до отеля, но передумал, чтобы не бесить Энди ещё больше, чувствуя исходящее от него раздражение во время их не больших диалогов. Всю оставшуюся дорогу они ехали в полном молчании. Приехав к назначенному месту, мужчины вышли из машины, Энди направился к входу отеля, а Дейв к багажнику автомобиля, чтобы достать свой багаж. Достав свой чемодан, Гаан заплатил таксисту и направился к зданию. Открыв дверь, перед вокалистом открылся просторный холл отеля, выполненного в приятных постельных тонах. В холле расположены кресла не больших размеров, рядом с ними журнальные столики, на которых лежали сами журналы, предназначенные для чтения. Здесь находились несколько человек, что сидели на креслах либо, уткнувшись в один из литературных источников, либо просто бездельничая, но один из этих людей читал книгу. Переведя на него свой взгляд, Дейв сглотнул, образовавшийся ком в горле, так как этим человеком оказался тот, о котором он думал эти все полтора года. Им оказался Мартин – его счастье и печаль. Посмотрев в сторону Дейва, Гор пытался сделать безразличный вид, но его взгляд выдал его с головой. - Дейв! – громко позвал его Энди, от чего он вздрогнул, так как слишком глубоко ушел в свои мысли. Видя, что он обратил на него внимание, Флэтч сказал. – Номер 415, 4 этаж, оплачено на 10 дней. Кстати, номер двухместный. Мартина не забудь с собой взять. Я за двоих заплатил. После этих слов, он подал ему ключ от номера, в котором он проведет все десять дней со своим чудом.