Воспоминания

«Я путаю автобусы, Считаю этажи. И сердце снова просится Туда же, где и ты. Я забывался в девушках, Похожих на тебя. Не понимал, что больше Не обниму тебя. И хочется так крикнуть, Чтоб ты пришла ко мне, Чтоб все было как прежде, Но ты лишь сон во мне.»

Song: Грусняффка — Паранойя

***

      5:20 утра.       Потрёпанная жизнью однушка, снимаемая на окраине города. Пол усеян пустыми бутылками и окурками, кое-где виднеются прозрачные пакетики с сомнительным содержанием. Обитатель сией квартиры уснул на диване в одежде и обуви. В свисающей вниз ладони была пустая бутылка из-под дешёвого виски, половина которого вылилась на пол. Поднимаясь глазами выше по руке, можно заметить свежие следы от потушенных об кожу сигарет и несколько глубоких шрамов. Все, кроме одного особо крупного, были не на венах, это никогда не было осознанной попыткой оборвать свою жизнь. Последний стал первой неосознанной.       Питч и сам не понимал, как он так настолько стремительно опустился. С её смерти прошло всего два месяца. Какому-то ублюдку под кайфом захотелось немного развлечься с друзьями. Она просто оказалась не в то время и не в том месте. Чтобы жертва не кричала во время изнасилования, было принято слегка придушить ее. Только вот мужчина не рассчитав силы, сломал ей шею. Оставив на улице бездыханный труп, они просто ушли дальше. Никто не додумался даже проверить пульс.       Её звали Мелиса, как успокаивающая трава, что часто добавляют в чай. Девушка тоже была очень спокойной, находясь с ней, всегда невольно расслаблялся. Мелиса любила послушать экспрессивные россказни Кромешника, всегда с увлечением наблюдала его «театр одного актёра». Он часто приходил к ней ночью, хотя, как сказать «приходил», залезал через окно. Девушка была обычным подростком, а ему недавно чуть перевалило за 30, всего на 8 лет. Узнай ее родители про эти отношения, Питчу точно не светило ничего хорошего. Хотя один раз отец Мелисы едва не застукал их в довольно щекотливом положении, но услышав щелчок дверного замка, парень мгновенно оказался под кроватью, а девушка натянула одеяло почти с головой.       У неё были тёплые блондинистые волосы карамельного оттенка, полностью прямые, чуть ниже плеч. Хотя, в любом случае, они были крашенные, сверху виднелись довольно тёмные волосы, но Кромешник никогда не видел ее натуральный цвет волос. Маленькое личико с плавными, мягкими чертами и крупные очки в чёрной оправе, слегка сползающие с кончика носа, она постоянно их поправляла пальцем, возвращая на место. Мелиса была коротышкой, по сравнению с Кромешником, сантиметров 155, он не знал наверняка, но точно ниже его 197см. У неё был довольно крупный, округлый бюст и такие же бедра, что так и притягивали взгляд даже под мешковатой одеждой подростка. Один раз ему выпала возможность видеть ее в обтягивающем платье, но девушка была очень стеснительной, а постоянно лапающий её взглядом Кромешник поставил крест на подобной одежде. Знакомство с родителями Мелисы не задалось с самого начала. В их первую встречу он привёл её к матери очень пьяную, да и сам был далеко не стеклянный. После пьяных разговоров о дочери, Питч стыдливо старался избегать любого общения с родственниками девушки. Одна из его кофт, которую он одалживал девушке, чтобы её согреть, что так ни разу и не побывала в стирке после этого, сохранила её запах. Он любил зарываться в неё головой, засыпая таким образом, если они не могли встретиться этой ночью. Кромешнику нравилось ухаживать за ней, заботиться, целовать, видеть её смущённой и слышать голос. С посторонними девушка была неразговорчивой, да и на людях обычно молчала. Звонкий, приятный голос сейчас эхом так и отдаёт в голове. Такой красивый, хотелось бы его услышать вновь… Да вот только не услышишь, больше никогда. Её убили два месяца назад.       Парня быстро нашли, но только вот срок он получил лишь на пару лет, да и то, по большей части, за употребление запрещенных веществ и непреднамеренное убийство из-за превышения мер самообороны. Адвокат подсудимого смог доказать, возможно, не без участия денег, что девушка спровоцировала парней, после чего попыталась напасть.       Это было просто несправедливо. Вопиющая несправедливость, на которую сложно было закрыть глаза. Этого было мало, ничто уже не вернет её к жизни. Она провела свои последние секунды в руках ублюдка, который душил её, после чего отделался лишь небольшим сроком.       Он лично принял решение отомстить. Все равно уже ничего не изменишь, Кромешнику было нечего терять, а неизвестно ещё, скольких этот подонок убьёт, выйдя на свободу. Замучить этого человека кошмарами и бессонницей было чертовски приятно. Он повесился спустя месяц такой пытки, Питчу же оставалось только опуститься по стенке с нервным смешком и невменяемой улыбкой напротив трупа. Ура, наконец-то. Теперь всё наладится, моя Дорогая, я убил его. У меня получилось…       Вот только понятно было, что лучше не станет. Как бы нелепо не прозвучало, но этот подонок был последним, что хоть как-то удерживало парня на плаву, месть занимала большую часть мыслей, стала жизненной целью. А что теперь? Лишь пустота и горечь.       Спиртное и наркотики не помогали на долгий период, только временно отключали сознание, а часто и тело. Он предпочитал пить до полной отключки и проспать большую часть суток, лишь бы не думать о ней. Самоповреждения и небольшая боль помогали отвлечься.       Судорожно пихая патроны в офицерский пистолет, недавно украденный им с магазина оружия, всё, о чём он думал, это лишь бы поскорее этот Ад закончился. Всё уже давно не имеет совершенно никакого смысла.       Слышен звук выстрела. Растекающаяся по стене кровь и мозговая жидкость остались единственным напоминанием о когда-то счастливо существовавшей паре.