В поисках мира, где тебя нет. Детективное агенство последнего дела

Каминари стоял у входной двери и никак не решался нажать на ручку. Он хмурился и тяжело дышал. Он знал, что Тенсей будет там, что начальник криминалистического отдела придет не один и что Мэй теперь тоже будет кидать на него эти быстрые вопросительные взгляды. Полицейский. Денки когда-то так сильно желал избавиться от этой ноши, что пошел наперекор всему. Он разорвал отношения со своей семьей, убежал от мнения отца, а теперь, когда потерял обоих родителей, но обрел свое счастье, боится признаться самому себе... Нет, скорее - боится сказать Киришиме о произошедшем. Это неправильно. И Каминари понимает это всем своим нутром. Эйджиро никогда не простит его за это решение. Стоп. Денки покачал головой и открыл дверь в квартиру Кацуки. Нет, никакое это не решение. Пока что. Каминари не решил, будет ли его ответ положительным или отрицательным. Но несмотря на все пережитое ранее, он согласился подумать над предложением Тенсея. И эти мысли нагнетали на Денки еще большую тоску по Киришиме. Несмотря на все ожидания, в квартире была более или менее веселая атмосфера. Бакуго, не прерываясь ни на мгновение, что-то объяснял Даби, который, в свою очередь, был на удивление спокоен и серьезен. А вот Тенья вел диалог с Фумикаге. Краем уха Денки услышал, что Иида соболезнует Токоями по поводу болезни его матери. Каминари сглотнул и решился сделать шаг к собравшимся. И в этот же момент на Денки нахлынуло странное чувство. Что-то не так. Как же это правильно описать?.. Чего-то не хватало. И это чувство неполноценности усиливалось с каждым последующим шагом вглубь квартиры. - О, как вас всех много. Натянутая улыбка и дрогнувший голос - все это выдало Каминари с головой. Денки заметил, как Даби приподнял бровь. Благо, брюнет ничего не сказал - лишь кивнул в знак приветствия. А вот реакция Кацуки оказалась куда более бурной. Бакуго сразу же начал расспрашивать о Киришиме и о том, как дела у Эйджиро там, на другой части планеты. Каминари понял, что отвечает не в попад, когда Кацуки сам попросил его прерваться. - Я понял. Значит, все хорошо, - Кацуки немного помрачнел после этой фразы. Денки ничего не ответил. Стало не по себе. Казалось бы, что напряжение между ними пропало уже давно. Денки сам не раз говорил, что простил Кацуки за его поступок двухлетней давности. Но почему-то сейчас Каминари начинал считать совсем иначе. - Эм... Даби, очень рад, что вы приехали. Бакуго фыркнул, когда Денки отвлекся на другого гостя, но ничего не сказал. Фумикаге как-то обречено вздохнул, глядя, как его супруг разговаривает с Каминари. Даби улыбался, подавляя свои чувства. Снова. Токоями посмотрел на обнимающихся Ииду и Кацуки и решил, что сегодня точно напьется. Снова. В баре играла громкая музыка, а из-за искусственного дыма, который летел с небольшой сценки в зал, почти ничего не было видно. Три девушки танцевало на сцене, но, судя по всему, только одна из них получала за это деньги. Она так извивалась, что ни один мужчина в помещении был не в силах оторвать взгляд от светловолосой красотки в юбке со стразами. Тодороки искоса поглядывал на танцовщицу в перерывах между шотами. Какой это уже по счету. Пятый, седьмой? Нет, Шото выпил уже намного больше. Наверное, все таки есть правда в том, что каждый является потенциальным алкоголиком. Просто на всех по-разному влияют обстоятельства и гены. Точно. Он же так и не перезвонил отцу. Интересно, что Энджи от него хотел? Шото уверен, что у Хиро язык за зубами не удержался и он все выболтал. Тодороки опрокинул очередной коктейль и поморщился. Бармен предложил закусить, но Шото лишь махнул рукой и поднялся. В глазах сразу же поплыло. Папа парней покосились на пьяного с опаской. Один что-то шепнул на ухо второму и кивнул в сторону выхода. И каким бы пьяным не был Шото, этот косой взгляд он прекрасно понял - осуждение. Его узнали. Вот они - чертовы гены. Тодороки в очередной раз посмотрел на танцовщицу, но почему-то подумал, что Изуку танцевал куда лучше. - Тч... Шото направился к выходу. В кармане пиджака он тщетно пытался найти ключи от машины. Но ничерта не получилось. Тодороки вышел из здания бара и прислонился к стене у двери. Ключи не нашел, но зато пачку сигарет - запросто. Шото прикурил одну и потупил взгляд на плитку под ногами. Он долго всматривался в узоры на ней, пока не услышал голос, доносящийся справа. - ...нормально? Тодороки непонимающе моргнул и затянулся. Это был один из тех парней, которые косились на него внутри. Шото выдохнул дым в сторону и усмехнулся: - А я похож на того, у кого все нормально? Парень покосился куда-то в сторону. Наверное, именно там стоял его товарищ. Тодороки чувствовал, что этот вечер без последствий не закончится. Ну и к черту. Плевать. - Эй, братан, я же с добрыми намерениями. Давай помогу. Шото пошатнулся в попытке сделать шаг в сторону. Не бывает добрых намерений, только не в такой ситуации. Пьяная драка? О, да, Тодороки уже предвкушает заголовки газет. Но остановиться не может. В нем кипит злость и ее нужно выплеснуть. А вот этот клиент отлично подходит для этого. - Не нужно. Отвали. Незнакомец усмехнулся. Вот он - повод начать спор. - Я тебе ща отвалю, - парень одним быстрым движением вынул из кармана нож. - Гони бабки. Тодороки опустил взгляд на металлический объект. Он вздохнул, а потом кинулся на парня с кулаками. Но драки так и не вышло. Оглушительный выстрел прозвучал в паре метров от этих двоих. Тодороки сразу же посмотрел в ту сторону и опешил. Прямо перед ним стоял Хиро и направлял дуло прямо на него. Горе-грабитель прихватил своего дружка и свалил. Когда? Шото этого не заметил. Ястреб сделал шаг к парню и сократил их дистанцию до метра. Выстрел в жилом районе, конечно же, привлек к себе внимание. Это не та страна, где оружие в свободном доступе, так что перестрелки - дело редкое. Пусть в баре это никто и не услышал, но вот в окнах уже показались обеспокоенные лица. - Эй... - Заткни пасть и пиздуй в машину. Тодороки напрягся, но перечить не стал. Только не наемнику с пушкой в руках. Шото покосился на свою машину и вдруг резко вспомнил - ключи. Наверное, потерял их внутри бара. Хиро не любил долго просить или ждать. Он схватил Шото за руку и потащил в сторону своего автомобиля. Тодороки не стал сопротивляться. Все таки степень алкогольного опьянения уже не особо это ему позволяла. - О чем ты вообще думал? Черт, а еще и выебывался столько... Хиро буквально шипел от злости. Шото поднялся взгляд на него, когда Ястреб пытался запихнуть его на пассажирское сидение. - Там... Ключи просрал... Черт, Тодороки был готов поклясться, что у Хиро глаз дернулся после этой фразы. - Новые сделаешь. Шото почему-то кивнул. Ну да, логично - подумал он. Ястреб плюхнулся за руль: - Совсем крыша поехала? Ты хоть бы на секунду о сыне подумал. Умник, блять. - А что, ты не справляешься? - Шото снова начал язвить. Зря. - Ну да, откуда тебе знать, что такое дети?.. - Откуда тебе знать, что такое "переживать", - сразу же огрызнулся Хиро. - Ты время видел, придурок? Тодороки посмотрел на часы, которые засветились сразу же, как Ястреб повернул ключ зажигания. Почти полночь. Ну,что же... Тогда не удивительно, что он так нажрался. - Как ты меня нашел? - Просто молчи, - снова прошипел Хиро и поддал газу. Подавить волнение перед полетом на самолете - задача не из легких. И Мидория был как раз одним из тех людей, которые дико переживают перед посадкой на устрашающий кусок железа. Кай же со стороны выглядел куда спокойнее. Или просто скрывал то, что сам переживает не меньше. Но сейчас Изуку не хотел об этом думать. Он посмотрел на табло с расписанием рейсов и тяжело вздохнул. До начала посадки оставалось три минуты. Чисаки сказал, что пора бы занять очередь на проверку документов и билетов, а потом они могут еще немного побыть "на земле", как он выразился с легкой улыбкой. Это вызвало у Изуку улыбку в ответ. Все таки Кай, не смотря на свою профессию, уже не в первый раз поднимал настроение детективу. "С Фумикаге все совсем иначе", - подумал Изуку и резко остановился. И не потому что хотел поразмыслить над темпераментом Токоями, а потому что кто-то держал его за руку. Мидория обернулся и вопросительно вскинул брови: - Да. Я могу чем-то помочь? Чисаки тоже остановился и посмотрел на кареглазую шатенку. Он обратил внимание на сумку, которая была в руках у незнакомки, а точнее - на наклейку с названием модельного агенства. Кай хотел было вмешаться, но внезапно Изуку сам шарахнулся от девушки. - Т-ты же... - Эй, не нужно так реагировать. Мы столько лет не виделись, а ты убегаешь, как ошпаренный, - шатенка заправила прядь волос за ухо и улыбнулась. - Ты почти и не изменился, Деку. Мидория сразу же нахмурился: - Не называй меня так. -Да-да, - протянула девушка. - Только Кацуки мог тебя так называть. Точнее - только ему ты это позволял. Ладно, не важно. Что ты делал в Китае? Изуку сделал шаг назад - ближе к Чисаки. Он пытался подобрать слова - найти более или менее приемлимую причину, по которой он посетил эту страну. И именно в этот момент Кай решил вмешаться: - Изуку, давай скорее. Это твоя знакомая? Мидория с не скрытой благодарностью посмотрел на Чисаки. Черт, иногда он искренне завидовал людям, вроде Кая, которые не теряли лицо при любых обстоятельствах. Шатенка лишь рукой махнула: - Не думаю, что нас правильно так называть. Но... О, черт,- девушка глянула на табло и опомнилась, - я же опаздываю. - Она начала рыться в карманах. - Тц... Да где же она?.. Мидория вздрогнул. Нет, только не это: - Урар... - Вот,- девушка протянула глянцевую карточку. - Это моя визитка. Какое-то время я буду занята работой в Токио, так что мы можем встретиться. Изуку только рот успел открыть, а у него в руках уже оказалась визитка. Чисаки покосился на карточку. "Очако Урарака. Модельное агенство...", но дочитать так и не смог - Изуку поспешил вернуть визитку обратно. - Н-не нужно. Это неправильно,- уже более спокойно закончил Мидория. - Урарака, я рад, что ты... - Ты же тоже направляешься туда. Эй, Деку, не будь занудой. Я очень хочу поговорить с тобой. Мидория вздохнул, но все-таки сунул визитку в карман штанов. Девушка просияла улыбкой: - Передавай Кацуки привет. Изуку кивнул и как-то печально посмотрел ей вслед. Чисаки не стал ничего спрашивать об Очако. Кем она приходилась Изуку и как она были связаны раньше. Естественно, это очень инересовало Кая, но он прекрасно видел, что Мидории неприятна данная тема. Изуку выключил телефон сразу же после того, как прошел паспортный контроль. Он косился на Урараку, которая подала свои документы в соседнее окошко и мило улыбалась сотруднику авикомпании. Рядом с ней стоял какой-то парень и не умолкал ни на секунду. Мидория снова вздохнул и перевелвзгляд на Кая: - Пошли? Чисаки лишь пожал плечами и развернулся в сторону выхода на площадку. Фумикаге так и не решился заговорить с Даби. Ни разу за вечер. Он вливал в себя бокал за бокалом и с нетерпением ожидал состояния "пьянючее чмо". Это не скрылось от наблюдательного Даби, но как-то вмешиваться он не собирался. Брюнет занял себя разгвором с Каминари, но не спускал взгляда со своего супруга. Денки начало это раздражать: - Да что там у вас произошло? Даби лишь хмыкнул: - Не важно. Назовем это воспитательным моментом. - А стоит? Даби молча кивнул. Он отвел взгляд от своего супруга и уставился на Каминари: - А что на счет тебя? Ты будто избегаешь темы с Эйджиро. - Мне неприятно об этом говорить. Он там, а я здесь. - Но тебя же гнетет не расстояние между вами? Денки отрицательно покачал головой и прикрыл глаза: - Нет, не это. Я просто понимаю, что существуют вещи, которые куда важнее этих переживаний. Но это касается только меня. - А Эйджиро тоже так считает? Насколько помню, то его воспоминания так и не вернулись, а курс терапии не помог. Тебе обидно осознавать, что дорогой человек тебя просто не помнит. - Думаю, что тебе тоже было неприятно осознавать, что ты часть семьи Тодороки, но все равно не имеешь к ней никакого отношения. И ты отрекся от них, потому что у тебя совсем другая жизнь. Даби нахмурился: - Почему ты об этом вообще заговорил? - Потому что все могло сложиться иначе, если бы не ряд факторов, на которые ты не можешь повлиять. - Согласен. Я не могу повлиять на решение своего брата и на его мировозрение. Но, тем не менее, я все еще называю его братом. Денки вздохнул. С чего он вообще начал наезжать на Даби? Он же абсолютно прав в том, что Каминари переживает о Киришиме, о произошедшем два года назад и о внезапном предложении Ииды. - Тенсей заговорил о моем назначении на пост главы отдела в Киото. И я... Не уверен, что хочу отказаться. Даби удивленно моргнул: - Но ты же... Никогда не любил эту работу, разве я не прав? - Прав, - подавлено кивнул Денки. - Но я понимаю, что смогу быть более полезен здесь. Даби неосознанно перевел взгляд на Фумикаге. Он отметил, что Токоями уже шатает и при разговоре с Теньей он уже пару раз повысил свой голос. - Полезность, да?.. - Что? - Каминари вопросительно вскинул брови. - Ох, чет, не бери в голову. просто забей. Даби вздохнул: - Не могу. Ты... Тебе нужно спокойно поговорить с Эйджиро. Скажи ему о том, что тебя действительно тревожит. Мэй стояла на пороге квартиры Кацуки и переминалась с ноги на ногу. Она косилась на Тенсея и никак не решалась войти. Иида приобнял девушку: - Не переживай. - Там твой брат, который не знает о наших отношениях. А ты собираешься говорить о том, что у нас будет ребенок. Тенсей улыбнулся: - Да, потому что мой брат далеко не ребенок и все поймет. - Знаешь... Ох, ладно... - Пойдем, - Иида подтолкнул ее внутрь, а потом перехватил ее руку. Киришима осмотрел пустое помещение и грустно усмехнулся. Да, без Денки было действительно одиноко. Хоть Каминари и звонил каждый день по нескольку раз, держа самого Эйджиро в курсе всех событий в Токио, но все равно Киришиме очень не хватало Денки рядом. Эйджиро присел за рабочий стол и посмотрел на фотографию с их свадьбы. Просто фото. Черт, он ведь даже не помнит об этом событии. Так почему же становиться невыносимо одиноко? Еще и новость о болезни Кацуки... Нет, Эйджиро вовсе не ожидал, что Бакуго позвонит ему и обо все расскажет - ну не такой это человек, но хоть раз можно же было хотя бы напомнить о себе. В памяти Киришимы Кацуки вовсе не тот, кем он является сейчас. И этот пробел очень трудно восполнить. Сейчас у Эйджиро есть только Денки, который находится черт знает где. Трудно сосредоточится на работе, когда думаешь только об одном. Хоть сейчас срывайся с места и едь за Каминари. И как жаль, что этого сделать никак нельзя. Тенья очень удивился, когда увидел перед собой встревоженную Хатсуме. Мэй пыталась выдавить из себя улыбку, но получалось так себе. Тенсей был куда более уверен в себе, хоть и словил на себе непонимающий взгляд второго хозяина квартиры в лице Кацуки. Каминари и без того знал, в чем дело, поэтому просто усмехнулся. Фумикаге было уже откровенно наплевать на все после третьего бокала вина. А вот Даби хотел посильнее проникнуться ситуацией. Иида-старший откашлялся и начал говорить первым: - Ну что вы все застыли? Думаю, что все здесь прекрасно знают Мэй. - Д-да, но, - Тенья отвел взгляд и уставился на Кацуки в поисках поддержки. - Проходите, что-ли... Хатсуме кивнула и подошла к столу. Она присела и сразу же уставилась на Денки, что сидел напротив. - Я, - начала говорить гостья. Но ее прервал улыбчивый Каминари: - Я уже знаю. И мне интересно, как на это отреагирует его брат. Мэй облегченно вздохнула: - Ясно. Слышала, что у тебя сейчас проходит серия интервью. И я видела ту статью. Это просто ужасно. - Но это чистая правда, - прервал ее блондин. - И я понятия не имею, откуда они могли узнать об этом. Хатсуме облизала губы и взволнованно уставилась на собеседника: - Что? Как ты можешь так просто говорить об этом? - Спокойно? Ну, наверное, потому что сейчас есть куда более важные вещи. Даби утащил Бакуго в сторону, давая двум братьям объясниться. Кацуки особо и не сопротивлялся, но не сводил взгляда с Теньи. Иида-младший, оставшись с братом наедине, повел себя куда более уверенно: - И как это понимать? - Как есть, - спокойно ответил Тенсей. - Прими это как факт. Я хотел бы рассказать все в деталях немного позже. - Тогда я буду с нетерпением ждать этот рассказ, - хмуро произнес Тенья и вернулся к гостям. Фумикаге все еще находился на кухне наедине с вином. План напиться понемногу реализовывался, пока Кацуки не отнял у него бутылку. - Хватит уже. Накидаешься раньше всех. Токоями фыркнул: - Это не твое дело. - Это мой дом, - отрезал Бакуго на правах хозяина. - Что вообще могло произойти? Фумикаге посмотрел на Даби, который периодически косился в его сторону, и вздохнул: - Это тяжело. Я его не понимаю. - Знаешь, - Кацуки оскалился. Но не так, как обычно, а как-то по-доброму, что-ли. - Трудно найти человека, который будет понимать Даби. Думаю, что тебе нужно просто принять его такого, какой он есть. Токоями лишь глаза закатил: - Мне иногда кажется, что это его "всегда на своей волне" до хорошего не доведет. Он прекрасно знает, что мне хватает проблем, но тем не менее продолжает... Ладно, забей. Кацуки пожал плечами: - Тебе виднее. У него ведь тоже жизнь не сахар. Но он наконец-то нашел постоянство. Это радует. - Что? - Что "что"? - Бакуго прищурился. Фумикаге пару раз моргнул: - Ты сказал что-то о постоянстве. Кацуки изогнул бровь: - И? Почему тебя это так удивляет, - блондин занялся подсчетом столовых приборов для гостей, - я не понимаю. Разве тебе самому не хотелось, чтобы Даби остался на дном месте и не ввязывался в опасные дела? И раз он согласился на твое предложение, то обрел некое постоянство. Хотя, наверное, трудно так кардинально менять свою жизнь. Токоями задумался: - Ты так считаешь? - Это не мои размышления, а констатация факта. Первым заговорил Тенсей. Он начал с момента окончания расследования, касательно дела "Спасителей" и закончил беременностью Мэй. Он говорил спокойно, внятно и постоянно смотрел на Тенью. Конечно, местами он все-таки запинался, но, тем не менее, рассказ вышел весьма приемлимым. Оказалось, что Тенсей посмотрел на Мэй еще два года назад, когда расследование подрывов в городе только началось. Он говорил о Хатсуме, как об умной обаятельной девушке с большим будущим. Пара поездок в Киото сделали свое дело и Иида предложил девушке встречаться. Мэй согласилась. И именно с этого начались их отношения на расстоянии с редкими встречами. Но так долго не могло продолжаться. Поэтому сейчас он решил обо всем рассказать в первую очередь своему брату, а уже потом - остальным. Мэй молчала, но не могла подавить счастливой улыбки. Она посмотрела на Тенью, который опешил от новости о том, что совсем скоро станет дядей. - Ну... Это как-то неожиданно, - заключил младший из братьев. - Но я рад, что мой брат наконец-то нашел себе вторую половинку. Почему раньше не говорил? Тенсей покосился в сторону Кацуки: - Были причины. Бакуго понял намек, поэтому перебил Тенсея и заговорил о своей болезни. Он без утайки рассказал абсолютно все. И закончил словами "вы обязаны это знать". Фумикаге закурил сигарету и потупил взгляд вниз. Ему стоило только посмотреть в сторону балкона, как сразу стало понятно - здесь не курят. Но Кацуки не стал противиться. Токоями ожидал, что Даби составит ему компанию, но тот решил скрасить свое общество рядом с Каминари. Одиноко. И почему Кацуки молчал столько времени? Неужели нельзя было хоть как-то намекнуть или поделиться, а не высказывать все и сразу, когда ситуация критическая. Фумикаге покосился на находящихся внутри людей и сразу же нашел взглядом Кацуки. Бакуго о чем-то разговаривал с Мэй. Причем со стороны это выглядело таким нормальным, что даже не по себе стало. Иида заглянул на балкон. Тенсей прикрыл за собой дверь и поморщился от табачного дыма. - Отвратительная привычка. Не находишь? Фумикаге выдохнул серый дым в сторону и отвернулся, делая очередную затяжку: - Мне не промывали мозг по поводу вреда курения. - Я не об этом, - Тенсей открыл соседнее окно и встал рядом с Фумикаге. - Почему мы всегда все в себе держим, ты не знаешь? Токоями покосился на своего собеседника: - Потому что живем с четким понимаем того, что никому до нас нет дела. Кроме нас самих. Иида усмехнулся: - Мне жаль Кацуки. - Мне тоже. - Слышал о твоей матери. Соболезную. - Не стоит. Тенсей не решился продолжать. Он вдохнул теплый воздух и отметил, что сигареты вишневые. Мэй любит вишню. Фумикаге выбросил окурок и отпрянул от окна. Он приготовился закрыть его, но Иида перехватил его руку: - Что у вас произошло? Я имею ввиду Даби. - Тч... Ничего особенного. Просто кое у кого шарики за ролики заехали. Тенсей отпустил чужое запястье: - Да? Тогда почему он подошел ко мне и согласился помочь с делом Хисаши? Фумикаге нахмурился: - Мидории? Я не... Иида перебил: - Я рад, конечно. И мое отношения к Даби изменилось, спустя столько времени. Но... Я бы не хотел, чтобы он брался за старое. - Да он и не собирался. - Разве? - Иида изогнул бровь, выражая свое недоверие. - Тогда почему он говорит, что вы немного задержитесь в Токио? Фумикаге перевел взгляд на Даби, который продолжал беседовать с Каминари, и тяже вздохнул. Вот, значит, как - теперь Токоями понял своего мужа. Хоть немного. Ястреб долго смотрел на спящего Шото. Он не отводил взгляда от лица Тодороки-младшего и думал о том, что он очень сильно похож на Энджи в молодости. Хиро прикрыл глаза и попытался вспомнить своего возлюбленного более молодым. Но с этими воспоминаниями в памяти всплыли еще и ошибки тех времен.