50 килограммов счастья

Следующее утро тоже начинается с противной мелодии будильника, но на этот раз я просыпаюсь раньше, чем Света успевает запеть. Глаза отчаянно слипаются, и я с трудом заставляю себя сесть в постели, игнорируя соблазн поспать ещё хотя бы полчаса. Единственное, что меня воодушевляет – мысль о том, что спустя всего несколько минут я увижусь с Пашей. Из-за этого я провожу в душе на пару минут больше, дважды чищу зубы и одалживаю у Светы духи, потому что слишком боюсь не понравиться ему. Когда я спускаюсь во двор общежития, одногруппник сидит на лавочке в наушниках и сжимает в руке что-то, смутно напоминающее укроп. - Это тебе, - улыбается Паша, бодро вскакивая при виде меня. Я с удивлением принимаю из его рук странное растение. – Это фенхель. Мама сказала, он полезен для пищеварения. - Звучит… круто… - бормочу я, думая о том, что вряд ли ещё хоть одной девушке в этом мире дарили столь необычный подарок. Хотя кого я обманываю, это ведь даже не свидание, а просто совместная пробежка. – Я тогда занесу его в комнату, и мы начнём. Света вопросительно вскидывает брови, когда я возвращаюсь в комнату с букетом фенхеля, но решает благоразумно промолчать. Я на всякий случаю оглядываю себя в зеркале, поправляю хвост и примявшуюся футболку, смотрю как сидят спортивные штаны, после чего спускаюсь вниз и мы начинаем тренировку, которая включает разминку, пробные круги вокруг общежития и дальний забег по периметру ближайшего парка. Уже через пять минут я понимаю, что занятия бегом были не такой уж хорошей идеей. Моё тело отчаянно сопротивляется растяжке, мышцы ноют даже при обычных наклонах, а после попытки оббежать общагу у меня начинает колоть в боку и темнеть в глазах. Я отчаянно пытаюсь успеть за Пашей, но он быстро оставляет меня далеко позади, теряясь среди деревьев в парке. Убедившись, что меня никто не видит, я позволяю себе привалиться к зданию, но в этот момент возвращается Паша, и мне приходится последовать за ним, улыбаясь и делая вид, что всё в полном порядке. С начала тренировки не проходит и тридцати минут, как футболка промокает от пота и неприятно липнет к телу. Дыхание сбивается, а лёгкие вновь начинают гореть от недостатка кислорода. Мне кажется, что я вот-вот потеряю сознание, но всё равно продолжаю бежать, боясь выглядеть слабачкой в глазах одногруппника… В общем, не так я представляла себе это утро, совсем не так… - Для начала неплохо, - улыбается Паша, но я понимаю, что он замедлился, насколько это было возможно, чтобы бежать со мной в одном темпе, и закончил занятие раньше. Господи, какая я неудачница… - Думаю, что если мы будем бегать хотя бы через день, уже к концу месяца ты почувствуешь себя гораздо лучше. Насколько лучше? Лучше, чем труп? - Здорово, - только и могу выдохнуть я, прислонившись к ближайшему дереву. Сердце колотится, как сумасшедшее. Я чувствую пульсацию на шее и делаю бесполезную попытку вдохнуть. – Ты… отличный тренер. - А ты прекрасная ученица, - отзывается парень, улыбнувшись мне. Я хотела бы улыбнуться в ответ, но боюсь, что выплюну свои лёгкие. – Если хочешь, я провожу тебя обратно в общежитие. - Не стоит. Я сама… доползу, - уверяю я, разворачиваясь. Дорога до общежития кажется мне бесконечной. – Увидимся на парах. То, как я добралась до своей комнаты в общаге, навсегда войдёт в копилку моих личных достижений. После этого я заставила себя доползти в душ, сменить одежду и отправиться на пары. Дыхание пришло в норму только ближе ко второму занятию, а мышцы болели и на следующий день, но до конца недели я продолжала тренироваться с Пашей и делать вид, что мне не хочется умереть по утрам. В моём рационе появились сельдерей, обезжиренный творог, постное мясо, злаки, свежие фрукты и несладкий чай, единственная польза которого оказалась в том, что если заварить достаточно крепкий, то получается не засыпать во время первой пары. К пятнице я поняла, что на самом деле Паша меня жестоко обманывал. Лучше не стало. Я не научилась бегать быстрее, терпеть боль и отсутствие кислорода, и не истекать слюной, когда Света ест шоколад или готовит жареную картошку. Зато я поняла, что у меня лучше получается притворяться, что всё в порядке. Что мне не больно, что я не хочу есть и что понимаю, о чём говорит преподаватель английского. Потому что единственное, что делают люди – смотрят на меня сочувственным взглядом, а это последнее, о чём я мечтаю, каждый день подвергая себя адским мучениям. Я просто хочу есть… и спать… и никого больше не видеть… - Ты пойдёшь на вписку сегодня вечером? – спрашивает Света, когда в пятницу днём я прихожу с занятий и молча падаю лицом в подушку. Мне ещё предстоит паковать чемоданы, чтобы ехать домой. – Говорят, там будут выпускники. - Мне нужно ехать домой на выходные, - бормочу, не поднимая голову с подушки. Наверное, это первый раз, когда я этому действительно рада. - Съездишь в другой раз. Брось, это будет вечеринка года! Самые крутые тусовки проводятся в начале семестра, когда головы ещё не забиты учёбой! – фыркает соседка, плюхаясь на кровать рядом со мной. Я неопределённо пожимаю плечами. Вряд ли они позволят мне просто спать. – К тому же, учитывая, с каким размахом принято обедать в твоей семье, не уверена, что ты сможешь не сорваться с диеты. Ты же не хочешь обратно вернуть вес, который удалось сбросить таким трудом? Я поднимаю голову и хмуро смотрю на неё. В конце этой недели мне удалось сбросить почти полтора килограмма. Учитывая, как сильно я мучилась, если сброс веса и дальше будет происходить так медленно, каждый потерянный грамм бесценен. Не могу позволить, чтобы мои усилия прошли даром, а дома родители будут думать только о том, чтобы меня накормить. - Вряд ли мне позволят остаться, - произношу я с сомнением, поглядывая на телефон. Взгляд Светы заметно хитреет. - А ты скажи, что учёбой завалили. Ещё и назначили дополнительное занятие на субботу, - советует она тоном змея-искусителя, пододвигая ко мне мобильный. Я нерешительно закусываю нижнюю губу. – Давай, это того стоит. Когда ещё веселиться, как не в студенческие годы? Вздохнув, я киваю, соглашаясь с ней. Разве не для этого я сюда переехала? Чтобы вырваться из-под родительской опеки и попробовать жизнь на вкус. Я ведь не собираюсь терять голову, просто позволю себе немного расслабиться. Родители воспринимают мои рассказы об учёбе без всякого энтузиазма. Мама даже предлагает бросить университет, раз там такие нагрузки. В этот момент у меня в памяти всплывает образ соседа Коли и перспектива работы в местном магазине. Я быстро качаю головой и обещаю, что обязательно освобожусь к концу следующей недели, чтобы приехать на выходные. В конце концов, мама соглашается, но обещает, что в воскресенье пришлёт отца, который привезёт мне еды на неделю. Отказы не принимаются. - Вот видишь, всё супер! – улыбается Света, когда я заканчиваю разговор. Я бы так не сказала. Наш холодильник до сих пор забит почти наполовину. Уверена, скоро бомжи с ближайшей помойки будут обедать не хуже посетителей какого-нибудь маленького ресторана. – А теперь садись перед зеркалом, я должна тебя накрасить!