Kill me, save me

Looking at me through your window

Boy, you had your eye out for a little

«I'll cut you up and make you dinner»

You've reached the end, you are the winner

      Возвращение в Хогвартс вопреки холоду слизеринских подземелий, куда Драко закономерным образом поступил вновь, хотя проклятая Шляпа и провозилась над ним из-за охватившего ее хохота после выяснения подробностей из-за которых он оказался в этом сумасшедшем мире, было подобно долгожданному возвращению домой.       Конечно, стены магического, но все еще старого замка не сравнятся с роскошным убранством мэнора, но принудительное сожительство в приюте научило Драко тому, чего он успешно избегал почти всю свою жизнь — умение ценить жизненные блага.       Начать стоило хотя бы с того, что путь в Хогвартс открыл ему то, чего он так долго жаждал, а именно… библиотеку.       Малфой сбежал туда чуть ли не в первый же день, забыв даже расспросить сокурсников или старосту о том, где та находилась из-за своего якобы «незнания», о чем даже не пожалел, хотя и не нашел толковой информации.       Его случай определенно не был единичным.       Даже в прошлом этого странного мира с буквами латинского алфавита происходили небольшие инциденты с путешественниками во времени. Правда, кончал каждый из них так или иначе плохо…       Но это детали.       Главное то, что выход из его тревожной ситуации все-таки имелся.       Это внушило ему уже забытое чувство важности и превосходства. Драко не сомневался, что если бы местные недоумки узнали бы о том, что на свете существует реальность, где мужчины избежали трагической участи тяжелых женских род с приходящими каждые несколько месяцев течками и гонами, то умерли бы от зависти.       Не переносивший чьи-либо запахи Драко вот умирал.       Особенно после того, как Вальбурга, потерявшая былое уважение в его глазах, отобрала у него спасительную медицинскую маску, отрекшись от всех его жалоб и возмущений одним единственным — «Стерпишь, слизеринцам важнее репутация».       Пришлось скрепя зубами, терпеть витавший в воздухе букет разного, но что важнее дикого запаха снующих повсюду школьников.       Драко разве что на стенку не лез от безысходности на потеху Реддла, который пользуясь случаем, любезно «поддерживал» страдающего друга, придерживая за плечо и тем самым ненавязчиво макая в свой не менее противный морозный аромат с терпким сочетанием бергамота и мяты. — Тронешь меня еще раз — убью, — оттолкнув от себя приставшего грязнокровку, Малфой рассерженно фыркнул, прислоняясь рукой к каменной кладке стены, когда Том силком вытащил его из класса зельеварения, в течение которых студенты потели особенно сильно, а оттого и воняли тоже.       Вместо ответа мальчишка изящно отошел назад, тем самым избежав роли жертвы скрутившегося в рвотном позыве Драко. — Конечно, — и с издевательским снисхождением похлопал по спине, словно собачку. — Если оправишься.

Rolling down your tinted window

Driving next to me real slow, he said

«Let me take you for a joyride»

I've got some candy for you inside

      Зря Драко считал, что его первый год в школе чародейства и волшебства будет спокойным. Само его перемещение в прошлое доказывало, что спокойствие и Малфой — это две несовместимые вещи.       Начиналось все, конечно, невинно.       Абраксас, в обычные дни строивший вид полного равнодушия, будто в Хогвартсе не бродил ниоткуда взявшийся малец с похожей фамилии, внезапно удостоил его чести пригласить на рождественские каникулы в их особняк. Сделал только все тайно, пока никто не видел, а потому вездесущий Реддл не успел встрять в это подозрительное дельце.       На радостях Драко ничего не заподозрив, взволнованно согласился, ведь в его планы с самого начала входило желание связаться с почтительными предками.       С его стороны было глупо не ожидать того, что по приходу в особняк, домовой эльф не переместит его сразу же в кабинет Арманда, нынешнего главы рода, чтобы устроить ему полноценный допрос. Просто до этого он надеялся хотя бы на наличие прелюдий.       Чай ему после колкого замечания все-таки предложили. С веритасерумом.       Драко выпил до дна и почти не поморщился. — Имя? — деловито спросил не отрывающий от него тяжелого взгляда светловолосый мужчина с зализанными назад волосами. — Драко, — легко ответил он. — Драко Малфой. — Возраст. — Пятнадцать лет. — Он лжет! — вместе с ним воскликнул Абраксас, стоящий поодаль возле своего отца. — Он младше меня на год, отец, учится на первом курсе. Ему не может быть больше одиннадцати.       «Всегда ли дедушка был таким истеричным?» — меланхолично подумал Драко, вольготно расположившись за предоставленным ему креслом напротив рабочего стола тонувшего в темноте кабинета. — При перемещении в прошлое мое тело трансфигурировалось и приняло омолодившийся вид, — как бы между прочим, добавил он.       И мужчина с сыном наконец замерли, уставившись на него с растущим по величине шоком. — Что… за бред? — скривился Абраксас. — Посмотри мне в глаза, мальчик, — степенно произнес Арманд, доставая свою палочку.       Драко обреченно вздохнул, вспоминая то, насколько тяжело ему когда-то приходилось переживать легилименцию, и наконец взглянул прадеду в поражающие своим льдом очи, пустившись в марево старых воспоминаний.

Running through the parking lot

He chased me and he wouldn't stop

Tag, you're it, tag, tag, you're it

Grabbed my hand, pushed me down

Took the words right out my mouth

Tag, you're it, tag, tag, you're it

Can anybody hear me? I'm hidden under ground

Can anybody hear me? Am I talking to myself?

Saying, «tag, you're it, tag, tag, you're it»

He's saying, «tag, you're it, tag, tag, you're it»

      Восстановление своего статуса как члена рода Драко считал весьма приятным расположением дел. Ведь с громкой фамилией к нему приходило не только богатство и определенная ниша в аристократическом обществе, но и… возможности. Жаль, что Том, по которому данное известие ударило неожиданно сильно, был иного мнения на этот счет.       Явно возомнивший о себе невесть что мальчишка однажды загнал Драко в угол, прижав к горлу палочку.       Малфой отказывался признавать, что в тот момент ему пришлось приложить дополнительное усилие, чтобы позорно не задрожать под прицелом жалкого первокурсника.       «Дракклова омежья сущность», — решил он для себя и успокоился. — Что ты творишь, Реддл? — сузив свой взгляд, спросил того юный чистокровный волшебник.       Том не ответил, продолжая распространять вокруг более давящий по ощущению запах. Драко чуть ли не физически мог ощутить во рту металлический привкус грядущей бури, борясь с желанием съежиться и заскулить прямо там.       Прижатый к стенке пустого коридора и вынужденный терпеть столь неподобающее к себе отношение только из-за того, что когда-то ему не повезло напороться на маггловский приют.       Ну что за нелепица! — Если ты думаешь, что Малфои смогут что-то с тобой сделать… — прошипел Том, давя на гортань. — Если ты думаешь, что свободен… Если ты допускаешь одну лишь мысль о том, что не принадлежишь мне… То ты крупно ошибаешься, мой дорогой Дра-ко.       Покрасневший от ярости светловолосый мальчишка зажмурился, царапая руку на своей шее. — Да… да что ты несешь, жалкий грязнокровка?! — с фальшивой бравадой спросил он в ответ, несмотря на сквозившую в голосе неуверенность.       В стоящем напротив мальчике всегда было что-то, что пугало его и по сей день.       Раньше он списывал это на безумные законы мирозданья: влияние тяжелых феромонов и альфью сущность, но теперь понимал, что дело было в другом. — Я чувствую твой страх, Малфой, — мрачно усмехнулся Риддл, склоняясь еще ближе, спускаясь к самому уху. — Заткнись… — с прерывистым всхлипом вымолвил Драко и совершенно трусливым образом закрыл глаза.       А после спустя одно лишь мгновение хватка на его горле наконец ослабла, пока совсем не пропала, позволив ему ничком скатиться вниз по стенке. Том посмотрел на него — вспотевшего, разрывающегося от тяжелой отдышки и не перестававшего надламываться в еле сдерживаемом рыдании — и торжествующе улыбнулся. — Наслаждайся свободой пока можешь, Драко. Только помни, что она временная.

Little bit of poison in me

I can taste your skin in my teeth

I love it when I hear you breathing

I hope to God you're never leaving

      В последующие годы его действительно оставили в покое.       Помня о той отвратительной стычке, Драко избегал Тома словно какую-то чуму и даже на глаза лишний раз старался не попадаться, почти все время проводя то в закоулках библиотеки, то под крылом надежного Абраксаса, чей отвратительный властный характер почти ничем не уступал его бывшему соседу, но по крайней мере был… родным.       В какой-то момент обстановка в Слизерине начала неуклонно меняться, но он толком не обращал на это внимание, целиком и полностью сосредоточенный на бесплотных попытках отыскать ту самую неисправность в часах, с которых вообще все это началось.       Арманд приглашал летом в мэнор множество разных артефакторов и ритуалистов, но каждый из них разводил руками, не находя разгадку, но Драко считал себя как минимум более нуждающимся в этом, а потому пытался спасти себя сам.       В свой мир ему хотелось вернуться если уж не ради матери, то хотя бы ради того, чтобы избавиться от сомнительных компании здешних обитателей.       Особенно после того, как пережил свою первую и, возможно, последнюю (так как он будет заливать в себя целые настойки по подавителям) течку…       События рождественного балла на памятном четвертом курсе Драко помнил слабо, да и не утруждал себя попытками что-либо сделать.       Было достаточно того, что в состоянии то ли алкогольного опьянения, то ли предварительного разогрева его нашел непосредственно сам Реддл, который кажется удосужился сопроводить его в Выручай-комнату, а дальше…       Драко бы хотел сказать, что все было как в тумане, как он и заявил на следующее утро Тому, но это было бы слишком уж большой ложью.       Потому что он помнил.       Помнил, как цеплялся за изрядно подросшего и прибавившегося в плечах юношу, срываясь на протяжный скулеж и моля только об одном, а именно… — Пожалуйста… Т-том… — срываясь на тихие всхлипы бесстыдно молил он. — Между моих… ног.       Раздражающе привлекательный мерзавец насмешливо улыбнулся, подстегивая продолжать: — Что именно? — Твое лицо, — и подумав, недолго думая, бодро добавил. — И язык!       К его удивлению, Том согласился с удивительной легкостью. Как будто всегда ловил пребывающих на подшофе омег и провожал их в спальни, чтобы как следует отсосать своим божественным ртом и съесть дырочку не менее божественным языком.       В ту ночь Драко порой даже казалось, что он научился кончать через оба отверстия.

Running through the parking lot

He chased me and he wouldn't stop

Tag, you're it, tag, tag, you're itGrabbed my hand, pushed me down

Took the words right out my mouth

Tag, you're it, tag, tag, you're it

Can anybody hear me? I'm hidden under ground

Can anybody hear me? Am I talking to myself?

Saying, «tag, you're it, tag, tag, you're it»

He's saying, «tag, you're it, tag, tag, you're it

      После завершения последнего седьмого курса, а следом и получения отличных результатов ТРИТОНов, его жизненный путь начал терпеть значительные коррективы. Начиная с того, что исследования брегетов наконец начали давать плоды и заканчивая тем, что у Драко ограничились чуть ли не все контакты со старой школьной жизнью.       В своем времени он бы скорее всего ни за что бы не перестал поддерживаться связь с Блейзом или Пэнси, но здесь были иные обстоятельства.       Во-первых, стоящих внимания друзей он так и не завел. К концу пятого курса сплошь и рядом бродили почитатели клуба «лучшего старосты школы» с промытыми мозгами, которые только и могли, что восхвалять внешность, ум и успехи несравненного Тома Реддла.       Ну и во-вторых, он решил углубиться во все, что касалось маховиков времени. По-хорошему, Драко должен был бы вступить в Отдел Тайн, однако бастовать против Арманда так и не научился, а потом вынужден был таскаться с тем из одного приема в другой, смиряясь с навязанной ролью недо-секретаря.       Он знал, что уже близок к тому, чтобы обнаружить тайну своего перемещения.       Что ему бы хватило от силы пару месяцев, чтобы вернуться домой.       Но затем в одну из темных ночей в мэноре мертвецки побледневший Драко сначала натолкнулся на знакомые ему плащи Пожирателей Смерти, а следом и самого… Тома, который видимо был одним из подчиненных Темного Лорда.       И все начало рушиться.       Его исследования.       Его спокойствие.       Его… свобода.

Eenie meenie miny mo

Get your lady by her toes

If she screams, don't let her go

Eenie meenie miny mo

Your mother said to pick the very best girl

And I am

— «Жениться» на этом простаке? — выпучил глаза Драко, позволив отобразиться на лице истинному возмущению. — Ты себя-то сам слышишь?       Абраксас, к его раздражению, сохранил спокойное выражение лица и вздохнул с такой усталостью, что это невольно напомнило детство, когда тот точно таким же образом вздыхал, отчитывая капризничающего внука.       Только на этот раз, он точно не был его дедушкой.       Это был молодой амбициозный, алчный мужчина, который вполне возможно был виновником внезапной кончины своего отца, а также преуспевающий глава известного рода. — А что же ты предлагаешь? Продолжишь совать свой нос во все книги? — уничтожительно рассмеялся Абраксас. — «Исследование», что не смог развить ни один именитый волшебник? Ты должен понять, мой дорогой… внук, что время не на твоей стороне.       Драко вздрогнул не столько от звука чужого смеха, сколько от жестокости сквозившей в этих словах.       Как бы жалко не было это признавать, особенно вслух, но Малфои были ему семьей в любых из миров или времени.       И осознавать, что кто-то готов так просто отдать его, словно он был чьей-то разменной монетой, а не живым человеком, было… больно. — Я не… — совершив дрожащий вздох, надтреснутым, ломким голосом выдавил из себя он, сориентировавшись. — Я не свяжу себя узами брака с представителем нечистой крови.       Особенно с Томом Марволо Реддлом.       Бывшим союзником и врагом в одном лице. — «Нечистой крови»? — изумленно протянул Абраксас и приглушив вырвавшийся смешок своей ладонью, посмотрел на него как на дурачка. — Ты все еще в это веришь? В то, что он грязнокровка? — А кто же еще? — цинично осведомился Драко. — Наш лорд кто угодно, но точно не представитель нечистой крови, — хмыкнул тот. — Я передам ему твое пожелание. Уверен, он быстро примет свои полномочия как единственного оставшегося в живых Гонта.       Драко опять же не был идиотом.       Он умел связывать знаки, просто до этого судьба ни разу их ему не давала.       Но связать имя Слизерина и Волдеморта он смог даже спустя столько лет.

Running through the parking lot

He chased me and he wouldn't stop

Tag, you're it, tag, tag, you're it

Grabbed my hand, pushed me down

Took the words right out my mouth

Tag, you're it, tag, tag, you're it

Can anybody hear me? I'm hidden under ground

Can anybody hear me? Am I talking to myself?

Saying, «tag, you're it, tag, tag, you're it»

He's saying, «tag, you're it, tag, tag, you're it

      Драко не считал себя идиотом.       А потому в своем побеге в маггловский мир не видел ничего плохого.       Он жил здесь уже три месяца, причем вел довольно успешную жизнь. Открыл цветочный магазин, который пользовался завидной популярностью из-за долго не вянувших цветов, зачарованных простенькими чарами, почти не тратился на персонал из-за наличия бытовых заклинаний и в целом находился в одном шаге от того, чтобы смириться с тем, что застрял здесь навсегда.       Без присутствия властных фигур вроде своих предков или того же Тома, этот мир казался ему не таким уж ненастным.       Драко даже мог представить себе, как нашел бы обеспеченную девушку-альфу (мягкие формы бы позволили ему на мгновение забыть, что имеют его) и зажил прекрасной богатой жизнью, если бы не одно «но». — Я не буду продавать тебе этот букет. — Разве желание клиента не является законом? — картинно изумился непрошенный покупатель. — Только если он желанный, — скрипнул зубами Малфой.       Перестав разыгрывать оскорбленную невинность, Реддл устремил на него непроницаемый, мрачный взор: — Ты заставил меня ждать у алтаря два часа, прежде чем Абраксас спохватился и додумался о том, что ты сбежал. — Какая неприятность.       Все такой же славившийся преступной красотой Волдеморт подцепил один из бутонов белладонны и заправил его за ухо даже не дрогнувшего Драко, прежде чем пустил тихий смешок: — Да. Ты действительно та еще неприятность.

***

Примечание

Легилименция (англ. Legilimency) — способность мага проникать в сознание другого человека (от латинского lego, legere — читать; mens — ум, разум). Маглы называют это «телепатией», «чтением мыслей», но это не совсем верно. Умелый легилимент может считывать воспоминания, некие визуальные образы в памяти, отделять истинные воспоминания от фантазий и снов, даже помещать свои видения в чужое сознание, но читать мысли так, как если бы они были написаны на бумаге, он не может.