Мёртвый красавец

Несмотря на распускающиеся почки, лес создавал ощущение приближающейся зимы – слякоть, моросящий дождь, туманом влаги покрывающий пространство между кустами. Где-то внутри этого тумана, между тонкими рёбрами орешника, Элазар пытался разглядеть проход в Авалон. Рыцарь мечтал увидеть цветочный портал, из которого навстречу ему выйдут фейри и чародейки, сопровождающие отца. Отец, вассал Бретонского герцога, его правая рука, к слову, недавно героически погиб. Первой его тело обнаружила экономка, когда он замер во время секса. Тут же своим криком помогла обнаружить тело любовника охранникам и сыновьям. Элазар, несомненно, считал такую смерть достойной, а потому не сомневался: отец в Авалоне, в кругу рыцарей Круглого стола. Но менее грустно от этого почему-то не становилось. Так-то отца он не любил, вот только с причудами своей чувствительной натуры бороться не мог. Молодой человек указал слугам путь, натянул на глаза шаперон и легко ударил коня в бока. – Пошёл! Элазар являлся рыцарем. С десяти ходил в оруженосцах, в шестнадцать прошёл посвящение и уже как семь лет активно закалялся в боях (сомнительного характера) да, подобно Ланселотам и Парсифалям, помогал прекрасным девам (сомнительного качества). Жил на «пенсию». Но самое ужасное было то, что он до сих пор оставался наивен. Верил в чудеса, романы о розе и рыцарях, добро, честь и справедливость. А также в любовь с первого взгляда. Лет пять назад во время пира, дожевывая крылышко индейки, на ней же дал обет: не жениться до этой самой любви с первого взгляда! От услышанного у его отца случился приступ, подобный приступу на бедной экономке. Или под ней. Впрочем, история умалчивает. Достигли пригорода. Нагнали крестьянку. Рыцарь слегка придержал коня, когда поравнялся с девушкой. Та несла в руках корзинку с мотками шерсти и была почти прекрасна, почти не было на её лице прыщей. Обратился неправдоподобно вежливо и галантно к оборванке без рода: – Красавица, где красильня семейства Картер? Рассмотрев герб, девушка едва не упала в канаву для слива. Низко поклонилась, быстро показала дорогу и поклонилась ещё раз. Отъехав, слуги и оруженосцы долго засматривались на неё. Понравилась. Элазар тоже хотел, чтобы она ему понравилась. Ведь у неё почти не было прыщей. Не вышло. Рыцарь годами пытался влюбить себя в красавиц, чтобы соответствовать нормам, перечитывал десятки раз романтические сцены в романах. Вот только после них снились ему страстные ночи с Ланселотами и Парсифалями. Один раз даже мудрый Мерлин потревожил туманные видения с предложением насадить Элазара на свой посох, увитый омелой. Абсурд, но как можно было от такого отказаться? В тех храмах, священнослужители которых специализировались на создании иллюстраций и на книжном деле, рыцарь иногда приобретал эротические гравюрки с возбуждающими портретами героев сказаний и сценками духовной близости монахов, чистой, глубокой и, подобно творению жизни на земле, многоактной. Усилием воли отогнал от себя мысли о святом и великом, потому что в возбуждении было не очень удобно ехать. Хоть ехать оставалось и недолго. Красильня находилась недалеко от города, вниз по равнине, на одном из притоков. Ещё за версту начинало неумолимо вонять ферментами, мочой и разнокалиберной краской. Поток воды, проходящий через неё, окрашивался всеми цветами радуги и скоропостижно приобретал оттенок грязи, намекающий о том, что в радугу эту попал коричневый и был он там в избытке. Хозяйка, как и ожидалось, в будний день была на красильне. Всадники заметили её издалека. Мария отдала приказы рабочим, поспешила с долговязым черноволосым юношей к экипажу. Оба были одеты так, словно собирались на встречу к важному человеку, а не на работу в цветной грязи. – Миссис Картер. – Элазар поприветствовал женщину, слез с коня. Мария на мгновение обречённо возвела глаза к небу. Но тут же смиренно улыбнулась и приветственно кивнула: всё-таки на рыцаря уже не первый год засматривалась старшая дочь. – И вам день добрый, господин Элазар. Черноволосый юноша смущённо шагнул назад, спрятал подбородок в воротнике. Рыцарь с неимоверным трудом перевёл взгляд с него на Марию. – Миссис Картер, я… – Мисс. Извиняюсь, что перебиваю, но уже мисс. Дело касается костюма отца, полагаю? Его, как и обещали, только сегодня покрасили в цвета вашего герба – белый да чёрный. Должно пройти немного времени, чтобы краска сцепилась. Потом дорисуем единорога на поле. Спешка – недопустимая роскошь. – В нынешней ситуации необходимая. Мой отец мёртв. – Ох, Святая Матерь! Как так?! Убийство? Юноша, стоящий рядом с женщиной, едва заметно дёрнул плечом, словно что-то неприятное коснулось его. – Не так уж важна причина, мисс Картер, но скажу, что смерть была воистину геройской, какой и должен погибнуть такой великий человек! А великого человека просто необходимо похоронить со всеми почестями. Так что давайте пройдём к вам в рабочий кабинет и обсудим детали. – Знаком рыцарь приказал слугам ждать на улице, взглянул на юношу, нервно сжимающего ладони. – Пригласим вашего путника с собой? – Да. Это мой старший сын. Двэйн. – Красив… Пошёл в вас, мисс Картер! Мария недоумённо приподняла бровь, но благоразумно решила не отвечать на сомнительный комплимент, зашагала в сторону небольшого здания, истыканного сотней разноцветных флажков. Двэйн и Элазар шли следом. Рыцарь отметил, что сын красильщицы минимум на полголовы выше его самого. И килограммов на двадцать легче. А ещё по каким-то необъяснимым причинам чертовски приятен. Ох, не стоило ему вспоминать о гравюрках! В кабинете кресло получше Мария предложила Элазару, кресло похуже – сыну. – Вино? – Да. Подала кружку, раскрыла ставни, чтобы не зажигать каганец, разгребла документы за столом, вооружилась пером, но слегка помедлила. – Что собираетесь делать? В целом. – Как и раньше, – Элазар отхлебнул вина, глянул на Двэйна мечтательно, – нести добро, помогать людям, служить прекрасным девам. Если вы о первенстве за место отца, то меня это не волнует. Это не дело чести, пусть брат занимает. Меня ждут иные дела, высокие цели… Красильщица многозначительно кивнула, по её мнению, пустым речам с обилием бессмысленных слов. – И в самом деле, высокие цели. Ваш отец гордился бы таким сыном… Похороны через? – Два дня. – Тяжело. Через нас закажем всё, что нужно для процессии. Начнём с бархата для гроба. Примерно… Через двадцать минут заказ был готов и подтверждён. Всё это время Элазар, к своему удивлению, ловил на себя взгляды показавшегося изначально скромным Двэйна – то на лице, то на промежности. Счёл за немой комплимент. На самом же деле юноша наблюдал за тем, как Смерть целует рыцаря в шею, костлявой рукой ведёт от ключиц к животу и обратно. Но мог ли тот это знать?