Третий этаж

На улицах города будто прошел ураган: несколько деревьев находятся под наклоном, баннеры сорваны, а под ногами лежат помятые листовки, которые, как правило, никто не замечает. Тусклые краски этого места наводят на неприятные мысли больше, чем в любом другом. Тут не пробегают животные, даже не пролетают птицы, чтобы помочь хоть как-то развеять обстановку гиблого места. Находясь здесь, кажется, что вот-вот пойдет дождь. Над городом на постоянной основе стоят тучи, как, например, сегодня. После ночного дождя опустился туман, создавая еще более мрачную и неуютную атмосферу. Институт Ким Гю находится как раз среди этого пессимистичного пейзажа. В него ради учебы съезжаются с разных уголков страны, мечтая попасть именно в это учебное заведение, однако принимают сюда не каждого. Оно отличается от других тем, что в нем есть все, чем хочет заниматься студент. Учебное заведение предоставляет жилье, в котором студент живет на протяжении всего обучения. В одном месте есть почти все специальности, курсы и секции. Институт предлагает обучающемуся студенту выбрать два направления, одно из которых будет основным в его обучении: гуманитарные или точные науки. Отталкиваясь от желаемого, студент может выбрать любую специальность, на которую он хочет выучиться. Каждый может развить в себе способности той профессии, которая по душе. Что еще больше привлекает сюда людей, так это если вдруг студент ошибся в своем первом выборе, есть возможность поменять или свою специальность, или свое направление. Если студент не знает, какая специальность ему подходит больше, но хочет начать уже сейчас развивать себя и свои навыки, он проходит тест. Тест показывает, к чему более склонен человек. На компьютере, в зависимости от итога пройденного теста, высвечивается одна из иконок: гуманитарные науки или точные науки. После чего желательно обратиться в деканат для того, чтобы получить пропуск. Чонгук, как и хотел изначально, уже в анкете вписал, что хочет связать свою жизнь с гуманитарными науками, возможно, это будут языковые лекции. Перешагивая через лужи, что скопились за ночь на тротуаре, он шел именно в это учебное заведение, куда его приняли. Чуть больше двух недель назад Гук послал письмо в школу Ким Гю с просьбой рассмотреть его анкету, и дать скорейший ответ. Именно в этот институт молодой человек хотел поступить, ведь здесь есть все, что может ему помочь развить его потенциал. Он узнал об этом месте через свою знакомую, которая пытается зачислиться в нее уже второй год, но безуспешно. Учителя, которые работают там, строги к критериям по отбору учеников:

*Строго старше 18 лет. *Справка о том, что студент здоров и может посещать физическую культуру. *Иметь за плечами сертификат об активной деятельности в школе/ колледже. *Иметь табель с оценками, в котором максимум может быть одна оценка «удовлетворительно». *Получив от института соглашение, предъявить номер студента.

Чон проверил в своей папке документы, которые надо было предоставить в деканат. Уже который раз убедившись, что все на месте, он поспешил к уже виднеющимся издалека воротам. Около учебного заведения стояла охрана, которая следит за порядком на территории. Ее можно заметить кружащую по периметру в количестве трех человек минимум. Черные стальные ворота были закрыты на два замка, а на самом здании, на нескольких углах, виднеются маленькие красные огоньки, которые, скорее всего, принадлежат камерам. Чонгук немного расстегнул свою куртку, поправляя на ходу воротник черной рубашки, и подошел к ближайшему охраннику.  — Добрый день, — привлек к себе внимание мужчины Чонгук. — Я… Меня зачислили в институт, можно пройти? Мужчина взглянул на парня, будто бы сканируя его взглядом с головы до ног. Он лениво убрал руки из-за спины и подошел к кабинке охраны, заходя внутрь. Там был включен компьютер, в котором сразу же была открыта таблица с кучей разных, вписанных там цифр и имен.  — Номер? — спросил он, открывая поисковик этой таблицы.  — 25861 — продиктовал Гук, наблюдая за работой охраны. Стянув очки ближе к носу, мужчина начал медленно нажимать на цифры клавиатуры. На экране высветилось маленькое окошко, в котором было написано:

«Чон Чонгук, 24 года, г.Пусан. Номер студента: 25861.»

Охранник нажал на кнопку распечатать и подошел к рядом стоящему принтеру.  — Возьми это с собой, — мужчина протянул лист парню, где была написана информация о поступлении в институт, — позже тебе выдадут пропуск.  — Спасибо, — поблагодарил Чонгук и взял из рук бумагу, после чего подошел к воротам. К нему тут же подоспел второй охранник. Тот, даже не посмотрев на новоприбывшего, начал открывать замки. С одной стороны очень радовала такая защита со стороны учебного заведения, а с другой — зачем такая охрана. Куда не глянь — везде за тобой наблюдают. Пока ему в прямом смысле открывали дорогу в институт, брюнет убрал распечатанную бумагу в папку к остальным своим документам. Само здание трехэтажное, белые стены, которого ярко выделялись. Рядом расположен газон, и, даже находясь на расстоянии от него, можно услышать запах свежей травы. Кое-где стоят клумбы, в которых растут яркие цветы, будто помогающие хоть как-то спасти умирающий пейзаж этого места. Около ворот стояли студенты, разговаривая со своими друзьями. Выделялось то, что у учащихся нет формы. Все ходят в том, в чем удобно, однако у всех сохранялся классический подход к одежде: белый верх, черный низ.Как только Чонгука пропустили, он быстро зашагал к зданию, желая побыстрее очутиться внутри. Студенты, которые встретились на пути, оказались очень приятными людьми: подсказывают куда идти и готовы сами отвести к месту назначения. С удовольствием принимают к себе в компанию новичков, уже договариваясь о следующей встрече. Внутри института уже собралось несколько человек, среди которых стоит ректор. Его фотографию можно найти в меню сайта, поэтому Чонгук сразу же узнал его. Рыжие кучерявые волосы были растрепаны, будто их вид мужчину не волновал. Однако одет он с иголочки: расстегнутое белое пальто достигало его колен, прикрывая темно-зеленый свитер. Особо выделяются его блестящие в свете ламп черные туфли, которые буквально сияют. Видимо, этот человек готовит свою одежду заранее, чтобы выглядеть идеально. По чертам лица видно, что он не чистокровный кореец, что-то европейское в нем присутствует.  — Добрый день, попрошу внимания! — звонко поприветствовал ректор, после чего представился, — Меня зовут Ли Джинхо, прошу, чувствуйте себя как дома. — Ли добро улыбнулся, располагая к себе. Мужчина немного отошел от ребят, чтобы его было всем видно. — Сегодня ваш первый день в нашем институте, вы нервничаете, я понимаю, — растягивает гласные Джинхо. — Это место теперь ваш второй дом. Наш коллектив очень дружный, что касается и наших учеников, и преподавателей. Сегодня ознакомительный день, поэтому вы можете подойти к учителям, чей урок вам интересен, чтобы узнать подробности занятий. Если кто-то пока не решил, что же все-таки вас интересует, то не переживайте! Подойдите в 13 кабинет, где вас будет ждать компьютерная система, тест который поможет определиться в вашем предназначении. Более подробную информацию можете узнать именно там. Если вы решили, что вам интересно, то пройдите в 9 кабинет, там тоже будет компьютер. В него уже включены ваши данные и останется лишь ввести номер студента, после чего компьютер вышлет каждому на почту его расписание. На втором этаже располагается столовая. В ней студенты едят по расписанию, так как для учителей и для вас время посещения разное. Кстати, что касаемо правил, — Джинхо спрятал руки за спиной и устремил свой взгляд на группу новоприбывших студентов, — попрошу запомнить несколько правил, которые помогут нам с вами подружиться гораздо быстрее: Во-первых, как я уже сказал, время для студентов и для преподавателей разное. Мы с вами пересекаемся только в аудиториях и в коридоре. Во-вторых, вы должны находиться в своих комнатах с 23:00 до 5:30. Расхаживать в промежуток этого времени строго запрещено, потому что мы все-таки хотим, чтобы наши ученики всегда находились в состоянии бодрствования. В-третьих, попрошу не выходить за пределы нашего учебного заведения. Мы находимся далеко от города, поэтому можно легко потеряться в трех соснах. За нарушение правил будет следовать наказание. Максимум три нарушения, и нам придется тогда поговорить конфиденциально, чтобы решить вопрос дальнейшего вашего пребывания здесь. И помните — мы, преподаватели, ваши друзья. Если кто-то из нас вам понадобится, то, пожалуйста, мы находимся на третьем этаже. Вы можете подняться к нам, только если это действительно важно. И последнее, все документы, которые вы должны были принести, пожалуйста, сдайте их в деканат. Спасибо за внимание. — Джинхо поклонился группе учеников и, улыбнувшись, снова подошел к ребятам.    — Извините, — негромко сказал Чонгук, но мужчина его услышал и моментально повернулся на голос студента.    — Да, слушаю, — Ли подошел поближе, дружелюбно улыбаясь, — есть вопросы?    — Да, один. Не подскажите насчет расселения? — Чонгук смахнул черную челку рукой, чтобы она не мешала глазам.  — Ох, и правда, — Джинхо на мгновение растерялся, но, собравшись, звонко похлопал в ладоши, привлекая внимание учеников, — Ребята, по поводу расселения: в 9 и 13 кабинетах, где вам должны прислать на почту ваше расписание, в компьютерах также записана ваша комната. Будьте внимательны! — пытался докричаться мужчина до учеников, которые уже отошли от него.  — Я понял, благодарю. — Чонгук поблагодарил мужчину, после чего направился в 9 кабинет. Цифра кабинета была видна издалека, поэтому поиски не затянулись на долгое время. Красная дверь кабинета открыта нараспашку, впуская ребят. Меньшинство продолжило свой путь в сторону 13 кабинета. Зайдя в аудиторию, Чонгук сразу же заприметил очередь за двумя ноутбуками. Он занял одну из них за невысоким парнем, который то и дело теребил лямку своей сумки.  — Нервничаешь? — спросил Чон, привлекая внимание впереди стоящего студента. Резко повернувшись, блондин приподнял голову, так как Чонгук был немного выше его самого. Парень, чьи волосы были буквально сожжены постоянными покрасками, пятерней зачесал их назад.  — Немного, — ответил он, криво улыбнувшись. — Мало того, что я не хочу здесь находиться, так еще придется жить с кем-то незнакомым, а я не люблю, когда кто-то лезет в мое личное пространство, — начал еще больше нервничать парень.  — Почему тогда ты здесь? — спросил Гук, вынимая из сумки свой телефон, чтобы после компьютерной проверки сразу же зайти в почту и скачать себе расписание.  — Родители, — закатил глаза собеседник, — они узнали через своих знакомых об этом месте, вот и запихнули меня сюда. Почему бы и нет, я их понимаю, — парень повернулся спиной к Чонгуку, продолжая говорить, наблюдая при этом за очередью и за тем, что происходит возле компьютера — У меня отличный аттестат, занимаюсь танцами с детства, благодаря чему у меня много сертификатов и благодарственных писем от имени моей школы. Грех сюда не пропихнуть свое чадо. Ох, я Пак Чимин, кстати. — представился блондин и, повернувшись, похлопал Чона по плечу.  — Чон Чонгук, — улыбнулся брюнет, кивнув Паку.  — Так вот, — продолжил Чимин, будто бы желая выговориться. — Мне родители поставили условие: если я отучусь здесь, то всю оставшуюся жизнь они меня больше не наставляют, а я живу так, как хочу. — он улыбнулся, видимо, уже представляя свою жизнь без взрослых. — О, моя очередь. Увидимся, Чонгук! Чимин, попрощавшись с новым знакомым, подошел к освободившемуся компьютеру. Стало интересно, что именно выбрал Чимин для дальнейшего изучения здесь. Хотя, зная, что Пак хочет отсюда сбежать как можно быстрее, он может выбрать все, что угодно — учиться все равно не будет. Чон в свою же очередь продолжил ждать, обдумывая свое знакомство с Паком. У парня, видимо, плохие отношения с родными, раз он пошел на такой шаг: последняя прихоть родителей и свобода, лишь бы его не трогали. Чужие деньги считать не является приличным, но одет Чимин стильно и со вкусом, вопрос только в том — чьи это деньги. Если все-таки Пак откажется от опеки родителей, то где он возьмет достаток на богатую жизнь, если сам еще молод и юн. Сейчас же, смотря на парня, в глаза бросается его одежда: белая рубашка, на спине которой принт золотого аиста, сшитого золотыми нитками на фоне красного солнца, а рядом пятнами располагаются иероглифы черного цвета. Выглядит очень красиво, просто, но со вкусом. По характеру Пака становится понятно: даже если он лишится помощи от родителей, дорогой одежды и всего того, к чему привык, то все равно будет счастлив. Что касаемо Чонгука, он сам захотел сюда поступить. Заявку подал на языковой факультет. Его порадовало, что здесь обещают отличные лекции по стране, язык которой изучаешь. Сильные преподаватели, которые отучились в лучших университетах и обещают носителей. Возможно, даже можно осуществить обучение в другой стране по обмену. Гук увидел, что Чимин освободил компьютер. Подойдя к системе, он вбил в открытое окошко свой студенческий номер. Рядом с его именем был написан номер комнаты, а чуть ниже надпись «Ваше расписание на семестр вы сможете найти у себя на почте».   — Комната №32, — произнес Гук. — второй этаж. Он быстро проверил свою почту на наличие расписания. Письмо с расписанием уже пришло, и, чтобы не задерживать очередь, Чон закрыл почту на телефоне, отходя от компьютера. Чимина след уже давно простыл, поэтому Чонгук пошел обратно в холл, где было что-то на подобии собрания. Рядом с этим местом находится лестница, ведущая на второй этаж. Джинхо все еще раздавал указания новоприбывшим студентам, которые то и дело терялись в своих обязанностях. На втором этаже студентов оказалось так много, будто попал в муравейник. Каждый впопыхах куда-то собирался, перебегал из комнаты в комнату, на полу после пробежек учащихся оставался или мусор, или следы от обуви. Некоторые пробегали мимо Чона, иногда задевая его, но он был так счастлив, что наконец очутился здесь, что не замечал толканий. Брюнет начал идти по коридору в поисках 32 комнаты. Где-то вдалеке была заметна знакомая белая макушка, которая точно принадлежала Чимину. Он, видимо, уже нашел свою комнату, так как тот зашел внутрь, долго не возвращаясь из нее. Чонгук прошел еще немного, ища глазами свой номер. Еще немного пройдя, нужная комната была найдена. Сняв наконец свою куртку и поправив на себе черную рубашку, которая на самом деле была ему мала, он постучал в дверь комнаты и, не дожидаясь ответа, вошел внутрь. Комната оказалась очень просторной и светлой, но недостаточно свободной для живущих здесь ребят. В ней по бокам находятся три кровати, одна из которых свободна, как раз для новенького. Кровать Чонгука располагается около окна в конце комнаты, слева которой стоит письменный стол, а справа большой белый шкаф. Точно такую же расстановку можно увидеть и у соседей по комнате. У каждого из живущих здесь можно заметить разные вывески, буклеты, плакаты, расписание на неделю, грамоты, письма, написанные от руки, и приклеены скотчем к стене. Все это навевает тоску по дому.  — Добрый день, — поздоровался Гук, осматривая своих соседей, изучая взглядом. С левой стороны от Чона находился парень, повернутый к нему спиной. Быстро кинув свой взгляд на обстановку комнаты с его стороны, брюнет заметил, что стол полностью занят бумагами, папками и порванными листами. Постель заправлена, сам одет аккуратно, русые короткие волосы причесаны, буквально зализаны назад. Скорее всего, он долго возится перед зеркалом. Повернувшись на голос Чонгука, этот парень сощурился, будто бы пытаясь просканировать пришедшего, и, взяв что-то со стола, подскочил к новоприбывшему.  — М-м, новенький, — растянув последнее слово, он остановился около Гука, поправляя свои круглые очки в тонкой оправе, которые то и дело съезжали с переносицы на кончик носа. — Возьми, — он протянул Чону зеленый лист бумаги, на котором было написано большими буквами «ПРАВИЛА».  — Я Чонгук, — представился брюнет, при этом глазами бегая по пунктам на листе бумаги, которые надо соблюдать.  — Меня зовут Вону, я староста по направлению точных наук, — он показательно потряс кипой бумаг в руках, как бы представляя доказательства, что он здесь главная шишка всего и вся. — Тебе посчастливилось жить в одной комнате со мной, цени это! — Вону облокотился о край своего стола, самодовольно улыбаясь, — Ты будешь узнавать о новостях нашего института самым первым. Если будут вопросы, обращайся. Чонгук мягко улыбнулся, поблагодарил своего нового соседа и прошел в конец комнаты.  — На самом деле, — вдруг послышался голос второго соседа с другой стороны комнаты, — Вону уже давно звезду словил на своем звании «старосты», — показал пальцами кавычки еще один молодой человек.  — Тэхен! Я никогда ее не ловил, я просто более дисциплинирован, чем ты, — сложил руки на груди староста, зло смотря на парня.  — Ну да, рассказывай это кому-нибудь другому, — с хрипотцой посмеялся Тэхен, второпях завязывая шнурки на своих кроссовках.  — Ты куда-то опаздываешь? — спросил Чон у Тэхена, желая завязать разговор.  — А, да, — немного растерянно ответил Тэ и, подорвавшись с кровати, направил свой извиняющийся взгляд на новенького, — Я Ким Тэхен, и я действительно опаздываю, — Ким быстро пробежался взглядом по комнате, пока не остановился на предмете, который искал — пропуск. — О, кстати, этот пропуск, — начал Чонгук, — где его можно взять? На третьем этаже или в каком-то из кабинетов на втором?  — На третьем тебе делать нечего, туда никого не пускают из студентов, — сказал Тэхен, одаривая нового знакомого нечитаемым взглядом.  — Туда никого не пускают, кроме старосты, — вставил свое слово Вону, еле сдерживая улыбку.  — Пф, поговори еще здесь, — раздраженно выдал Тэхен, переводя свой недовольный взгляд на однокурсника, — никого туда не пускают, хватит врать.  — Я не вру! — взбесился Вону, откидывая свои листы на стол, будто бы готовый сейчас наброситься на своего собеседника.  — Пошли, Чонгук, я покажу, где тебе взять пропуск, — Ким закатил глаза на реакцию старосты, и мягко подтолкнул Чона к двери, желая поскорее уйти из этой комнаты. Как только парни вышли из новой для Чонгука комнаты, из нее можно было услышать истерику Вону, а именно его крики в сторону Тэхена и топот ног. Гук последовал за своим новым соседом по комнате, уже представляя, какое будет веселое сожительство вместе с этим старостой.  — А вообще я не такой грубый, — начал Тэхен. — Просто Вону слишком самоуверенный и напыщенный индюк, который считает, что право старосты дает ему вольность делать все, что он пожелает. Таких надо ставить на место.  — Почему ты тогда от него не съедешь?  — Было бы куда, — вздохнул Ким. — Здесь все комнаты рассчитаны под каждого студента, то есть группу студентов. Никогда никого не селят одного или двоих, или больше трех. Всегда ровно три. — активно жестикулирует Тэ.  — Подожди, но когда я заехал к вам, третья кровать пустовала. Давно кто-то выселился из вашей комнаты? — спросил Чон.  — Да, нашего соседа исключили из института за неуспеваемость. Буквально неделю назад. Хоть обучение и бесплатное, здесь учителя заинтересованы в том, чтобы выпустить студентов с ненатянутым дипломом. Тут все учатся. Да, тяжело, не спим сутками, отказываем себе в развлечении, но учимся.  — А ты здесь уже давно?  — Год, как и Вану.  — Ты сказал, что на третий этаж никого не пускают, но Джинхо говорил, если что, можно подняться к ним.  — Они все так говорят, — громко вздохнул Тэхен, поправляя лямку рюкзака на плече, — «Мы для вас друзья, всегда готовы к общению», а на деле, пф, сразу же прогоняют, если видят на своем этаже, — закатил глаза парень. Чонгук сильно удивился. Как же так, Джинхо так приветливо отзывался, было видно, что он хочет стать ближе к своим студентам. Получается, это все не так? Дойдя до 15 аудитории на первом этаже, дверь которой оказалась слегка приоткрыта, Тэхен приостановил Гука.  — Здесь должна находиться добрая женщина, имя которой я, наверное, никогда не запомню, — Тэхен неловко улыбнулся, — она сама лично выдает студентам их пропуска, — Тэхен улыбнулся и рукой указал на дверь. — А я пойду на пары. Если решишь вернуться в нашу комнату, то терпения тебе, Чонгук, — Ким похлопал по плечу новенького, после чего скрылся в коридоре за ближайшим углом. Долго не думая, Чон постучал в дверь и открыл ее. Его встретило несколько учителей. Трое, кто находился там, сразу же подняли головы на парня. Их глаза выражали удовольствие от новоприбывшего ученика. Гордость за то, что к ним поступают все новые и новые ребята. Атмосфера в этом маленьком кабинете оказалась теплой и дружелюбной, что хотелось остаться вместе с ними. Просто поговорить, рассказать о своих первых впечатлениях об этом институте и поделиться эмоциями. К нему подошла девушка, приглашая войти. Ее теплая улыбка и блестящие глаза заставляли довериться. Создавалось впечатление, что ее голос, как и натура, может быть мягким и успокаивающим. Чонгук прошел за девушкой к белому не очень большому и вместительному столу. Она села на черное кресло, сразу же подсаживаясь поближе к компьютеру, где рядом с ним была черная табличка с ее именем «Ли Минхва».  — Чем могу помочь? — мягко спросила девушка.  — Я бы хотел приобрести пропуск, — немного растерялся Чонгук, но все-таки постарался держать себя в руках. Почему такая реакция — непонятно. Ведь он уже получил образование в институте, для него все это не ново. Но все равно, будто в первый раз зачисляется в институт.  — Конечно, — закивала головой Минхва. Она опустила руку в один из ящиков под ее столом, доставая из него полупустую маленькую коробку. — Как тебя зовут?  — Чон Чонгук. Минхве не составило много труда в поиске карты, так как их осталось немного.  — Возьми, пожалуйста. — она протянула пластиковую карту, на которой была фотография и информация обучающегося. — С ней ты можешь брать книги из библиотеки, проходить через охрану, записаться в секцию или же ездить на экскурсии, которые мы предоставляем.  — Да, хорошо, спасибо. — Чон поклонился, забрал карту и вышел из кабинета. И хоть в комнате его ждет не совсем приятный сосед, который, как уже стало понятно, чуть что начинает выходить из себя, и хоть снова придется учиться, иногда забывая про сон, снова испытывать некий мандраж во время сессии, но он рад. Сейчас он счастлив. Чонгук убрал свою карту во внутренний карман своего рюкзака и оглянулся. В коридоре он заметил Чимина, разглядывающего сертификаты учеников этого института. Как Тэхен и сказал, это учебное заведение очень заинтересовано в обучении учеников. Оно и видно. Они вешают на доску почета сертификаты, дипломы и достижения с секций, где занимаются их ученики. Уже понятно, что оболтусов здесь терпеть не будут.  — Чимин, привет! — Гук подошел поближе и поздоровался с блондином, привлекая его внимание. — Как тебе здесь?  — Мой сосед держит под кроватью один хлам, которым постоянно норовит похвастаться. А еще у него есть прошлогодние тетради с предмета, который я буду изучать, и он предлагает мне купить их, — Пак поджал губы, готовясь к продолжению своего рассказа. — но это еще не все! У меня есть второй сосед, Чонгук, второй! Мое личное пространство было нарушено аж два раза, — Чимин хныкнул, однако быстро взял себя в руки, стараясь сильно не показывать свое раздражение, — ему не нравится то, как я говорю, — хоть Пак и старается сохранить спокойствие, у него это получается все хуже и хуже. — «Чимин, говори громче, я тебя не слышу», «Чимин, говори тише, мне надо сосредоточиться», «Чимин, почему даже твои действия такие громкие?». А чтобы ты понимал, я пробыл в нашей комнате всего пятнадцать минут. — Чимин глубоко вздохнул, а после выдохнул.- а так все нормально, — улыбнулся он, после чего вернул свой взгляд к доске почета. Чонгук, не зная, что ответить на жалобу блондина, лишь натянуто улыбнулся.  — Не хочешь тоже поучаствовать в жизни института? Ты говорил, что занимаешься танцами, думаю, здесь можно вступить в какой-то кружок, который соответствует тебе, — предложил Чон, на что получил мгновенный отказ.  — Нет-нет, — Чимин поднял руки вверх, — я здесь никаких сил прилагать не буду для учебы, а уж тем более участвовать в жизни института. Сюда поступить была идеей родителей, мне здесь не нравится, — Чонгук понимающе слушал Пака, думая при этом, сколько блондин сможет продержаться здесь.  — Тогда ты не расстроишься, если тебя исключат отсюда?  — Нет, — покачал головой Пак, — конечно, нет. Исключение из этого место — все, что я хочу.  — Но ты можешь сам забрать документы, — предложил идею Чон.  — Ага, только у нас с родителями уговор — я должен здесь находиться, пока я не закончу обучение, ну или до тех пор, пока меня не исключат.  — М-да, тяжко, — усмехнулся Чонгук. — Кстати, я разговаривал со своим соседом по комнате, он рассказал, что здесь не будут держать людей, если они не успевают по программе. Я думаю, это твой шанс. -Ха-ха, спасибо, Чон, это очень мило с твоей стороны, — засмеялся Чимин. — Нет, правда. Я буду только рад моему скорейшему исключению. — Пак, видимо, рассмотрев до конца все грамоты, решил пойти дальше гулять по институту. — Не хочешь со мной пройтись, чтобы узнать, что здесь и как?  — Ох, извини, я пойду в свою комнату. Мне надо наладить отношения со своим старостой, а заодно узнаю что-нибудь про учебу, — Чонгук чувствовал, будто отмазывается, но все, что сказал парень — правда.  — А-а, — Чимин понимающе кивнул. — Тогда ладно, до встречи. — Чимин улыбнулся, стараясь не показывать, что все-таки ему жаль, что Чонгук решил пойти обратно в комнату. Одному ходить по институту совсем не хочется. Все еще чувствуя себя виноватым, Гук еще раз подумал над предложением нового знакомого, но пришел к выводу, что лучше сейчас вернуться к себе. Сейчас хочется поговорить с Вону. Первое, что увидел Чонгук, когда вернулся в свою комнату, так это то, что около своего стола стоит его староста. Сейчас он что-то печатает, стоя у принтера. На столе все тот же бардак, и, наверное, с момента ухода Гука листов бумаги даже прибавилось.  — Привет, еще раз, — поздоровался Чонгук, направляясь к своей кровати. — Что ты делаешь?  — Я распечатываю свой доклад на завтра, — ответил староста, послушно принимая оранжевые листки из принтера.  — Почему у тебя бумага разного цвета? — заметил Чон, удивляясь такому разнообразию цветов бумаги.  — Это помогает быстрее ориентироваться. Например, я четко знаю, что на зеленых листках обычно печатаю правила, розовые могу использовать как черновики, оранжевые для докладов и белые для записи важного материала, а именно теории, примеры решения задач, формулы. — Вону взял последний листок, после чего закрепил все вместе скрепкой и положил на стол. Оценив такой подход, брюнет начал раскладывать свои вещи из вместительного рюкзака на кровать. В голову пришла одна мысль, что было бы неплохо собраться все вместе новой компанией, познакомиться поближе. Чонгук завел дружбу с Чимином, Тэхеном и Вону, так почему бы не держаться вместе, несмотря на то, что Пак в скором времени собирается отчислиться из института. Чон положил свои теплые вещи в шкаф, оставаясь все в той же рубашке, в которой пришел. В институте, как и на улице, достаточно прохладно, поэтому все присутствующие здесь ходили чуть ли не в куртках, чтобы не замерзнуть. Видимо, с отоплением здесь все плохо. Гук разложил свои письменные принадлежности в ящик своего стола, и, поставив свой рюкзак под него, он уселся на кровать, наблюдая за Вону. Тот тоже решил разложить свои учебники по ящикам, доставая тех из рюкзака. Медленно, но верно староста начал приводить в порядок свой рабочий стол, придавая ему более презентабельный вид. Все листы были разложены по цветам, а некоторые выброшены в мусорную корзину за ненадобностью. Кинув свой взгляд на стенку над кроватью, Чонгук увидел несколько фотографий, на которых были изображены сам Вону и несколько других радостных лиц. На одном из изображений был Вону и еще один человек. Тот тоже был в очках, только те были с более толстой оправой. Его волосы растрепаны, а взгляд слегка затуманен. В руках обоих парней по бокалу, скорее всего, те что-то отмечали. Вону счастливо улыбается в камеру и обнимает молодого человека рядом.  — А кто это с тобой на фотографии? — спросил Чон. — Вы такие счастливые вдвоем. Вону обернулся сначала на новенького, а потом быстрым взглядом нашел ту фотографию, о которой говорит Гук.  — Это мой брат, — с грустной, но теплой улыбкой ответил староста. Парень отошел от стола, а после забрался на кровать, чтобы было удобнее достать фото. — Он тоже учился здесь. Когда я только поступил сюда, Дживу был уже на третьем курсе. Вону осторожно убрал скотч с фотографии, чтобы не порвать или не оставить ненужных следов, и передал ее Гуку.  — Он очень похож на тебя, — сказал Чон, рассматривая поближе ребят.  — Это из-за очков, — улыбнулся староста. — Он был оболтусом: не слушал преподавателей, часто сбегал с пар, редко, но приходил с невыполненным домашним заданием. Дживу любил тот предмет, который изучал, но что-то ему не сиделось на месте. Постоянно был в движении, ну или спал, — фыркнул Вону, вспоминая последние годы обучения своего брата. — А потом его исключили. И я не был удивлен этому, давно пора было. Все учителя, которые знали, что мы братья, постоянно нас сравнивали друг с другом. Дживу это ужасно бесило.  — Извини, ты говоришь о нем в прошедшем времени… — понизил голос Чонгук, не зная, как правильно подобрать слова.  — Да, — подтвердил догадки староста. — Он умер. Когда его исключили из института, Дживу поехал домой. Все было отлично. Он часто звонил мне, рассказывал, что гуляет с нашими общими друзьями, посмотрел наконец фильм, который я ему советовал, спойлер: ему не понравилось, — улыбнулся он, — ходил на свидание с одной противной девчонкой, которую я не одобрял, — Вону закатил глаза, вспоминая этот момент из жизни. — И через месяц мне звонит мама, говорит, что Дживу тяжело заболел. Температура не сбивается, то он горит, то его трясет. Кажется, что вот уже идет на поправку, но потом снова возвращается это состояние, от которого как будто невозможно избавиться. — Вону присел рядом с Чонгуком, смотря на фотографию. — Когда мы созванивались с ним в последний раз по видеосвязи, он выглядел ужасно бледным, еле говорил, мне приходилось повторять одно предложение несколько раз, будто он не понимал, что я говорю. Я наблюдал, как он умирает, но ничего не мог сделать, как и врачи. Те разводили руками, говорили, что брат подхватил какой-то вирус, а я им не верил и не верю до сих пор. Возможно, они сами не знали, что с ним случилось.  — Я соболезную тебе, — искренне сказал Чонгук, стараясь поймать направленный в одну точку взгляд Вону.  — Спасибо, — тихо ответил он. — Но я уже в полном порядке. Не думаю, что Дживу хотел, чтобы я впадал в тоску из-за него. Я вспоминаю о нем только с улыбкой, — он взял фотографию и подошел к кровати. Вону снова забрался на кровать, но в этот раз он перевесил фото чуть ближе к себе, чем та была ранее. — Ты был в нашей столовой? — перевел тему староста.  — Ох, нет, не успел. Я встретился со своим знакомым в коридоре, а после сюда пришел, — ответил Чонгук.  — Правильно, не ходи туда, там кормят вкусно, не поспоришь, но после этой еды я поправляюсь. Причем только я, — рассмеялся Вону, — Тэхен ест постоянно, но он такой стройный все равно. Чонгук рассмеялся, подмечая, что действительно надо бы сходить пообедать. Посетив столовую, которая находится на первом этаже, можно было сказать, что она не занимает особо много места, да и студентов не так много, как ожидалось Чонгуку. Многие ели стоя, хотя были свободные места. Из работников там была только одна женщина, которая помогала расставлять еду на подносы студентов. Ребята оживленно общались, вместе с этим делая какие-то записи в тетради, возможно, домашнюю работу, а кому-то просто хотелось сидеть в одиночестве, перебирая палочками уже остывший рис. После обеда, особо много не поев, Чонгук отправился в библиотеку, чтобы взять книги для своих будущих пар. Библиотека тоже находится на первом этаже, но это место даже библиотекой сложно назвать. Помещение слишком маленькое, некоторые книги кое-как доживали свой век, переплеты слишком мягкие, будто только тронь и все развалится. Большую часть полок занимают папки с бумагами, а все остальное — учебники, которые могут пригодиться в учебе. Как раз за этим Чонгук и пришел. Ему надо взять учебник по немецкому языку и учебник по истории Германии. Мужчина уже пожилых лет попросил пропуск, чтобы удостовериться, что за учебниками пришел уже зачисленный студент. Долго провозившись с библиотекарем, который очень медленно искал эти злополучные две книги, Чонгук наконец освободился. Выходя из библиотеки, Чонгук направился обратно на второй этаж. В холле на одной из скамеек сидел Тэхен, понурив голову, из-за чего его челка закрывала глаза. Было видно, что его настроение стало хуже, чем днем. Гук не знал, стоит подходить к парню или нет, ведь каждый воспринимает по-разному чужое желание помочь. Как привык Тэхен, Чон пока не знает, поэтому решил не игнорировать ситуацию, и узнать в чем дело.  — Тэхен, — негромко позвал брюнет, подходя к парню. — У тебя все хорошо? — присаживаясь рядом с ним на скамью, спросил Чон, ожидая хоть какой-то реакции, но в ответ тишина, никакой реакции. Тогда Чонгук протянул свою руку к ладони Тэхена, и слегка ее сжал, надеясь, что хоть это действие выведет парня из молчаливого состояния.  — Ох, нет, все хорошо, — неловко улыбнулся Тэ, запоздало отвечая на вопрос Чонгука. Он медленно произнес эти слова, будто ему было лень говорить. Также он ощутил, что ладонь сжимают пальцы Чонгука. Его рука оказалась теплее, чем у Тэхена. — Просто меня выбили из колеи слова моего преподавателя.  — Твои руки, они же холодные, — заметил Гук, накрывая полностью руки Кима, дабы согреть, — Что он сказал?  — Все хорошо, просто, когда я переживаю, руки у меня становятся ледяными, — улыбнулся Ким, но было видно, что улыбка натянутая. — Преподаватель сказала, что если я не возьмусь за учебу, то меня отправят на третий этаж, — вздохнул Тэ, ощущая весь груз этой ситуации целиком и полностью.  — А что в этом плохого?  — Если студента хотят отправить на третий этаж, значит он находится на грани отчисления, — сам того не замечая, Тэхен сжал руку Чонгука, будто бы ища поддержку. — А я никогда не учился плохо, это все мой ведущий преподаватель, — Тэхен горько усмехнулся, — Она меня ненавидит. Я клянусь тебе, она делает все, чтобы я вылетел из института. Я в свое образование столько сил вложил, — Тэ откинулся на спинку скамейки и закрыл глаза, стараясь сдержать свои эмоции.  — Так, тихо-тихо, — Гук видит, что парень находится уже на грани своих эмоций, — Эй, посмотри на меня, — мягко попросил он, на что Ким открыл глаза, моментально пересекаясь с черными глазами Чона, — Ты пробовал сменить преподавателя, написать жалобу?  — Они все здесь заступятся за нее. Будет так: «Ох, Тэхен-а, Ким Шинхи очень добродушная женщина, она никогда не станет делать что-то во вред своему ученику, возможно, дело в тебе».  — Так, ладно, — Чонгук встал, потянув за собой Тэ, — давай с этим разберемся завтра, м? Как на это смотришь? Я помогу тебе, если это потребуется. Спроси у своих ребят, может, она относится к ним так же, как и к тебе. Тогда можно будет собрать подписи студентов о смене преподавателя, а после смело идти в деканат. У меня была похожая ситуация, поэтому есть представление, что можно с этим сделать.  — Спасибо большое, Чонгук, — искренне поблагодарил Тэхен, отпуская руку парня, хоть этого делать совершенно не хотелось. — Вряд ли что-то получится, но спасибо. Я ценю твою доброту. Чонгук тепло улыбнулся, понимая, что поддержка сейчас очень важна. Вряд ли парня отправят на отчисление. Он не похож на человека, который может забить на учебу, возможно, это просто недопонимание между ним и преподавателем. В любом случае, все это парни будут решать не сегодня. Сейчас надо вернуться в комнату, чтобы выспаться, прийти в себя после дня, наполненного эмоциями. Оказавшись наконец в своей комнате, Чонгук устало выдохнул. Откинув свой рюкзак, в котором лежат его учебники, он плюхнулся на кровать, даже не раздеваясь, и уткнулся лицом в подушку. Тэхен прошел следом. Вону в это время уже лежал в постели, настольная лампа на всех трех столах включена, а общий свет выключен. Благодаря такой обстановке хочется спать еще больше.  — Устал, Чонгук? — спросил Вону, лежа на кровати под одеялом. На столе настольная лампа, освещавшая часть комнаты, помогала парню читать книгу.  — И не говори, — Чон поднялся, преодолевая свою усталость, и подошел к своему шкафу с одеждой.  — Тебе во сколько вставать завтра? — спросил Тэхен, тоже садясь на свою кровать.    — В 7:20, — ответил брюнет, кидая быстрый взгляд на Кима. — Жду не дождусь завтра.    — Посмотрю, что ты завтра утром скажешь, — посмеялся Тэ, заводя будильник на телефоне на 6:30. — Тебе нравится здесь? Вообще, какое у тебя первое впечатление?  — Мне пока все нравится, — Чонгук повернулся к Тэхену, — В деканате все очень добрые и приветливые, ребята тоже дружелюбные, осталось только узнать, как здесь преподают.  — Учителя здесь хорошие, но большинство стараются с первых секунд найти себе любимчиков, — закатил глаза Тэхен, прерывая зрительный контакт с Чоном. — Я в душ, — слишком резко сказал он, будто бы показывая, что эта ситуация до сих пор его задевает. Через несколько часов Гук лежал в постели и перед тем, как заснуть, он начал обдумывать сегодняшний день. Он завел новых друзей. Даже Вону оказался не таким противным, как показалось на первый взгляд. Наконец попал в институт, в который так хотел; Хоть Тэхен и говорит, что большинство из преподавателей ищут себе любимчиков, все равно казалось, что учителя ему понравятся. Комната стала еще уютнее, и уже не казалась такой маленькой, как раньше. Чонгук тоже повесил на свою сторону стены расписание на семестр и приклеил несколько фотографий своей семьи. Взглянув на кровать своего соседа, Чонгук увидел, что Вону уже давно спал, иногда похрапывая. Его одеяло уже давно слетело на пол, как и его недочитанная книга. Тэхен тоже тихо посапывал, теплее укутавшись в одеяло. Все-таки ночью гораздо холоднее, чем днем. Вону более предусмотрителен — перед сном оделся в толстовку, и, вероятнее всего, упавшее одеяло не станет причиной для замерзания. Тэхен же одет в футболку, из-за чего утром велика вероятность сильно замерзнуть. Чонгук закрывает глаза, удобнее укладываясь на новой постели. Только он начал засыпать, как услышал сильный удар с потолка, из-за чего резко открыл глаза, неосознанно начиная прислушиваться. Чон лежал минут пять, пытаясь услышать что-то еще, вместе с этим пытался понять, что это было. Всматриваясь в потолок, будто через него можно было что-то увидеть, он услышал очень неоднозначный звук, похожий на мычание. Он длился секунды три, но в голове, будто эхом отдавалось еще долгое время. Учителя должны уже спать, но даже если бы они и бродили по коридорам, то не так громко, ну и уж точно не издавали такие звуки. Чонгук пролежал еще немного в кровати, думая, что услышит еще что-нибудь, но безуспешно.  — Скорее всего, что-то упало, — шепотом сам себе сказал Гук, — не надо на этом зацикливаться. Еще раз оглядев комнату, Чонгук закрыл глаза, стараясь побыстрее уснуть.