Просьба с того света

- - Это твоя прапрапрапрабабушка. Говорят, она была ведьмой. Ты помнишь, как и когда умерла твоя бабушка Тома? - сказала мама. - Она пошла спать и больше не проснулась… - мне было трудно выговаривать слова. В горле нещадно першило, как будто выпила уксус, глаза жгло, хотелось плакать от безысходности, которую я чувствовала. Мама вспомнила про бабушку. Мама не любит говорить про бабушку и, уж тем более, не любит говорить про то, как она умерла. – Я ведь не умру, да мам? Мам молчала. Ее глаза смотрели в мои, не отрываясь. Она о чём-то думала, о чём-то серьёзным. В последний раз я видела маму такой озадаченной, когда просила её помочь с математикой в начале года. Мама и этот предмет две вещи несовместимые. - Знаешь… Когда твоя бабушка рассказывала мне одну историю, каждый раз добавляя в неё красок, я не придавала этому особого значения. Когда мама умерла, а я стала старше, я каждый раз прокручивала в голове эти рассказы, как она бежала, падала, раздирала себе колени в кровь… Когда мы нашли её мёртвой в кровати, поклялись друг другу, что никому не расскажем, как она выглядела. Но ты… Мне кажется, чтобы понять всё ситуацию, ты должна знать… - я сидела, затаив дыхание, - У твоей бабушки было множество, огромное множество, ран, маленьких и больших, на ногах и руках… Она лежала на животе, протянув руку, как будто пыталась до чего-то достать. Это было очень страшно и жутко. Я никогда не забуду, что увидела в ту ночь. – она закрыла лицо руками, но я видела, как дрожат её плечи, как голос на конце чуть не дал петуха… Она выглядела такой уставшей и вымотанной, что я просто пододвинулась поближе и обняла её за талию со спины, уткнувшись ей между лопаток. – Мама сказала мне как-то, что, если она не доживет, я должна буду рассказать тебе что к чему. Почему тебе это снится, что ты должна сделать… Но я не поверила, я надеялась, что тебя обойдёт это проклятье, что ты будешь обычной!.. - её голос стал на ноту выше в конце последнего слова… Она не выдержала, заплакала… - Но раз уж дело набирает такие обороты, - сказала она после десяти минут молчания, растирая глаза, чтобы взбодрить себя, - я попытаюсь восстановить в памяти всё, что тогда мне сказала мама, а после расскажу это тебе, договорились? – она посмотрела на меня, пытаясь не показывать своё волнение. Я кивнула и улыбнулась ей. Она улыбнулась в ответ. – Ладно, а теперь спать! – проговорила она своим обычным тоном и на душе сразу стало легче. Я отползла назад и откинулась на подушку. Мама, встав, взяла одеяло за края и укутала меня, как в детстве. Она снова улыбнулась мне и, наклонившись, поцеловала меня в лоб. После того, как она отстранилась, я посмотрела в её глаза: в них было много любви, нежности, но также, в свете фонаря, что пробивался в незашторенное окно, я увидела, скрываемую тревогу и страх. От этого становилось не по себе. Когда мама уже стояла в коридоре, то заглянула обратно в комнату, придерживая дверь. Она посмотрела на меня из-под волос, спадавших на глаза, и уголки её губ слегка приподнялись в подобии улыбки. Я улыбнулась ей в ответ и она, закрыв, всё-таки, дверь, неспешно удалилась. Спустя несколько минут шаги затихли.

***

Утром, когда открыла глаза, я поняла, что что-то не так. В комнате было светлее обычного. Я посмотрела на часы: пятнадцать минут одиннадцатого... Тут я резко подскочила. Я опоздала! Попыталась встать с кровати, но ничего не получилось. Нога всё ещё болела, хотя, чего я ожидала, она будет болеть ещё как минимум неделю, а как максимум… Не хочу даже об этом думать, нужно собираться в школу. Снова попытка встать не увенчалась успехом, только на этот раз я упала. Раздался грохот. Зацепив пи падении учебники на столе, я завалилась прямо лицом в пол. Странно звучит, но мне кажется, что мой нос стал плоским. На грохот прибежала мама. Она удивленно вскрикнула и, причитая на тему «Какая Лиза неаккуратная, да и вообще, тот ещё рукожоп и ногоплечь…», помогла мне подняться и снова сесть на кровать. Она проверила, не появилось ли у меня ещё каких ранений, и, оставшись удовлетворённой, что ничего нового не нашла, посмотрела мне в глаза. В её я увидела беспокойство, поэтому попыталась выглядеть более бодрой и уверенной, что, мне кажется, получилось довольно неплохо, учитывая то, что мама облегчённо выдохнула и улыбнулась. - Я не стала тебя будить, куда ты в таком состоянии… - начала разглагольствовать она, а мне стало легче. Давно не было так. Я соскучилась по тем временам, когда наша семья была полной и целой, и не в том плане, что с нами был отец, а в том, что мы раньше всегда держались друг за друга, как будто мы пазлы и, если нас рассоединить, мы потеряем свою значимость. Сейчас мы отдалились друг от друга, но иногда так приятно понимать, что вы всё равно останетесь самыми близкими людьми. Навсегда. И не важно, кто что скрывает. Это не имеет значения. – Оставайся сегодня дома. Позже позвонишь и спросишь домашнее задание. Будешь сидеть дома пока нога не заживёт. – мама мялась, как будто хотела что-то сказать, но не решалась. - Ну… - не выдержала я этого напряжения, которое внезапно повисло в воздухе. - У нас сегодня будут гости… Поэтому я прошу тебя помочь мне, в приготовлении ужина… Ты не против? – её голос подрагивал, но не было этого удушающего чувства, что присутствовало ночью. Это было приятнее… И тут догадка ударила мне в голову! -Подожди… Это случайно не тот?.. – она покраснела, а я уже сорвалась на визг, - Боже, мама — это так мило! Ты такая милая! Вы все такие милые! Он придет, да?! Сегодня вечером?! Конечно я тебе помогу! - я была очень рада за маму. Хоть во мне боролись две стороны, я поддерживала ту, что была рада за маму, и вместе с тем поддерживала и саму маму. Она удивлённо смотрела на меня, а после на её глаза навернулись слёзы, и она молча обняла меня. Весь день я провела в будоражащем ожидании. Когда вернулись братья, я выложила им всё. Те сначала нахмурились и уже хотели возражать, но увидев мамино растерянное и моё злое лицо, сказали лишь, что не против. Событий, что произошли ночью, как будто и не было. После того, как парни переоделись, помощников стало больше. Я, из-за больной ноги, сидела за столом и нарезала овощи на салаты, Мишу озадачили тем же, а Серёжа отважился и встал около раковины, начиная мыть посуду, которой с каждой минутой становилось всё больше. Когда всё было готово, мама отправила нас переодеваться. Ближе к шести вечера раздался звонок в дверь. Мама сразу встрепенулась и стала поправлять одежду и приглаживать волосы. Серёжа пошёл открывать дверь. Мама хотела его остановить. Но я схватила её за руку. Мне кажется, если у них всё получиться, я имею ввиду маму и этого мужчину, то братьям нужно перестать реагировать на этого Валерия Викторовича не враждебно, как максимум. мы все втроём сидели, молча и не двигаясь. Прислушивались ко всем звукам, что доносились из прихожей. Лично я опомнилась только тогда, когда брат и Валерий зашли на кухню. Мужчина кивнул в приветственном жесте, а я… А, что я?! А вот я! - Здравствуйте! Как добрались? – что вы ещё ожидали от меня, когда я волнуюсь? - Господи, Лиз, только не начинай. Извините её, она любит читать детские сказки, это влияет на её речь в реальности… - выдал всё-таки… моя месть будет страшной. Я всё-таки протянула руку для рукопожатия. Валерий удивлённо вскинул брови, но руку пожал. Перед глазами резко вспыхнула странная картинка: вдалеке озеро, слева стоит высокое дерево, палатка, костер, маленький мальчик, бегущий с сочком в руке, пытающийся поймать бабочку, возле костра стоит женщина и улыбаясь смотрит прямо мне в глаза. Когда мужчина убрал руку, всё пропало. Я начала вертеть головой, пытаясь понять, что происходит, но безуспешно. Я непонимающе посмотрела на маму, но она была увлечена беседой с Валерием. В голове каша. Что я только что видела? Такого раньше никогда не было. Страшно. Снова сердце в пятки уходит и хочется спрятаться подальше, чтоб никто не нашёл. Хочется убежать от всего этого. Не хочется снова идти спать. Нужно будет поговорить с мамой, а пока нужно побыть хорошей дочкой и не расстраивать её!..