трудно быть рядом

Темный переулок, по которому идет Вика… Лужи крови… Мёртвая тишина. Но вдруг девушка останавливается, видя на полу человеческий силуэт, её охватывает страх, но она резко срывается с места, подбегает к человеку. — С вами все в порядке? Вам плохо?.. — Но ужас не дал ей договорить, тем силуэтом, что она видела, было окровавленное тело её подруги. Девушка схватила её рукой и с улыбкой сумасшедшего сказала: — Спасибо, Вика, ты мне и так помогла… И тут она вынула из живота нож, и поднесла к Виктории… — Диана… Нет, нет!               Я проснулась в холодном поту, сдерживая себя от слёз. Осушила стакан с водой залпом. Это был сон, как долго он мне не снился… В дверь постучали. — Вика… Всё хорошо? Это был Азуса. — Да, всё в порядке. — Тогда спускайся, завтрак готов. Придя в норму, я переоделась и спустилась вниз. На моё удивление, когда я вошла на кухню, в меня чуть не попала сковородка, но я успела увернуться и поймала её. Ко мне подбежал Ватару и с криками обнял. — Сестрёнка, беги отсюда. Тебе надо бежать! — со страхом торопливо сказал он. — Ватару-чан, что случилось? И от кого мне бежать? — присев на корточки, спокойно спросила я. Тут Ватару приблизился ко мне и чуть тише сказал: — От Канаме-куна, он сказал, что ты такая милая, так бы и съел! — тревожно сказал он. От этих слов я чуть не рассмеялась, но, пересилив себя, только хмыкнула. С ноткой презрения посмотрев на вышеупомянутого, я отдала сковородку покрасневшему Укё. — Извини, я не хотел попасть в тебя, — с виноватым лицом произнёс адвокат. — Ничего, но, зная куда ты целился, сковородка бы всё равно не достигла цели, тебе нужно было либо расстояние уменьшить, либо заменить снаряд на более лёгкий. — с лёгкой улыбкой сказала я. — Ну, спасибо, сестричка, — послышалось с кухни, — теперь на одного братика меньше будет, — промурлыкал с ехидством Канаме. Я же села с довольной гримасой и начала уплетать яичницу. Весь шум затих, но тут мне позвонили. Все одиннадцать пар глаз с удивлением на меня посмотрели, я же, доев завтрак и промочив горло, не спеша ответила. — Алло. —...... — Нет, в другой папке. —...... — Да, возьми и сделай 2 копии этого документа… — Спасибо досвидания… — Да не за что, обращайся. Закончив разговор, я почувствовала многочисленные, прожигающие во мне дырку взгляды, от чего я немного поёжилась, но потом, не обращая внимания, принялась доедать завтрак. После неловкого молчаяния монах задал вопрос, интересующий всех, ну или почти, но в своей манере. — Хм… А наша сестренка взрослее, чем кажется…— и, не унимаясь, пролепетал — интересно, а кем и где же может работать несовершеннолетняя милашка. Покончив с завтраком, я вышла из-за стола, полностью игнорируя его ехидные речи, направилась к выходу, но, не выдержав местами поднадоевших взглядов, повернулась к ожидающим ответа братьям и вмиг посерьёзнела. — Где и кем я работаю вас не касается, прошу прощения за грубоватый ответ, но лучше не лезьте, куда не просят… Спустя некоторое время продолжила: — И да, Укё, спасибки за завтрак, было очень вкусно. И, не оставаясь ни на минуту там, направилась в свою комнату. Не знаю почему, но утренний раговор в столовой отбил настроение куда-либо идти. Почти весь день я провалялась в постели, работая на ноутбуке. Желание есть напрочь отпало. Конечно, ко мне не раз заходил Масаоми, но я его вежливо отправляла обратно. Закончила с работой к часам восьми, но настроение было мягко говоря не очень, в голову предательски лезли мысли и воспоминания о прошлом. Не желая никого видеть, я закрыла дверь и, надев наушники, включила плейлист с грустной музыкой и потихоньку начала проваливаться в сон.