Рискнуть один раз

Питер не помнит когда стал больше времени проводить в костюме паука на крыше одного из самых высоких зданий нью-йорка, не помнит когда стал ждать встречи с наемником, не помнит почему считает это важным. Зато он помнит как впервые пришел сюда. Он помнит как впервые встретил психа в костюме, похожим на его собственный. А еще он определенно точно знает почему каждый раз задерживает дыхание, при виде знакомой фигуры. Паркер уже давно перестал скрывать свое лицо в компании Дэдпула, он ему доверял, хотя для этого не было никаких причин, даже наоборот, однако носить маску казалось неправильно. Хотелось быть собой в его компании и не притворятся хоть раз в своей жизни. Да, Питер часто притворялся, притворялся самым обычным школьником без каких-либо супер способностей, притворялся, что не хочет в мстители, притворялся влюбленным в одноклассницу, хотя давно уже свыкся с мыслью, что его сердце замирает в присутствии наемника и больше никого. Можно ли сказать, что Паркер влюбился в него? В его своеобразный юмор, его сумасшествие, в его стиль. Да, Дэдпул никогда не снимал маску при пауке, но парень хотел исправить это в ближайшее время. Как на счет сегодня вечером на крыше? - Паучок, ты снова здесь! Дэдпул подбежал к Питеру, заключая его в крепких объятьях и прижимаясь к его спине щекой. - Отпусти уже, раздавишь ведь! – дождавшись, когда Уэйд наконец успокоится и выпустит его из своих объятий, Питер отдышался и продолжил, - Почему ты так радуешься моему присутствию? Я же каждый вечер здесь, с тобой. (слышал? Ему с нами нравится) [не обольщайся, может он это не ради тебя] - Заткнитесь, оба. Питер стянул с себя маску и засмеялся, да, ему нравилось, когда Уэйд спорил с собой, даже если парень не всегда понимал о чем. Ему нравилось в наемнике все, в этом он был уверен. Дэдпул же откровенно залипал на вид смеющегося Паркера. (Он такой милый, хоть сейчас забирай) [сложно не согласиться] - Знаешь, Уэйд. – Паркер успокоился и серьезно взглянул на наемника, - Ты никогда не снимал маску, почему? Дэдпул сразу же сник и опустил голову. Ему определенно не нравилась эта тема. - Ты не захочешь этого видеть… - Да брось, я видел как тебя разрывало на куски, чем ты еще сможешь меня удивить? - Паучооок! Дэдпул снова обнял парня, улыбаясь под маской. (я же говорил) […] Паркер ответил на объятья, крепче прижимая к себе наемника. Его сердце в очередной раз почти остановилось и забилось с новой силой. Питер испугался, что Уэйд услышит как сильно колотится его сердце. От этой мысли щеки паучка покраснели, но парень не собирался отступать так скоро, ему ужасно надоело пытаться скрывать свои чувства. - Уэйд? – Паркер отстранился от наемника и посмотрел ему в лицо, скрытое маской, он подцепил пальцами края маски, не рискуя снимать ее, - Ты позволишь? (соглашайся, он же сказал, что не испугается) [он сам не знает чего ожидать, ты ему никогда не понравишься] (но ведь мы верим паучку) [это не отменяет того факта, что мы урод] Пока Уэйд слушал спор голосов в своей голове, думая чью сторону принять, Питер стянул с него маску, заглядывая в его глаза. Он приложил руку к щеке Уилсона и провел пальцем по скуле. Уэйд резко отстранился и посмотрел на Паркера испуганными глазами. - Чего я должен был испугаться? Ты совсем не страшный. - И… тебе не противно? (вот видишь) [он еще не ответил, не радуйся раньше времени] - А должно? Знаешь, я устал скрывать… [ну вот и все, сейчас он нас бросит здесь] Пока Уэйд ничего не сказал, Питер придвинулся к нему ближе и притянул к себе, резко накрывая его губы своими, пока еще не успел сам испугаться своих действий. Он хотел передать через поцелуй то, что не может сказать вслух. Когда паук отстранился от наемника и взглянул ему в глаза, то увидел там шок, надежду и, наверно, страх. (это сон?) [не хотим просыпаться] - Да, замечательный сон, вот бы он повторился. Дэдпул говорил сам с собой в пол голоса, не веря в то что произошло. - Теперь ты мне веришь? Я никогда не убегу от тебя. - Паучооооок! – наемник сгреб Паркера в объятья, прижимая к себе как можно ближе и целуя в любой открытый участок кожи, до которого мог дотянуться, - Я тоже, паучок. Я так люблю тебя, Пити. Они просидели так на крыше еще немного, прежде чем Дэдпул согласился наконец отпустить Паркера, не прекращая смотреть влюбленным взглядом.