Pet

У всех же бывает такое зудящее чувство по всему телу, будто кажется, что на тебя смотрят? Вот. У меня сейчас именно такое. Понимая, что я уже не сплю и не усну, открываю глаза и встречаюсь с чертятами в красных очах Сьюси. Бляха! Я подскочила, словно ошпаренная. Девушка вовремя успела отскочить и теперь смотрела на меня ухмыляясь. Гадина. — Вставай и иди вниз, — потребовала Манбарван. — Нужно поговорить. Сглотнув ком, я кивнула. Всё-таки сколько бы времени ни прошло, я наверное всегда буду пугаться её. Неожиданно в голове всплыло вчерашнее событие. Точнее то, что я застукала. Это наверное семейное: застукивать людей на таких пикантных моментах. Лицо моё вспыхнуло. Издав непонятный вопль, я упала обратно на кровать, зарываясь лицом в подушку. Долго мне лежать никто не дал. Снизу послышался зов Лотте. Я горячо вздохнула, готовясь к разборкам, заправила кровать, оделась и пошла на верную смерть. Ну так мне казалось. В действительности всё было намного хуже, чем ожидалось. Съехав по перилам лестницы, я влетела на кухню. Девушки трапезничали. Я посмотрела на часы. Девять утра. Ясно, значит завтракали. Сьюси кивнула на тарелку рядом с собой. Я, поблагодарив обеих, начала поглощать пищу. Лотте и Сьюси странно переглядывались, а я, время от времени, ловила на себе их странные взгляды. — Акко, — начала Лотте осторожно. — Я никому не скажу о том, что вчера было! — выпалила я, выставляя вилку, будто пытаясь защититься. Сьюси прыснула от смеха. — Что? — не поняла Янсон, задумавшись. Через некоторое время её лицо запылало. — Чёрт, да я не об этом хочу поговорить! — крикнула девушка. Я стушевалась, принялась слушать. — Ты же помнишь, что тебе сегодня уже придётся отправиться к Чариот и выпить зелье? Вилка выпала из рук и с лязгом упала на пол. Я забыла об этом. Неужели прошло три дня? Отодвинула тарелку с недоеденным завтраком: аппетит пропал. Обхватила голову руками, зарываясь пальцами в волосы. С силой потянула за корни. — Нет, — прошептала я. — Не переживай, — флегматично сказала Сьюси. — И хуже бывало. — Поддержка — высший уровень, — саркастично ответила я, раздражаясь. Не вспыхнуть, не вспыхнуть. Не наорать, не наорать. — Стараюсь как могу. — пожав плечами, ответили мне. Чувствую, как задёргался мой глаз. — Поблагодарила бы за поддержку. — я гневно зыркнула на девушку. Сьюси посмотрела не менее радостно на меня. Играли мы в гляделки около десяти секунд. — Успокоились обе, — раздался грозный голос Лотте. Мы отвернулись. — У тебя всё получиться, Акко. Если вы с Дианой постараетесь, то ты всё и всех вспомнишь. — проговорила с лёгкой улыбкой Янсон. Потом её лицо резко изменилось. — А теперь извинились. — Прости меня/прости. — выдавили мы из себя одновременно и, под пристальным взглядом Лотте, обнялись. Не теряя более ни секунды, мне вручили уже собранную сумку и три колбочки с зелёно-жёлтой жидкостью. Решив выпить зелье у Чариот, я положила его в сумку. Попрощавшись и обнявшись с Лотте и Сьюси ещё раз, я приняла вторую форму и побежала в Тёмный лес. Путь будет долгий, но к вечеру я успею.

***

Солнце только начинало садиться, а я уже почти у дома Дю-Норд. Надо же, какая я молодец. Вот, между деревьями видно небольшой домик Чариот. Выглядел он малость подозрительно. Спустившись с дерева, я подошла к двери. Коснулась её рукой, толкая. Она отворилась без всякого труда. Странно. Осторожно зашла в дом. Моё шестое чувство танцевало польку. Осмотрелась. Чариот лежала на полу бессознания. Я ловко подхватила её и уложила на диван. Решила поискать причину такого состояния. Не думаю, что женщина специально в обморок упала. В воздухе витал знакомый запах сырости и железа, но я не могла с точностью сказать что это. Тут я увидела на столе разорванный конверт. Взяла его. На нём была восковая печать. Знакомая. Змея-змея… Где я могла видеть змею? Сознание услужливо подсказало: вампиры. Чертыхнувшись, я взяла письмо в руки и начала читать. Бла-бла-бла. «Рассказывай всё о тренировках Акко», — было написано каллиграфическим почерком. Дёрнув бровями, я улыбнулась. Беспокоиться, приятно. Хвост заметался из стороны в сторону. Но откуда она знает, что я тут? За моей спиной раздался глухой кашель, я положила письмо и обернулась. Чариот сидела, хватаясь за грудь и очень сильно кашляя. Через некоторое время она откашлялась, выплёвывая на пол небольшое количество воды. Вместе с кровью. Меня передёрнуло. Только сейчас я заметила сырые волосы и влажную одежду. — Акко, — тихо произнесла женщина. — Ты здесь. Хорошо. Женщина легла вновь на диван, прикрывая глаза. Я решила её не беспокоить, пусть отдохнёт от чего бы то ни было. Нашла в каких-то закромах плед и укрыла женщину. А пока Чариот лежит, было решено прибрать устроенный кем-то беспорядок. Наводя порядок, я заметила, что всё было мокрым. Словно кто-то обильно прошёлся тут с ведром воды. Через час порядок был наведен. Чариот с тихим стоном поднялась. Отбросила плед и встала. Пошатнулась. Села обратно. Я наблюдала за ней с лёгким беспокойством, готовая чуть что подбежать и помочь. — Как ты? — спросила тихо я, присаживаясь на диван. — Уже лучше, спасибо. — кивнула женщина, потирая переносицу. — Ты выпила зелье? — Пока нет, не до него было. — Это хорошо. — слабая улыбка заиграла на её лице. — Пей сейчас. Оно подействует где-то через час, пока за это время можешь передохнуть. — Конечно, — я кивнула и двинулась к сумке. Достала из заднего кармана колбочку и залпом выпила зелье. Поморщилась. На вкус — отвратно. По телу прошла дрожь. Засунула пустую скляночку обратно в сумку и вернулась к Чариот. Долго мялась, не зная как спросить, но решила, что лучше спросить в лоб. — Что здесь произошло? И что за письмо? — Я ждала, пока ты спросишь. — усмехнулась женщина, откидываясь на спинку дивана. — Произошла серена. — встретив мой непонимающий взгляд, она продолжила. — Давным-давно, когда я ещё поглощала не только эмоции, но и души, я убила всё поселение серен. Как оказалось не всё. — Но как она тебя нашла? — Диана сказала ей. Серена, оказывается, гонец Её Величества. — усмехнулась поглотитель. — Вот она и пришла мне мстить. Почти утопила меня, но почему-то не убила. — Понятно, — кивнула я. Чувствуя эмоциональное недомогание. — Ты выкачиваешь из меня силы сейчас? — женщина виновато потупила взгляд и кивнула. — Ладно, тогда я спать. После всей этой мути меня клонит в сон. — Приятных снов. Я разбужу тебя, как придёт время.

***

Спала я крепко, как убитая. Но сквозь сон почувствовала ласковое прикосновение к волосам. Дёрнулась и рука убралась. Туман в голове прорезал голос Чариот, будящей меня. Я потянулась, потрясла головой и встала. Женщина стояла уже в проёме двери. — Солнце уже село, — проговорила она, смотря в окно. Я проследила за взглядом. Да, на улице во всю уже была темнота. — Пошли. Согласно кивнув, я пошла на улицу, следом за дю-Норд. Мы долго петляли среди тёмных елей. А следовала за Чариот, время от времени оглядываясь и посматривая на небо. Созвездия, звёзды, мириады звёзд! Давно же я просто не смотрела на звёздное небо. — Чариот, — тихо позвала я женщину. Поглотитель издала звук, позволяющий спрашивать. — А что там за созвездие похожее на ковш? — Семь ярких звёзд? — спросила Чариот, поднимая ветку. — Семь, — насчитала я и кивнула. — Это Большая Медведица. — Большая Медведица? — повторила я, улыбаясь. — Как красиво. Я задумчиво смотрела на звёзды. Удивляясь. Такие маленькие, их так много и они невероятно далеко. Но свет каждой звезды доходит к нам. Звезда, освещающая путь всем и всюду. Такой хотела быть и я. Хотела освещать путь потерявшимся. Но я не знала, что являюсь этой самой звездой для всех моих друзей. А они не знали, что являются моими звёздами. Из таких философских раздумий меня вырвала Чариот, оповещая о прибытии на место. Я посмотрела на женщину, а затем на поляну освещённую луной. Она была чиста и пуста, колыхалась высокая трава от ночного ветерка, где-то можно рассмотреть белые крапинки ромашек. Я втянула воздух. Ночной воздух. Он такой освежающий и бодрящий. Побежала. Прыгнула в высокую и, как оказалось, мягкую траву. Раскинула руки, ноги и глянула на полную луну. Мой внутренний волк проситься вырваться на ружу и я завыла. Протяжно и звучно. Чариот стояла, ждала пока я возьму себя в руки. — Всё? — спросила поглотитель, когда я ослабленная легла обратно. Я могла лишь кивнуть. — Вставай, будем тренировать твоего вампира. Но для начала назови всех своих друзей. — Эм, зачем? — увидев грозный взгляд, говорящий не задавать лишних вопросов, я начала перечислять. — Ты, Сьюси, Лотте, Нейт, Регина, Дарк, Марк. Хотя они мне братья… Как же много у меня в друзьях людей. И ни одного вампира. — я замолчала, начиная рыться в закромах моей памяти в поисках ещё каких-нибудь знакомых. — А, ещё и Ясминка с Констанцией. — Ясминка? Констанция? Кто это? — Констанция — русалка, которая поменяла свой голос на ноги. — я улыбнулась, вспоминая эту девушку. — А Ясминка… — почти засмеялась, вспоминая габариты Антоненко. Но зато, она была принцессой. А мне везёт на существ «голубых кровей». — Фея. Что-то отметив у себя в голове, Чариот достала из-за пазухи короткий кинжал и полоснула себя по руке. Я с ужасом в глазах наблюдала за тем, как алая кровь стекает по руке женщины и капает на траву, окрашивая её в грязно-коричневый. — Что ты? — произнесла я, прежде чем из лёгких вышел весь воздух. — Проверяю тебя. Чем больше времени проходило, тем больше я понимала, что боль в дёснах мне не кажется и что зудит там не просто так. В попытке уменьшить эти ощущения, я укусила себя за руку. Не помогло. Казалось, боль и зуд усилились. Я отпрыгнула от Чариот подальше, но запах её крови настолько уже приелся, что стерпеть было невозможно. За секунду я оказалась возле Дю-Норд и впилась в кровоточащую рану. Почему кровь вкусная? У вампиров какие-то другие рецепторы на языке? Зачем я её пью? Что мне это даст? Смерть на мои руки, или в данном случае, на клыки? Не знаю. Чувствую, что рука Чариот слабеет, а уши пронзает болью. Но какая тут боль, когда во рту, на губах такой наркотик-кровь? Никакой. И контроля тоже никакого. — Акко! Туман. В голове тёмный и непроглядный туман. Слышно лишь хлюпающий звук. Ах, это я пью кровь точно. — Ацуко! Глаза закатываются от ощущений. Интересно, а какая кровь на вкус у других существ? Эта кровь очень вкусная. Так вот какая кровь у поглотителей. Хоть она и отдаёт горечью на кончике языка, всё равно вкусно. Или мне безразлично какая кровь? — Ацуко, твою мать! Боль вдоль позвоночника пронзает тела. Со стоном контакт с рукой разрывается. Смотрю на Чариот затуманенным взглядом. Женщина с опаской смотрит на меня и закрывает рану тканью. Я оседаю на землю. Туман в голове рассеивается и я понимаю, что натворила. — Прости, — всхлипываю я. — Прости, я не хотела. — закрываю лицо окровавленными руками. — Я знаю, — отвечает Дю-Норд, перевязывая ранение. — Я всё знаю и не осуждаю тебя. Это ведь не ты. — Нет! — вскрикиваю я. — Это я! Это часть меня! Она чуть не убила тебя! — обхватываю себя руками, начиная сотрясаться от рыданий. — Ты не убила бы меня. — спокойно сказала поглотитель. — Кровоток в руке не настолько сильный, чтобы какая-то царапина, хоть и с присосавшимся к ней вампиром, могла убить меня. — женщина усмехнулась. — Было просто больно. — Правда? — не верю. Не могло мне сойти это с рук! — Но неужели зелье не сработало? — Оно сработало. Эффект даже сильнее, чем я ожидала. — ответила Чариот. И тут я запуталась окончательно. — В полнолуние вампиры, как и оборотни становятся сильнее. Сейчас, твой внутренний вампир на пике силы и смог преодолеть мощь зелья. Не выпей ты его, не знаю что бы было. Сознание услужливо подсказало: смерть. И тут непонятно: сознание или сам мой вампир.