Я виню себя

И снова на город опускается ночь. Очередная. И снова в квартире становится душно, и ты срываешься с места, как только темнота охватывает все вокруг. Почему сегодня ты не остался дома? Привычка? Хотя нет, вероятнее всего уже зависимость. И я виню себя в этом. Выйдя на улицу, ты не нашел там желанной прохлады, вместо этого тебя встретил теплый воздух и пыль дорог, поднятая многочисленными машинами, которые несутся, игнорируя ограничение по скорости. Ноги уже привычно несут тебя в нужном направлении. Ты не боишься уходить в свои мысли и случайно пропустить поворот, ведь за столько одинаковых ночей ты понял одно: куда бы ты не хотел идти, ты всё равно придешь ко мне. Ты пытался уйти в любое другое место, неважно — парк, заброшка или просто уйти в другой район города. Но что случалось каждый раз, скажи мне Фрэнки? Не помнишь? Правильно, ведь ты приходил в себя лишь на пороге моего дома. И в этом я тоже виню себя. Вот и сегодня. Стоишь перед дверью, мнешься, но с нетерпением жаждешь увидеть меня. А зачем? Что тебе в этом нравится? Вечно красные глаза от слез и той дряни, которой я себя пичкаю каждый день? Растрепанные волосы угольно — черного цвета, торчащие как солома в разные стороны? Мое тело? Ну уж нет, здесь я точно прогадал. Это худощавое убожество мало кому может понравится. Знаешь, Фрэнки, я раньше всегда стеснялся своего веса и пытался сбросить его. А сейчас сбросил. Это наверное наркотики так повлияли. Я не понимаю, почему ты так сильно хочешь увидеть меня, но ты хочешь. И я виню себя в этом. Все же решившись, ты поднимаешь руку и робко стучишь. Тишина. Ты начинаешь меня оправдывать: не слышит, спит, дома нет. Стучишь еще раз. И снова тишина. Ты начинаешь злиться. А потом нервничать. Сначала немного, но с каждой попыткой достучаться до меня, волнение разрастается все сильнее. Ты волнуешься за меня, Фрэнки? Я все еще виню себя и за это. Не дождавшись ответа, ты несмело дергаешь ручку. Ты удивлен — открыто. Моя дверь редко бывает открыта, и ты это знаешь. Тихо зовешь меня по имени, а я молчу. Каштановые глаза в панике бегают по беспорядку в комнате, где ты оказался. Все как обычно. Полный беспорядок. Но ты и в этом меня оправдывал. Как ты там меня называл? Творческая личность? Мне всегда было с этого смешно. Но ты действительно верил в меня. А я лишь мог винить себя. Хочешь пройтись по дому? Ну да, вдруг я опять напился до беспамятства и уснул. Пошел в мою комнату? Нет, Фрэнки. Тебе не стоит туда идти. Хотя теперь я не могу тебя остановить и мне остается только винить себя. Да. Ты нашел меня. Эй, почему ты плачешь? Почему ты так кричишь. Неужели ты испугался моего вида? Ну да, картина не самая прекрасная. Неестественная поза, разметавшиеся по полу волосы, широко открытые глаза и чуть приткрытый рот, со стекающей пеной, стеклянный взгляд и синяя кожа. Фрэнки, тебе страшно? Не бойся, ведь я всего лишь умер. Так почему тебе так больно? Почему ты вообще все это увидел? Я ведь снова буду винить себя. Надо же, а ты быстро успокоился, всего то двадцать минут истерии. И улыбнулся наконец. Мне всегда нравилась твоя улыбка — такая теплая и искренняя. Но сейчас она другая. Я вижу на твоем лице не безмятежную радость, я вижу безумие. Эй, Фрэнки. Что ты собрался делать? Куда ты бежишь? На кухню? Стой, что ты собираешься делать? Зачем тебе нож? Фрэнки, стой! Снова вернулся к моему телу? Присел рядом и оголил руку? Хватит пугать меня, ты шутишь? Это не смешно! Я же виню себя! Кровь. Знаешь, Джи, мне всегда нравился ее цвет. Нравилось как она стекала по рукам из тех порезов, что я делал дома в тайне от родных. Но то были лишь мелкие царапины, доставляющие мне удовольствие. В итоге же я привык к этому и было не так приятно. Но теперь я знаю как доставить себе удовольствие. В последний раз. Новый порез, гораздо более глубокий чем остальные, новый ручей красной жидкости. Да, это то что надо. Спасибо, Джи. Не вини себя.