Льдинка

Данияр от всего пребывал в состоянии перманентного восторга. Вот уж у кого не было свободного времени, так это у него. После учебы с Леркой он зависал в классе, просматривая фильмы той реальности, которой уже нет и не будет. — Страшное место этот ваш прошлый мир, — убеждал меня Данияр. Он так всем увлекся, что еле вспомнил о моем дне рождения. Чуть позже мне пришлось напомнить ему, чтобы связался с родней. Никита нас оформил в свою свиту и переслал уведомление в школу. Но поговорить с дедом нужно было лично. Роман вернул наши мобильники, сообщив, что сделал в них некоторые преобразования. — Елисей, без обид, но пока все ваши разговоры за пределами резиденции на прослушке. — Какие обиды? — согласился я. — Мы люди новые, вам незнакомые. Доверие заслужить нужно. Буеслав Владимирович поверил внуку не сразу. За какие-такие заслуги мы в свите князя оказались? — У меня особая магия, — напомнил я. — Когда домой? — поинтересовался боярин. — Я надеялся, что ты на зимних каникулах проверишь, какие получаются автопилоты. — К сожалению, не могу ничего сказать, — ответил я. Роман или кто-то за него действительно разговоры контролировал. — Автопилоты? — поинтересовался он. — Не просто тупо лететь по прямой? — Вот именно. На дальние расстояния пилоту утомительно следить самому. — Хорошее дело, как будут первые результаты, обязательно проверь. Вовка у нас любит местные технические разработки. — Такой примитив, — заметил я, подразумевая технические новинки. — Зато это все создано без нашей помощи. Сам Владимир из резиденции исчез. По понятной причине я интересоваться, где один из «Великих», не стал. Мне и без того было чем заняться. Славкин муж Ярослав подал одну идею. Моя стена теперь выглядела как изящное кружево в виде цветов, снежинок, бабочек и прочего. Практического применения не несло никакого, но смотрелось красиво. — Если где-то на южных островах поставить такую стеночку или беседку, то будет красиво и прохладно, — одобрил Сергей и тут же перешел на другую тему, демонстрируя мне эскизы причесок. — Это ж сколько возни! — не оценил я. — Вот если бы оно магией держалось, а так хлопот много. — Хм, можно и магией закрепить, — присоединился к нам Ярослав. — А так, чтобы сами волосы собирались в прическу? — добавил Данияр. — Как это они, интересно, сделают? — не понял Ярослав. — Так же, как обратное вращение задают амулеты скорости на аэропланах. Ярослав с Серегой прифигели, похлопали глазами и попросили подробностей. Даня у нас техник отличный. Он им за час краткий курс школы прочитал. — Слушай, Яр, как-то мы уже не успеваем отслеживать, что наши подданные изобретают. Ты смотри, как оригинально вращательные амулеты используют. — Давай прикинем, будут ли они волосы по заданной траектории собирать? — Один амулет точно не будет, — снова вмешался Даня. — Тут три-четыре штуки понадобится, вам же не нужно, чтобы волосы торчком стояли. — Три-четыре амулета? Может, в виде заколок на волосы оформить? — ухватился за идею Ярослав. Затем они дружно ушли в лабораторию экспериментировать, а я поплелся на полигон проверять и замерять температуру созданных стен. Ожидаемо, ничего не изменилось. Вернулся обратно, сел в гостиной и начал листать новости по виртуалке. Там Слава должен уже что-то проверить в Амурске, вдруг сообщат? Но все новостные страницы пестрели невероятной сенсацией — Ангел вернулся! Спустя несколько столетий вернулся Ангел! — Ангел в Новгороде! — влетел я в кабинет Никиты без стука. — И? — с недоумением посмотрел он на меня. — Я думал, это легенды, слухи, выдумки людей. Посмотри видео, он пролетел над Новгородом! — Елисей, ты разве не слышал, что я Вовку отправил туда разбираться с той ситуацией с госпиталями и лекарями? — Как — Вовку? — озадачился я. — Он немного задержался. Только потому, что собирал наших врачей. Сейчас там Ангела изображает, наказывает и лечит. Лечит не сам. В столице Руси наши врачи бесплатно всех инвалидов вылечили, теперь полетели в Москву, Рязань, Киев. Вовка остался судить в Москве. Твоих санитаров завтра покажут. Каялись, рыдали, молили о прощении. — Вона… как… — обомлел я. — У нас магией полетов еще Лерка владеет, больше никто так и не освоил. Предметы через амулеты поднимаем, а себя нет, — пояснил Никита. Про Ангела я Данияру сам рассказал. Тот уже ничему не удивлялся. Зато гордился новым изобретением. — Мы изготовим с десяток вариантов. Вначале гребень, — стал пояснять Данияр. — Его нужно воткнуть в волосы. Они распрямляются. Затем заколка… — А вьющиеся волосы тоже распрямятся? — задал я вопрос. — Не знаю, нужно попробовать на ком-то, — почесал Даня затылок. Но и с прямыми волосами этим экспериментаторам требовался подопытный. Как раз меня и выбрали на следующий день. Осилили парни всего пять вариантов причесок, но выглядело это потрясающе. Пять секунд, и волосы сами укладываются словно змеи вокруг заколки. Серега начал подсчитывать, сколько им нужно таких заколок для своих. Получалось, что под сотню. — Предлагаю отдать боярину Хилкову на совместное предприятие с князем, — внес я предложение. — Зачем? — не понял Ярослав. — Это такая ерунда! — Тебе так кажется. Женщины начнут скупать, да и мужчины на такую забаву обратят внимание, волосы отрастят. И если князю не особо важно зарабатывание денег, то роду Хилковых оказаться под княжеским покровительством не помешает. — Тебе-то какой резон? — спросил Ярослав. — Муж из Хилковых. Они там все на чести рода помешаны. — Спросим Никиту, — не стал отказываться Ярослав. Никита от нас отмахнулся, заявил, чтобы сами все через канцелярию провели и оформили. Ярослава с Леркой массовое производство этих безделушек не заинтересовало. Так что к Хилковым нас решили сопровождать Роман с Серегой. Данияр сразу поинтересовался, сможет ли он забрать мамин подарок, а то, мол, такой улучшенный «Ястребок» в гараже пылится. Роман немного подумал и сообщил, что полетим в этом случае на «Касатке», попутно покажет нам, как дипломированным пилотам, систему управления. Аэроплан же загоним внутрь «Касатки». Про восторги Данияра я промолчу, расскажу лучше, как мы над родовым гнездом Хилковых зависли. Оно почти на треть под тень княжеского летательного аппарата попало. Такого события в Уссури не случалось ни разу. Дед вначале перепугался. Не знал, куда бежать, как князя встречать. Когда же узнал, что это мы с Даней прилетели, совсем опешил. Роман нас высадил, но опускать летательную громадину не стал. Так и ожидал нас над особняком, пока мы с Данияром и Серегой вводили боярина в курс дела, попутно сообщив, что владение совместного предприятия уже оформлено. — Как слухи быстро разлетаются, — удивлялся Данияр на следующий день. — Не нужно никаких новостей в сети. Все боярские рода уже в курсе, что мы под покровительством князя. Бояре к деду с самого утра побежали засвидетельствовать почтение. Я только хмыкнул. Так и знал, что Даню это порадует. Для любимого мужа я готов расстараться. Впрочем, как и он за меня. Накинулся на Володю с вопросами о московских санитарах. Те, оказывается, сами публично признались, подельников назвали, долго рыдали. Ангел передал решение судьбы виновных царю. Мол, его косяк, ему и казнить. — Через месяц излечим всех инвалидов в крупных городах Руси. Дальше администрация проследит, чтобы лекари цены не задирали, а ангельские средства распределялись по нуждающимся больным, — рассказывал Владимир. Почему именно он платит за все госпиталя и поддерживает подростков-отказников на Руси, осталось для меня загадкой. Владимир отмахнулся, лишь заявив, что он Ангел. Никита по своему княжеству прошелся более «частой гребенкой». Проверяли буквально все городские и поселковые службы. Дел хватило до конца зимы. Никто не скучал. Много распоряжений приходилось отдавать через канцелярию. Я, как незанятый в учебе (мне никакая другая магия, кроме собственной, не давалась), помогал с оформлением документов и их рассылкой по администрациям. Ближе к Новому году Никита принял касательно меня окончательное решение. — Елисей, силы у тебя не раскачиваются от тренировок, — констатировал он. — А нам нужна защитная стена на границе. Я гуманный человек. Тупо сжечь миллион маньчжуров не могу. Эти идиоты не понимают, что я позволяю им жить. Мы с Данияром слушали речь князя внимательно и пока не понимали, к чему он ведёт. — Поскольку вы пара, то одаривать магией Великих одного я не стану. Пройдете процедуру вместе, вместе будете жить вечно. — Ого! — не удержался я от возгласа. — Можем себе позволить. Это только кажется, что мы бессмертные, — вздохнул Никита. — Реально нас, Великих, сейчас двадцать восемь человек. Один раз в несколько столетий можно пополнить наши ряды. Елисей, надеюсь на тебя. Пообещал, что не подведу. Ну… по мере сил. Никто не мог предположить, получится изменить имеющуюся у меня магию или нет. Процедура обретения новых сил оказалось простой. Постоял внутри светящегося периметра несколько минут и получил что-то. Что именно, смог опробовать только через несколько дней. Сразу увеличение сил не было заметно. А вот дальше они стали расти в геометрической прогрессии. — Вылетаем на границу, — скомандовал Роман. — Ты будешь сильно уставать, вначале ставить получится короткие фрагменты. Главное, чтобы они были высокие. Месяца через два раскачка сил завершится. Серега пообещал заниматься с Данияром, которому тоже все было в диковинку. Мол, как без амулетов можно все делать? Работенка мне перепала серьезная. Раскачка сил действительно месяца через два меня самого ошеломила. Но и потрудиться пришлось немало. Вначале я ставил не больше пары десятков метров в день. Потом всё больше и больше. Представьте, что начали мы с района Кореи и дошли до границ с Монголией. Ее по южной границе пришлось закрывать вторично, иначе маньчжуры пройдут через их территорию. Дальше я дошел до района современной мне Киргизии и уже оттуда на юго-восток с таким расчетом, чтобы полуостров Индокитай остался «нашим». Так-то стена из щитов здесь имелась и служила ориентиром, но и проплешины в ней встречались. Завершил я это важное дело только к середине лета. И попросился в отпуск. У нас там на Тайване чудный домик и приветливые слуги. Не то чтобы мы все эти месяцы жили на «Касатке». В резиденцию периодически возвращались. Брали запасы продовольствия, но все равно это утомительно — находиться все время на летательном аппарате, даже таком роскошном. Никита против нашего отпуска возражать не стал. Роман с Серегой стали довеском и нашими «надзирателями». Вообще-то я их компании был только рад. Как-то быстро мы подружились со многими из Великих. Пусть всех еще не видели, в гости на Цейлон и в Италию слетаем позже. Серега обещал со своей мамой познакомить. Она в Афинах заведовала музеем и заповедником. В Европе магов очень мало. Не только потому, что Европа сильно отстает в развитии от Руси, но и по той причине, что учить магов некому. А если они добираются до Новгорода, тут уже из боярских родов следят и друг у друга перед носом перехватывают магов. Надеюсь, что Морозовы, увидев меня в новостях (и не один раз), поняли, что мага из княжеской свиты ловить и искать не стоит. Данияр был счастлив за свой род и его внезапное возвышение. При том, что мы стали Великими, наследник роду как бы и не нужен. Даня когда-нибудь примет титул (надеюсь, к тому времени мы будем у Никиты в полном доверии). Хотя есть вариант поставить управлять кого-то из племянников или двоюродных братьев Данияра. В любом случае об этом говорить преждевременно. Тайваньское поместье встретило нас отличной погодой и идеальной чистотой. Данияр пожалел слуг и заранее, за три дня, отправил сообщение о прибытии. — Вот это да! — оценил Роман поместье, выстроенных в ряд слуг, ровные ряды клумб, подстриженную траву и идеальной формы кустарники. — Мы все больше роботов-уборщиков используем. А тут даже длина юбок у прислуги как по линеечке. — Это вы еще свою спальню не видели, — хмыкнул Даня. Стерильная чистота поместья друзей слегка шокировала, а меня порадовала. Хоть здесь отдохну с комфортом, не натыкаясь взглядом на пыльные углы. Но уже на следующий день Серега освоился и сообщил, что хочет подводный домик, а еще трамплин для ныряния, беседку из моего ледяного кружева и модернизированный водный мотоцикл. Отдыхалось нам на острове превосходно. Как иначе? Тем более с любимым мужем. — Ты моя драгоценность, — подражал Данияр героям старых фильмов из другой реальности. — Нет, ты моя самая любимая льдинка! — Твоя, твой, — соглашался я, млея от осознания того, что мы навсегда вместе. КОНЕЦ