Never let me go

- Знаешь, Чонджин ведь всегда хотел, чтобы на него обратили внимание. С самого детства мы с ним в не очень хороших отношениях. Он вечно доставал меня, подкалывал, а потом бежал к маме со слезами, - Чонун засмеялся. Сегодня он уже побывал в парикмахерской, успев перекраситься в блондина. И я был прав – ему однозначно шёл такой цвет волос, - Мы дрались друг с другом. Чонджин, помню, ходил за мной по пятам, куда бы я не пошёл. Вот так-то, - парень задумался. Мы пришли на станцию. Перед нашими глазами уже проехало больше пяти поездов. Когда мы говорили, серый пар выходил изо рта от мороза и растворялся в воздухе. Снег прекратил падать, но до сих пор лежали целые сугробы под метр. Снег окутал землю белой скатертью. Зима не собиралась прощаться потому, что ещё рано, потому что совсем скоро февраль. А температура только понизилась. - Помнишь, ты говорил, что хочешь уехать отсюда на поезде? Просто купить билет, собрать вещи, сесть в поезд и попрощаться с прошлым, - неожиданно напомнил Чонун о моих мечтах. - Ну? - Так вот, ради тебя я бы бросил всё здесь и поехал с тобой. Даже если эта дорога в никуда, главное, что мы вместе, - улыбнулся блондин и на моё удивлённое лицо потрепал меня по волосам. - Теперь я не просто хочу уехать из Тэгу. Я очень этого хочу, - с грустью вздохнул я. - Мечты всегда сбываются, надо лишь верить, запомни. С приходом нового поезда с серого неба посыпался мелкими хлопьями снег. Светло-жёлтое ледяное солнце совсем не согревало. Оно являлось лишь светом для землян, лишь фонариком, освещающим им путь домой. - Ты никогда не замечал, что зимой время будто бы затормаживается? – нарушил тишину блондин, устремив свой взгляд в серое, словно пепельное небо без облаков, - Или даже и вовсе останавливается. - Ты же говорил, что времени не существует, - хмыкнул я, убрав снежинку с носа. Чонун ничего не ответил, лишь пожал плечами. - У тебя был человек, с которым ты был свободным? - У меня есть такой человек на данный момент, - улыбнулся я, встав со скамьи, и пошёл медленным шагом подальше от железнодорожных путей. - Правда? И как его зовут? – Чонун догнал меня и дёрнул за рукав куртки. - Иногда мне кажется, что в тебе сидит стопроцентный ребёнок, - беззлобно хмыкнул я. - Брось, скажи. Может, я знаю этого человека? – не унимался блондин с озорной улыбкой на губах. - Конечно, знаешь, Чонун. И как бы мне не хотелось в этом признаваться, но это ты, - рассерженно сказал я и выдрал свой локоть из цепких рук парня. ~ Даже в тишине нам вместе было комфортно. Без слов было легче. Всю зиму я ощущал себя влюблённым дурачком. Словно, сзади выросли крылья, и я мог летать. Чувство невесомости… Такое редко случается. Когда мы вернулись домой, Йесон сразу направился ставить чайник, а я зашёл в комнату для отдыха, снимая шерстяной свитер. - Какой будет твоя следующая картина? – спросил я, когда руки Йесона легли на мою талию и притянули к себе. Парень зарылся носом в мои волосы и, кажется, вдохнул их апельсиновый аромат от шампуня. Я развернулся в объятиях блондина, сталкиваясь нос к носу к нему и перебирая пальцами его выкрашенные прядки волос. - Я хочу нарисовать твой портрет, - после минутного молчания ответил Йесон, впиваясь в мои губы своими. Его присутствие, ровное дыхание, чёрные глаза, шелковистые волосы пшеничного оттенка, голос с хрипотцой и мягкие губы – всё сводило меня с ума от этой близости. ~ После того, как мы выпили чай, Чонун взял меня за руку и повёл в гостиную, усадил на диван и сказал ждать его. Блондин принёс листы А4, карандаши со стёркой, точилкой и мольбертом. - Сиди так и не двигайся. Смотри на меня, хорошо? – строго приказал Чонун. Как учитель, ей-богу. Я кивнул, выпрямился и удобнее устроился на мягком диване. Йесон же стал что-то чёркать карандашом на чистом листе, частенько на меня поглядывая и улыбаясь. С каждым разом наша с Йесоном история, если её можно так назвать, была похожа на «Титаник». И от этого стеснение и робость накрывали с головой. От близости Чонуна у меня крышу сносило, сердце билось, как неугомонное, а в лёгких не хватало воздуха. Хён сказал однажды, что у меня кровь к щекам подступает, и они таким образом окрашиваются в нежно-розовый. От одной этой мысли меня передёрнуло. Я не мог сказать этому парню, как его люблю. Просто я искал подходящего момента, чтобы донести свои чувства и смысл этих слов до него. Сложившаяся ситуация не казалась больше аморальной. Я принял эти чувства полностью, смирился с ними, плыл по течению реки и не желал ничего менять. Мне нравилось находиться рядом с Чонуном, целовать его, обнимать, отвечать на его поцелуи и позволять ему немного больше. Но совсем немного… Йесон старался не заходить дальше, а мне и ненужно было. Я содрогался от одной лишь мысли, что без Чонуна я никто, звать меня никак и жизнь моя бессмысленная. Чонун изменил меня полностью. Теперь я познал светлые, добрые чувства, поступки, слова. Ходил на работу в приподнятом настроении. Сотрудники лишь спрашивали, что со мной случилось, и радовались за меня. А я таинственно улыбался, пожимая плечами. Они предполагали, что у меня появилась девушка, что я влюблён в кого-то бесповоротно. Но я-то знал, какая «девушка» поселилась в моём сердце, покорила его и… В общем-то, я не романтик, никогда и не был им. А вот Чонун – другое дело. Эти ужины, поцелуи перед сном и недосекс. Ха. Меня всё это устраивало выше крыши, но я понимал прекрасно – рано или поздно наступит чёрная полоса. Ведь после белой она всегда следует и закрашивает её в чёрный оттенок, размазывая всё вокруг и всех вокруг. - Готово. Осталось только подкорректировать и раскрасить, - улыбнулся Йесон и прервал все мои мысли. Он сказал ещё, что пока не покажет портрет. - И ещё подписать не забудь. С любовью, Кюхёну, от твоего Йесончика, - прыснул в кулак, а затем и вовсе засмеялся в голос. - Неплохо бы было, - тёплая улыбка любимого человека согревает в трудные минуты жизни. Даже его присутствие действует положительно и обволакивает, словно мёд. Йесон сел со мной рядом и просунул свою руку мне за шею. Я положил макушку ему на плечо. - Давай сфоткаемся? – предложил я, и улыбка заиграла на моих губах. Быстренько притащив фотоаппарат, я снова сел на прежнее место рядом с Йесоном, направив камеру на нас, и щёлкнул пару раз. - Я распечатаю их и повешу на стенку, - разглядывая снимки, выдал я. - Ага, а одну положишь себе под подушку, - съязвил блондин, прищурив глаза. - Сейчас эта самая подушка прилетит тебе в глаз, - с вызовом сказал я, отложив фотоаппарат на столик. Как раз в гостиную забежал Юки, и тут началась борьба подушками. ~ Мы лежали без сил на диване, точнее, Йесон лежал, а я разместился на его груди. - Что ты чувствуешь сейчас? – тихо спросил парень, легонько прикасаясь своими губами к моим. - Мм, тепло? Нежность? Комфорт? – начал перебирать все возможные варианты. Юки давно скрылся за дверью, убежав прочь. - Это называется любовь, - прошептал Чонун, прижав меня к себе, - Ведь ты любишь меня, Кюхён-а? - Да, я люблю тебя, - запнувшись на долю секунды, ответил я, кивнув головой, как китайский болванчик. - И я тебя люблю, малыш, - его голос достигал глубин моей души. Даже говоря шёпотом, Йесон заставлял меня сдаваться и обмякать в его руках. - Только не называй меня так больше. Бесит, - хмыкнул я и отвернулся, уткнувшись носом куда-то в ключицу блондина. - Как хочу, так и называю, - передразнил меня он таким же смешным голосом. - Пошли на улицу? - С ума сошёл? Уже вечер, и там темно. - Я хочу дождаться ночи и посмотреть на звёзды. - Тогда давай дождёмся её, Кю-а, давай дождёмся… ~ Забравшись по лестнице на крышу дома, мы сели наверху и стали рассматривать небо. Оно было чёрно-синим, таким же загадочным и полным тайн, как Йесон. - Сегодня много звёзд на удивление, - сказал парень. - А какая нравится тебе? – решил спросить я, посмотрев на Чонуна. - Она сидит рядом со мной и задаёт глупые вопросы, - засмеялся блондин, прижимая меня к себе. Хоть и зима, хоть и ночь, хоть и холодно, всё равно рядом с Чонуном тепло и уютно. Видимо, тепло его тела согревало меня. Небо, усыпанное россыпью серебряных звёздочек, которые сверкали в ночи, притягивая к себе взгляды людей, висело над нами. Было такое ощущение, что оно хотело упасть на наши головы и раскидать по земле свои крошечные звёзды, которые на самом деле не такие уж и крошечные. - Когда я гулял у себя во дворе возле подъезда, мне было так одиноко… Я так же смотрел на звёзды, только качался на качели. И мне было одиноко. - Я всегда смотрю на звёзды, когда мне одиноко, - признался Йесон. - А сейчас? - Сейчас… Сейчас я сижу здесь с тобой потому, что ты меня попросил посмотреть на звёздное небо, - ухмыльнулся он, поправляя шарф на моей шее. - Чонун, эту сказку мы создали сами, так ведь? – с нотками грусти спросил я очевидное. - Так, но давай не позволим ей закончиться? Ты ведь не хочешь этого? – парень серьёзно на меня посмотрел. Его глаза, как две луны. Только на самом деле двух лун не бывает, как и двух месяцев, а передо мной они были. Клянусь. Или это две звезды в ночном небе? Нет, это луны! А может, две планеты? Да какая разница… Я повертел головой в стороны и припал губами к щеке Йесона. В лесу кто-то выл. Толи волки, толи собаки. Темнота ночи сгущалась, все должны уже лежать в своих кроватях и спать. Кто мучиться от кошмаров, а кто видеть прекрасные сны. Верхушки деревьев колыхались из стороны в сторону из-за ледяного ветра. Мурашки бегали по телу из-за мороза, успевшего забраться через одежду и охладить своим дыханием нежную кожу. Жёлтая луна, как кусочек сыра, светила в чёрном небе вместе со звёздами. Но мне было не страшно потому, что рядом сидел Йесон, согревая своими объятиями. Странная штука – судьба. Хочешь верь в неё, а хочешь – нет, но она всё равно тебя настигнет. От судьбы не убежишь. Я встретил Чонуна. Обычный человек на остановке, где обычно ходят поезда. Сцена из какого-нибудь романа, обычный случай. В жизни всякое бывает, я и сам в этом убедился на собственной шкуре. Нужно принимать подарки судьбы, какие бы они ни были. Как должно быть, так оно и будет. Казалось, если убрать Чонуна из моей жизни, то ничего не останется. Пустота, которая давит, и от которой задыхаются, а после умирают мучительной смертью. Смысл жизни зародился во мне. Я понял, для кого мне надо жить. Всё правильно – для Йесона. И как бы потом не было худо, какой бы конец не был, я счастлив, что встретил этого человека, счастлив, что полюбил его всем сердцем, что даже жизни без него не представляю. - Я обещал познакомить тебя с Чанмином, - и опять поток мыслей оборвал Йесон, - Думаю, вам обязательно нужно познакомиться. И я уверен, он тебе понравится. - Зачем мне твои Чанмины? – нахмурился я, отбросив руку Йесона со своего плеча, - Мне и Чонунов достаточно. Парень усмехнулся и повёл меня обратно в дом, так как сидеть на крыше до утра, мёрзнуть здесь, глядя на проклятые звёзды, казалось не очень хорошей идеей. Надышавшись чистым горным воздухом, свойственным для этого посёлка, я лёг в кровать, провалившись в царство Морфея, лишь закрыв глаза.