Брошенная...

Кана проснулась довольно поздно, Соны не было, должно быть она уже встала. С гнездом на голове, девушка пошла к шкафу и быстро переоделась в домашние шорты, и длинную футболку. Идя на кухню, она услышала непонятную ругань, определённо слыша голос Феликса и женский голос. — «Это точно не Сона», — подумала она про себя. Зайдя, Кана увидела такую картину: — Если я не нравлюсь вам, это ваши проблемы, я не отступлюсь от своего! — кричала на всё общежитие девушка, в которой можно было узнать Бону… — Ну и вали отсюда, и воплощай свои планы, не попадаясь нам на глаза, — кричал Феликс. Когда девушка хотела отступить назад, доска на полу предательски скрипнула, что приковало всеобщее внимание. Чан, что сидел, закрывая руками уши, бросил на неё обеспокоиный взгляд. Чанбин подошёл к сестре, взял за руку и попытался увести Кану оттуда, но она резко одёрнула руку и выбежала на улицу. — Стой, там же ливень! — крикнул вслед Минхо, но оно и понятно, что девушка не услышала. Когда она оказалась снаружи, то почувствовала, что одежда промокла за секунды, но ей настолько ударили в голову воспоминания и было так больно, что она просто наплевала на это и бежала куда глаза глядят. Хан, Феликс и её брат, уже были на улице и, разделившись, пытались найти девушку.

***

Прошёл уже час, а Кана всё не была найдена. Она просто шла по улицам, дворам, даже не понимая, где она сейчас находилась, слёзы сливались с большими каплями дождя, красные глаза и до ниточки промокшая одежда.

***

— Ты нашёл её? — спрашивал Хан, разговаривая по телефону с Чанбином. — Нет, а ты? — с надеждой в голосе спросил Со у друга. — Нет! Айщ, где же она может быть? Мы обыскали весь район! — говорил Хан.

***

На неё оглядывались люди, но никто не подходил помочь, ей не хватало смирительной рубашки, девушка то и дело, то смеялась, то плакала. Несколько раз падала, отчего на коленях и руках виднелись проступающие синяки и кровавые ранки. Она чувствовала себя брошенной на произвол судьбы. Прошло ещё тридцать минут. За Каной с недавнего времени стали идти незнакомые парни, сначала не придавая значения, она просто шла дальше, но так долго идти за ней, в непонятном даже для самой девушки направлении — это уже напрягало. Кана начала ускорять шаг, они тоже, когда она начала бежать, они тоже побежали. — Это она! Быстро за ней! — громко крикнул один из них, и тогда они стали намного быстрее. Из-за большой слабости девушка не могла бежать и, просто потеряв последние силы, упала на мокрый асфальт. Она сразу чувствовала боль от ударов в живот и спину, а потом потеряла сознание…

***

— Увозим её? — Нет, вон там кинем и пока кто-нибудь не найдёт. — Хорошо, понесли.

***

— Хён, я всё обыскал, — сказал Хан Чанбину. — Я тоже, а куда делся Феликс? — Не знаю, надо с ним созвониться, — сказал младший, попутно набирая номер друга. *телефонный разговор* — Ликс, ты где, мы все обыскали и ничего? — Быстро идите к кофейне, в которой мы обычно сидим, — сказал Феликс. Чанбин и Хан быстро добежали до сказанного места, в тёмном проулке рядом с кофейней стоял Феликс. Они подошли к нему и увидели девушку, лежащую на асфальте без сознания. Она была одета в ту одежду, в которой Кана выбегала из дома, у неё было много синяков, ссадин и кровь на лбу и из носа. Когда они поняли, что это она, подбежав, парни незамедлительно вызвали скорую и позвонили остальным.

***

Проснулась девушка в белом помещении, разгледев всё еле открытыми глазами, она поняла, что находилась в палате. Когда Кана хотела подняться, ей стало больно и пришлось опуститься назад. Повернув голову, девушка увидела спящего Джисона, рядом с больничной койкой. Она тихонько толкнула его в плечо, чтобы он проснулся. От нескольких толчков он открыл глаза и, увидев её в сознании, обнял так сильно, что девушке не хватало воздуха. — Ещё раз ты убежишь куда-нибудь, я тебя сам прибью! — крикнул он ей в ухо. Она чувствовала как трясло парня и, отстранившись от него, увидела несколько слезинок у него на лице. Ей стало очень стыдно, снова… Страдая сама, она доставляла проблемы близким друзьям. — Прости, Хан, мне стало плохо, — промямлила Кана. — Но что всё-таки произошло, почему я в больнице? — Ты что ничего не помнишь? — с удивлением спросил парень. — Нет, — ответила девушка. — Ну, ты убежала, мы пошли тебя искать, долго не могли найти, но Феликс сообщил нам куда бежать и там мы нашли тебя, всю избитую, — рассказал ей Джисон. Картина того дня понемногу восстанавливалась. — Ах, да, я припоминаю, они шли за мной довольно долго и потом начали бежать за мной, я упала и… дальше не помню, — проговорила девушка. — Ты не помнишь как они выглядели? — в надежде на то, что она помнила хоть что-то, спросил парень. — Нет, я не видела их лица, — отвечала она. — Кана! Ты жива! — в палату залетел Феликс с Минхо. — Ну, конечно, жива, вы что? — посмеялась девушка. — Я тебя пристёгитать наручниками к своей руке буду, чтобы ты больше не убегала! — продолжал Ликс. — Ахаха, не надо, — ответила та. — А меня, кстати когда выпишут? Завтра в двенадцать дня уже дома будешь, — ответил Минхо. *на следующий день* Девушка проснулась в девять утра, а к двенадцати приехал Минхо, помог ей встать и аккуратно пойти к машине. Они приехали в общежитие, где её встретили Чонин и Сона. Они предупредили, что в общагу припёрлась Бона, и они с Ликсом опять выясняют отношения. Кане было больно, девушка обещала Джисону держаться. Но, зайдя туда, она не смогла сдержать чувства в себе…