Джедайки

− Ты помнишь, что я говорил тебе о Темной стороне? Голос Оби-Вана был очень строгим. Эния повернулась и невесело ответила: − Помню. − Тогда тебе нужно больше следить за собой. Твои эмоции близки к недопустимым, я чувствую в Силе твое замешательство и обиду. И я догадываюсь, с чем это связано. Эния сердито посмотрела на Оби-Вана. − И с чем? − Тебе не нравится задание, ведь так, ты думаешь, что оно несерьезное и незначительное? Эния молчала. − Эния, падавану не следует отмалчиваться. Будет гораздо лучше, если ты выскажешься. − Да, учитель. — Эния собралась с духом и начала: — Я не понимаю, какой смысл в охране какого-то музыкального конкурса. − Конечно, ты бы предпочла охранять гонки, — усмехнулся Оби-Ван. Эния тоже улыбнулась. Предыдущее задание действительно было связано с охраной гонок… и ей довелось в них поучаствовать, конечно, без разрешения наставника. − Тем не менее, это не какой-то, а всепланетный, очень важный конкурс. Его победители будут приняты в королевский оркестр. Ты ведь понимаешь, что это значит? Эния не то чтобы интересовалась политикой, но все же кое-что понимала. В конкурсе участвуют дети из знатных семей. Они будут играть в королевском оркестре, а их старшие родичи окажутся вхожи во дворец. А это влияние. И какая-то власть — хотя Эния смутно представляла какая. И деньги, наверное. Так что ради такого приза кто-то может начать нечестную игру. Три года назад совершили же покушение на одного из певцов. − К тому же Алдераан не так давно был в нелегком положении. Он только-только выбрался из кризиса. Этот конкурс — символ возвращения счастливого спокойного времени, Эния. Нельзя допустить, чтобы он был омрачен какими-то происшествиями. Стабильность Республики зависит от стабильности на каждой отдельной планете. − Как и сила Ордена зависит от каждого отдельного джедая, — задумчиво сказала Эния. − Да, верно. И знаешь что? — Оби-Ван вдруг хитро улыбнулся. — В дворцовой библиотеке наверняка найдутся очень интересные вещи об одном джедае, про которого ты хотела больше узнать, а тебе не разрешили… Если мы с тобой хорошо выполним задание, то… − Но ведь мне вроде как нельзя… — начала Эния, тоже с хитрецой. − Я твой мастер, и я вижу, что тебе нельзя, а что нужно. История Улика Кель-Дромы будет тебе полезной, Эния, пусть другие и считают иначе. У девочки — уже почти девушки четырнадцати лет — засияли глаза. Она много слышала об Улике Кель-Дроме, могучем джедае, который в поисках силы и способа победить пал на Темную сторону, но все-таки сумел одолеть ее в себе. Она знала только это — магистры решили, что крох информации достаточно, но хотелось большего. − Когда вылетаем? — спросила Эния. Алдераан казался ей уже не унылым, а заманчивым. − Завтра, − отозвался Оби-Ван, за пять лет возмужавший, утративший юношескую нерешительность и успевший обзавестись растительностью на лице. — Уже поздно, Эния. Тебе нужно выспаться. Это означало, что мастер отсылает падавана, и Эния Скайуокер приняла приказ спокойно. Пожелав ему спокойной ночи, девушка незамедлительно удалилась в свою комнату Храма Джедаев, пока Оби-Ван продолжал сидеть и размышлять. Несколько лет Эния провела в стенах этого места, а теперь Совет позволил ему брать ее на задание, и поэтому его одолевали слабые сомнения. Страхам Кеноби не желал поддаваться и гнал прочь. Наверное, он тревожился из-за предстоящего задания больше чем падаван, но кто знает, чем обернется для них миссия на Альдераане? Может ли случиться так, что для одного из них этот полет станет последним? Оби-Ван вздохнул и постарался отбросить прочь дурные мысли тоже. Упадничество джедаям ни к лицу. Эния между тем пошла в свою комнату. После всех треволнений ей выделили отдельное жилье — скромное маленькое помещение немногим больше ее прежней каморки на Татуине, тем более что девочка вовсю крала сама у себя жизненное пространство, как говорил кто-то из магистров. В одном углу громоздились книги, в другом — разные детали, выброшенные и ненужные, которые Эния рассчитывала к чему-нибудь приспособить. После уговоров со стороны Оби-Вана и трогательных просьб от самой Энии девочке разрешили во время отдыха возиться с железом — только не слишком долго. И все бы ничего, но угнетала невозможность запереться. Кто угодно мог войти в комнату, и бывало, что Эния возвращалась к себе, чтобы встретить там маленького сурового Йоду, который сурово ее отчитывал, покачивая трехпалой лапкой перед ушастой мордашкой. Эния слушала и кивала: она ведь обещала Оби-Вану, что будет сдержанной, благоразумной, словом, хорошей. Сегодня никого из магистров не было, зато в углу послышалась какая-то возня. Эния даже испугалась немного, вернее насторожилась — джедаям ведь не следовало поддаваться страху. Из-за деталей выкатился, сверкая и попискивая, ее старый знакомый. − R2D2! — радостно сказала она. — Как ты, откуда? Малыш весело поприветствовал ее. − Ну-ка, рассказывай, — Эния села на кровать, дроид подъехал к ней и закурлыкал. — Так значит, ты поедешь с нами? Вот это сюрприз так сюрприз. Если что, поможешь мне закачать полезную информацию, а Оби-Вану этого не скажешь! Малыш недовольно заворчал, мол, не по правилам, так нельзя. − А я тебе за это хакерские умения разгоню. И еще горелку прикручу, чтобы ты мог выливать на врагов масло и поджигать их. Хочешь? Будешь как настоящий воин! Она уже давно придумала, куда приспособить горелку, только не знала, как это лучше устроить. Магистрам, конечно, не заикалась, они бы у нее отобрали запчасти, потому что такая коварная идея им бы точно не понравилась. Сказали бы, что это не по-джедайски. А дроиду было все равно, что по-джедайски, а что нет. Он восторженно курлыкал. Прожив в Храме джедаев четыре с небольшим года, Эния постепенно утратила недоверие к наставникам, а юнлинги утратили недоверие к ней, даже, несмотря на тот инцидент с Силой. Хотя произошло это непросто, не сразу и после нескольких мелких столкновений, совершенных впрочем, так быстро и незаметно для наставников, что почти не запомнились, Эния все равно не держала зла на других юнлингов. Тем более, что ей предстояло отправиться на первое задание. Теперь джедаи доверяли ей. Дорога показалась одновременно долгой и короткой. На корабле оказалось так много всего интересного, и Эния, как в детстве, изучала механизмы и системы, задавала вопросы пилоту и копалась в астродроиде, который ждал, что она выполнит обещание. Но все-таки нетерпение и ожидание мучили Энию: ей очень хотелось увидеть Алдераан, и поскорее. В конце концов, она мечтала побывать на множестве планет и лун, а пока только и видела, что пески Татуина и стены корусантского храма, да еще зеленый простор Набу. Они вышли в космопорту, который показался ей похожим на корусантский, только тише, и толпа там была поменьше, пожиже, поспокойнее. Не такая суетливая, как на Корусанте, не такая враждебная, как на Татуине. А еще космопорт оказался нарядно украшен всем, чем можно. У стен стояли горшки с пышными деревцами и другими. Они все были очень красивыми, с разноцветными листьями, но без цветов и без запаха. Сами стены украшал сложный орнамент, а может, это были такие картины? Откуда-то с высоты звучала тихая музыка. Эния разглядела динамики под потолком. − Не отставай, Эния, − раздался откуда-то сбоку мягкий голос наставника. − Извините! — звонко отозвалась она, прибавляя шагу, и обогнала его. — Нас будут встречать? Оби-Ван Кеноби нахмурился, словно что-то вспоминая. − Да, конечно, − сказал он, наконец. Встречавший их был твилеком — его синяя кожа вдруг напомнила Энии о Татуине, о матери и о полузабытой жизни, словно бывшей когда-то давно и происходившей не с ней. Интересно, коснется ли следующее задание Татуина? Может быть, ей удастся сбежать с Алдераана, когда они справятся со всем, и проведать маму? Да, Эния Скайуокер не сомневалась, что им удастся сохранить конкурс, а как же может быть иначе? Оби-Ван еще ни разу не проигрывал, да и она сама не промах, хотя Йода не переставал твердить, что не следует так сильно гордиться. − Здравствуйте, − произнес тем временем твилек. — Меня зовут Шер Таа. Я вас сопровождаю. Лицо Оби-Вана просветлело. − Здравствуйте. Да, мы идем. Дроид R2D2 быстро поехал следом за ними. Эния последовала за своим учителем. Они заняли места в изящном спидере приятного цвета — голубого, отдающего в лиловый. Таким бывал на закате западный край татуинского неба. Еще Эния мельком заметила на бортах что-то вроде надписи на ауребеше. Приглядевшись, она успела понять, что это всего лишь узор. Шер Таа занял место пилота, но за штурвал не взялся. Эния поняла, что маршрут настроен заранее. Она украдкой скривилась — она, как и многие одаренные летуны, слегка презирала любителей автопилота. − Сейчас мы отправимся в гостиницу, где вы встретитесь с представителем королевского дома, — сказал твилек. — После этого спидер поступит в ваше временное распоряжение до конца конкурса. Вы умеете управлять или вам понадобится пилот? У Энии заколотилось сердце. Неужели эта скучная планета искусств и наук преподнесет ей сюрприз и во время задания она сможет полетать? Но Оби-Ван развеял ее радость. − Я умею управлять спидером, и пилот нам не потребуется, — сухо сказал он. — Господин Таа, если бы вы подробнее рассказали нам о том, что от нас требуется, это было бы очень полезно для нашей миссии. Мы знаем только то, что для конкурса необходима охрана, однако кого предположительно нужно опасаться, каковы основания для тревоги? − Охрана конкурса — это традиция, идущая с давних времен, — сказал твилек. — Мы часто приглашаем для охраны представителей других планет, это поддерживает наши связи с ними. − Джедаев вы пригласили в первый раз, — заметила Эния. − Все бывает в первый раз, — изрек твилек, а Оби-Ван строго посмотрел на Энию. — Но вы правы, есть особые обстоятельства. Однако сообщать о них в обход представителей королевского дома я не могу. Эния кивнула. Наверное, поэтому ей показалось, что Таа в чем-то кривит душой. Он просто волновался и скрывал то, что ему было известно, по долгу службы. Она еще не научилась отличать разные чувства других и видеть их сквозь силу. Оби-Ван говорил, что не все могут это освоить. Эния смотрела сквозь стекло спидера вниз, на зеленую планету. Здесь, кажется, каждый лишний клочок был занят цветами или деревьями. Высились дома, такие красивые и причудливые, что даже немного нелепые. А еще — Эния могла ошибаться, но все же ей казалось именно так — их спидер не ревел, как обычные, а словно бы выводил какую-то мелодичную ноту. Здесь было очень красиво, понимала Эния, глядя вниз. Так не похоже на Татуин, но совсем немножко похоже на Набу. Мельком вспомнился Падма. Интересно, как он поживает? Наверное, его королевский срок истечет совсем скоро. Они ехали, вопреки ожиданиям Энии, не очень долго, и вскоре остановились около высокого светлого здания, где внутри было так же бело, почти до рези в глазах. Но кроме цвета стен она обратила внимание на цветущие кусты в крупных горшках, некоторые из которых походили на деревья. Шер Таа попросил ее и Оби-Вана, ослепленного обилием белого, не отставать, но его послушал только R2D2 и, радостно курлыкая, покатился впереди Энии. Девушка улыбнулась. − Нужно ускорить шаг, а то нас обгоняет дроид, − проговорил Оби-Ван полушутя-полусерьезно. Очень скоро им предстояла встреча с королевской семьей, и сейчас, впервые за долгое время, Эния почувствовала внутри себя слабые колебания волнения. Их проводили в гостиную, где стояло три изящных кресла, а между ними столик. Оби-Ван занял места, а Эния решилась немного пройтись по комнате и осмотреться. Здесь тоже оказалось очень красиво. На стенах висели картины, и не только голографические, но и реальные, в углах комнат стояли какие-то скульптуры. Кое-что выглядело абстрактным и непонятным и ей не понравилось. Больше ее внимание привлекли красочные пейзажи, в основном алдераанские виды. Ее взгляд зацепила одна из картин, изображавшая звездное небо. Словно россыпь блесток лежала на темной ткани, и складывались они так, что манили и опрокидывали куда-то в глубину, в самый центр, где горела еще одна звезда, яркая, тревожная и отчего-то зеленая. Наверное, решила Эния, эту картину писал не человек, а представитель другой расы, может быть твилек или родианец, существо с иным зрением. Отчего-то смотреть стало страшно, и Эния повернулась к Оби-Вану. − К нам уже идут, — сказал он. — Садись поскорее и будь готова внимательно слушать. − Хорошо, учитель. — Эния послушалась и села. В гостиную вошел молодой человек, темноволосый, в богатой одежде из лилового шелка, расшитой по краю причудливым узором на полтона темнее. − Рад приветствовать джедаев на планете Альдераан. Я Этан Органа, представитель королевского дома и должен сообщить вам важную информацию о вашей миссии. − Вам уже говорили об особых обстоятельствах, связанных с нынешним конкурсом? − Нам было сказано, что нам сообщите о них вы, — ответил Оби-Ван. − Тогда начнем. Этан Органа засветил лежащий на столе маленький проектор. Замелькали трепещущие светлые фигурки разных рас. Человек, еще человек, тогрута, опять человек, твилек, твилек, человек… Этан быстро и коротко называл имена и разъяснял подробности. Затем он заметил: − Это все, скажем так, участники второго класса, они могут рассчитывать на поощрительные призы, но вряд ли на большее. Эния почти никого не запомнила, только бросился ей в глаза один пижонистый парень с прической торчком и в огромных очках. Он казался очень эффектным, а инструмента в руках не держал, только странно подергивался всем телом. − А теперь я покажу вам нескольких фаворитов. Основная борьба за симпатии зрителей и судей будет идти между ними. Конечно, среди «фаворитов» нашелся бит. Эния еще с Татуина знала, что эта раса — большие любители и знатоки музыки. Они с приятелями как-то даже умудрились попасть на битский концерт, понятное дело, тишком и без билетов. Как там они все? Как там мама? − Талуса Хандр. Мастер всех духовых инструментов. Правда, несколько угрюм по характеру, поэтому не так нравится публике, как прочие фавориты. Затем появилось другое изображение — зрелого мужчины в длинной накидке. По его лицу от виска до подбородка словно бежали три ряда искорок. − Дунвен Авели, мириаланин. Музыкальный вундеркинд. С раннего детства участвовал в конкурсах и почти всегда побеждал. Каждую победу отмечает традиционным знаком. Много же у него было побед. Теперь Эния поняла, что искорки на голограмме — татуировки, символизирующие свершения. У джедая Луминары Ундули тоже были такие, только на подбородке. − Имеет немало поклонников, но некоторые говорят, что он всем уже надоел и лучше бы он уступил кому-то молодому. К тому же его считают заносчивым и самовлюбленным. На сцене он так и держится, в жизни — не знаю. Появилась еще одна фигурка. Твилечка. − Мия Таа. У нее прекрасная техника, но… Этан замолчал. − Что но? — спросил Оби-Ван. — Эта информация может быть очень важной. — Про нее ходят недобрые слухи, даже встречались очень неприятные репортажи в прессе. Потом на все были написаны опровержения, но… сами понимаете. Если бы не эти слухи о ее якобы неподобающем поведении, она была бы первым кандидатом на победу, но… судьи могут быть предвзяты… Энии хотелось высказаться о такой системе оценок, но она смолчала. − К тому же она не слишком красива для твилечки, а это тоже оказывает влияние. Мия действительно была не то чтобы хороша собой — с неправильными чертами, широкая в бедрах и маленького роста. − И последняя по счету, но не по важности. Главный фаворит. Дебра Ульго. Девушка с этим именем была очень красива, Эния поняла это даже по голограмме. − Из хорошей семьи, прекрасно воспитана, со всеми доброжелательна, занимается благотворительностью. Еще необычайно обаятельна, просто солнечная девушка. Виртуоз струнных инструментов. К сожалению, она хочет снять свою кандидатуру. Дело в том, что… — Этан Органа помедлил. — Ей угрожают. Эния Скайуокер и Оби-Ван Кеноби быстро переглянулись: каждый из них тут же осознал масштаб опасности задания. И все-таки взгляд наставника, испытавшего на себе множество невзгод и неудач, был гораздо спокойнее; Эния же впервые за долгое время испытала острый укол тревоги. Но тут же смогла заставить себя вздохнуть свободно и подумать о грядущей победе над злоумышленниками — и в сердце Энии затеплилась надежда.