My flower

Утро встретило Мунбель сильной болью в теле. Девушка тяжело раскрыла глаза и уставилась в белоснежный потолок, хотя цвет заставил их разболеться. Рядом раздался чей-то приглушенный вздох. Бель аккуратно повернула голову и увидела обеспокоенных Хвиин и Хеджин. — Онни, — Хеджин сразу обняла старшую. Хвиин подошла и тоже пристроилась в объятия. Для Мунбель они были сейчас очень нужны. Она прикрыла глаза и улыбнулся искренне, девочки умели поддержать. — Да ничего особенного, просто плохо стало, — Мунбель бы не хотелось вспоминать вчерашнее. — Это, конечно, не наше дело, но на тебе слишком много цветов разных: и незабудки, и тюльпаны, и розы. Розы?! Неужели вчера у Солар все было настолько серьёзно? Боже нет!!! Как же быть? — Розы? — переспросила Мунбель, не поверив. — Да, розы, ты, наверное, сознание раньше потеряла? — Что произошло? Расскажи нам, — продолжила Хеджин. — А что произошло? Я приехала к родителям, а ночью цветы начали появляться, когда спала, — Бель прикрыла глаза. — Лучше расскажите, чем вчера вечером занималась Енсон, — она прищурилась. — Мы с ней не виделись после того, как она ушла в клуб часов в 11, — рассказала Хвиин, теребя нервно пальцами пуховое одеяло. — М, понятно, — протянула Бери. Это показалось её подругам расстроенным. Кажется, Мун была очень огорчена. — Бель, прости, но нам уже пора уходить. Менеджер дал нам мало свободного времени и передал, что сам скоро наведаться. Мы ещё зайдём, — девушки ещё раз обнялись. — Пока-пока. — Пока, — тихо сказала им Мун в спины. Ей было так больно и обидно, что Солар, её солнце, переспала и изменила ей с кем-то. Эти цветы стали прямым подтверждением этого. Неужели чувства и слова Енсон — фальш?! Если она совершила такое — Да. Многие предавали Мунбель, но такое она видела впервые. И теперь между ними выросла стена, возведенная Бери. Она не сможет смотреть на такого человека. И все, что она чувствует к Солар теперь ненависть. Она не сможет её простить. Никогда. *** Настроения, как и аппетита, у Мунбель не было совершенно. Она пропустила завтрак, хоть и миленькая медсестра уговаривала её, а после приёма лекарств уснула беспокойным сном. Знаете такое чувство, когда чувствуешь во сне, что кто-то на тебя смотрит? Бель такое тоже почувствала, поэтому проснулась, ожидая, как обычно ничего не увидеть и сказать «привет» паранойе, но не в этот раз. На краю её кровати сидела Енсон, собственной персоной. Она сжимала её руку в своих холодных ладонях. Бель это не понравилось. Но у неё не было сил, чтобы предотвратить неприятные касания. — Бель, мне так жаль, прости меня, пожалуйста, — в глазах старшей были слезы. Кажется она пыталась надавить на жалость, но теперь это не прокатит. — Да ты что? — Бель начинала дерзить. Ей было очень неприятно. — Если б я додумалась сразу и позвонила, а не действовала бы бездумно. Честно, я даже не подумала о таких последствиях. Мне так больно, — Солар прикрыла своё лицо чёрными волосами, стерев пальцами слезу на щеке. — Больно? Тебе? Ну только если морально, — Бель вскинула бровь. — А я ночью такое пережила. Незабудки, тюльпаны, розы, — перечисляла она. — Однако быстро тебе понравился тот парень. Или это девушка была? — Бель, — старшая сделала паузу, желая встретиться с ней взглядами. — Ночью на моих руках тоже появились цветы. Ромашка, одинокая такая, с голубыми лепестками, — Солар закатала рукав свитера, показывая цветок. Мунбель провела пальцами по нежным лепесткам. Ромашка — знак того, что с соулмейтом все плохо, он находится чуть ли не на грани жизни и смерти. А цвет лепестков, небесно-голубой, значил, что Мун было бесконечно грустно. — И? — младшая медленно подняла тяжёлые веки, повела при этом ещё и бровью. — Она меня остановила. Между нами почти ничего не было, — Енсон вновь вернулась у своим оправданиям, к которым прибавлялся щенячий взгляд. — Он дошёл только до поцелуев, но больше ничего. Эта ромашка меня отрезвила. Прости мне это все, умоляю тебя. — И жить, как раньше? Ты смеёшься? — Мунбель нервно хихикнула. Эта мадам, сидящая рядом, удивлялся её. — То есть. Ты почти изменила мне, а я, прошедшая из-за этого почти все круги ада, должна глаза закрыть на это? Ни за что, — отчеканила она последнее. Найдя малую каплю силу, Бель вырвала свою руку из чужих и повернулась на другой бок. Она даже видеть не могла Енсон, насколько больно ей было. И сейчас сердце кровью обливалось. Может, и Бель неправильно поступила, не дав ей совсем никакого шанса на прощение, но она хотела хоть как-то отстранить себя хоть на время. Бель совсем не знает, что делать будет, когда вернётся после лечения в группу. Но она максимально не хочет больше связываться с Енсон.

***

В больнице Мун пролежала где-то две недели и уже совсем скоро вернулась к продвижению. Девчонки без неё во всю репетировали новую хореографию. Конечно, за Бель никто не волновался, она выучит танец, ей надо просто разобраться в себе. И Солар поможет, если этим захотят заниматься Хеджин и Хвиин. Оставив бывших друг на друга в зале для тренировок, младшие ушли в пиццерию. Мунбель стояла перед зеркалом и работала над балансом в танце, чтобы движения не казались смазанными. Енсон же сидела в другом углу и что-то печатала в телефоне. Резко старшая поднялась, прошла через весь зал и плюхнулась ровно напротив Бель, глядя ей в глаза. — Чего тебе? — спросила младшая, остановив музыку. Ей совсем не нравился взгляд старшей. — Смотрю на то, что потеряла, — Енсон подперла щеку рукой. — Мне неприятно. Перестань, — младшая фыркнула. — Мунбель, я ведь вижу, что тебе плохо, как и мне. Давай не будем парой, просто станем друзьями? Я не буду переходить границы, и я не хочу терять тебя, прошу, — глаза Солар вновь стали щенячьими, а Бель и отказать, если честно, не может. Ей больно, очень больно, но, кажется, это дружба может помочь. Ведь в итоге они все равно будут вместе. Главное, сделать шаг. — Ладно. Но мы только друзья. — Да, — Енсон вмиг подскочила. Она немного постояла, будто думала, а потом крепко обняла младшую и поцеловала в щеку. Уже этот шаг значил многое. И Бель не знала, что ровно через месяц они поцелуются в губы во время ужина при свечах. Не знала, что на её руках скоро появится щекочущая кожу сакура. И не знала, что через два месяца они опять начнут встречаться. И все вернётся на круги своя.