Скиталец.

      

Коноха. Центральная площадь.

      Наруто с Асами прогуливались по магазинам, через два дня начинается экзамен на звание чунина, и Узумаки решил закупить дополнительные наборы метательного оружия, а сестру отправила Эми, за продуктами. Побродив почти два часа по всем возможным торговым точкам дети закупили необходимое и беседуя направлялись домой, когда из — за угла на бешенной скорости вылетел внук Третьего, при этом чуть не сбив Асами, а вслед за ним из-за угла выскочила незнакомая блондинка с огромным веером, с явным намерением заколотить юного Сарутоби в землю по самую макушку. Наруто схватив Конохомару за воротник, резко дернул в сторону, спасая многострадальную голову мальчугана от знакомства с оружием блондинки, а Асами спрятала новую головную боль Конохи за спину, ибо вид разозленной куноичи с протектором скрытого Песка не предвещал ничего хорошего для внука Хирузена.       — День добрый, — обратился к блондинке Наруто. — Что шиноби песка делает в нашей деревне? И зачем вы пытались убить внука нашего кагэ.       — Это мелкий извращенец, он… — сверкая глазами, попыталась ответить куноичи, но из-за злости, плескающейся через край ничего внятного не получилось, лишь после минуты молчания она продолжила. — Добрый. Мы с командой прибыли на экзамен, а этот ваш…       — Конохомару, ты снова под хенге проник в женские бани? — со злорадной улыбкой спросила Асами.       — Сестренка Асами честно ничего такого не было, просто она не понимает шуток, — уверял разозленную Хьюгу Сарутоби.       — Знаешь, Конохомару, твоя шутка могла тебе стоить жизни, — заметил Узумаки. — Советую тебе извиниться перед гостьей нашей деревни.       — Я Асами Хьюга, — представилась сестра Наруто. — Это Наруто, мой брат, а вот этот мелкий извращенец Сарутоби Конохомару. А вас как зовут?       — Темари, но Собаку, — ответила блондинка.       — И за что же вы хотели убить его? — спросил сын Кушины.       — Он за языком следит плохо, говорит много чего, чем можно оскорбить детей Кадзекагэ, — пояснила Темари.       — Я приношу вас свои извинения от лица шиноби нашей деревни, и надеюсь, что вы не станете докладывать об этом своему командиру, а с ним Эми-нисан разберется. Так ведь Асами? — проговорил Наруто.       — Братец Наруто, за что? За что ты так, она же меня опять загоняет и потом еще деду все расскажет, — с ужасом в голосе кричал Сарутоби.       — Это тебе будет наукой, чтобы в следующий раз с уважением относился к незнакомым шиноби и язык держал за зубами, — с ехидной улыбкой ответила вместо брата Асами.       — Будем считать конфликт исчерпанным, — улыбнувшись, сказала Темари. — А теперь извините мне нужно вернуться в гостиницу.       — Асами-нээтян, будь добра проводи гостью, свиток с продуктами для Эми-нисан и Конохомару только мне отдай, — проговорил Наруто, принимая свиток и беря за ухо внука Третьего. — Идем Конохомару тебе еще все Эми-нисан объяснять.       — Темари-сан, в какой гостинице вы остановились? — спросила сестра Узумаки, идя рядом с гостьей.       — В той, что выходит окнами на резиденцию вашего Кагэ, туда селят всех прибывших, — отозвалась куноичи Песка.       — И как вам наше селение? — продолжала задавать вопросы Асами.       — Красиво, много зелени, да и архитектура зданий отличается от песка, у вас почти все дома деревянные, у нас же в основном из камня строят. Одно слово пустыня, — ответила блондинка. — Кстати вам ничего не будет за такое обращение с внуком Хокагэ? У нас за причинение вреда членам семьи Кагэ, довольно сурово наказывают.       — Да, ничего не будет Кон, часто вытворяет всякие глупости, Третий уже привык, что моя мама его за них часто наказывает, ведь шиноби должен все делать скрытно, она так и брата наказывала когда, тот палился со своей компанией на подобных всяких мелких шалостях, — проговорила брюнетка. — Вот мы и пришли, приятно было познакомиться, Темари-сан.       — Взаимно, Асами-сан. До встречи, — ответила гостья. — Кстати ты участвуешь?       — Нет, если только в следующем году, мне еще несколько месяцев до выпуска из академии. А вот брат учувствует, у него вообще интересная команда, — сказала Хьюга. — А теперь извините, Темарисан, но мне уже действительно пора. До свидания.       — Конечно, не смею вас задерживать. До свидания, — проговорила Собаку, направляясь в гостиницу.       

Коноха. Тренировочные полигоны.

      Какаши сидел на ветке дерева, поигрывая подарком сенсея, вчера его отстранили от должности капитана отряда АНБУ, через три месяца выпуск из академии и он так же получит команду. Хирузен отказал ему в праве стать сенсеем команды сына Минато, но обещал отдать ему в ученики дочь Четвертого и по совместительству крестницу Хатаке. Шимура же попросил его на время до начала экзамена на чунина присмотреть за одной из команд Тумана. Джонин наблюдал за тренировкой гостей, но все его внимание было сосредоточено на капитане команды. Высокая, стройная девушка, в форме джонина Тумана, длинные, до поясницы, собранные в косу волосы, насыщенно красного цвета, красивые черты лица, и нежно — зеленые глаза, чем больше смотрел на неё Хатаке, тем больше сходства он находил в ней с Кушиной. В голове возникло сразу же несколько вопросов к Данзо, он бы так просто его следить за гостями не поставил.       «Навестить начальника? — подумал Какаши. — Вполне можно они тут еще как минимум на два часа».       После этого он длинными прыжками направился в сторону одной из баз подготовки АНБУ. Шимура нашелся на одном из подземных полигонов АНБУ, в компании Джираи — главы сети внешней разведки, и лучшего в этом деле. Данзо внимательно изучал стопку листов лежащих на небольшом каменном столе, изредка задавал вопросы санину, на которые тот давал сжатые пояснения. Не знающий человек ни за что бы, не подумал, что эти двое хорошие друзья, нередко собирающиеся за одним столом, в компании с главой НИИ АНБУ, обсудить возникшие проблемы или просто провести вечер в компании приятных собеседников за рюмкой чего-нибудь крепкого. Хотя всем им уже за пятьдесят, внешнее они на свои года не тянут, сразу видно Орочимару постарался, хотя он над многими АНБУ и просто шиноби поработал, и сам Какаши не избежал этой учести, но жаловаться было не на что.       

POV Какаши.

      Я с почтительного расстояния наблюдал за двумя гигантами политической жизни Конохи. Глава АНБУ, правая рука Хокагэ, на людях вечно спокойный и знающий все о том, что творится в деревне и ближайшей округе, строгий, расчетливый и жесткий начальник для своих подчиненных, а в кругу своей недавно приобретенной семьи, заботливый отец и любящий муж, готовый убить любого за своих близких. Джирая — глава внешней разведки и главный разведчик Конохи, на людях вечно веселый, с пошленькой улыбкой на лице, человек не обремененный казалось бы ни чем, легко можно встретить вблизи женских купален, любого города мира, если он там появится. Так же автор всемирно известной серии книг эротического содержания, на самом деле являющихся доскональными докладами о состоянии сил и средств, настроениях в других скрытых деревнях, шифр, придуман и разработан лично им, ключ есть только у него и отделения специалистов АНБУ. В его подчинении находятся точно неизвестное никому число разведчиков и шпионов, объединенных в одну сеть. Как и у любого первоклассного разведчика, его личная жизнь, наверное, сама секретная вещь в нашем мире.       Я слышал все, о чем они говорили, но даже не воспринимал и не запоминал их слова, как и положено АНБУ в таких ситуация, до того самого момента пока не услышал вопрос санина обращенный к Данзо.       — Шимура, а где та девочка? — спросил седовласый, убирая стопку листов в печать.       — Ты про дочь Хатаке? — отозвался тот.       Вот тут я был сильно удивлен, причем до самого предела. Откуда у меня может быть дочь? Но даже если допустить вероятность её существования, тот как они узнали о ней? Я весь напрягся, ожидая продолжения разговора, прекрасно понимая, что вспышкой удивления выдал себя и свою не компетентность в вопросе правильного поведения в таких ситуациях.       — Какаши, вижу, у тебя возникли вопросы по заданию и не только, подойди, думаю, мы ответим, — проговорил Данзо.       — Шимура-сан у меня вопросы по поводу причины моей слежки за командой Тумана, и по последнему вопросу Джирая-сана, — кратко ответил я.       — Конкретнее по первой части, — попросил он.       — Причина моего наблюдения за ними — это капитан команды? — пояснил я.       — Верно, но с чего такие выводы? — проверял мою осведомленность и сообразительность тот.       — Она внешне имеет большее сходство с Кушиной Узумаки, и, насколько мне известно, у той, где-то в Тумане была сводная сестра, — ответил я.       — Все верно, а теперь перейдем к сути твоего задания. Ты понимаешь, что от тебя требуется? — даже не говоря ни слова о задании, он сказал все что нужно.       — В случае крайней необходимости разрешите использовать Мангеке? — спросил я.       — Действуй, время у тебя до конца экзамена, и будь готов, по словам Джираи несколько десятков мелких деревень и кланов недовольных Конохой готовят нападение, во время третьего этапа, среди них есть и очень сильные уникумы, так что за жизнь девушки отвечаешь головой, если не сможешь обойтись без Мангеке, то по ней самый минимум, остальные люди Иноичи сделают. Ты меня понял? — осведомился Данзо.       — Так точно. А что насчет второй части? — узнал я.       — Команда Наруто неделю назад во время миссии по сопровождению каравана была атакована неизвестными шиноби, все нападавшие кроме двадцатилетней девушки мертвы, по всем признаком и анализу крови она является членом клана Хатаке, сейчас над ней работает Орочимару, — ответил Шимура. — Не бойся, ничего страшного то же самое, что и с тобой делает.       Мои мысли метались с огромной скоростью, если девушке двадцать, то она по определению не может быть моей дочерью, значит, получается она дочь отца. То, что она уже у Главы НИИ означает лишь одно, она станет АНБУ, есть правда шанс, использовать статью закона о мало численных кланах, и вытащить её оттуда, но думаю, так просто мне это никто не даст сделать. Пусть я её и не знаю, но она моя сестра, дочь отца, а защищать семью и всех её членов дело отца, или старшего из детей, если тот умер или не способен этого делать.       — Шимура–сан, будет ли мне позволено с ней увидеться и забрать с собой? — спросил я.       — Сможешь, и я закрою глаза на то, что она была в числе нападавших, но только в случае твоего успеха, — проговорил Глава АНБУ.       — Шимура, да ты его сейчас так мотивировал, что он её уже завтра в койку затащит, — хохотал Джирая. — Мягче надо работать, мягче друг мой. А ты, Какаши, не пугайся так, вот кое-какая полезная информация по ней. Удачи тебе.       Поклонившись, быстро покинул базу, и направился к полигону номер семь. Джирая был прав мотивация более, чем достаточная. Конечно, насчет уложить санин загнул, ибо информация, что он дал просто кричала, что от такой женщины лучше держаться подальше. Но слово данное отцу, для меня слишком важно, да и репутацию лучшего капитана АНБУ за последние несколько лет портить не хочется. Остается только одно, работать, долго и упорно, у меня времени чуть больше месяца.       

End POV Какаши.

      В этот раз, Какаши на полигоне появился не скрываясь, в руках было последнее произведение Джираи, делая вид, что погружен в книгу направился к памятнику памяти погибшим шиноби. На половине пути, перед ним в землю воткнулось несколько кунаев, не обратив на них ни какого внимания, тот продолжил шагать. Следующий кунай пролетел рядом с ухом джонина, тот лишь на секунду оторвал взгляд от книги, но не остановился. В следующий момент печатное издание было вырвано из рук Хатаке, а сам он опрокинут подсечкой на землю, а над ухом приятный девичий голос проговорил.       — Я погляжу, местные джонины совсем не дорожат своей жизнью или ты тут один такой? — задала вопрос обладательница волос насыщенно красного цвета.       — Вы собственно кем будите? Да и это железо не представляет для меня угрозы, — с полным пофигизмом в единственном видном глазу проговорил Какаши. — Да, и что делает шиноби Тумана на тренировочном полигоне Конохи?       — Я Теруми Мей, джонин и капитан команды, участвующей в экзамене на чунина проходящем у вас. И не говори, что ты не в курсе, — предупредила Теруми.       — Вообще-то, так оно и есть, я только час как вернулся с несколько затянувшейся миссии, и у Хокагэ еще не был. Решил первым делом навестить могилу отца и памятник погибшим, который находится на той стороне этого полигона, — объяснил Хатаке.       — Извини, я не знала. Не хотела приносить неудобств, — проговорила Мей, помогая подняться и возвращая книгу.       — Не стоит извиняться, вы не обязаны были знать, да и мне следовало сначала побывать у Хокагэ, — ответил джонин Конохи.       — Еще раз мне выкнешь и я заставлю тебя об этом пожалеть, я не старше тебя, что бы ты выкал. Надеюсь, усек? — задала вопрос шиноби Тумана.       — Все предельно ясно. И что же вы собираетесь сделать, если я проигнорирую вашу просьбу? — спросил Хатаке.       — Ну, поскольку мы в гостях и избиение хозяев, нам ничего хорошего не принесет то вот что, — Проговорила Мей, ловким движением сдергивая маску с Какаши и впиваясь в его губы страстным поцелуем, на который тот с удовольствием отвечал. После того как она от него отстранилась, он сказал.       — А целоваться ты, однако не умеешь, — за что был отправлен сильнейшим хуком слева от разъяренной куноичи в нокаут. Вот так и началась эта тяжелая миссия для Какаши, принесшая впоследствии ему множество испытаний на прочность.       

Субмир.

      Мамору сидел в позе лотоса на поверхности небольшого озера, вода вокруг него вращалось в различных направлениях, от огромного количества выделяемой им чакры. На берегу за его манипуляциями внимательно наблюдали супруги Наминадзе — Узумаки, которые только сегодня завершили изменения в печати, находившейся в подсознании Наруто, эти изменения должны были помочь лису чувствовать чакру во внешнем мире, когда он находится в Субмире, и подключатся ко всем органами чувств, находясь в подсознании своего джинчурики.       — Хм, очень странно, в Конохе я ощущаю еще один источник чакры по вкусу схожий с твоим Кушина, хорошо развитый, как минимум джонин A класса. Кто это может быть, по-твоему? — узнал Лис.       — Это может быть только моя младшая сестренка Мей, но что она делает здесь? — проговорила Узумаки.       — Не знаю, но думаю, что завтра мы сможем отправиться на вылазку, и ты сама все узнаешь, а может и поговоришь с ней, если моей чакры хватит на кратковременную материализацию, — сказал Девятихвостый.       — Жаль, что нельзя использовать чакру, что находится в подсознании Наруто. Так бы мы многое смог ли узнать, — посетовал Минато.       — Ты же знаешь, почему это невозможно, даже силы богов ограничены внутри миров, — отозвался Мамору.       — И сколько у меня будет времени? — спросила бывшая джинчурики.       — Две, максимум четыре минуты, — ответил Лис.       — А сколько ты после этого проваляешься в бессознанке? — узнала женщина.       — Пару суток, — спокойно сказал Лис.       — Нас такой вариант не устраивает. Ты нужен будешь, когда начнется экзамен. Дашь мне минуту, — тихо проговорила Кушина.       — Хорошо, скоро у вас будет намного больше возможности влиять на реальный мир, — добавил Мамору. — А сейчас давайте вернемся в дом и закончим с переработкой печати.       Минато взяв Кушину на руки, переместился с помощью Хирашина, скоро в их семье будет пополнение и Наминадзе взял на себя большую часть домашних обязанностей и все больше старался побаловать её различными вещами. Мамору тем же путем достиг дома, при этом заставив озеро сильно выйти из берегов.