Цена счастья

Прежний Морти давно перестал существовать. Мальчика, с наивно-горящими глазами от предвкушения их следующего приключения с Риком, больше не было. И когда вдруг всё так резко обернулось против него? Он не помнил точно. Односторонняя влюблённость в Джессику порядком добивала его когда-то, но он старался отвлечься, старался забыть волосы огненного цвета, которые то и дело притягивали взгляд Морти. Но один аспект в своей жизни он запомнил до мельчайших мелочей: Сон. Подросток неосознанно улыбался, видя очередное сновидение про рыжую чертовку, казалось бы, захватившую его сознание. Ничего необычного на первый взгляд: такие сны посещали его довольно часто. Если бы вдруг хрупкая Джессика в объятиях Морти вдруг неожиданно не превратилась в Рика. Сон быстро прекратился. Подросток проснулся в холодном поту, а ещё его почему-то било мелкой дрожью от увиденного. Спать больше не хотелось. — Б-блин, — Морти закрыл лицо руками, пытаясь окончательно проснуться. С тех самых пор что-то шло постоянно не так. Вместо очаровательной рыжей красотки постоянно появлялся учёный в белом халате, которого Морти робко обнимал руками, шепча что-то про Джессику. После таких снов подросток просыпался слишком рано, а потом все равно не мог уснуть, смотря красными от недосыпа глазами в потолок. Когда они с Риком отправлялись на очередное приключение, Морти старался гнать все мысли прочь, наслаждаясь путешествием по бесконечным параллельным вселенным. Возвращаясь обратно на тарелке, которая быстро рассекала космос, они чувствовали приятную усталость после долгого, но интересного дня. Морти поймал себя на том, что минут пять с нескрываемым восхищением смотрит на Санчеза, который невозмутимо сидит за штурвалом. Будто бы почувствовав на себе чужой взгляд, Рик повернул голову, встречаясь с огромными глазами напротив него. Подросток неловко отвернулся в сторону, пытаясь выровнять сбившееся в один миг дыхание. Получалось тщетно. Рик только делал вид, что не замечал, как его внук нагло пялился на него иногда, но когда Санчез вопросительно смотрел в ответ, он видел лишь смешно порозовевшие щеки Морти, который нелепо пытался перевести тему, либо начинал бормотать что-то невнятное. И, находясь в нетрезвом состоянии, Санчез однажды подумал о том, что он, наверное, предельно осторожен, раз мальчишка не замечал заинтересованного взгляда, бегающего по его профилю и волосам. Трезвея, учёный каждый раз грязно матерился, вспоминая свои абсурдные мысли. Он чувствовал себя старым извращенцем. Это было неправильно. — М-Морти, надо быстро заскочить в одно место ненадолго, а потом сра-эээ-зу домой, — голос учёного прервал тишину. — Ладно, — пожал плечами Морти, отстранённо пялясь куда-то в просторы космоса. По мере приближения из ярко-розовой точки вдалеке постепенно вырастала малинового цвета незнакомая планета, куда и приземлилась летающая тарелка. Рик вышел из неё первым, открывая багажник и копаясь в нем. Морти, осторожно наступив на розовую поверхность земли, поежился от холода. Несмотря на то, что эта странная планета выглядела весьма приятно, климат был у неё до ужаса холодным. Услышав шаги где-то позади себя, Морти резко обернулся, увидев странное существо, отдаленно напоминающую жабу, за исключением пары ног и рук, наподобие человеческих, а ещё вполне осознанный взгляд, который как бы говорил о разумности существа, которое медленно подходило все ближе. — Р-рик? — негромко позвал Санчеза подросток. Учёный незамедлительно пересёк расстояние от тарелки до внука, подходя к инопланетянину. Рик коротко кивнул существу, протягивая маленькую чёрную коробочку, взамен получив такую же, только красную. Морти хотелось спросить об этом дедушку, но он понимал, что тот не ответит. Почему? Потому что подростку лучше не знать, что там, по мнению Рика. Либо потому, что учёный был мудаком, но уже по мнению самого Морти. Отвлекло подростка то, что его, кажется, кто-то окликнул, а затем он увидел перед собой два красных глаза без зрачков и радужки, которые с интересом смотрели на него. — Мальчик хотеть отдохнуть? Игровой автоматы, бар, все что нужно. А мы пока поговорить с Риком, — существо явно плохо знало английский. Морти перевёл взгляд на нахмуренные брови Рика, который что-то сказал ему о том, чтобы тот далеко не уходил, пока ему нужно будет сходить куда-то с инопланетянином. Быстро кивнув, подросток прошёл около ста метров вперёд, замечая перед собой здание, из которого громко доносилась музыка. Судя по всему, это было то самое место, о котором так настойчиво говорило существо. Зайдя внутрь, Морти ощутил на себе многочисленные взгляды сидящих за столами. Подойдя к барной стойке, он подумал о том, что хотел бы выпить. К тому же, настроение было весьма скверным: он запутался в себе. Он понимал, что начал питать нездоровые и неправильные чувства к Рику. Мало того, что он был ещё тем мудилой, так ещё и его родственником. Уж лучше Джессика. Терять было нечего, поэтому, махнув рукой, подросток попросил виски. Несмотря на его возраст, вопросов у бармена не возникло, поэтому он незамедлительно налил алкоголь в рюмку, небрежно пододвинув её в сторону Морти. Алкоголь жёг горло, оставляя пряное послевкусие на губах и языке. Ещё пара заказов. Взгляд начал постепенно мутнеть, а мысли путаться. Почувствовав, как его резко ударили по лицу, он лишь пьяно улыбнулся, окончательно отключаясь. Опьянел он довольно быстро с банальной непривычки, ведь раньше никогда не пил.

***

— Вот пиздюк, — знакомый голос врезался колом в трезвеющее сознание. Морти схватился за голову, пытаясь усмирить накатившую головную боль, которая отдавалась во всем теле. Подросток мельком взглянул на свою рваную футболку и синяки на запястье, вопросительно посмотрев на Санчеза. — Совсем ничего не помнишь, припиздыш мелкий? — недовольно спросил Рик, прикладывая ватку с перекисью к разбитой губе Морти. Смит отрицательно мотнул головой, с плохо скрываемым непониманием глядя в глаза ученого. Он действительно ничего не помнил. — Надрался как ч-чёрт, говнюк, а потом я обнаружил тебя в объятиях этих, — он очертил рукой неопределённую фигуру в воздухе, — уродов, которые рвали на тебе одежду, как будто ты шлюха по вызову, М-Морти, — Рик повысил голос, в котором отчетливо слышалось недовольство, — мне п-пришлось отбивать твой тощий зад, а ты даже не помнишь, что произошло, потому что самозабвенно дрых. Морти виновато отвел взгляд, пытаясь придумать оправдание своему безрассудству. Он понимал, что нехило доставил проблем. — Р-рик, я.. я п-просто плохо себя.. мне было хуево, понимаешь, Рик? Хуево. Будто ты не напиваешься каждый раз до чёртиков, а я т-только один единственный в своей жизни попробовал алкоголь! — подросток осознавал, насколько жалко сейчас выглядит со стороны, но заткнуть себя у него попросту не было сил. — Так, всё, пиздюк, слышать ничего не хочу. Встать можешь? Морти оперся на руку ученого, пошатнувшись, но все же встав на ноги. — Бля, из-за тебя забыл закрыть багажник тарелки, придурок, чуть всё не просрали, — Санчез отбежал на несколько метров в сторону. Снова этот холод, от которого пробежала стая мурашек по замерзающей коже. В носу предательски защипало, а в горле встал противный ком, который мешал дышать. Он позорно расплакался, закрыв лицо руками. Морти плакал от бессилия, от того, что все копилось и в один миг вырвалось наружу, от того, насколько он был жалок. Немного успокоившись, но ещё шмыгая носом, подросток почувствовал, как на его подрагивающие плечи накинули белоснежный халат. Он поднял заплаканные глаза на стоящего рядом Рика, который жадно пил из своей фляжки, словно терпеливо ожидая, пока мальчик наконец прекратит истерику. Только сейчас Морти заметил бардовый закат — начало темнеть. И сколько он провалялся в отключке? Невольно прокрутив все последние месяцы и воспоминания в голове, Смит вновь ощутил горячие слёзы на своих щеках, а ещё чужие руки, которые аккуратно притянули его к Санчезу. Морти уткнулся носом в его плечо, неловко бормоча что-то вроде извинений за свою слабость. Какой же он всё-таки неудачник. Постепенно расслабляясь в объятиях, подросток, неожиданно для себя, подумал о том, что не хотел бы отстраняться. Ему было уютно и он чувствовал себя защищённым. Смешно. Ещё недели три назад он просыпался в поту и непонимании, осознании какой-то пугающей неправильности, пускай и во сне, происходящего. Сейчас же все было наяву, а этих страшных чувств не было. Он устало прикрыл глаза. — Ну ладно, успокоился? А то как плаксивая девка, хватит тебе, — будто выходя из какого-то транса, опомнился Санчез. Морти что-то пролепетал себе под нос, нехотя отстраняясь. Он обязательно разберётся в себе, но это будет позже. Сейчас думать абсолютно не хотелось, голова была пустой. Да, было неправильным то, что он чувствовал, да, его жизнь пошла, кажется, куда-то под откос, но разве это должно сейчас волновать Морти, если в данный момент он был счастлив впервые за долгие месяцы? Если цена счастья — разрушение рамок морали и какой-то «правильности», то он был готов её заплатить. Но для начала нужно перестать хотя бы глупо улыбаться. — Полетели д-домой, пёс?