Догони, если сможешь

      Я никогда не могла и мечтать о том, что буду жить как принцесса, или, чтоб моим лицом любовались сливки общества. Дима всё-таки устроил выставку, на которой вывесил пару снимков со мной.       — Спасибо, — сказал он и протянул он мне бокал с шампанским. — Ты дополнила мою коллекцию.       — Тебе спасибо, — усмехнулась я, делая глоток. — Но у тебя и без моего лица, полно других. Даже у этой женщины глаза красивее.       Я указала жестом на другой снимок. Там на снимке была женщина лет тридцати пяти, с красивыми миндалевидными серыми глазами. У нее были высокие скулы и очень выразительные черты лица. Светлые волосы волнами падали на плечи, которые покрывал клетчатый плед. Она пила кофе за столиком и смотрела куда-то в сторону.       — Это в Париже, — проследил за моим взглядом Дима. — Я тогда поехал туда на несколько недель. И гуляя по улицам наткнулся на неё, она пила кофе и разглядывала прохожих. Ты права, она очень красива и нежна, но в тоже время одинока.       Потом он ушел, а я осталась ходить и разглядывать снимки. Пока не наткнулась на свою фотографию. Я тогда сидела на коряге и улыбалась своему отражению в луже. Вот что было у меня в голове? Красавица… Вот что тут красивого?! Обычная глупая малолетка, улыбающаяся дырке в асфальте, заполненной дождевой водой.       — Красивый снимок, я обязательно куплю, — раздался голос за мной.       Я замерла, а потом резко обернулась и встретилась с смеющимися глазами Кирилла. Прошло уже почти три месяца, как мы не виделись.       — Красивое платье, — он порвал мне лямку на платье, а я вскрикнула. — Было.       — Что…что…тты?! — я занималась и пятялась назад.       — Соскучился безумно, котенок, — глумливо улыбнулся он. — Будешь отрабатывать.       Он запихнул меня в уборную и там стал разрывать платье, усадив меня на умывальник. Я стала вырываться и царапать его, но ему было все равно.       — Кирилл, прошу… — просила я, когда он расстегивал ремень.       — Проси кого угодно, но не меня, — сказал он.       Я резко вскочила на ноги, меня била дрожь. Вот как могло такое присниться?! Боже…       На кухне я залпом выпила стакан воды и легла обратно в постель. Сегодня должна была быть выставка и я уже приготовила платье для вечера. Дима настоял, чтобы я присутствовала. Только вот после этого сна, меня не покидала дурное предчувствие. Все было так натурально, я прям чувствовала одеколон и его тяжёлую подавляющую энергетику. Однако это был всего лишь сон, а вероятность того, что такие подонки как он ходят по выставкам мала.       Так что весь день я старалась абстрагироваться. И к вечеру это чувство ослабло. А когда я убедилась, что его там нет, то и вовсе расслабилась. Дима почти весь вечер был со мной и знакомил с разными людьми.       — Ах вот, какая новая муза у моего сына, — подошёл ко мне мужчина лет сорока пяти. — Дмитрий, не хочешь познакомить?       Дима напрягся, да и я тоже. Уж как-то стало вдруг очень неловко и неудобно. За это время, что мы с Димой были знакомы, успели подружиться.       — Это Агния, — холодно произнес Дима. — А это Олег Юрьевич, который по случайному обстоятельству оказался здесь.       — Не совсем, — поддал губы мужчина. — Хотел сообщить, что завтра собрание и ты должен присутствовать. Заодно и посмотреть на твои труды.       Дима скептически приподнял бровь, но промолчал. Ему кто-то позвонил, и он отошёл. А я извинившись перед Олегом Юрьевичем пошла рассматривать фотографии. Пока не наткнулась на свой, там я стояла у обрыва и держала в руках огромного питона. На мне был топ на тонких бретелях и трусы с высокой посадкой. Выглядело это странно и немного дико, как по мне, но фотограф так видел, а я не хотела спорить. Да и локация была волшебной, темносерое затянутое небо.       — Вы красивы, — раздался голос отца Димы. — Я бы даже повесил эту картину дома у себя в кабинете.       — Тут есть более красивые снимки, — сдержанно улыбнулась я.       Мы, конечно, с Димой договорились, что мои снимки будут продаваться. Мне просто нужны деньги. Однако меньше всего мне хотелось, чтобы её купил этот человек. Он был внешне приятен, но мне не нравилось его внимание ко мне.       — А мне нравится ваш, также как и вы сами, — улыбнулся он. — У вас с Димой что-то есть?       — Нет, мы друзья, — нахмурилась я.       — Какой же он дурак, — покачал головой Олег. — Такую девушку упустить. В таком случае, как насчёт совместного ужина?       — Олег Юрьевич, простите, но у меня уже планы.       — Агния, я прошу тебя, — он мягко взял мою руку, а я растерялась.

***

      От лица Кирилла.       Вы когда-нибудь верили фатализм? Ну или в карму? Я да.       Не помню, когда это началось, или когда у меня сформировались представления о плохом и хорошем. Но я точно помню, как все убеждения и понятия, которые я имел, в один миг рассыпались. Мне тогда едва исполнилось тринадцать, когда я узнал о том, каким способом зарабатывает моя семья. И это была не самая основная и грязная тайна. Чем старше я становился, тем больше приближался к прогнившей сердцевине.       И сейчас я сидел рядом со своим старшим братом. Он лежал словно приведение, и смотрел на меня пустыми глазами. Помню, когда я впервые пришел сюда, брат кидался и чуть ли не пускал пены из-за рта, чтобы ему дали дозу. Сейчас же он был словно манекен или пустой сосуд, словно все его нервные клетки вымерли.       — Как ты? — задал я очередной тупой вопрос.       Он молчал, просто хлопал глазами, как немой. Наверное, он считал меня предателем.       В общем, все эти вещи ни к чему не приводили. Можно было уже давно забить, но я не мог.       Так вот недавно, ну как не давно, где-то лет в 19. Я задумался, что все это расплата моих предков за их делишки. Они продавали и поставляли наркоту, губя жизнь другим. Жалел ли я этих других? Нет, я никогда не испытывал к биомусору жалость, а наркоманы такими и являлись. Это просто сброд слабых и безвольных людей, не принимающих реальность. Вот и брат мой оказался таким, и подсел.        В университет сегодня я так и не доехал, да и смысл? Диплом я в любом случае получу, а сидеть четыре пары и слушать то, что мне никогда не пригодится, я не хотел.       — Кирилл, завтра Паша планирует поехать в Италию и хочет взять тебя с собой, как приемника, — сообщила мне мать, когда я снимал ботинки в прихожей. — Дорогой, ты обязан съездить всё-таки это для твоего будущего.       — Мам, я не хочу этим заниматься, — выдохнул я. — Тебя не волнует как эти деньги достаются?!       — Главное, что они есть, — она развернулась и ушла.       Я же посмотрел в её идеально прямую спину. В этом вся моя мама, олицетворение безметежности и непроницаемости. Я не помню, когда она вообще говорила, что кого-то любит или ненавидит. Всегда было ощущение того, что ей одинаково плевать на всех.       Именно поэтому она навязывала мне Киру, которая была практически копией мамы. Умница и красавица, которая шла на красный диплом юридического факультета, была идеальной для меня невестой, по мнению мамы. Только от Киры меня постоянно тошнило. От её идеального каре, из которого не один лишний волосок не торчал, от её постоянно приподнятых уголков губ. Мне не нравилось, когда она касалась меня, было ощущение, что что-то холодное и вязкое проникает меня.       А после того, как я повстречал на свою беду тролля, то и вовсе Кира стала бессвкусной. В мелкой было столько жизни, столько огня, что моя нариченая стала для меня не более, чем молью.       — Кстати, дорогой, там Кира пришла, — бросила мне мама, а меня перекосило. — Паша уладил все с ее отцом, он больше не держит на тебя зла.       Я совершенно не понимал, как можно было простить мою выходку?! Я рассчитывал испортить отношения между отчимом и ее отцом, чтобы разорвать с ней какие-либо отношения.       Даже сейчас вместо того, чтобы пойти в гостиную, где сидела Кира. Я закрылся в кабинете отчима, и прилег на диван.       — Алло, Марк, что там? — я закурил сигарету, перед этим включив телефон на громкую связь.       — Ничего нового, — хмыкнул он. — Дядя Паша снова с Наташей развлекается. Почему ты не расскажешь своей матери?       — Потому что не время, — ответил я, откинув зажигалку.       — А когда будет время? — спросил он.       — Когда я захочу, — ответил я и отключился.       На самом деле я не знал когда же наступит время. Да и вся моя затея, которая казалась мне «гениальной» была на самом никчемной. Моей матери было плевать на отчима, эта женщина, наверное, никогда ничего не чувствовала. Зато он её боготворил и старался быть идеальным мужем.       Этот бардель был мне не нужен. Однако это было удобно, когда была возможность шантажировать лицемерных сволочей, которые тряслись за репутацией.       — Агния, — улыбнулся я, когда нашел в телефоне фотку шатенки.       Это была наша вторая встреча, когда я повез катать её по городу. Мы тогда заехали в клуб, она тогда натанцевавшись, взяла мой телефон и стала фоткаться. Столько времени прошло, а я так и не удалил их.       — Кирилл, ты почему не поздоровался? — раздался голос Киры с зади меня. — Что делаешь?       — Порнуху смотрю, — раздраженно ответил он. — Кира, я не хочу обижать тебя, лучше уйти.       — Что происходит? У тебя другая?! — её перекосило, а я закатил глаза.       — Не делай вид, что ничего не происходит, — рявкнул я, вставая с дивана. — Ты знаешь меня с детства, со школы. Я никогда не хотел жениться на тебе, тем более сейчас.       — Но мы уже помолвлены, — её лицо вытянулось, а я рассмеялся. — У нас был секс, я от тебя аборт сделала, — приглушенно сказала она.       — Сделала в тихую, я ничего об этом не знал, — уточнил я. — Но и ради ребенка, я не женился бы на тебе. Помогал, проводил бы время, брал бы на выходные, но не женился на тебе.       — Но ты обязан, — твердо сказала она.       Я ничего не ответил просто вышел из кабинета и пошел на улицу. Там завел свою машину и поехал гонять по ночному городу.