Чёрный Ворон. Возвращение легендарных.

- Черт возьми, Лекса!!!! - крик, полный гневом и недовольством пронесся над темной макушкой шатенки. Альфа громко фыркнув, специально, чтобы её было превосходно слышно, юрко нырнула под воду. Прозрачная, теплая, идеальная, вода этого озера была поистине чистой. Кларк, увидев его, поняла, что ей жаль купаться в таком чудесном месте. Ведь её тушка очень грязна. Ещё один наглый шлепок на голую ягодицу Кларк пришелся до такой степени резко, что девушка пошатнувшись на гладком валуне, повалилась в воду так и не успев полностью намылить тело. Лишь тихое - Блядь... - всё что она успела вымолвить. Блад громко хохоча, наблюдала за падением любимой, обожая и ненавидя себя в данный момент. - А ну иди сюда! Вредная альфа! Ты не сможешь бесконечно от меня прятаться! - смахивая мокрые волосы с плеч орала Гриффин, ища истинную. - Всё, я сдаюсь, сдаюсь! Прости, не смогла удержаться. - выныривая, протороторила девушка. Уклоняясь от шлепков. Не мешкая и секунды, блондинка с победоносным визгом кинулась на офигевшую от такого поворота событий альфу, топя их обеих в мелководье. Щипая и кусая смуглую кожу, Кларк смеялась сквозь испанские маты, наслаждаясь близостью любимого, обнаженного тела. От Лексы приятно пахло лавандовым мылом, её аромат тела обволакивал, призывал, укутывая теплом, омега не заметила, как перестала кусаться, сменяя тактику. Благодаря гостеприимству Октавии и Рейвен, девушки смогли выкупаться настоящим мылом, замечательно сваренным, что очень редко. На берегу их ждали чистые полотенца и вещи, нашлись даже ботинки для обеих. - Малышка моя. - проворковала шатенка, с любовью смотря в голубые глаза. Мягкие руки плавно скользили по спине Гриффин, лаская мокрую кожу. - Не задобрить тебе меня, из-за тебя я намыливалась третий раз, третий Лекса! Я всё ещё с грязной головой. - буркнула девушка, садясь на бедра альфы. - Ты прекрасна, в любом своем виде. Мне кажется, тебе стоит немного отстричь волосы, так будет просто великолепно. В этой жизни они у тебя такие светлые, знаешь, они не были такого цвета ещё пару дней назад. - задумчиво проведя пальцами по белым волосам, Блад всмотрелась в лицо истинной, замечая ещё одно резкое изменение. - Да брось, это просто солнце светит так, вот и кажется, что они светлее. - улыбается омега, ерзая на альфе. - Ты очень красивая, малышка. - шепчет, припадая губами к выпирающим ключицами. Мягкие, испытывающие терпение обоих поцелуи ласкают, перемещаясь ниже, задевая сосок правой груди почти невесомо. Блондинка вздрагивает от ласки, выгибаясь навстречу удовольствию, прижимает к себе голову любимой, тихо застонав. Руки альфы блуждают по спине, вырисовывая неведомые узоры, ей так жарко, так хочется большего, окунуться с головой в этот трепет любви. Страсть секса поглощает разум, молодая, горячая, она не сможет остановить себя, нет, не сейчас. Ловкое, слишком быстрое движение и Кларк под шатенкой, беспощадно придавлена к песчаному берегу. Твердый член прижимается к её животу и она ощущает его жар даже сквозь воду. Блад тяжело дышит, лаская губами шею девушки, прижимается к ней, словно желая поглотить. Правая рука ласкает возбужденный клитор, вода не даёт ощутить смазку, препятствует, тормозит. Лекса рычит от досады, отрываясь от любимой и поднимаясь, взгляд голубых тут же устремляется на возбужденную плоть и она довольная собой, улыбается, видя в голубых истинную похоть. - Иди ко мне, в воде не очень удобно, ты знаешь это. - Лекса протягивает руки к блондинке, тянет её на себя, легко подхватывая на руке, выходит из воды. Не долго изучая пейзаж вокруг, она находит взглядом мягкую, по её мнению траву возле небольшого кустарника, быстро перемещает их туда. Аккуратно уложив Кларк, Лекса впивается в искусанные губы страстным поцелуем, стон удовольствия срывается с груди и девушки целуются, сходя с ума от жажды друг по другу. Руки обеих везде, хаотичные движения сводят с ума. Гриффин мимолётно касается влажной головки, всхлипнув, выгибается в спине желая лишь одного, ощутить её. - Прошу, сладкая, войди в меня. - стонет омега и Лекса не может больше терпеть, прекрасно ощущая всё. Направляя рукой, альфа медленно входит в истекающее лоно, встречая преграду, вздрагивает, вспоминая, что это их первый раз, замедляется, прижимаясь к любимой ещё ближе, целует шею девушки, лаская рукой талию. - Я люблю тебя... - срывается с губ шатенки и она резко входит в омегу полностью, замирая. Вскрик боли ранит сердце и Лекса нежно целует щеки девушки, смахивая одинокую слезу. Блад тоже больно, всё горит, такого она не испытывала ещё вовсе, но после нескольких минут их ласковых поцелуев, боль медленно отступает и шатенка ощущает удовольствие, их общее. Медленный толчек, затем ещё один, она познает её вновь, как тогда, пробует её на вкус, делая для себя заметки. Внутри так жарко и тесно, альфа стонет от нахлынувших чувств, двигаясь внутри любимой уже более уверенно. Первые стоны не заставляют себя долго ждать и Лекса облегчённо выдыхает, понимая, что они на верном пути. Движение, стон, движение, новая царапина на смуглой спине. Звуки их любви, кажется, слышны везде и всюду, тела двигаются в унисон, в идеальном темпе, сердца бьются слишком быстро. Лекса чувствует её оргазм так сильно, от чего удивляется, немного притормозив, но шлепок по спине приводит в чувства и с тихим рыком, альфа удваивает удовольствие истинной, кончая вместе с ней, сливаясь воедино, прокусывает нежную кожу шеи, поставив метку их любви. Тяжело дыша, девушки не могут пошевелиться, подрагивая после пережитого удовольствия. Мурашки бегают по обнаженной коже, лёгкий ветерок остужает пыл. Лекса открывает глаза, проведя носиком по скуле любимой, привстает, осторожно выходя. Она замечает кровь, переживая, что было слишком грубо, но тихое - Эй, всё хорошо, родная. - успокаивает. - Тебе не больно? Точно? - беспокоится альфа, помогая любимой встать на ослабевшие ноги. - Нет, всё хорошо, хотя я уверена, что похожу в раскарячку пару дней. Он больше, чем предыдущий. - легонько коснувшись ещё твердого члена пальцами, улыбается Гриффин. - Возможно. Пошли, наконец искупаемся и нужно найти девушек. Нам многое нужно обсудить. - заходя в воду, Лекса шипит, вода становится холоднее, они были близки дольше, чем показалось на первый взгляд. Наскоро вымыв уставшие тела, девушки переодеваются, направляясь в сторону дома их новых подруг. - Лекс, а где сумка, та, в которой были деньги? - Кларк неуклюже переступает через корягу, почти упав, но сильные руки не дают случится этому, вовремя подхватив. - Я не знаю, я не помню, чтобы видела его. - задумчиво хмурится Блад, впервые вспомнив о своих сокровищах. - Может он в той комнате, как думаешь? - Не знаю, милая, мы слишком быстро вышли оттуда, я не успела запомнить что-либо. Девушки выходят из леса, впереди уже виднеется знакомый дом и Блад ускоряет шаг, обогнав запыхавшуюся омегу на пару метров. Крик боли эхом проносится позади и Лекса в ужасе оборачивается, видя как падает на колени истинная. - Святые угодники, родная, что случилось! - испуганно спрашивает шатенка, подбегая к согнувшейся пополам девушке, опускается рядом с ней на колени. - Чёрт! Моё тело! Лекса, мне так больно! Оно горит! - задыхаясь, Кларк судорожно хватается за рубашку, пытаясь сорвать ее с себя трясущимися руками, Блад приходится схватить ладони девушки, непослушными пальцами, она с трудом расстёгивает пуговицы. Испуг сменяется оцеплением и шоком так резко, что альфа не успевает осознать разницу. Девушки молча пялятся на обнаженный торс Гриффин, не понимая, что вообще происходит. Красные, светящиеся сквозь выступающую кровь линии плавно переходящие в замысловатые узоры появляются на светлой коже девушки, медленно вырисовывая неведомые символы. Зашипев от боли, Кларк моляще смотрит на офигевшую альфу. - Чччтоо, что происходит ссс со мной? - заикается омега, держа в руках края своей рубашки. Её тело бьёт крупная дрожь и она готова поклясться, что ещё немного и упадет в обморок. - Черт я не знаю, любимая. Но я знаю где видела эти узоры. - в зелёных глазах плещется страх и Кларк судорожно сглатывает ком в горле. - Дуб.... - хором шепчут девушки, наблюдая как последний узор заканчивает свой танец на шее омеги. Вечер приходит слишком быстро, а может это они, слишком долго сидят на зелёной траве. Прохладный воздух трепет мягкие, чистые волосы, высушив их уже до конца, первые звёзды россыпью украшают чернеющее небо. Тишина и умиротворение ночи приносят покой и темноту. Небосвод озаряет яркая луна, белый свет окрашивает золотые локоны омеги холодным серебром и возможно, этот момент был бы идеальным для стихов, если бы не голубое сияние на стройном теле исходившее от потрясающей красоты кровавого узора.