cruenta labiis

Над пожухлой травой парит кровавый Труп. Он не может видеть, ведь его глаза давно слепы. Слышен ему лишь тихий шепот. Томный, знойный Голос зазывал его к себе. Черный платок развевался на ветру. Могильный крест был разгромлен Вандалом, лежащим в соседней могиле. Труп любил чужой смех. Голос никогда не смеялся для него, сколько бы умерший не просил. Он лишь продолжал шепотом зазывать. Утопленник хрипел заполненными грязной и мутной водой легкими и резво нырял в озере. Голос звучал отовсюду и Труп не знал, куда ему податься. Он метался, рыдал кровавыми слезами и молил Бога о помощи. Но тот молчал. Молчали и деревья. И трава. И могильные кресты, которые неподвижно наблюдали за страданиями. Цветы на могиле Трупа давно завяли, но тот никогда их не увидит. "Бога нет", - думал Труп. Он отчаянно парил, оставив попытки найти Голос. Тьма поглощала, крепко обхватывая, но неупокоенной душе не понять всю тяжесть греха, что крепким замком обхватил его сердце. Кресты разрушены. Вода в озере стала кровью. Замок греха на сердце стал невыносимо тяжким. Трупа больше нет. А кровавые губы ангелов, щепчущие вслед душе останутся тут навечно.