4 секунды до того, как ты влюбишься

— Это что ещё за шлюха? Примерно так прозвучали слова Хёнвона, когда его подвёл Минхёк к небольшой компании студентов у барной стойки. Вообще, в тот вечер ему нужно было до конца разобрать свои чемоданы, к которым он до сих пор даже не удосужился прикоснуться, и бухать вместе с компашкой лучшего друга в его планы явно не входило. Но в итоге Че оказался в чёрт знает каком клубешнике, чёрт знает где. Не сказать, что ему такое не нравится — Хёнвон за любой движ, хоть по нему так и не скажешь, особенно, когда дело касается его любимых виски с колой, но не в незнакомом обществе, и, уж тем более, не с друзьями его лучшего друга. Пробираясь сквозь подвыпевшую толпу и легкую пелену ароматизированного кальянного дыма, что клубился по абсолютно всему помещению, путаясь даже под заплетающимися ногами посетителей, они, наконец-таки, добрались. Прожектор от светомузыки буквально на пару мгновений упал на лицо Хёнвона, но этого вполне хватило, чтобы неизвестная ему компания студентов засыпала светловолосого альфу комплиментами. — Минхёк, ты где такого красавчика откопал? — забавно смеётся рыженький парень, лучезарно улыбаясь, и Минхёк делает предположение, что это все из-за полуопусташенной стопки в руке. — Твоей маме зять не нужен? — обращается к Ли такой же невысокий блондин, который просто хотел пошутить, но в итоге получил подзатыльник от рядом стоящего рыжего парня. Минхёка вся эта ситуация явно забавляла, и он посмеялся, но вся весёлость пропадает, сменяясь озадаченностью на лице, когда он смотрит на тёмненького омегу напротив, а тот в ответ лишь процедил «дома поговорим», смиряя недовольным взглядом, не передвигающего ничего хорошего. Но все эти семейные разборки и мимолетные комплименты благополучно пролетели мимо ушей Хёнвона, отдаваясь слабым эхом и растворяясь пустым звуком в стенах кладовой памяти. Ревность партнёров этих парочек его никак не волновала и лишь вызывала кривую усмешку. Так по-детски. Светловолосый вел себя легко и непринужденно, не ощущая от оценивающих взглядов никакой тяжести, ему это казалось чем-то естественным, и пока к нему присматривались абсолютно все в этом кругу, внимание Че привлёк лишь один человек из всех присутствующих. — Это что ещё за шлюха? — в его голосе слышится ничем не прикрытая, наглая насмешка, и даже когда ребята с озадаченными лицами внутри себя упрекают этого парня в чрезмерной грубости, при всем при том, что никого тут не знает, — Хёнвон, как ни в чем не бывало, смотрит на брюнета напротив, не чувствуя на себе ни капельки вины и даже не собираясь извиняться. Все взгляды с Че мгновенно переметнулись на невысокого парня посередине. Его яркие вырвиглазные тени на веках были видны даже в приглушенном свете, так некстати упавшем на него. Глаза цвета горького шоколада столкнулись с карими, когда альфа прошёлся взглядом по рукавам в до неприличия прозрачной серой рубашке в мелкую сеточку, обтянувшую накаченные грудные мышцы, по подтянутым бёдрам в облегающих чёрных скинни, больше напоминавшие на нём вторую кожу, и бархатному чокеру на горле, довершавший его убийственный образ. Стоило отдельно упомянуть, что этот парень Че больше напоминал очередного стероидного качка, крупного и мускулистого, и поэтому данная одежда на таком амбале, и, уж тем более, «ошейник» смотрелся на нём крайне... шлюховидно. Наверное, за этими словами должна была последовать вереница оскорблений, волна агрессии и несдержанного гнева в адрес Хёнвона, а ещё щедрый хук справа — этого ожидали все, — и Чжухон, и Чангюн, и Минхёк, и даже сам брюнет, но в итоге слышится лишь спокойное, даже немного насмешливое: — Вообще-то, меня зовут Хосок.