***
Первым проснулся демон. Он смотрел на девушку и захотелось погладить ее по голове, что и сделал. Густые, мягкие волосы, которые щекотали грудь, а вкупе с остальным, вид духа вызывал улыбку на лице рыжего. Спустя минут десять и Нозерн проснулась, тут же краснея от своего положения и сползая с рыжего. Однако, он только посмеялся и поцеловал коротко в губы. — Доброе утро, милая Шу, — он немного усмехался. — Доброе, извращенец, — пробурчала, отворачиваясь. Потом оба сходили умыться, сделали чай, достали сладкое и поели. Пока Шувэй спокойно завтракала, втыкая в какие-то списки литературы и расписания, парень думал, что бы поделать. В итоге, весь день они провели дома, общаясь, играя и смотря мультики. Так один час сменял другой, день сменял день, пока не настало восьмое января, когда девушка должна выходить на учебу. У рыжего она начиналась позже — пятнадцатого числа, за упоминание чего получал от духа пинок под коленку или локтем в ребра. Все-таки, периодически учеба утомляла, особенно в плане скучных предметов на манер истории духов.***
Первые пары проходили спокойно. Беловолосая вела себя, как обычно, холодно со всеми и без лишних эмоций, пока не подошла Дух Вулканической Лавы. — Ну, здравствуй. Что, думала, я тебя не найду? — Риндел смотрела с нескрываемой злостью. — Да мне все равно на тебя. Что хотела? — Нозерн только подняла взгляд на рыжую. — Ах ты… — возмущению Лавес не было предела. — Пойдем выйдем. Обе девушки вышли из кабинета. Они одного возраста, но одна на курс старше, поскольку не брала академку. Таким образом, можно подумать, что она сильнее, но это не совсем так. Придя на задний двор университета, Шу встала напротив рыжей, которая, в свою очередь, рычала. — Так что ты хотела мне сказать? — Ты, сучка, увела моего парня. — Кого? Твоего парня? Ты про Ноэна, что ли? А не он ли тебя в лоб отшил? — Шувэй скептически смотрела на девушку. — Неправда! Да и у тебя есть фанат. Так какого черта ты прилипла к моему Ноэнчику? Еще и из-за тебя его не было почти полтора века! — Так, во-первых, я говорю правду. Во-вторых, фанатов у меня нет в помине. В-третьих, он сам меня выбрал. И в-четвертых, его все это время не было не по моей вине. — Ну, не знаю насчет остального, но твоим фанатом являюсь я. У тебя очень приятный запах. Так и съел бы, — позади Шу стоял вампир. — Мечтать не вредно, — голос звучал, как обычно, но Нозерн напрягло то, что она его не почувствовала со всей своей настороженностью и умением читать существ в радиусе двух метров, как минимум. — А я и не мечтаю. Я тебя заполучу, дорогая, — Микаэль приобнял беловолосую за талию, прижимая к себе и шепча ей на ушко. — У тебя нет выбора — ты будешь моей. — Мечтай. И отпусти меня. Шу даже не пыталась выбраться — чувствует, что может и просто вылететь. Однако, вместе с этим в голове все еще происходил анализ сложившейся ситуации, потому реакция происходила на пару секунд медленнее. И девушка поздно очнулась и не успела сориентироваться, когда ощутила когти на талии, которые впились в мышцы. Однако этого достаточно, чтобы ввести ей в кровь яд, который не позволит в ближайшее время стать воплощением. — Ты попалась, дорогая, — дальше она ощутила укус в шею и боль.***
Ноэн знал, что через серьгу можно ощутить, если с партнером что-то случилось. Потому, почувствовав неладное, тут же направился к университету. И подбегая, уловил запах крови беловолосой. В нем проснулся инстинкт. Убить. Прибежав на задний двор демон застал картину: дух с укусами на шее и царапинами на талии дерется против Риндел и Микаэля, которые слишком хорошо сработались. Девушка со всей своей силой едва стояла. Все же, один противник — дух примерно ее уровня, а второй — вампир, возможно, несколько сильнее ее. К тому же, у этих двоих слаженная командная работа. Насколько бы хорошо Нозерн не читала движения, но парировать и уворачиваться не всегда получается, оттого и урона больше, чем у остальных двоих, которых она, в свою очередь, тоже успела ранить. Цест только увидел, а в парочку уже летели темные огненные шары — очень быстрые, небольшие и самонаводящиеся. Почти все достигли целей, потому дух и вампир замедлились, отчего Шувэй стало легче атаковать, когда они открыты. — Шу, как ты оказалась в такой ситуации? — демон подошел к своей девушке и несколько опасно улыбнулся. — Сама не знаю, — беловолосой что-то подсказывало, что такая улыбка сулит приключения на ее мягкое место. — Ноэнчик! Как насчет обмена? Ты идешь ко мне, а Микаэль к Шувэй? — у рыжей уже крыша, похоже, едет. — Риндел, я тебе уже говорил, что ты меня не интересуешь. Я с тобой тогда переспал и все. И это было до Шувэй. Поэтому не пытайся ничего сделать ни мне, ни ей. Вампира это тоже касается, — после жестоких слов он снова обратился к Нозерн. — Шу, идем домой. — Да, — девушка пошла за парнем. Тот всю дорогу молчал. Ни слова, ни звука, ни полувзгляда, ни единого лишнего движения. Дух начала опасаться, что он может с ней сделать, потому думала втихаря сбежать, но буквально через пару шагов в другую сторону перед ней материализовался демон с улыбочкой и, несколько грубо взяв за руку, повел за собой.***
Зайдя в комнату, парень закрыл дверь на ключ. Пусть Шувэй сможет открыть, но на это необходимо время, которого нет. Поэтому и шансов на побег тоже очень мало. — Итак, дорогая, — он сел на кровать и похлопал по своим коленям, показывая, куда она должна сесть. — Объясни-ка мне, как так получилось, что ты подралась с двумя из команды представителей? Как ты вообще на них наткнулась? — Ну… — девушка спокойно сидела на коленях рыжего. — Они сами меня нашли. Да и прятаться бестолку, — хладнокровность внешне, но поджилки отчего-то трясутся. — Это верно. Но могла бы меня сразу позвать, — он гладил талию духа, а после слизал ее кровь со своих пальцев. — Я бы сразу пришел, а так — ты ранена, и твоя кровь очень вкусно пахнет, милая, — Цест шепнул это на ушко и лизнул раковинку. — Ноэн, пожалуйста, не шути, — девушка старалась сохранять самообладание. — Дорогая, я не шучу. И, кажется, если вампиру можно пить твою кровь, то ты не будешь против, если и я так же сделаю, — у рыжего что-то щелкнуло в голове и теперь он вел себя, как хищник, в руках которого добыча. Но дух не из тех, кто будет просто сидеть и умолять пощадить. Она видела изменения в характере, но это — личностная черта — не больше. Однако, когда демона так щелкает, то лучше находиться на другом конце света от него, чтобы не попасть в руки, а-то он, если не убьет, то изнасилует. Поэтому беловолосая, буквально на секунду настроилась на поток рыжего и сильно пережала, отчего он потерял сознание. Это выиграет духу минут пять, максимум — шесть. Потому за это время Нозерн быстро открыла дверь и выбежала из комнаты, а после — и из общежития. По пути скрыла свою сущность так, чтобы демон не смог ее найти даже через поиск, не говоря о серьге. Она бежала. Знала куда. И знала, к кому. Знала, где он сейчас. И знала, что он сможет ее спрятать.***
— Шувэй, что с тобой произошло? — Версель, помоги, пожалуйста, — у беловолосой сильная задышка и перед глазами все плывет, поэтому парень подхватил девушку и занес в квартиру, тут же укладывая на диван. С тех пор, когда парочку забрали, Шувэй как-то постепенно начала списываться и сближаться с призраком. Он ей не нравился, как парень, но был очень хорошим другом — умел выслушать, утешить, рассказать какие-то странные истории, поддержать, а также, на правах бабушки Маруси, периодически присылал какую-нибудь еду. Маршас тоже не видел в Нозерн свою девушку, но подругу. Пусть немного странную, но подругу. Поэтому в данной ситуации сразу налил воды и дал ей стакан, а рядом на столик поставил кувшин, чтобы подливать. Призрак ждал, когда она придет в чувство. — Итак, рассказывай, что случилось, — несмотря на мягкость, ему присуща еще и серьезность, особенно, если это касается дорогих ему «людей». — Я в универе наткнулась на Риндел и Микаэля, которые захотели подраться. Одна — из ревности, второй — из желания заполучить меня. Ноэн об этом узнал и разозлился, непонятно из-за чего. Мне стало страшно, я его вырубила и убежала. Как-то так, — голова все еще болела от долгой пробежки — дом Верселя в двух километрах от общежития в измерении мистических существ. — Извини, но что за чертовщина с ним творится? Он совсем идиот или да? — друг еще пару минут поносил Цеста, а потом успокоился. — Ладно. Здесь он тебя не найдет, с твоей скрытностью и моей защитой от обнаружения на квартире. — Да, вот только, у меня завтра пары. И он, наверняка, придет и подкараулит, — нервы уже начинали сдавать. — Версель, я не представляю, что он может со мной сделать! — от крика и нервного сжимания рук Шу, Маршас понял, что сейчас лучше просто обнять. — Я пойду с тобой. Не беспокойся, — в это время в голове у него присутствовала лишь одна мысль: «Господи, какой же этот демон идиот».***
Под вечер на беловолосую накатило еще большее отчаяние, поэтому она просто лежала на диване в футболке и шортах призрака и втыкала в потолок. Подавленность и желание умереть. — Так, ничего не знаю. Сейчас ты поднимаешься, усаживаешь свою пятую точку и мы с тобой пьем. Никакие «но» и отказы не принимаются, — Маршас поставил на столик выпивку, которая на вкус немного сладкая, но выносит очень легко, затем поднял духа и усадил к себе на коленки, поднося к ее губам бокал со светло-зеленой жидкостью. — Давай. Глоточек за плохую Шу, глоточек за хорошую Шу, глоточек за подавленную Шу, — он сделал маленькую паузу. — А теперь весь бокал за Верселя, чтобы я тебя в ближайшие полчаса не отпинал, и ты была на веселе! Беловолосая через силу выпила весь бокал чуть ли не залпом и заела долькой лайма. Пусть и сладенькое, но все же алкоголь. И потому после этого у девушки перед глазами начало плыть и мозг сказал: «Шувэй, гуд бай, Шувэй, прощай — я здесь чужой». — Верси? — она так начинала называть своего друга только когда уже поддатая. — И все же, у тебя никудышная толерантность к алко… — договорить ему не дал поцелуй. Девушка не лезла с языком — просто чмокнула, тем самым повергая призрака в шок и затыкая его. А когда отпряла, то отпила еще немного, но уже из бокала парня. А Маршас сидел и не мог понять, что только что произошло. Это было признание? Или что? Или ей померещился Ноэн? Нет, тогда она бы убежала. Тогда что за чертовщина? — Шу, ты в порядке? Я не Ноэн, вообще-то, — он краснел и отводил свои салатовые глаза куда-то в сторону. — И что? Надо ж было мне как-то себя уберечь от твоего стеба, — вот здесь призрак окончательно опешил. — То есть, ты меня поцеловала только чтобы я тебя не стебал? — парень резко отошел и начал закипать. — Ага. — Шунечка, — так он называл только когда беловолосая доводила до точки кипения. — Ты сейчас огребешь. Синеволосый повалил Нозерн на диван и навис над ней. Все-таки, несмотря на дружбу, он признавал, что в некоторых ракурсах девушка выглядит очень сексуально. И один из них — лежа под ним на спине и с отведенной в сторону головой. — Шунечка, не забывай, что я — парень. И могу с тобой сделать то, что ты еще не позволила даже тому демону, — он водил по животику, а когда начал подниматься выше, то девушка будто очнулась. — Не-не-не. Апути. Апути, кому сказйана, — дух пыталась выползти из-под друга, но… — У-ти-пути-пу! — он уже начал щекотать. От такого напора беловолосая начала очень громко смеяться и пыталась выбраться из-под призрака, что не выходило. — Я ж так умру! — воздуха уже не хватало и потому выдыхать нечего. Так прошел весь вечер. Они общались на отдаленные темы, девушка начала более-менее приходить в порядок и уже не вела себя настолько неосторожно.***
Ноэн же, после того, как пришел в сознание, понял, что девушка сбежала. Это выбесило, но в то же время он беспокоился, все ли в порядке. Весь день искал по городу и не находил. Не знал, где искать, еще и она свою сущность спрятала так, что не отыщешь. Но под вечер, когда ярость отошла, сознание заполонил страх за любимую. Что с ней могло произойти? Может, ее выловили и теперь она уже под кем-то повторяет судьбу своей матери? А может поймали и пытают? Или тот вампир у себя запер? Но он понятия не имеет, где его дом. На нервах все зачатки логики испарились, потому рыжий решил отключиться и прийти завтра в университет. Пришел под конец пар девушки. И оттого, что увидел ее в чужой рубашке, еще и рядом с другим парнем, с которым она непринужденно общается, в голове испарилось беспокойство, уступая место стопроцентной ярости.