Часть 1
15 января 2020 г., 13:20
Это был очередной жуткий кошмар. Истерзанный и раненый Сэмми, заключенный в клетке с Люцифером; мама, сгорающая в адском пламени под потолком их с отцом спальни; Эйлин, на которую напали вампиры и разорвали ее в клочья. Джек, стоявший на коленях перед ним, с взглядом, полным понимания и принятия, пистолет в руках, направленный прямо на него. Кастиэль, пронзенный ангельским клинком в грудь, умирал у него на глазах.
Он хотел вырваться из душераздирающего сна, но не мог. Ему было трудно проснуться во время кошмара, словно его изломанный разум хотел добить его такими ночными видениями. Пот бежал по его лицу, кажется, он даже кричал, стонал, умоляя помочь ему. Тонкая футболка обхватила грудную клетку и, казалось, сдавливала ребра и легкие в плотных тисках. Охотник мелко подрагивал всем телом, учащенно дыша, пока сквозь кошмар не почувствовал невесомое прикосновение к своему влажному от пота лбу.
Дин Винчестер распахнул глаза, резким движением отталкивая чью-то руку в сторону. Он рывком сел на постели, выхватывая из-под подушки пистолет, и в темноте направил его на неизвестного гостя в своей комнате. Свободной рукой Дин нашел выключатель от прикроватной лампы и зажег её.
Проморгавшись, он уставился на Кастиэля, стоявшего у его кровати и с испуганным видом взиравшего на пистолет в руках человека. Ангел был в привычном для него брючном костюме и плаще, которые он никогда не снимал, и растерянно прятал от Винчестера взгляд синих глаз.
— Что ты здесь делаешь?! — резче нужного задал вопрос Дин, опуская руку с пистолетом на кровать. Он глубоко вдохнул и выдохнул, стараясь привести свое сбитое дыхание в норму. Сердце бешено колотилось в груди от пережитого кошмара и испуга от непредвиденного ночного визита Кастиэля. Винчестер облизал пересохшие губы и коснулся лба ладонью, стирая выступивший пот.
— Прости, Дин, — пролепетал Кастиэль, осторожно двигаясь к выходу из комнаты, по-прежнему избегая взгляда глаз нефритового цвета, направленных на него. Он был странно растерян для того, кто был нечаянно застукан в комнате бывшего друга. Словно к чувству стыда у него примешивались из ниоткуда взявшиеся неуверенность и разочарование в себе.
— Зачем ты пришел, Кас? — требовательно спросил Дин, раздраженный поведением ангела. Тот долго не мог собраться с ответом, медля, подбирал слова, когда, остановившись в изножье кровати, всё же решился заговорить.
— Я хотел избавить тебя от кошмара.
— Что? — Дин, подумав, что ослышался, даже подвинулся чуть вперед на постели, ближе к Кастиэлю, чтобы можно было разобрать каждое слово, сказанное им. — Ты о чем?
— Я ведь не сплю, мне это не нужно, — начал объяснять ангел. — Я ходил по бункеру, когда услышал твой крик. И пришел помочь.
— И как же? Разбудив меня? — Дин ничего не понимал. Его смутили слова Кастиэля о том, что тот не спит. Он знал это, но никогда не задавался вопросом, что делал в ночное время ангел, когда братья лежали в кроватях и смотрели сны. Тому наверняка было одиноко, в огромном бункере, где из развлечений были только книги и Нетфликс, настроенный на одном из телевизоров.
— Нет. Как всегда и делал, — Кастиэль отвел взгляд в сторону, пряча свое лицо в тени. На мгновение его нижняя губа дрогнула, но он смог справиться с эмоциями и продолжить.— Раньше я приходил, когда слышал, что тебе снится кошмар, и использовал свою благодать, чтобы успокоить и избавить тебя от плохого сна.
Дин посмотрел на ангела широко распахнутыми глазами, не веря. Да, он заметил, что во время пребывания Кастиэля в бункере, спалось спокойнее и не было внушающих страх видений. Но никогда не мог связать это с тем, что его сон оберегал ангел божий, бодрствующий и день и ночь.
— Но сейчас, — голос Кастиэля сорвался, и он, наконец, смог посмотреть на Дина. Брови ангела изломились в мученическом выражении, а наполненные синью глаза смотрели на человека с мольбой и просьбой о прощении. — Я не смог, Дин. Моей благодати теперь не хватает даже на это. Я…
Кастиэль выдохнул, опустив голову, скрывая выступившие на глазах слезы, и еле слышно произнес:
— У меня почти не осталось сил.
Сердце Дина словно ухнуло куда-то вниз, оседая тяжелой болью в груди. Видеть ангела таким сломленным, разбитым, наполненным незримой, но осязаемой пустотой, было невыносимо. Он до сих пор не решился попросить прощения у Кастиэля за те неправильные, жестокие слова, что высказал ему однажды в порыве злости и отчаяния. Он так и не смог рассказать ему всей правды и причины своего ужасного поступка. А теперь Дин видел, как угасает его ангел, но ничего не мог с этим сделать.
— Кас… — Винчестер не знал, что сказать. Здесь невозможно было подобрать слов. И нужна ли была именно его помощь? От того, кто своим необдуманным поступком ранил сердце ангела так сильно и вряд ли теперь заслуживал прощения.
Кастиэль ждал, выискивая взглядом поддержку в человеке напротив, но не смог найти хотя бы её крохи. Он покивал головой, окончательно сдаваясь.
— Прости, что потревожил, Дин. Думаю, мне стоит уйти. Спокойной ночи, — Кастиэль повернулся в сторону двери и, не оглядываясь, неровным шагом покинул комнату Винчестера, исчезая в лабиринте коридоров бункера. Дин проводил его взглядом, желая исчезнуть с лица Земли. Его ангел заботился о нем, несмотря на всю ту боль, что Винчестер принес ему. А он снова не помог и позволил Кастиэлю уйти, вместо того, чтобы остановить и поговорить с ним. Пришла пора исправлять это.
***
Вокруг царила умиротворенная тишина. Глубокая ночь погрузила бункер в оцепенение, в котором каждый шорох, каждый шаг отдавался эхом в пространстве широких и просторных помещений. Он нашел его на кухне. Сгорбившимся за столом, со сцепленными вместе руками. Кастиэль был напуган, блуждал в отчаянии. Он терял всё. Дорогого себе человека, семью, свои силы. Скоро от него не останется практически ничего, и вряд ли кто озаботится этим. Кастиэль двумя пальцами вытер слезы с глаз, тихо шмыгнув носом. Он смотрел куда-то перед собой, не чувствуя себя живым. Дин, оправившись от увиденного, кашлянул, обозначая своё присутствие на кухне, и прошел вглубь помещения, мягко ступая по холодному бетонному полу. Кастиэль отвернулся от него, скрывая влажные от слёз глаза. Винчестер осторожно опустился на стул напротив него, невольно вспоминая былое ощущение приятной близости с ангелом. — Кас, — Дин хотел, чтобы тот взглянул на него своими глазами глубокого небесного цвета. Он уже собрался, было, протянуть руку и, ласково коснувшись щетинистого подбородка Кастиэля, развернуть его лицом к себе, но ангел сам обернулся и с вселенской усталостью во взгляде посмотрел на человека. Дин коротко улыбнулся ему. — Прости меня, Кас. За всё. За всё, что сказал тебе тогда, за то, что причинил боль. Ты не заслужил этого… — Дин, — Кастиэль перебил человека, выдохнув. Он выглядел как тот, кому уже нечего было терять. Кто принял судьбу, все её горести, и готов был в любой момент уйти. И от этого вида Дину стало не по себе. Это был уже не тот Кастиэль, который всегда шел в бой, как бы ни было всё плохо, готовый сражаться, в какие беды они бы не попадали. Тот, который никогда не сдавался, защищал и помогал другим выстоять против напасти. Было видно, как сильно подкосили его смерть Джека, потеря собственных сил и обвиняющий его во всех грехах Дин. Винчестер мысленно ударил себя по лицу несколько раз за то, какой свиньей он был по отношению к Кастиэлю. — Я давно простил тебя, — продолжил после недолгого молчания ангел и посмотрел на человека. Дин не мог понять, какими такими великими заслугами он заслужил это прекрасное небесное создание рядом с собой. Кастиэль посмотрел в его глаза и тут же отвел взгляд, ухмыльнувшись чему-то своему. — По правде говоря, я не могу на тебя злиться вообще. — Тогда… Почему ты избегаешь меня? — Я не избегаю, — Кастиэль сложил свои ладони в замок, крепче сжимая их, что не ускользнуло от внимания Винчестера. — Я боюсь… Я боюсь, что снова разочарую тебя. Как и делал прежде. — Нет, Кас, — Дин порывисто протянул правую руку вперед, скользнув ею по гладкой поверхности стола, и осторожно накрыл сцепленные кисти рук ангела. Кастиэль на мгновение напрягся всем телом, прикрыв глаза, но смог отпустить себя и расслабиться под согревающим прикосновением теплой ладони человека. — Ты никогда не будешь разочарованием для меня. — Но смерть Мэри… И Ровена… — Это была не твоя вина, — Дин, в конце концов, смог признать это. Произнеся вслух эти слова, он отпустил то, что терзало его столь долгое время. Перекладывание ответственности за произошедшее на другие плечи. Родные и уставшие плечи. Это было несправедливым и неправильным. — Мы все были виноваты в случившемся. Все, не только ты. Каждый из нас совершил ошибку. Это привело к тому, что мы имеем и не имеем сейчас. Кастиэль посмотрел в глаза напротив, без прежней боязни встретить в них осуждение и упрек. Дин в ответ не отвел прямого взгляда, как делал прежде, и неосознанно, большим пальцем правой руки начал поглаживать запястье ангела, которое сжимал в своей ладони, немного сухой и мозолистой от частого применения оружия. И губ Кастиэля неуверенно коснулась робкая улыбка. — Но… Я должен сказать тебе еще кое-что, — Дин не думал расцеплять их руки, лишь подался на стуле ближе, чтобы удобнее было опереться локтем о столешницу. Кастиэль сосредоточенно нахмурил брови, приготовившись внимательно слушать человека. — Чак… Бог угрожает нам. Если мы не остановимся, если не прекратим борьбу против него, он начнет убивать всех тех, кто нам дорог. Эйлин, Джоди, Донна… И я боюсь, что ты попадешь в его список, Кас. — Дин… — Нет, послушай, — Дин сильнее сжал руки ангела в своей широкой ладони, призывая того замолчать. — Мы с Сэмом — его главные игрушки, марионетки, персонажи его истории, его шоу. Но ты… Ты дорог мне, а значит, он может этим воспользоваться. Я не хочу терять тебя. Ненадолго между ними повисла тишина. Кастиэль пытался осознать услышанное. Слова человека тронули ангельское сердце, заставляя его чувствовать себя живым и настоящим впервые за долгое время. Он кашлянул в попытке прочистить горло, которое ощутимо сдавливал плотный комок. — И что ты предлагаешь? — Уезжай, Кас. Куда угодно, но подальше отсюда, — эти слова давались Дину с трудом, но он знал, что так будет правильно. Он должен был уберечь дорогого ему ангела от смерти, даже ценой длительной, возможно навечной разлуки. — Мы не можем остановить борьбу, ты сам знаешь. А значит, скоро здесь будет слишком опасно. Ты, Эйлин попадете под удар. Вы должны спастись. — Нет, — решительно произнес Кастиэль, и Винчестер поднял на него взгляд, полный отчаяния и немой мольбы. — Я не оставлю тебя и Сэма. Мы будем бороться вместе, до самого конца, как всегда и делали. — Но… — Я не боюсь умереть, Дин. Я делал это много раз, как и ты. И если придется пожертвовать своей жизнью ради победы над Богом, чтобы освободить вас и этот мир от его безумного контроля, я сделаю это. Вот он. Тот ангел, что был рядом с Винчестерами все эти годы. Самоотверженный и храбрый защитник, падший и отвергнутый так много раз. Но он стоически выдержал все испытания, что преподнесла ему жизнь, и смог сохранить себя, продолжая оберегать тех, кого любил всем сердцем. Дин боялся, что уже потерял такого Кастиэля навсегда. И сейчас был безумно счастлив его возвращению. – Я люблю тебя, Кас, – он улыбнулся, с трепетным волнением заглядывая в глаза цвета сумеречного неба. Несмотря на маячившее у них на горизонте сражение с самим Богом, которое сулило им огромные потери, Дин хотел верить, что чувства, расцветающие у него в груди новыми яркими бутонами, и мысли об одном ангеле придадут ему сил бороться до конца. Пока вместе, единой волей, они не достигнут победы, какую бы цену им не пришлось заплатить за это. Кастиэль мягко улыбнулся. Он расцепил кисти рук и бережно сжал ладонь Дина в своих. Теперь, когда рядом с ним был любимый им человек, ему не была страшна Пустота, с которой он однажды заключил сделку. Пусть приходит, пусть забирает его за то, что он, наконец, был счастлив. Всё равно он найдет путь к своему человеку и вернется к нему сквозь любые преграды. Кастиэль был готов. — И я люблю тебя, Дин Винчестер. До последнего вздоха.
