И тут Костя просыпается

Вечер в лаборатории. Очень многие люди, в хаталах или нет, на этаже громко болтают, играют в приставку, планшеты, настолку. Хотя большинство ещё за работой. До ужина совсем скоро. Один Костя избивает мягкую, кожаную стенку у входа посреди кишачей жизни игрового отсека с приставками, гаджетами старых лет и неоновыми вывесками. Дрожит, заглатывая ртом воздух, истерически долбясь головой об стенку. — Я не могу… А голосов всё больше и больше в комнате. — Просто, не могу… Свет расплывается. Всё течёт. Душно, даже слёзы сликшом тёплые. Обычный, звонкий, или даже домашний голос резко говорит: — Добрый вечер, Костя. — Хуёвый. — Сразу шикнул он. Михаил уселся на корточки, погладив мягкие, волнистые, серебряные волосы коллеги. Физик смотрел на него, чуть приободрённого друга. — Как так вышло, Костя? — Да как-так!.. — Выкрикнул Леханов, разведя руками, отвернулся вновь. — Я заебался, как обычно… — Ты вроде сегодня инструктаж для своих работников проводил? — Ага. У меня был полный дур-дом! — Угу… — Они меня заебали. Миша кивнул, зачесав уже чуть длинные волосы назад. — Да у тебя вообще целый псих диспансер, а не команда физиков! — Миша-а-а! — С усмешкой протянул Костя. — А ты ка-а-ак смирительную рубашку снял? — Опять гик-культура? — А чё, я же отличником был по ней! — Ахах! Точно! Михаил приобнял Костю. — Может, чем-нибудь помочь? — Да чем ты тут поможешь?! Только мне и функцию эмоций в коре больших полушарий выключай… Миша шепчет в ухо. — Печально, ведь у меня к тебе один вопросик. — Хм? — Ты завтра же так же преподаёшь? — Ага… Инженер вздохнул, положив голову на плечо физика, скрестив руки. — Ах, а я в следующем месяце. Просто хотел предложить тебе вечером вырваться наружу где-то на день. — Серьёзно?.. — У меня накопилось три дня. Костя считал на пальцах, сгибая большой, указательный, средний… — У меня тоже…!!! Взаимопонимающий кивок. — Тогда на три дня! Как на голову посыпалось расписание из мысленного дневника. — У меня инструктаж минимум неделю, Миш… — Ну пизд- Михаил Иванович очень сильно ударил себя по щеке, секундно глядя на руку. — Ой, всмысле «ну досадно»!!! — Ха! Уже от меня заразился. Слабый толчок в бок. — Угу. — А что ты планировал? Молчание. Михаил призадумался, долго почёсывая голову, оглядываясь по сторонам, скрипя зубами, шевеля губами в беззвучные слова. — Просто ничего не делать! — Заключил он с неким удивлением. — Есть пиццу, смотреть канал про животных, лежать на холодном полу и воображать красивое небо! Перед ним возникла яркая картинка. — Да, чистое, яркое голубое небо с большими, пушистыми облаками… — И деревня девятнадцатого века… Рядом лес, они гуляют рядом с небольшой деревней с старым забором из деревяшек. — И небо чистое… — Ооо-о-о да! — Зелёная свежая трава, уютные вечера за огнём… А как наступил там вечер! Незнакомые ему люди усаживаются после работ на полях. Жарят рыбу, плетут венки, рассказывая свои увлекательные истории до заката. И только потом спать… Миша улыбнулся, взяв за руку Костю. — И конечно, ты. — Теросер! Ну ты и блин! — Да, — Усмехнулся парень. — Ну я и блин!!! Опять всё плывёт, в разы жёстче. Шатая из стороны в сторону. *** Костю будит блондинка с короткой стрижкой, когда та ему почти всё лицо изрисовала.