Well... this is the end, isn't it?

Чонгук обвёл комнату печальным взглядом и, встретившись со своим отражением в зеркале, горько усмехнулся. Посмотрев на паркетный пол, парень заметил, как грязь от его ботинок испачкала чистые доски, но это ничуть парня не расстроило. Эта квартира все равно в скором времени будет ему не нужна. Чонгук поднялся с кресла и спрятал пистолет за кромку черных брюк. Человек, с которым он должен встретиться, уже, должно быть, ждёт его. Медленно поднявшись на крышу, Чонгук сразу же заметил ту хрупкую фигуру, которую узнает из тысячи. Молодой человек стоял к нему спиной, зябко поеживаясь от прохладного ветра. Чон отрешённо, но с безмерной теплотой подумал о том, что этот растяпа опять не посмотрел прогноз погоды, и теперь определённо хочет подхватить простуду. Услышав за спиной шаги, парень обернулся, а, увидев, кто к нему направляется, на его губах расцвела нежная улыбка, от которой Чонгук встал как вкопанный, ощущая, как его сердце крошится от одного только взгляда чёрных глаз. Заметив небольшую заминку темноволосого, улыбка на лице невысокого парня неуловимо изменилась из нежной в слегка хищную, приподнятая бровь дополняла хитрое выражение на небольшом кукольном лице. – Гук-иииииии, – с громким криком молодой человек подбежал к Чонгуку и запрыгнул на него, чувствуя, как крепкие руки младшего надёжно держат его за талию. – Я скучааааааааал. – Я тоже, Юнги... – Чон зарылся носом в светлые волосы старшего, ощущая лёгкий яблочный аромат его любимого шампуня, а по сердцу словно ножом раскаленным водили. Чонгук крепче прижимал парня к себе, будто хотел спрятать его от всего мира. И от себя в первую очередь. – Гук-и, раздавишь, отпусти, – звонкий смех Юнги был для Чонгука словно музыка, от него все тревоги уходили на задний план, от него было такое ощущение, будто все снова на своих местах, будто у них всё будет хорошо. Но это не так. Чонгук выполнил просьбу Юнги: опустил старшего на пол крыши и с огромным усилием убрал от него руки. Парень даже отошёл на шаг от Мина. Только сейчас светловолосый насторожился, улыбка слетела с его губ, он внимательным цепким взглядом осмотрел младшего с ног до головы, замечая выглядывающий из-за пояса брюк пистолет. Горькая улыбка тут же нашла своё место на аккуратном фарфоровом лице. – Что ж... вот и конец, да? – тихий голос все так же был для Чонгука словно музыка, только сейчас ему хотелось прижать парня ближе, целовать эти милые лисьи глазки и уверять в том, что всё не так, что у них ещё есть шанс. Но факт в том... что это и правда конец. – Это должно было когда-нибудь случиться, я знал, с кем встречаюсь. Если ты помнишь, я ведь сначала не принимал твои ухаживания, – да, Чонгук помнит, но тогда он за один только взгляд и нежную улыбку готов был сорвать звезду с неба, потушить солнце, ведь Юнги был его единственным источником света, он был готов совершить всё, чтобы наконец почувствовать эти мягкие губы на своих, ощутить тонкие пальцы на своих плечах, прижать это хрупкое тело ближе к своему. – Но в тебя сложно было не влюбиться, и я сдался. Отдался чувствам, которые накрывали с головой. Видимо, из-за них и пришёл мой конец, ведь ради тебя я отказывал многим, в числе которых были и довольно влиятельные люди. А знаешь, – шальная улыбка расцвела на небольшом личике, а первые слёзы скатились по бледным щекам. – Я ни о чем не жалею. Любовь к тебе имеет большую цену, но она стоит того. Стреляй, – Юнги развел руки. Порыв ветра ворвался на крышу, растрепав светлые волосы юноши, но теперь ему не было холодно, он смотрел в тёплые карие глаза, в которых вперемешку плескались нежность и боль. Чонгук достал пистолет из-за пояса, снял с предохранителя и навел на цель. – Я люблю тебя, – произнёс Чон. – И я тебя, мой самый любимый киллер, – прошептал Юнги, улыбаясь светло и нежно, так, как улыбался только Чонгуку. Выстрел, и хрупкая фигура оседает на землю, глаза вмиг становятся стеклянными, но на губах все так же сияет белозубая улыбка. Чонгук поднимает голову к черному небу с миллиардами звёзд, а перед глазами стоят те тёмные озёра нежности, в которых парень тонул каждый день. Чон отбросил пистолет в сторону и развернулся спиной к мёртвому телу. Он подошёл к краю крыши, расставил руки и прикрыл глаза, позволяя ветру трепать его одежду и тёмные волосы. Поднимаясь сюда Чонгук знал, какой его ждёт исход. На соседней крыше сидит снайпер, нанятый тем же клиентом, который хотел смерти Юнги. У Чонгука не было выбора: либо он убивает Мина, а после его самого убивает коллега, либо они с Юнги пускаются в бега, их когда-нибудь находят и так же с ними расправляются. В тот день, когда он встретил своё хрупкое счастье, он знал, что обречен, но сопротивляться этому сильному чувству, охватившему его сердце так же быстро, как огонь охватывает сухие деревья, Чонгук не мог. Резкая боль где-то справа, и парень камнем летит с крыши вниз – снайпер наконец выполнил свою работу. Эйфория от полёта напоминала ту, которая охватывала Чонгука, когда он держал в своих объятиях Юнги. Юнги... Чонгук вспомнил те сияющие чёрные глаза и яркую улыбку. Буквально через секунду они снова будут вместе. Только теперь уже никто не сможет разрушить их счастье.