Химеры

Калаврианская эпопея благополучно осталась позади, и братьям предстояло ненадолго вернуться на Вириди, чтобы завершить кое-какие дела по службе, а ещё написать характеристики всем своим кадетам. И пусть в настоящий бой щенки так и не вступили, однако со своими приказами справились блестяще, что и предстояло отразить в личных делах, как и сам факт участия в самой настоящей боевой операции космического флота — просто замечательная запись для будущей карьеры молодого военного. А ещё на Вириди оставалась их маленькая самочка. Доделают дела, заберут Милану и можно будет возвращаться на Ниазис. К сожалению, братья по-прежнему не разговаривали, общаясь исключительно по делам службы. Вот и сейчас, едва сойдя с трапа корабля, Луар глухо прорычал, что собирается к Милане, "а ты пока лучше держись подальше", резко взмахнул крыльями и был таков. Риарден его отлично понимал и даже был полностью согласен с братом. То, что Луар до сих пор не перегрыз ему глотку — самое настоящее чудо. Брат всё ещё дико злился на ту выходку Риардена на поляне во время танцев у костра. Бездна, как же всё сложно! А ведь тогда это решение казалось очень правильным, единственно верным, и, пожалуй, даже красивым! Самка просто обязана была оценить его жест, однако всё вышло совсем иначе. Он тогда вышел из толпы и, опустившись на колено, достал из ножен боевой кинжал. Упёр остриё в свою грудь, прямо туда, где бьётся сердце, и рукоятью на раскрытой ладони направил к Милане. Он поднял голову, покорно глядя в её глаза снизу вверх, и произнёс ритуальную фразу: — Прими или убей. Толпа кадетов моментально затихла и замерла в ожидании ответа. Этим древним ритуалом некогда вершились судьбы рабов. Такое случалось, когда продаваемый раб был настолько предан своему господину, что предлагал убить себя, вместо того чтобы оказаться у нового хозяина. Впоследствии традиция переродилась, теперь не было господ и рабов. Теперь уже самец передавал свою волю и свою жизнь в руки самки, к которой у него образовалась привязка. Разумеется, на ритуале никто больше не умирал, но если самец всё же получал отказ, то никогда больше не был способен на новую привязку и на всю оставшуюся жизнь оставался без пары. Он смотрел в её глаза и увидел, как она побледнела. Да, Милана узнала ритуальную фразу — уроки по обществознанию химер не прошли даром. Риарден предлагал всего себя, будущее, свободу, всю жизнь без остатка. Традиция, при иных обстоятельствах даже очень романтичная, но сейчас абсолютно варварская и не оставляющая никакой свободы выбора. Она что, должна прямо сейчас погубить его?! Она не монстр, не желает ему зла... и её снова не спросили. Он молодец, конечно, но снова подумал лишь о себе, а не о её чувствах. Это ведь не её решение! Так нельзя! Он чувствовал всё, что чувствовала она, и с горечью начинал осознавать, что снова поступил неправильно, и теперь станет только хуже. Он ощущал её растерянность, перерастающую в злость, обиду и непонимание. Слёзы, блеснувшие в глазах от зародившегося внутри неё отчаяния, которые она с трудом, но всё-таки сдержала. Он видел, как она борется с желанием психануть, заорать, пинками прогнать его прочь. Как на бледном лице меняются эмоции в неровном свете костра. Наконец она с собой справилась, в глазах полыхнула ярость, и прошипела: — Принимаю, — а потом поджала губы и протянула руки, чтобы принять кинжал. Риарден выдохнул с облегчением, ибо, оказывается, всё это время не дышал. Он вложил кинжал в подрагивающие ладони самочки, а потом снял с себя ремень с ножнами и передал ей с финальными словами ритуала: — Теперь я и моя жизнь принадлежат тебе. Замершая толпа кадетов вокруг них, внимательно наблюдавшая за происходящим, радостно заулюлюкала, и грянула музыка. Кадеты кинулись их поздравлять, но радовались сейчас только кадеты. Бездна, всё должно было пройти совсем не так! Риардена опалила ярость подошедшего "поздравить" Луара, напугала до дрожи в коленях. Это было что-то, чего самец объяснить не мог. Что-то очень тёмное, и с этим Риардену сталкиваться не хотелось. Всё время, пока шла операция по захвату калаврианцев, Луар общался с ним исключительно по делу. И на этом всё. А на данный момент Риарден надеялся, что самочка успокоилась и они смогут поговорить. Он раскроется перед ней и попросит прощения. *** Милана со Златой, под неусыпным присмотром кадета, уже пообедали в столовой и собирались выходить, чтобы прогуляться, когда увидели, как рядом приземлился Луар. Милана радостно вскрикнула и бросилась навстречу будущему мужу, слыша, как вслед ей доносится хихиканье Златы. — Лууу! Луар радостно развёл руки в стороны и принял в объятия Милану. Покружил и потом обнял. — Я соскучился, кнопочка! — сообщил он ей и замурчал. — Я тоже скучала! Ты надолго? Надеюсь, не скажешь снова, что нужно куда-то бежать, спасать чужие планеты и судьбы? У нас и своя судьба есть, — обеспокоенно спросила девушка и заглянула в серые глаза Луара. — Сегодня я только твой! — заверил он и это было чистой правдой, ибо Луар собирался провести весь оставшийся день со своей самочкой. Их чувство радости и восторга переплелись, и оба уже пребывали в эйфории, когда услышали: — Ребятки, простите, даже не хочется вас прерывать, но очень бы хотелось узнать у тебя, Луар, а где же мой любимый главком? Почему не примчался счастливо в мои объятия? — поинтересовалась Злата, глядя на счастливую пару. Луар с улыбкой обернулся, не выпуская Милану из рук: — Ему нужно завершить кое-какие дела, и он сразу же придёт к тебе. — Отлично, тогда я срочно удаляюсь наводить красоту, — радостно улыбнулась Злата и ушла в сопровождении кадета, который последовал за ней, словно тень. — Погуляем? — предложила Милана, как только всё внимание Луара снова обратилось к ней. — Идём! Рассказывай, как дела, чем занималась все эти дни. Дни Миланы были похожи один на другой, ведь занимались они со Златой примерно одним и тем же. Походы в столовую, чтобы утолить голод, прогулки, занятия с доком Ай'Росом. И, конечно же, танцы! А по вечерам залипали в планшет, читая новости, смотрели кино или просто болтали. Как-то так. Ждали своих мужчин. — Звучит, конечно, интересно, но однообразно. Скажи-ка... а не хочешь ли полетать? — внезапно поинтересовался Луар с лукавой улыбкой. Милана непонимающе уставилась на мужчину и со смущением спросила: — А на чём полетим и куда? — Не на чём, а на ком! Куда глаза глядят! Хвать на ручки и утащил!! — Луар с хохотом подхватил взвизгнувшую Милану и взлетел. Милана крепко обнимала его за шею, восторженно ощущая полёт. Они поднялись над исполинскими деревьями и замерли в воздухе. Девушка затаила дыхание, смотря на потрясающий пейзаж. Под ними раскинулось зелёное море джунглей, сверху было лазурно-голубое небо, а вдали виднелись змейки рек, горы и водопад. — Лу, это потрясающе, — восторженно выдохнула Милана. — Рад, что тебе нравится. А сейчас держись крепче! Луар взлетел ещё выше и принялся кружить над джунглями, отслеживая чувства самочки. Страха не было, ей очень нравилось, и, осмелев, он прибавил скорости и исполнил несколько головокружительных кульбитов. Они то летели ровно, то кружились в восходящих потоках воздуха, то резко срывались вниз. Луар прижимал крылья к телу, укрывая мягкими пушистыми перьями, и они срывались в штопор или мёртвую петлю, а после делал несколько резких мощных взмахов, и они снова взмывали ввысь. Милана визжала от восторга, смеялась и требовала сделать так снова и снова. Восторженные чувства самочки очень нравились Луару и наполняли его таким же восторгом. Опустившись в очередной раз прямо к верхушкам деревьев, девушка вдруг заметила, как в прогалине между ветвями дерева что-то мелькнуло и тут же скрылось из глаз. — Лу, там прячется кто-то маленький. Давай посмотрим? — попросила Милана. — Может, какое-то животное. Скорее всего ничего интересного, но раз хочешь, давай глянем, — он пожал плечами и стал медленно снижаться. Ему было неудобно маневрировать, мешали ветви деревьев, лозы лиан и прочей растительности. Потревоженные птицы рассержённо затрещали, разлетаясь во все стороны. Наконец загадочное и очень симпатичное существо обнаружилось неподалёку, на толстой ветви дерева, и Милане даже показалось, что оно их ждало. А вот усаживающийся на толстую ветку рядом с существом Риарден подпортил настроение и Милане, и Луару, хотя оба постарались этого не показать. Но эмпатию не обманешь. Милана за время отсутствия парней успокоилась, но всё ещё была обижена и зла на Риардена, и видеть его была не готова. Да и как себя с ним теперь вести, не понимала. Риарден тоже не мог понять, какую тактику поведения выбрать. С самцами было значительно проще, чем с самками, которые, как ни крути, а всегда — загадка, которую до конца невозможно разгадать. Он волновался, переживал, захочет ли разговаривать с ним Милана, и растерянно молчал. Луар приземлился на толстую ветвь напротив, помог устроиться Милане и сел рядом. Посмотрел на побратима и вопросительно поднял бровь. Милана и Луар чувствовали растерянность и переживания Риардена, но помогать ему никто не собирался. Сам накосячил — сам пусть и исправляет. — Я видел вас, — пояснил Риарден внешне спокойно, но внутри сжался, холодея от мысли, что самочка его прогонит. Луар кивнул, принимая ответ. А Милана круглыми от удивления глазами принялась рассматривать существо. Ей не хотелось думать о вредном Риардене, ведь рядом с ней сидел удивительный крошечный человечек, по-другому назвать не получалось. И это была девочка, или, скорее, судя по округлым холмикам её прелестей — девушка. Милане вспомнились анимешные герои, именно их это существо и напоминало. Неестественно огромные глаза, по-кошачьи жёлто-зелёного цвета с длинными густыми ресницами. Маленький носик и губки бантиком. Красивая фигурка при всём и очень милые ножки. Из одежды на ней был вышитый цветами лиф и короткая юбка. Крошечную шейку украшали многочисленные нити цветных бус. На тонких запястьях и стопах были браслеты в тон бусам. Существо было очень изящным и не выше тридцати сантиметров. Абсолютно прямые светлые волосы были заплетены в витиеватую косу. Кожа внешне казалась Милане странной и напоминала бархат. Интересно, а на ощупь тоже будет бархатной — мелькнула любопытная мысль в голове Миланы, но без спроса трогать живое существо она не стала. К тому же, судя по чувствам, исходящим от существа, и осмысленному взгляду, девушка была разумной и так же с любопытством рассматривала Милану. Все молчали, и молчание становилось неловким. Существо утратило любопытство, и её взгляд стал растерянным и несчастным, а потом из глаз покатились крупные слёзы, и она расплакалась. Не ожидавшие такого поворота самцы растерялись. Они вообще слёз самочек не любили, ибо не знали, что делать в таких ситуациях. — Что с ней? Почему плачет? — Милана, сжав кулачки, возмущённо уставилась на Риардена. — Это ты маленькую обидел, признавайся!? — Нет, конечно же. Тоже мне, главного злодея вселенной нашла. Я только подошёл, и знаю не больше вашего, — фыркнул тот. — Но мы сейчас спросим. Так случилось, что я немного знаю диалект Экки. Он наклонился к существу и тихо прошептал на незнакомом для Миланы мелодичном языке. Существо обрадовалось и, доверчиво глядя в глаза Риардена, с готовностью защебетало в ответ. Наконец Риарден поднял голову: — Да тут у нас целая история! Эта самочка экки — принцесса племени Аван. Её родители уехали в соседнее племя Шину, чтобы договориться о браке для дочери. Принцесса должна была приехать следом через несколько дней, чтобы познакомиться с женихом и его семьёй, но по пути на кортеж напали арахны. Охрана спасла принцессу ценой собственной жизни. Принцессу зовут Эа. Она просит нас помочь ей добраться до племени Шину. А ещё нужно найти её приданое. Милана всё ещё не понимала. Ну, то есть сама история-то была примерно понятна, но боже... кто они такие, эти загадочные обезьянки с глазами лемуров?! А вот это уже была стихия Риардена — знания. О таком он мог говорить даже с самкой, которую до ужаса стесняется и боится. Стараясь не сбиваться на холодный напыщенный лекторский тон и говорить нормальным языком, он сообщил Милане то, что и так уже знал Луар: эта раса называется Экки. Когда-то создатели вывели их в качестве домашних животных, но в итоге решили, что опыт не удался — слишком умные. Сбежавшие экки расплодились и создали на планете несколько племён. Они вполне разумны, пусть и не как химеры, и у них даже есть свой язык. Химеры не имеют ничего против экки и даже периодически им помогают по возможности, но вообще стараются не вмешиваться в их дела без нужды. Милана кивнула, благодаря за рассказ. Её растрогала история принцессы, и она очень сочувствовала — знала на собственном опыте, что такое встреча с арахной. Она с надеждой посмотрела на мужчин и спросила: — Мы ведь поможем ей? — Конечно, даже не сомневайся. Тем более, что располагается племя Шину совсем рядом, — Риарден снова обратился к экки. Экки внимательно выслушала, её глаза загорелись, и на лице расцвела счастливая улыбка, она залепетала ответ. — Я сказал ей, что поможем. Но она не найдёт место, где на них напали. Так что приданое вряд ли найдём, — перевёл Риарден слова принцессы. — А что по обычаям входит в приданое принцессы экки? — спросила Милана. Девушка прекрасно понимала, что этот вопрос очень важен, судя по тому, что маленькая принцесса упомянула приданое. Ведь даже в земной культуре девушку-бесприданницу могли замуж и не взять. Риарден заговорил с принцессой и, выслушав ответ, перевёл Милане: — Если правильно понимаю, в приданое входят ткани, украшения, одежда. — Хм... — Милана на мгновение задумалась и почти сразу выдала. — Я знаю, как помочь с приданым! Идём на базу! — Ну ладно, — согласился Луар и, подхватив самочку, слетел на землю. Риарден перевёл слова самочки принцессе экки и предложил сесть к нему на плечо для удобного перемещения. Принцесса доверчиво согласилась, и они спустились с дерева и далее маленькой процессией пошагали на базу. *** Перед встречей с Дааром Злата приняла душ и, перебрав скромный гардероб, выбрала яркое короткое платье, которое, увы, уже надевала несколько раз на встречи с главкомом. Она успела соскучиться по своей комфортной комнате и большому гардеробу на Ниазисе. Нарядившись, девушка села за стол с планшетом посмотреть в ожидании Даара какой-нибудь фильм, когда в дверь постучали и вошла Милана с парнями. — Злата, как хорошо, что ты ещё тут. Очень нужна твоя помощь! — затараторила Милана и выдала всю информацию разом. — Ну хорошо, помогу, дай только подумать, — растерянно ответила Злата, разглядывая миленькую экки на плече Риардена. Мужчины сели за стол, и Риарден пересадил принцессу на стол, а Милана зашла в крошечную гардеробную и покопалась в малочисленных вещах своих и Златы. Обнаружив то, что искала, Милана вернулась в комнату и положила на стол небольшую стопочку новеньких носовых платочков и платок с бахромой, в котором танцевала возле костра на поляне. — Думаю, это должно подойти, — радостно улыбнулась она. Злата наконец-то сообразила, чем может помочь, и, встав из-за стола, сходила в гардеробную за шкатулкой. Поставила её на стол и, открыв, перебрала украшения, выкладывая на стол то, что не нравилось. Так на столе образовалась приличная кучка колечек, браслетов, бус и цепочек. Все украшения были из драгоценных металлов и камней. Зная, как Злата обожает украшения, Милана спросила: — Тебе точно не жаль? — Нет, они мне не очень подходят. К тому же мои супруги подарят мне новые, — улыбнулась Злата и взяла колечко с жёлтым кабошоном, напоминающим янтарь. — Оно мне велико, да и камень не нравится. Так что носить я точно не буду. Злата протянула руку с кольцом в сторону принцессы, которая ничего не понимала, но с любопытством наблюдала за тем, что происходит, и надела колечко ей на голову в качестве короны. — Оооо, — удивлённо выдала экки, не зная, что ей делать дальше и как себя вести. Милана решила порадовать малышку и принесла из ванной маленькое круглое зеркальце на ножке. Поставила перед принцессой, и та, разглядев себя в зеркале, восторженно выдала: — Оооо! — и что-то залопотала, обращаясь к Милане, глядя на неё с надеждой. А Милана вопросительно посмотрела на Риардена. Он перевёл: — Разумеется, она просит подарить зеркало. — Скажи ей, что зеркало теперь её, так же как и платки и украшения. Экки смотрела на всех по очереди в ожидании ответа и очень обрадовалась, когда мужчина перевёл ей слова девушки. Злата подвинула всю стопку вещей. На глаза принцессы навернулись слёзы благодарности, и она на ломаном языке химер вдруг сказала: — Спасиибба! Чем повергла в шок всех присутствующих. Риарден сразу же заинтересовался и спросил, неужели экки научились понимать их язык. Малышка ответила, что знает только несколько простых слов, таких как "помогите" и "спасибо". А потом она встала на свои ножки и принялась перебирать и рассматривать обновки. Носовые платочки ей особенно понравились. Очень красивые и разные. Какие-то были с вышивкой, другие с кружевом или ажурные. Жаль только, что тканей мало. А вот украшений да ещё таких красивых и дорогих много, ей будут завидовать принцессы из других племён. Особенно зеркалу. Ведь только у неё оно теперь есть. Когда Риарден перевёл слова принцессы, Милана со Златой задумались, чем ещё могут дополнить приданое экки, раз тканей мало. Но в голову больше ничего не приходило, они обе сделали что могли. Луар, всё это время молчавший, решил поделиться идеей: — Я думаю, можно собрать немного продуктов с долгим сроком хранения. До нового урожая ещё далеко. А невесту, которая принесла в племя еду, будут уважать. Экки в основном живут собирательством и охотой. Мало что выращивают сами. Так что еда им пригодится. — Хорошая идея, — поддержала его Злата. — Тогда я пошёл на кухню. Надеюсь, там сегодня наши кадеты дежурят. И Луар ушёл. Риардену тоже хотелось внести свою лепту, глядя на остальных. Тем более что он вспомнил, что неподалёку от базы растёт дерево нути с мелкими сладкими и ароматными ягодами. Плоды отталкивали тех, кто ничего о дереве не знал, своим ядовито-оранжевым цветом. Но на самом деле ягоды долго хранились, были полны витаминов и хороши для иммунитета, особенно если уже болеешь. Предупредив самочек, что скоро вернётся, он тоже ушёл. Оставшись одни, девушки уселись за стол и наблюдали за принцессой, которая, примеряя украшения и платочки, крутилась перед зеркалом. Первой нарушила тишину Злата, не выдержала, её снедало любопытство. После того что произошло, она тактично не лезла в душу подруги, ожидая, когда та сама захочет поговорить. Но увы, Милана молчала, да и сейчас пыталась скрыть, что расстроена заботой о принцессе. — Ты всё ещё злишься на Риардена? Милана перевела печальный взгляд на подругу и встретилась с её любопытным взглядом. Вздохнула обречённо, но ответила: — Конечно. И не знаю, что делать. Если прогоню, то сломаю ему жизнь — он же мне тот идиотский ножик дал на полном серьёзе. Но и простить его ещё не готова, да и смогу ли принять, не знаю. Взгляд Златы поменялся на серьёзный и задумчивый. Милана понимала, что она не решается о чём-то сказать, и чувствовала метания подруги. Наконец Злата решилась, ведь если не она, самая близкая подруга, то кто сможет сказать? — Я не вправе решать за тебя, но всё же дам женский совет, ты же замужем никогда не была. Я прекрасно понимаю твои чувства и считаю, что ты абсолютно права. Твой обормот вёл себя не по-мужски и порой весьма свински. Но, судя по его поступку у костра, он это понял и пытался исправить ситуацию. Просто твой мужчина не знает, как попросить прощения, какими словами, поэтому предложил тебе самое ценное, что у него есть — свою жизнь. Подумай об этом. И судя по тому, что ты приняла кинжал и до сих пор злишься на него, он тебе небезразличен. Просто дай ему последний шанс, чтобы потом ни о чём не жалеть. Помни, твои мужики часто будут "делать что-то не так", но это не потому, что им плевать на тебя и твои чувства, просто они от природы бестолковые. Если любишь, с ними надо с заботой и бесконечным терпением, как с детьми малыми! Милану оглушило осознание, что подруга вообще-то права. Именно с такой точки зрения она и не смотрела на ситуацию. А ещё в ней с новой силой вскипела злость, ведь ей не нужна была его жизнь. Или нужна... но не так же!! Да у неё просто не было выбора, кроме как принять этот проклятый кинжал. В глазах сразу вскипели злые слёзы. Милана закрыла глаза и несколько раз глубоко вздохнула, чтобы успокоиться, и почувствовала тёплую ладонь на своей. Она открыла глаза и увидела ладошку Златы. Подруга с сочувствием на неё смотрела. — Вижу, что ты всё поняла. Но ты никому ничего не обязана. Просто подумай... — Хорошо, я подумаю, — тихо пообещала Милана. В конце концов, Злата права, этот придурок ей небезразличен. Теперь она лучше понимает, с кем связала её судьба. Да и от арахны он её спас, хотя... Если бы не он, она бы и не попала в лапы этой твари. Но всё же, с какой стороны ни посмотри, он рисковал своей жизнью. Экки всё это время наблюдала за девушками, подошла к Милане и тоже положила свою крошечную ладошку на её ладонь. Принцесса ничего из разговора не поняла, но почувствовала переживания обеих девушек. — Эх! — сочувственно пожалела Милану крошка и ушла вновь возиться со своим приданым. Дверь тихо вошла в стену, в комнату вернулись мужчины. Луар нёс корзину для пикника, а Риарден — пару небольших коробочек и букет необычных цветов ярко-алого цвета. Луар поставил корзину на стол, а через Риардена обратился к принцессе. Та его внимательно выслушала и с восторгом что-то пролопотала в ответ. Риарден поставил одну коробочку на стол, а вторую вместе с букетом положил перед Миланой. Он был растерян и не знал, что сказать, только смотрел взглядом побитой собаки и краснел. Не понимал, правильно ли сейчас себя ведёт и не получит ли по физиономии букетом, а в догонку и коробку с ягодами на голову. Хотя для Миланы подобные поступки не характерны. Но вдруг? Самки такие непонятные. Хотя пусть лучше отлупит, чем молчит, злится и плачет. Милана от неожиданности растерялась и молча рассматривала подарок. Цветы были очень красивые, с большими бутонами, похожими то ли на розы, то ли на пионы. Все присутствующие замерли, наблюдая немую сцену. И каждый надеялся, что Милана если не простит Риардена сразу, то хотя бы сделает первый шаг в этом направлении. Наконец она взяла букет и понюхала цветы. Аромат был просто волшебный, нежный и сладковатый. Посмотрела на смущённого мужчину: — Спасибо, — тихо поблагодарила. И казалось, в комнате все бесшумно выдохнули. Лёд тронулся. ...и вдруг раздалось смачное причмокивание. Все дружно обернулись в сторону звука. Принцесса, закрыв глаза и мыча от удовольствия, лопала ягоду, стоя у коробки. Напряжение в воздухе рассеялось, и все рассмеялись, настроение сразу поднялось. — Полагаю, настала пора их высочеству продолжить путешествие к племени Шину? — предложил Луар. И все согласились. Злата распустила причёску, сняв атласную ленту, которой украсила волосы для встречи главкома, и, сложив аккуратной стопочкой платочки, завязала их, словно подарок. Милана сходила в ванную и вернулась оттуда с маленькой деревянной коробочкой, напоминающей шкатулку. Откуда в ванной была эта коробочка и что в ней было раньше, никто не знал. Значит, коробочка ничья, и, начиная с сегодняшнего дня, будет наречена самой настоящей королевской сокровищницей — Милана торжественно сложила туда украшения принцессы. Риарден наклонился к принцессе и объяснил, что им пора в дорогу. Та ответила, и когда самец протянул к ней руку, послушно села на ладонь. Риарден поднёс руку с принцессой к плечу, и она пересела. Луар заглянул в корзину для пикника, переложил покучнее продукты, освободил место для коробочки с ягодами. Туда же убрал коробочку с украшениями и зеркальце с платками. Оглядел окружающих: — Ну что, идёмте. — Хорошей прогулки вам, — улыбнулась Злата и ушла в ванную заниматься новой причёской для главкома. Милана поднялась из-за стола и пошла за Луаром, а следом за ней вышел из комнаты Риарден с экки на плече. *** Ходьба по душным джунглям в полуденную жару — то ещё испытание. Уже через час Милана начала уставать. Хорошо, что ей помогали парни, особенно когда требовалось перелазить большие корни исполинских деревьев. — Долго ещё идти? — спросила она, когда на пути в очередной раз появился корень-переросток. Луар подхватил самочку за талию одной рукой и, взмахнув крыльями, перемахнул через препятствие. Оба самца ощущали усталость своей самочки и помогали ей, насколько та позволяла. — Ну давай я понесу тебя, кнопочка! — в очередной раз попросил Луар. Милана гневно сверкнула в его сторону глазами: — Я не ребёнок и не беспомощная, сама дойду! Просто ответь, долго ещё идти? Оба самца обречённо вздохнули. Надо же, какая упёртая! Она отказалась лететь с Луаром, чтобы не оставлять Риардена с принцессой идти одним. И теперь упрямо шагала вперёд, несмотря на то, что жара её измучила и усталость брала своё. Самцы не очень понимали, почему Милана себя так ведёт, но разумно помалкивали. И только одна Милана понимала, почему вредничает — это её обида на Риардена выходит подобным образом. Можно сказать, что она таким детским способом отыгрывалась на них. Ну, а что? Хотя бы так пар спустить — пусть тоже потерпят и попереживают. Перед Луаром только неудобно, он то ни в чём не виноват. Хотя, пусть привыкают оба, раз скоро свадьба. — Ещё пять минут потерпеть, и будем на месте, — ответил Риарден, переживая. И только принцесса радовалась и что-то напевала себе под нос. Вскоре джунгли расступились и выпустили их на берег реки. — Как красиво! — восторженно выдохнула Милана, осматривая берег, уходящий вверх каменными порогами. Прямо в скалах были вставлены деревянные двери. На плоских камнях, образовавших плато, были устроены детские площадки, где бегали малыши поближе к жилым пещерам. Чуть дальше от жилья, на нижнем ярусе плато располагалась рабочая зона, где разделывали рыбу и мясо. Откуда-то из-под земли вился дымок и вкусно пахло копчёностями. К мостикам, уходящим в реку от плато, были привязаны лодки, покачивающиеся на волнах. Всюду сновали экки в простых, но ярких нарядах и соломенных шляпах, занимаясь своими делами. Женщины ходили в коротких юбках и крошечных топиках, а мужчины в свободных коротких брюках и рубашках без рукавов и воротника. Вся эта деревушка посреди джунглей, в зелёных кустах и ярких цветах, казалась словно сошла со страниц сказочной книги. Наконец на них обратили внимание, и раздались крики. Экки стали оборачиваться и махать руками гостям, что-то лопотать на своём языке. На самом верхнем ярусе открылась красивая резная дверь, и вышли две пары экки. Они отличались от остальных, были более ухоженными, богаче одеты. Видимо, это были семейные пары вождей племён. Обе пары, разглядев незваных гостей, бурно и радостно, что-то обсуждая, спустились по выдолбленной в камне лестнице. Экки вокруг радостно гомонили между собой и рассматривали принцессу. Перед вождями с жёнами собравшаяся толпа расступилась, пропуская к гостям. И когда те остановились, глядя на Милану с мужчинами, маленькая принцесса что-то радостно вскрикнула. Риарден подставил ладонь к плечу, и принцесса пересела. Самец наклонился, опустил руку к плато и отпустил экки. Принцесса припустила бегом, раскинув руки в стороны, к родителям, которые шли ей навстречу и что-то говорили. Вторая пара немного отстала, позволяя родителям обнять дочь. Женщина-экки, обнимая маленькую принцессу, плакала и всё время её целовала. Мужчина радовался, обнимал обеих своих женщин и что-то говорил. Когда сошёл первый восторг радости, мужчина отпустил своих женщин и подошёл к гостям. Поклонился до земли, а потом что-то долго говорил. Риарден присел на корточки рядом с Миланой и тихо переводил: — Это вождь племени Аван. Он благодарит нас за спасение его дочери. Оба племени уже оплакали принцессу, так как думали, что она погибла. Когда принцесса не прибыла вовремя на церемонию знакомства с будущим мужем и его семьёй, отправили отряд воинов узнать, что случилось. Они нашли только приданое принцессы, а вот её саму и сопровождение нет. Сделали вывод, что всех съели арахны, которые проснулись после сезона дождей. Вождь закончил свою речь и поклонился. Луар поставил корзину на землю, а Риарден объяснил вождю, что это новое приданое принцессы. — Оуу! — удивился и растерялся вождь. Вождь вынул из-за пазухи крошечный мешочек, что висел у него на шее на шнурке, и протянул Риардену, что-то говоря, а потом снова поклонился. Тот поклонился в ответ и принял подарок. Вождь развернулся и, махнув экки, пошёл к своей семье. — Химеры никогда не лезут в дела племён. Просто мирно соседствуем и стараемся присматривать за маленькими соседями. Помогать по необходимости. Например, едой, если долго не было дождей и сохнут ягоды, грибы и фрукты с овощами. Или в сезон дождей может смыть деревушку, и обездоленные жители попросят помощи. В ответ экки дарят редкий речной жемчуг. Для маленького народа жемчуг не имеет такой большой ценности, как для нас. И не принимать подарок — значит сильно оскорбить маленький народ. Экки более наивные и чистые, чем мы. И развивается их культура совершенно иначе, — пояснил Риарден Милане, которая ничего не понимала, но с любопытством за всем наблюдала. Луар повернулся к самочке и побратиму: — Мы можем идти назад, — и обратился уже к Милане. — А это тебе. Подарок от вождя. Он поблагодарил нас и за спасение принцессы, и за новое приданое. Сказал, что она теперь самая богатая невеста из всех племён. Особенно благодарил за еду. После сезона дождей припасы почти закончились, а новый урожай ещё не созрел, да и охота скудная с рыбалкой. Милана приняла крошечный мешочек, сгорая от любопытства, развязала шнурок и высыпала на ладонь содержимое. Это оказались довольно крупные жемчужины. Горсть жемчуга на ладони переливалась холодным розовым перламутром и вызвала у девушки восторг. — Боже, какая красота! — Теперь ты можешь себе купить на Ниазисе дом. И ещё останется на несколько лет безбедной жизни, — просветил Риарден Милану. — Огооо! — удивилась девушка. — У меня теперь тоже есть приданое! Самцы усмехнулись. Им её приданое не нужно, зато она радуется. Риарден поднялся и подхватил самочку на руки. — Ты что творишь!? — не ожидавшая такого действия девушка возмутилась и метнула гневный взгляд на парня. Тот не впечатлился и спокойно ответил: — Понесу тебя назад. Так будет быстрее, да и ты устала, — и, развернувшись, пошёл в джунгли. Луар, усмехнувшись, направился следом за побратимом. Он понимал, чего хочет брат, но оставлять их наедине не собирался. Мало ли, вдруг снова начнутся непонятки и разборки. — Поставь меня на землю!! — вдруг грозно рыкнула Милана, и рык этот получился откуда-то из глубин её естества. Она и сама испугалась собственного рыка. Ого, как она может! Оба самца, не ожидавшие такого, замерли на месте и вытаращили глаза на самочку. Луар из-за плеча побратима растерянно спросил: — Как ты так смогла? Риарден осторожно опустил свою ношу на землю и поспешно убрал руки. А то мало ли что, вдруг правда загрызёт. Милана обернулась к парням и ухмыльнулась: — Помните вы или уже забыли, но я же дочь своего отца, Рена. Вы же оба были на Совете и знаете, у меня кровное родство. Так что не злите меня и бойтесь! — и она в шутку зашипела на них, обнажая самые настоящие клыки химеры. Самцы окончательно растерялись. Они-то давно почувствовали, что запах самочки изменился и стал ещё более привлекательным, но возможности переговорить по этому поводу с Реном у них не было. Шок постепенно отпускал, и первой мыслью стало, что им очень и очень повезло! Землянки с модифицированным ДНК всё же имели некоторые сложности с беременностью, так как были не такими сильными, как химеры. Детёныши химер были сильнее человеческих и иногда могли навредить своей матери. Конечно же, беременные самки находились под постоянным присмотром своих самцов и врачей. При малейшем подозрении самка моментально оказывалась в медцентре на осмотре. А вот в следующем поколении самок уже было больше химеры, и переносили они беременность в разы лучше. Третье же поколение самок практически не отличалось от химер. Риарден протянул руку к самочке ладонью вверх, предлагая взять его за руку: — Идём. Милана хмыкнула, но вложила свою маленькую ладошку в его ладонь. Риарден нежно сжал её ладошку и повёл дальше по джунглям. Шли молча и долго. *** Риарден привёл Милану и побратима на свою любимую поляну. Он решил объясниться с самочкой именно здесь, где всегда чувствовал себя спокойно. - Зачем мы сюда пришли? - растерянно спросила Милана, оглядывая поляну, которая в первый раз вызвала восторг, а сейчас навеяла неприятные воспоминания. Риарден провёл её до деревьев, так напоминающих ивы, и самочка увидела под деревом большой камень, скрытый ветвями. Он обернулся к самочке и, подхватив её за талию, усадил на тёплый камень, нагретый жарким днём. Луар всё это время молча следовавший за братом и самочкой, лёг в траву рядом с камнем и, закинув руки за голову, прикрыл глаза. Он чувствовал, как побратим переживает и боится, но вмешиваться он не собирался. Риарден сел на корточки перед самочкой и теперь смотрел на неё снизу вверх. Он был в растерянности и не знал, с чего начать разговор. Чувствовал, как безмятежен побратим и как волнуется самочка, ничего не понимая. - Ну так зачем мы тут? - глядя сверху на Риардена, снова спросила Милана. Она решительно ничего не понимала, и чувства парней не давали ей ответа на вопрос. Впрочем, она догадалась, что Риарден скорее всего хочет поговорить и для этого привёл её на поляну. Что ж, она послушает, что он скажет, чувствовала ведь, как он переживал всё время. Но это пока всё, что она может. Риарден судорожно вздохнул и тихо заговорил, глядя в глаза Миланы: - Я не знаю, какими словами сказать, как мне жаль, что вёл себя словно идиот. Могу лишь попытаться объяснить, почему себя так вёл, но и это не будет мне оправданием. Риарден сменил позу на более удобную, ибо разговор обещал быть долгим. А судя по тому, как самочка внимательно слушала и не перебивала, говорить будет он один. Ну и ладно, главное, чтобы выслушала. Он упёрся коленями в землю и сел на пятки. Неосознанно сорвал цветок и вертел в руках. Не знал, как продолжить дальше разговор, но под внимательным взглядом самочки собрался с духом и заговорил дальше: - Когда-то я с братьями уже испытал привязку к одной самочке. - Как только Риарден заговорил о бывшей, то почувствовал, как напрягся Луар. Для всех троих братьев это была больная тема. - Она была очень красива. Мы радовались, что она ответила на наши чувства. Ведь мы все останемся в одной семье. Да и к тому же она химера. Мы считали, что нам очень повезло. Но со временем она начала странно себя вести. Поначалу мы этого не замечали. Как бы невзначай она начала нас подначивать на соперничество между собой. Из-за её выходок мы начали ссориться. Со временем стало хуже, она уже откровенно стравливала нас не только между собой, но и с другими самцами. К тому моменту, когда мы начали понимать, что происходит, то уже, несмотря на привязку между нами, была откровенная вражда. А она смеялась и считала это забавным. Однажды она собрала нас на пикник и познакомила ещё с двумя молодыми самцами. Они были побратимами. В нашем законодательстве прописано, что самка может взять в мужья пятерых самцов. И я с братьями даже смирился бы с этим. Но она объявила, что хочет устроить соревнование, в ходе которых выберет себе лучших мужей. А с остальными расстанется. Риарден замолчал, закрыв глаза. Милана чувствовала боль, исходящую от него, и то, насколько трудно было ему говорить. Такую же боль она чувствовала и от Луара, как бы он ни выглядел спокойно и расслабленно. Её и саму передёрнуло от боли своих мужчин. В душе зародилось сочувствие. Риарден преодолел ком в горле, который образовался от тяжёлых воспоминаний, и продолжил: - Мы были в шоке. А когда пришли в себя, то я спросил, зачем она это делает, ведь мы давали ей всё, что она хотела. Её ответ убил всех нас, - самец скрипнул зубами от злости. - Ей хотелось только самого лучшего. Те двое побратимов были из богатого клана, но не настолько влиятельного, как ей хотелось бы. А вот мы с братьями - сыновья Мудрейшего, что гораздо лучше. И теперь она хочет, чтобы мы соревновались, и она смогла бы выбрать одного лучшего сына Мудрейшего и одного сына из богатого клана. И тогда будет всё идеально. Для всех нас пятерых самцов показалось это бредом, пока мы не поняли: самка из небогатой семьи и без клана. Она хотела и влияния, и богатства. У нас нет клана, и мы не богаты, но зато отец - Мудрейший. Все знают, что отец много занимается благотворительностью, оставляя лишь необходимые средства на жизнь. А те двое - из богатого фермерского клана. Так у неё появились бы и деньги, и влиятельные родственники. А чтобы всё получилось наверняка и мы смогли бы спокойно уйти с ней, она нас рассорила. Воспользовалась тем, что привязка к самке бывает сильнее братской. Вот только она прогадала. Мы с братьями ушли от неё. И те самцы тоже. После этого у меня как будто душа замерзла. Я не мог никак преодолеть негативный опыт отношений с самкой. И потому пытался тебя держать на расстоянии. Боялся повторения истории. Не доверял своим чувствам, хотя и чувствовал, насколько ты чиста. И каждый раз причинял тебе боль. А когда осознал, каким идиотом был, чуть не потерял тебя. Испугался, потому и подарил тебе свою жизнь. Я очень надеюсь, что ты сможешь меня простить. Пусть не сразу, но всё же. Риарден замолчал и покаянно опустил голову. Самочка молчала, и он чувствовал её жалость по отношению к себе. А в горле Миланы от его рассказа образовался ком. Она знала, что бывают жестокие и меркантильные люди. Но чтобы так откровенно издеваться над чужими чувствами, это уже перебор! Ей стало нестерпимо жаль парней, которые так обожглись в своих лучших и самых светлых чувствах. Она и сама в личной жизни там, на далёкой земле, в прошлой жизни потерпела фиаско. И в какой-то степени понимала Риардена, который не смог сразу ей доверять. Но все люди разные, и не стоит всех грести под одну гребёнку. Теперь, когда он раскрылся перед ней, она даст им шанс. Но не сразу. Ей всё ещё нужно время до конца пережить обиду. Теперь это уже будет её выбор и её решение, а это радовало! Когда ком в горле растворился, она смогла ответить: - Мне нужно время, чтобы отпустить свою обиду, и возможно, тогда я смогу тебя простить. Риарден судорожно выдохнул. Теперь у него появилась надежда, и главное - ничего не испортить. И уж он-то постарается, чтобы самочка его простила. Он поднял на неё сияющий надеждой взгляд и радостно улыбнулся. Застарелая боль отпустила обоих самцов. Луар наконец-то расслабился, почувствовал, как счастье заполняет его душу, и не только его, но и Риардена. Теперь всё будет хорошо.