Демон

— Домашнее животное формирует человека как личность и воспитывает в нём положительные качества! — без устали повторяет отец Кастиэля в редкие моменты их встреч. — Да, пап, — без устали пожимает плечами Кастиэль. Чёрт его знает, придумал ли отец самостоятельно или вычитал в одной из книг это нравоучение, но ни один совместный завтрак теперь не обходится без упоминания важной роли шестилетнего чёрного босерона с рыжими подпалинами в жизни Каса. — Ты водил Демона на прививки? — Жан-Луи поверх газеты с прищуром смотрит на сына. Лежащий подле Демон, заслышав своё имя, радостно виляет хвостом. — Ещё бы, пап. В мае ходили. — Я рад, что не прогадал с твоей мамой с выбором питомца. И я очень рад, что тебе можно доверять. — Да-да, я понял, — раздражённо бросает Кас. — Демон, идём гулять! Пёс, боясь, что его оставят без утренней прогулки, неуклюже подбирает под себя лапы и, поскальзываясь на паркете, бежит за своенравным хозяином.

***

В начале пути всё было иначе. — Что это? — маленький Кас с ужасом смотрит на коробку из-под микроволновой печи, в которой барахтается, изредка поскуливая, двухмесячный малыш. — Касси, дорогой! Чтобы ты стал более серьёзным и научился нести ответственность, мы с папой решили подарить тебе щенка! — хрустально звякает Валери. Мальчик молчит, кажется, собираясь с мыслями, и недовольно потирает глаз. Слёзы? — А я… просил щенка? — исподлобья глядит на своих родителей сын. — Я просил плеер! А эта дурацкая собака мне не нравится! Он вонючий: от него пахнет так сильно, как будто он не мылся неделю! Унесите его скорее из дома. — Касси… — И он некрасивый! Моя собака будет полностью чёрная, а не с рыжими пятнами! — Кастиэль заливается слезами, а щенок, точно понимая, что решается его судьба, подвывает тоненьким, детским голосочком. — Кастиэль, да ты только посмотри на этого малыша! — отец достаёт из коробки воющий комок и кладёт возле ног мальчика. — Я уверен, вы будете большими друзьями. Подобравшись поближе, пухнатый малыш доверчиво кладёт голову на кроссовок Кастиэля, смешно вытянув задние лапы. Родители смеются и жестами показывают сыну взять на руки их нового члена семьи. Кастиэль, превозмогая брезгливость, наклоняется к питомцу: берёт за шкирку, поддерживая снизу щенячью попу. Чёрное с рыжими подпалинами чудо лезет облизываться. Кас не может сдержать смех. Чудо тычется мокрым носом в шею Каса. — Перестань так делать! Мне щекотно! — уворачивается Кастиэль от настырного собачьего носа. — Не забудь придумать ему имя, дорогой, — умильно улыбается мать. — Есть у меня одна идея…

***

Как и у каждого собачника, у Кастиэля сформировался ряд привычек, которыми он обязан своему четвероногому другу — Демону. Все в школе говорят, что-де, Кастиэль невыносим, груб и с ним невозможно найти общий язык, но все почему-то забывают, что долгие шесть лет Кас жил по большей части без родителей, но с собакой! С большой, чёрт возьми, собакой, требующей воспитания и постоянного внимания. За долгие шесть лет Кастиэль обучился стайному мышлению. В их маленькой с Демоном стае Кас с первых месяцев жизни пса взял на себя роль вожака — иной расклад больно ударил бы юношу по самолюбию. Практически постоянно находясь без попечения родителей, мальчик самостоятельно выбирал стратегию поведения. Такую, чтобы растущая не по дням, а по часам собака не села бы ему на шею и не начала манипулировать хозяином. Кусаться, рычать, пускать слюни, клянчить со стола. Разумеется, воспитание Демона требовало от Кастиэля жёсткости характера. Хорошо, если бы в школе это понимали… И девчонок в рекреации Кастиэль не пропускает вперёд не потому, что хам от рождения, а потому, что привык проходить вперёд своего верного босерона.

***

Как и каждого собачника, Кастиэля не удержишь на вечеринках. Даже будучи подвыпившим, он чётко помнит, что не позднее одиннадцати вечера ему необходимо вернуться домой, чтобы выгулять пса. Демон, признаться, не очень любит запах алкоголя: в качестве профилактики может прикусить загулявшего хозяина за пальцы. — Ай, Демон, не кусайся, мне и так нехорошо! — юноша пристёгивает к ошейнику поводок и, наматывая его на руку, медленно направляется к двери. Демон не любит запах алкоголя, но стерпит, потому что больше гулять ему не с кем.

***

Кастиэль никогда, слышите, никогда не танцует. Ни при каких обстоятельствах. Даже если от этого зависит благополучие целого мира и целой вселенной. Стоит ему начать ритмично притоптывать ногой, Демон тут же прижимает уши и начинает виться у ног хозяина: «Пап, с тобой всё в порядке? Ты не болен, пап? Почему ты так странно двигаешься? Покидай мне лучше мячик!» Демон заводится с пол-оборота и начинает носиться по квартире, снося стулья, обувь в прихожей, сбивая ковры. Мячик-мячик-мячик!

***

Как и каждый собачник, Кастиэль ест временами сухой собачий корм. С пивом. И неплохо в нём разбирается. Никому не признаётся, что ему нравится, но скрывать свою любовь к подушечкам не собирается. Конечно, остаётся странное послевкусие, но зато эта закуска всегда есть дома. Когда Кас во время очередных посиделок предлагает Лизандру попробовать, тот морщится от запаха кушанья и многозначительно крутит пальцем у виска. — Ну и ладно, ну и пожалуйста, — пожимает плечами гитарист, и ароматные подушечки улетают в миску Демона. Крайне опрометчивый отказ, Лизандр.

***

Наверное, как и каждый собачник, Кастиэль всё измеряет в прогулках: до школы идти пол собачьей прогулки, пешком до музыкального магазина за струнами — ровно одну собачью прогулку. На автобусе — четверть собачьей прогулки… Прогулка как мерило и как смысл жизни. Как возможность сбежать от реальности, спрятаться в дождь или зябкий сухой вечер, или немой туман, или стонущую жару. Спрятаться от всех вместе с Демоном с музыкой в плеере. Ирония, пожалуй, в том, что от себя во время этих прогулок не удавалось сбежать ещё ни одному собачнику. «Наверное, я рождён, чтобы в одиночестве гулять под дождём с собакой и роком в ушах», — накинув капюшон, думает про себя Кастиэль. Он, подзывая собаку, наматывает на руку брезентовый пятиметровый поводок (новомодными рулетками пользуются только люди нетрадиционной сексуальной ориентации). Демон выразительно слезливо смотрит на хозяина: «Хватит меня гулять, пап! Ты не знаешь, что хороший хозяин в такую погоду собаку из дома не выпустит? Пойдём лучше домой кушать и валяться на диване?» — Эй, Демон, не тяни меня так! Дурень!

***

Как и каждый собачник, Кастиэль вызывает неподдельный интерес у окружающих. Погладить, почесать, дать вкусняшку — спектр возможных действий не слишком широк, однако для неискушённого прохожего его более чем достаточно. — Ой, а как его зовут? — две молодые девушки, на вид ровесницы Каса, тянут руки к шее босерона. — Демон! — страшным голосом отвечает юноша, чуть потягивая поводок на себя. — Звучит довольно убедительно… Демон такой милый! А можно его погладить? — Попробуйте, но не гарантирую вам, что он не укусит, — расплывается в язвительной улыбке Кастиэль. Французские овчарки вообще скептически относятся к незнакомым людям, и предугадать со стопроцентной вероятностью дальнейшее действие Демона нелегко. Девочки не расстраиваются и со смехом продолжают: — А у Демона и хозяин такой же милый. Можно его погладить? Кастиэль в ответ разрывается недобрым смехом: — Попробуйте, но не гарантирую вам, что он не укусит.

***

Как и каждый собачник, Кастиэль трепетно относится к здоровью питомца, забывая при этом про своё. — Кастиэль, почему ты опять прогулял вчера уроки?! — Натаниэль грозно склоняется над одноклассником, сидящим на скамейке в школьном дворе, для выяснения причин очередной шалости. Кас устало откидывается на спинку, скрещивая руки на груди. У него совсем нет настроения спорить и выяснять отношения. В упор глядит на старосту. — Демон болен. Мы были вчера в больнице. — Ты не мог сказать об этом раньше? — Нат знает, насколько питомец важен для его товарища, но обязанности старосты есть обязанности старосты. — Нет, не мог, — качает головой Кас и смягчает выражение, прибавивши. — Давай сюда свою бумагу. Ты же за этим пришёл? Щёки блондина чуть краснеют. На бумаге появляется кривой чёрный крестик, означающий, что прогульщик ознакомлен с официальным документом и возможными последствиями. Кастиэль поднимается со скамьи и сам заходится сухим кашлём. — Тебе бы самому полечиться, Кас. — Не твоего ума дело. Вечером гитарист забегает в аптеку за самым дешёвым лекарством от температуры и головной боли, ставшей ему постоянным спутником. Демону же ветеринар назначил недельный курс лечения: уколы, два вида таблеток, диетическое питание, ради которого Кастиэлю приходится самому готовить псу паштеты и каши. — Демон, больше не отравляйся, ладно? — стоя у плиты в материнском фартуке, причитает Кас. Он снова начинает надсадно кашлять, пока овчарка строит виноватые глазки: «Хорошо, пап, больше не буду подбирать на улице всякую дрянь. Прости меня».

***

— Мам-пап! Покажите мне, как надо гулять с Демоном! — двенадцатилетний малыш Кас подбегает к родителям с поводком. Следующий за ним хвостиком пёс вымыт, вычесан и пахнет дыней. На мордочке — подобие улыбки. На шее — красный ошейник с табличкой с гравировкой: Привет, я Демон! Если ты читаешь это, я снова потерялся. Меня очень ждут дома, позвони, пожалуйста, моему человеку — Кастиэлю Т. …