Teach me, Park Jimin

...

            - Тэхён, ты что, рехнулся? - Пак едва не подавился воздухом, подаваясь вперёд и упираясь ладонями в стол.       - А что, один ты у нас что ли герой? Я спешу тебе напомнить, что на соревнованиях, мы частенько оставались в финале вдвоём. И ты выигрывал лишь потому, что был более гибким и проворным, - Тэхён поджал губы и стал мрачнеть с каждой секундой. Вот и интересности про их прошлое подъехали. Не так я, конечно, обо всём узнать хотел, но тоже ничего себе вариант. Выходит, пока я дрался за школой или на заброшках, наши тихони-ботаники официально избивали сверстников в каком-то там кружке боевых искусств. Неплохо. Нужно будет всё же поговорить с Чимином на эту тему. Интересный же мне парень достался.       - Да, но даже мои гибкость и проворность не помешали тому психу малолетке вывихнуть мне руку, - чуть ли не кричал уже Чимин, взметая левую руку в воздух, словно бы в доказательство, - Тэхён, в конце концов, я старше. Повисла мимолётная тишина, в которой как будто бы даже был слышен треск разрядов тока между их глазами. Ким сощурился, сцепив челюсть и тихо бросил:       - Это давно перестало быть аргументом, - а после, схватив свой рюкзак, подорвался с места и ушёл из столовой под гневный взгляд рыжего и, немного сожалеющие, оленьи глаза Чонгука.       - Поздравляю вас, решалы, - хмыкнул я, закидывая в рот остывшую курицу, - а вы лидера, ну меня то бишь, спросить не хотите, а? Устроили тут петушиные бои. Приберегли бы силы до пятницы. Пак нервно дёрнул плечом, складывая руки на груди и отворачиваясь от меня.       - Вот и славненько. Значит сегодня в шесть вечера все встречаемся у заброшенной больницы на окраине. Ты, - я ткнул палочками в Чона, - берёшь свою принцессу.       - Он не мой..       - Ага. А ты, - наставил я их на Джуна, - можешь прихватить своего муженька. Он нам пригодится за дом перетереть. Раз уж он у Кимов старший, хоть и не живёт с ними давно, думаю всё равно его оставят следить за мелкой истеричкой, так что договариваться придётся с ним. Всем ясно? Два молчаливых кивка напротив, как согласие. Поворачиваясь к Чимину, чтобы услышать согласное "угу", я вместо согласия слышу слегка обиженное и тихое:       - У нас, вообще-то, сегодня занятие музыкой, если ты забыл.       - Меня, вообще-то, могут убить в пятницу, если ты забыл, - передразнивая его недовольный тон, я заметил пробежавший в шоколадных глазах испуг, и сразу же взял его за руку, успокаивающе Но Чимин, цокая языком, снова отвернулся, а я так и видел, как он нервно зажёвывает губу и накручивает себя мысленно. Будет сложнее, чем я думал..

...

      - Эй, будешь игнорировать меня до самой бойни? - скинув обувь, куртки и сумки у входа в коридоре, мы с Чимином прошли ко мне в зал, где я почти сразу упал на диван, а он, нарочито громко топая ногами, прошлёпал в кухонную зону. Из-за стойки и стульев мне было видно лишь его рыжую макушку, от которой разве что, как в его любимых аниме и комиксах, не шёл пар и злые смайлики, и руки освобождённые от серого пиджака. На нём была простая чёрная, чуть свободная футболка, и смотрелся он в этом на моей кухне очень по-домашнему и уютно. Но злая аура вокруг него так и норовила разрушить всё очарование.       - Чимин, я к тебе обращаюсь, - но в ответ снова игнор и лишь тихое бряканье чашками да шум чайника. Вздохнув и поджав губы, я решил сдаться и просто молча следить за ним. Он отпирал один за другим ящики, словно он у себя дома, а когда что-то находил, тихо бормотал, но не разобрать что. Потом я шаркнул холодильником, брякнул дверцей микроволновки, а я вздёрнул брови. Он что, пожрать у меня решил?! Когда я всё же оторвал задницу от дивана и приподнялся, чтобы посмотреть, что он там делал, Чимин уже огибал барную стойку с подносом в руках (вау, у меня дома есть эта штука, внезапно) и, нахмурив брови, подходил ко мне.       - Пойдём мыть руки, а потом поедим. Не думаю, что ты особо наелся в столовой, - негромко проговорил он, ставя поднос с горячими бутербродами и чаем на журнальный столик, и сразу же ушёл в гостевую ванную. Я же всё ещё удивлённо моргая, медленно отлип от дивана и поплёлся за ним, пытаясь переварить произошедшее.       - Ты чего, в заботливую жену решил поиграть? Не рано? - возможно идея разбавить напряжённую обстановку тупой шуткой - была не из лучших, но я старался, заходя за ним в маленькое помещение.       - Почему ты ничего не сказал Тэхёну? - тихо спросил Пак, игнорируя вопрос и разматывая бинты с моих костяшек.       - Он сказал это более убедительно. Цокнув языком, Чимин бросил испачканную за целый день ткань в мусорное ведро под раковиной, а я опять шикнул от лёгкой боли, когда мы оба опустили руки под поток воды. Набрав в ладонь побольше жидкого мыла, я сплёл наши пальцы, лениво массируя его подушечками и больше трогая, нежели действительно пытаясь помыть. Пак, кажется от этих действий немного смягчился, потому как, нарочито громко вздохнув, повернул голову и прижался лбом к моему плечу. Моя голова как-то сама собой склонилась к его, примащиваясь щекой к макушке, будто мы делали это всю жизнь       - Не дуйся. Ты в глубине души, прекрасно понимаешь, что Тэхён прав, - я сполоснул наши руки тёплой водой и, взяв полотенце, бережно завернул в его ладони Чимина, вытирая. Кивнув, он опустил голову и снова сплёл наши пальцы прямо под полотенцем.       - Знаю. Но от этого мне не становится легче, Юнги. Запрети ему. Он после той моей травмы сам не свой. Бросил тут же всё, стал дёрганным, за меня слишком печётся, за себя. Он Чонгука побитым, когда увидел, он же в тот вечер сразу поехал к Намджуну, так он ревел час. Ревел. Потому что винил себя за это. Каково, а? Куда ему еще стресс? Я уверен, что он даже не представляет, куда лезет. Как я понял, Чонгук ему далеко не всё рассказал.       - Да я тебе вообще-то тоже, - вздохнув, я откинул полотенце на машинку и обхватил руками Чимина за шею, притягивая его к себе. Он уткнулся носом мне в шею, отчего его очки сместились чуть вверх, и обнял в ответ, скрепляя руки на пояснице.       - Но ты ведь расскажешь?       - Будто у меня есть выбор. Выбора у меня и впрямь не было. В глубине своей души и Чимин понимал, что Тэхён прав и на бойню идти должен он. А в глубине своей, я понимал, что пойдёт с нами именно Пак. И пусть он был уверен в том, что я не подозревал о коварных планах строящихся в его голове, я буквально слышал, прижимаясь щекой к его макушке, как внутри скрипели шестерёнки, придумывая хитрый выход из ситуации. Он обязательно сделает вид, что смирился с походом своего друга в пятницу в клуб, а потом, в самый последний момент сделает финт ушами. Поэтому, я должен был продумать свой собственный финт так, чтобы пострадало как можно меньше невинных, а самое главное - не пострадал Чимин.       - Юнги, ты что, умер? - вдруг раздался обеспокоенный голос рыжего у меня над ухом, а я, выплывая из вороха мыслей, понял, что всё это время почти не дышал.       - Ага, готовлюсь к пятнице, - усмехаясь, я получил сильный тычок в бок.       - Еще раз такое скажешь - и ты до этой треклятой бойни вообще не доживёшь, понял? Я лишь тихонько засмеялся, отрывая от себя негодующее тело и выходя из ванной:       - Там еда остыла наверняка. Идём, маленькая угроза. Падая на диван, я оглядел поднос с едой и, склонив голову на бок, задумчиво улыбнулся .       - Чего лыбишься? Репетируешь для фотки на надгробие? - язвил Чимин, падая в кресло рядом и хватая бутерброд с тарелки. Удивлённый подобной шуткой от него, я наигранно округлил глаза:       - А как же «еще раз такое скажешь...»? - передразнил я его.       - Мне можно. Если ты и сдохнешь, то только от моих рук.       - Да твоих пальчиков вряд ли хватит, чтобы даже задушить меня, - хохотал я, прикрывая рот рукой, но Пак вдруг резко ухмыльнулся, заставив меня почти поперхнуться едой.       - Зато вполне хватит затрахать тебя ими до смерти, - глядя мне прямо в глаза, он насмешливо дёрнул бровями и остервенело вгрызся в еду. Я же, закашлявшись, лишь ошарашенно наблюдал, как сыр плавно тянулся, пропадая между его всё ещё нагло ухмыляющихся губ. Когда мне всё же удалось прокашляться, я нахмурился и, бросив свой бутерброд обратно на тарелку, подскочил с дивана, бросаясь на Чимина, развалившегося в кресле, и ударяя его кулаком в плечо:       - Тупые у тебя всё-таки шутки, Пак. Одного я не рассчитал. Пак всё ещё был сильнее меня, несмотря на всю свою напускную мягкость. Отложив свой недоеденный бутерброд куда-то прямо на стол, он резво перехватил меня под бёдрами и утянул на себя, тут же широко и довольно улыбаясь, как котяра, видя мой шок.       - А кто сказал, что это шутки, Мин?       - Ты чё, Пак, охренел?! - задыхаясь от возмущения, я ударил его ладонями в грудь и заёрзал, пытаясь слезть с него, - ты...блять, отпусти меня! Бесстыдно и громко смеясь, он лениво схватил меня двумя пальцами за горловину свитера и наклонил на себя, прикладываясь губами к моим. Я, всё ещё негодующе что-то бормоча, сначала нехотя ответил на поцелуй, пытаясь показать, как я, чёрт подери, был зол. Но, должен признать, этот способ, которым засранец просто решил заткнуть меня - был не таким уж плохим. Так что, с каждым движением его губ, я подавался навстречу всё охотнее. В какой-то момент, я и вовсе поймал себя на мысли, что уже цеплялся пальцами за футболку Пака на спине, сгребая её в кулаки и притягивая его к себе ещё ближе. Одна его рука то хваталась за мою шею, то врезалась в спутанные на затылке волосы, пока вторая вовсю гуляла под свитером, проходясь от поясницы к лопаткам и обратно и заставляя меня инстинктивно выгибаться. И сказать, что мне не нравилось находиться в таком положении - нагло соврать. Этот паршивец не только влюбил меня в себя за считанные дни, но теперь ещё и весьма упорно пытался прогнуть. И, когда из меня вырвался едва слышный стон от лёгкого укуса за нижнюю губу, я признал, что попытки, сука, увенчались успехом. Проклятущий тихоня. Сколько же в ещё чертей в твоём омуте?

...

      Когда у нас пропали силы и дико ныли губы, мы всё же переползли на табурет у пианино и начали лениво тыкать в клавиши, даже не пытаясь играть. Пак, уложив голову на моём плече, то и дело соскальзывал пальцами на мои ладони, которые перед этим снова перебинтовал, и что-то мурлыкал себе под нос, пока я просто наслаждался временем вместе.       - Если хочешь ещё успеть что-то выучить, стоит поторопиться. У нас встреча через час с ребятами, - тихо проговорил я, касаясь губами его волос.       - Хм, а может научишь меня какой-нибудь парной песне? - он поднял голову, упираясь подбородком в моё плечо.       - А ты сумеешь ли? - хмыкая, я получил в ответ лишь любимое манерное закатывание глаз и хруст пальцами.       - Я готов, учи! Улыбаясь, я мотнул головой, бегло облизав пересохшие губы, и уложил его пальцы на нужные клавиши.       - Ну, давай попробу... - неожиданно меня прервала вибрация мобильника, лежащего на краю журнального столика. Обернувшись, я прищурился, пытаясь разглядеть кто звонит, но номер в моей книжке оказался не записан.       - Кто там? - Пак обернулся следом за мной, поправляя пальцами чуть съехавшие очки.       - Сейчас посмотрю, - поджав губы, я перелез через табурет и взял телефон, который жужжал уже приличное количество времени. - Кто-то с невероятной выдержкой. Хмыкнув, я всё же принял звонок:       - Юнги сл...       - Шу-у-уга, - раздался в трубке сладкий голос, а я мгновенно пожалел. По пищеводу как будто ведро со льдом проскочило. Я замер, не дыша и впиваясь пальцами в мобильник.       - И тебе привет, - еле слышно прошептал я.       - Ты же помнишь про пятницу, детка? Или мои мальчики перестарались и отшибли тебе остатки памяти? - мурлыкал мерзко Тэён в трубку.       - Да про тебя даже если забудешь, ты непременно напомнишь. В трубке разлился заливистый смех. Такой приторный, неестественный, но тем не менее ужасающий.       - Нашёл-таки четвёртого?       - Он всегда был у нас, - я понимал, что Тэён просто пытается меня подловить, а потому придаю голосу как можно больше строгости, - я ведь сразу сказал.       - Так уж и всегда? Это тот смазливый очкарик, который прямо сейчас улыбается во все свои, пока ещё целые, тридцать два, выходя из кафе с вашим младшеньким? Ведро со льдом, наконец, провалилось в мой желудок и осело там мёртвым грузом. Какого чёрта?       - Повтори-ка, - дрожащими губами пролепетал я, чувствуя, как сжатые в кулак пальцы левой руки, пронзили ладонь ногтями. Запястья неожиданно коснулось что-то тёплое, но у меня в ушах бешено пульсировала кровь и я не заметил бы, даже, если бы Чимин ушёл. Меня за секунду бросило из холода в жар и обратно, когда я попытался только представить, что Тэён сейчас где-то поблизости от Тэхёна и Чонгука. Которые не должны были быть сейчас нигде вдвоём.       - Говорю, тот милашка в очках, что не даёт вашему младшенькому взять себя за руку, щупленький такой, и есть ваш четвёртый? Если да, то...       - Только тронь их, - зашипел я в самый динамик, жмурясь от боли, которая уже била в черепную коробку. Нервная система, как раскалённая лава. И я вместе с ней. Поэтому не сразу заметил, как Чимин уже обеими руками сцепил меня сзади, обнимая крепче и успокаивающе гладя дрожащими пальчиками по груди.       - Nah, это не интересно. Вы сами отдадите мне малыша в пятницу, - хмыкнул Тэён, а я распахнул глаза, застеленные пеленой гнева.       - В смысле?? Уговор ведь...ведь был уговор: либо рабство на неделю, либо бойня?       - Упс, - гаденько захихикал Тэён, - я совсем забыл озвучить детали. Шуга, милый, ты и впрямь думал, что мы просто подерёмся и я отпущу вас, насладившись лишь вашими кровавыми физиономиями?       - Чёртов подонок...       - Спасибо за комплимент, сладкий. Так вот, выигравший бойню получает малыша. Ну...точнее, очевидно, что я получаю его, - он снова разразился коротким и визгливым смехом, - и в придачу ваши умытые кровью лица. Но, если вдруг, случится чудо, и выиграете вы, то просто унесёте его полу живое тельце домой, залечивать ободранный кроличий хвостик.       - Какой же ты...       - А-а-а, - предостерегающе перебил меня Тэён, - разговор записывается, Шуга. И за каждое бранное слово, я буду добавлять тебе в пятницу по удару. Не хочешь же ты в первые пару минут бойни испустить дух только за свой длинный язычок? Лучше направь его пока что в более полезное русло.       - Я тебя услышал, - выдохнув, я вцепился пальцами в руки Чимина, что яростно стискивали меня в страхе.       - Очень надеюсь, - замурлыкал вновь Тэён и вдруг почти взвизгнул, - ах да! Передай привет своему рыжику. Ох и подобрали же вы себе с младшеньким очкастых милашек...пока! Звонок сбросился в тот же момент, как из моих трясущихся пальцев вылетел мобильный, ударяясь о мягкий ковёр, что буквально плыл под ногами. Чимин успел подхватить меня и осесть вместе со мной на пол, облокачивая меня спиной о кресло и садясь напротив. Он сжал моё лицо в ладонях и что-то настойчиво говорил, но у меня перед глазами глухая пелена не то слёз, не то злости, не то отчаяния. Я, наивный, и правда думал, что дракой всё кончится. Что наша кровь сможет насытить этого козла, но он, как и всегда, оказался куда изощрённее и хитрее, чем мы все. Пак вдруг наотмашь влупил мне ладонью по лицу, а я, встрепенувшись, резко втянул носом воздух, округляя от шока глаза. Судорожно вдыхая, я впился подушечками пальцев в запястья Чимина и прижал его ладошки обратно к своим щекам.       - Юнги? Юнги, слышишь? Дыши со мной, пожалуйста. Давай, губы трубочкой, ну же, - Пак пытался поймать своим обеспокоенным взглядом мой бешеный, а я, слыша его как сквозь толщу воды, старательно делал небольшие вдохи.       - Вот так, умница. Кто? Юнги, кто звонил?? Прошу тебя, ответь. Немного оправившись от звонка, я, наконец, сморгнул чёртову пелену и тихо просипел:       - Тэён, он...       - Тот главарь? Это он, да? Ты говорил...       - Он знает...знает о вас с Тэхёном.