Красные звёзды

– Нара Цунамэ! Голос, звучавший будто издалека, пробивался сквозь серую вязкую пелену. – Нара Цунамэ! Голос прозвучал более отчетливо. Девочка с трудом разлепила тяжёлые веки. Голова была слегка затуманена, перед глазами ещё маячили разноцветные обрывки сна, а по телу растекалось приятное тепло, не давая пошевелиться. Поморгав несколько секунд, девочка резко подняла голову и выпрямилась за партой. Весь класс молча таращился на нее. – С добрым утром! – осуждающе сказал старый учитель Окамэ, глядя на неё. Поняв, что заснула прямо в классе на уроке, Цунамэ залилась краской и опустила глаза вниз. Её соседка по парте Акико уставилась в учебник, делая вид, что ничего не происходит. Цунамэ знала, что сейчас последует нудная лекция о морально-нравственном поведении. Окамэ в который раз потребует родителей в школу, а затем оставит на дополнительные занятия. На счастье девочки в эту минуту прозвенел звонок, и дети вновь обратили свой взор на учителя. – Жду от вас выполненного задания в четверг, – строго оглядел класс Окамэ. – А теперь, все могут быть свободны. – Могла бы, и разбудить, – раздосадовано шепнула Цунамэ своей соседке. – Ещё чего, – презрительно хмыкнула Акико, поправив очки. Ученики принялись поспешно складывать учебники и тетради в рюкзаки. Проступок Цунамэ не вызвал среди них ажиотажа. Все давно привыкли к её наплевательскому отношению к учёбе. Вскоре учащиеся покинули класс, шумя и громко переговариваясь. – Цунамэ, задержись, пожалуйста, – попросил учитель, когда Цунамэ уже направлялась к выходу. Девочка подошла ближе и уставилась в пол. Фигура старого сэнсэя в широком чёрном кимоно грозно нависла над ней. – Простите, Окамэ-сама, я…я… – хотела уже оправдываться Цунамэ, но Окамэ жестом остановил её и вздохнул. – Цунамэ, сколько так будет продолжаться? – строго спросил он. – Ты совсем перестала учиться. У тебя на носу экзамены на генина. Как ты собираешься их сдавать? – Окамэ сурово взирал на нерадивую ученицу сверху вниз. – Я…я подготовлюсь! Честно-честно! Обещаю! – выпалила девочка и постаралась состроить невинную рожицу. – Сильно в этом сомневаюсь, – все также строго ответил Окамэ. Щенячьи глазки не впечатлили пожилого учителя. – Я хотел бы поговорить с твоими родителями. Я подчеркиваю, родителями, а не сестрой. – Но, они всё время на работе… у них нет времени придти, – пожала плечами Цунамэ. – Я знаю, Цунамэ, что твои родители весьма занятые люди, но речь идёт о твоем образовании. Передай, что я хотел бы поговорить с ними лично. – Окамэ погладил свою седую бороду и о чем-то на минуту задумался. – Запиши домашнее задание. Без его выполнения в класс можешь не приходить. – Да, сэнсэй. Девочка почтительно поклонилась учителю. Он взял трость и уже хотел покинуть класс, но внезапно что-то вспомнил и развернулся у входа. – Ах да! Чуть не забыл. Твой внешний вид оставляет желать лучшего, – указал он тростью на Цунамэ. – Учти, явишься так на экзамен – я тебя просто не пущу. – Окамэ вышел из класса, оставив девочку одну. – Зануда! – обижено шепнула Цунамэ, когда сэнсэй скрылся из виду. Цунамэ с тоской посмотрела на доску. Политическая история шиноби явно не вызывала в ней энтузиазма. На кой чёрт вообще ей знать все эти имена, даты и сражения? Всю Четвёртую Мировую Войну Шиноби она и так знала наизусть по рассказам родителей. Причем, в более яркой и красочной форме, чем из уст Окамэ. А к чему учить всё то, что происходило до войны? Все эти причины, предпосылки и поводы? Главное в искусстве ниндзя – это стратегия боя. И не важно, по каким причинам он случился. Цунамэ вздохнула. Она достала тетрадь с карандашом и переписала задание. Слава Всем Великим Хокаге, уроки на сегодня окончены и можно больше не париться. Поэтому, покинув класс, девочка направилась к выходу. Внешний вид Цунамэ, как верно отметил Окамэ, действительно оставлял желать лучшего. Девочка не была похожа на примерную отличницу по типу Акико. Цунамэ носила старенькие мешковатые штанишки, красные потёртые кеды и коротенькую футболочку, оголяющую её живот. Чёрные волосы, которые почти доходили до плеч, она завязывала в два хвостика. Длинная рваная чёлка пшеничного цвета вечно падала ей на глаза, отчего Цунамэ пыталась заправлять её за уши. Казалось, природа подшутила над ней, причудливо смешав два противоположных цвета в шевелюре. На голове Цунамэ носила огромные чёрные очки с красными стёклами. Наряд её был практически не изменен. В этом виде она посещала Академию, в нём же гуляла с друзьями. Цунамэ сбежала вниз по ступенькам сверкающего серебристого здания, огромные буквы над входом которого гласили: «Академия Ниндзя». Её хвостики растрепались, а носок на левой ноге съехал вниз, оголив лодыжку. За спиной болтался рюкзак с книжками, а в животе жалобно урчало. Кучка ребят – одноклассников Цунамэ – толпились возле школы и, увидев девочку, зашептались. Они тихонько посмеивались над незадачливой ученицей. – Вот недотёпа! – долетел до ее слуха голос одного из мальчиков. Цунамэ прошла мимо, не обратив на это никакого внимания. Она не пользовалась особой популярностью в классе. Да и учителя не жаловали её как прилежную ученицу. Увы, знаменитое лентяйство семьи Нара передалось Цунамэ по наследству. Одноклассники прозвали её «Фудзияма». При определенных обстоятельствах в Цунамэ мог пробудиться настоящий вулкан, сметающий всё на своем пути. В такие моменты она могла надавать сдачи своим обидчикам как следует. Однако сегодня был не подходящий день. «Это слишком проблематично», – подумала девочка про себя. Сладко зевнув, Цунамэ зашагала домой, предвкушая продолжение сна, прерванного сэнсэем. Цунамэ уже исполнилось двенадцать лет. Это был тот возраст, когда юные ниндзя сдают свой первый и самый важный экзамен – на генина. От него зависело, будешь ли ты дальше носить гордое звание ниндзя или нет. Примут ли тебя Старейшины в число жителей Деревни Скрытой в Листьях, или же тебе придется вернуться к жизни обычного ребёнка и продолжить обучение в обычной общеобразовательной школе. Провалить экзамен на генина для ребёнка из клана ниндзя, а уж тем более такого известного клана как Нара, было бы большим позором. Цунамэ понимала это, но не могла заставить себя учиться и готовиться. Ей было попросту лень. – Ксо! – Цунамэ резко затормозила. – Про Чоуни я совсем забыла! Девочка резко развернулась и взбежала обратно вверх по ступеням школы. Она направилась в левое крыло Академии, отделение начальной школы и добежала до аудитории, где занималась её младшая сестра. Маленьких детей до семи лет обучали здесь, в начальной школе ниндзя. Цунамэ остановилась, разглядывая знакомые плакаты, висящие на стенах. На них были изображены базовые основы искусства ниндзя, нарисованные в доступной для малышей форме. Что такое чакра и для чего она нужна, как правильно приземлиться после падения и блокировать удары соперника. Но главное, чему учили в младшей школе будущих ниндзя – это терпеть боль. Именно терпя боль, ниндзя способны пробегать огромные расстояния, нырять на самую глубину, продолжать бой, когда тело изранено, а также вновь и вновь оттачивать своё мастерство. Умение терпеть – это возможности. Оно закаляет тело и дух. Цунамэ осторожно открыла дверь, ведущую в аудиторию, и увидела сестру, которая что-то писала в своей тетради, а за столом – молодую учительницу, которая заполняла журнал. Она подняла глаза на девочку и дружелюбно улыбнулась. – Э…э…э…можно? Я за сестрой. – Цунамэ! – радостно воскликнула малышка Чоуни. – Да, Цунамэ, проходи, – ласково отозвалась учительница. – Всех детей уже забрали. Остались только мы с Чоу. Чоу подбежала к старшей сестре и обняла её. Отстранившись, Цунамэ оглядела сестрёнку. Штанина на левой ноге была разорвана. Уже в который раз. Измятая и потрепанная футболка свидетельствовала о напряженных тренировках. Малышка училась весьма упорно, в чём напоминала Темари. Чоу гораздо больше других сестёр походила на свою мать. Её зеленые глаза имели тот же синеватый оттенок, что и у Темари. Свои пшеничные волосы Чоу так же как и Темари завязывала в четыре хвостика. Цунамэ взяла руки сестры и оглядела их. Детские ладошки и пальчики были испещрены мелкими ссадинами и порезами, но казалось, Чоу уже давно их не замечает. Забрав сестру, Цунамэ сразу повела ее домой. – Цунамэ-э-э-э, я хочу е-е-е-е-есть, – захныкала Чоу. – Ксо! – Цунамэ и сама изрядно проголодалась, но готовить что-либо дома ей было как всегда лень. – Ладно, пойдем, поедим рамэна. – Ура! Хочу рамэн! – обрадовалась Чоу. Девочки зашли в любимый «Ичираку рамэн» и заказали две огромные порции рамэна. С самого обеда она ничего не ела. Обычный учебный день ниндзя был весьма насыщенным и тяжелым. Учиться начинали с семи утра и заканчивали около пяти. За весь день ученики обедали только один раз. Поэтому, зайдя в «Ичираку» Цунамэ поняла, насколько сильно она проголодалась. Аппетитные ароматы наполняли ресторан и дразнили Цунамэ так, что у неё скрутило желудок. – Привет, Цунамэ! Девочки обернулись. Самый шумный и самый младший член калана Инудзука плюхнулся за стол рядом с ними. Хироми Инудзука учился в параллельном классе с Цунамэ. Он снял свою курточку и повесил её на стул. – Привет, Хироми, – вяло отозвалась Цунамэ. Эти полосы на его щеках, фирменный знак клана Инудзука, всегда казались ей странными. – И малышка Чоу здесь, – он улыбнулся и потрепал её по волосам. Чоу надула губки, потому что не любила когда её называли «малышка». Хироми заказал себе двойную порцию рамэна и принялся рассказывать о последних новостях из Академии. «И как в него столько помещается?» – промелькнула мысль в голове Цунамэ, наблюдая как энергично, мальчик поглощал лапшу. – Ну что, Цунамэ, готова к экзаменам? – спросил Инудзука, накручивая лапшу на палочки. – В процессе, – вяло ответила девочка, с удовольствием поглощая любимое блюдо. – Может, мы окажемся в одной команде, а? – лукаво подмигнул ей Хироми. «Это было бы слишком проблематично» – подумала Цунамэ, но вслух не произнесла. Учитывая, то какой Инудзука шумный и энергичный, ужиться с ним будет тяжело. Чоу беззаботно ела свою порцию и рассказывала о тренировках в начальной школе. – Девчонки, – Хироми вдруг понизил голос и огляделся по сторонам. – Вы уже слышали последние новости? Цунамэ и Чоу удивленно посмотрели на него. – Ты это о чём? – заинтересовалась Чоу. – Ну, как же… в Администрации Хокаге идёт шепот… вам родители разве не рассказывали? – Да о чем ты мелешь? – воскликнула Цунамэ. – Говори конкретнее! – Ну, это… – он снова огляделся по сторонам, убеждаясь, что их никто не подслушивает. – Про убийства шиноби. – Убийства шиноби? – переспросила Чоу. – Шиноби всегда умирают. Что в этом странного? – пожала плечами Цунамэ. – Да в том-то и дело! Их кто-то убивает в их же домах… или в родных деревнях. Прямо на улице! – Хироми принял испуганный вид и посмотрел на девочек. Чоу навострила ушки, а Цунамэ поджала губы. – Ну и…? – внимательно посмотрела она на парня. – Все это не спроста! Отец говорит на телах нет следов побоев… Мои родители стараются не говорить при мне, но я кое-что подслушал. Он выдержал многозначительную паузу. Чоу совсем позабыла про свой рамэн и вся обратилась в слух, уставившись на Хироми. – В Амекагуре был убит шиноби в одном из тёмных переулков. Ни каких следов. Всё сбежались, стали обыскивать местность. Кто убил, чем убил, не понятно. И вот, на стене рядом были обнаружены два загадочных слова… – Хироми не договорил, наблюдая за реакцией девчонок. – Что за слова? – спросила Цунамэ, начиная ерзать на стуле от нетерпения. – Красные звёзды. На минуту воцарилась тишина. Цунамэ и Чоу напряженно смотрели друг на друга. Хироми был явно доволен тем, что сумел заинтриговать девчонок. – Может это граффити? – предположила Цунамэ. – Не-а, – протянул Инудзука. – Хотя сначала все так и подумали. А потом был убит другой шиноби, в своём доме. И там, на стене кровью было написано тоже самое. Красные звёзды. Хироми посмотрел на девочек, и явно удовлетворившись произведённым эффектом, снова вернулся к порции рамэна. Цунамэ задумалась над его словами. Амекагуре… она слышала об этом селении. Деревня, Скрытая в Дожде. Далеко от Конохи. Аме долгое время проводила изоляционистскую политику, не пуская иностранцев. Только после Четвертой Мировой они вступили в международные связи с другими деревнями. Их даже приняли в Организацию Стран Шиноби. Однако и сейчас об этой деревне мало что известно. Даже на занятиях по географии не говориться, где и в какой стране расположено селение. Пускают туда далеко не всех. – Кстати, один из моих братьев отправился на секретное задание с вашей сестрой, – Хироми снова вернулся к разговору. – Джун? – спросила Чоу. – Да. Они вот-вот вернутся, – подтвердила Цунамэ. Дети вернулись к прерванной трапезе. Разговор перешёл на другие темы, но каждый из них думал об этих загадочных убийствах и странной надписи. Ребята проболтали довольно долго. Когда Цунамэ и Чоу распрощались с Хироми и вышли из Ичираку, на улице уже начали сгущаться сумерки, а добираться до дома им придётся долго. В последние годы Коноха значительно расширилась. Теперь она напоминала крупный город, а не деревню. Благодаря научно-технической революции и внедрению технологий во все сферы жизни, Конохагакуре находилась на пике своего могущества. Мощный рывок Деревня, Скрытая в Листьях, смогла совершить в сельском хозяйстве. На многие мили простирались рисовые поля, на которых трудились крестьяне. Сельхозпродукты, в первую очередь рис и гречку, которые в полной мере обеспечивали потребности местных жителей, деревня экспортировала в другие страны. Скрытые селения шиноби не могли в достаточной мере удовлетворять потребность в продуктах, в силу неблагоприятных климатических условий. По этой причине они были вынуждены вести активную торговлю со Скрытым Листом. Население Конохи стремительно росло, большую часть его составляли мирные граждане. Однако эволюция социальных устоев протекала не слишком быстро. Крестьяне, в основной своей массе проживающие и работающие на землях феодалов, находились в зависимости от землевладельцев и не обладали всей полнотой гражданских прав. Феодалы, обогатившиеся на торговле рисом, стремились ещё больше закрепостить зависимое население. Почувствовав свою силу, крупные землевладельцы желали ослабить мощь военной прослойки, находящейся у власти. В мирное время авторитет шиноби неизбежно снижался. С отсутствием внешней опасности ниндзя всё больше оказывались втянутыми в политические интриги. Раскол в обществе углублялся, аппетиты феодалов возрастали с каждым годом. Коноха медленно, но верно ступала на путь затяжных феодальных междоусобиц. Дом Нара находился почти на окраине Конохи, а путь их пролегал через лес. Электричка в столь позднее время не ходила, поэтому добираться пришлось пешком через лес. Когда девочки вошли в него, они даже не заметили два черных силуэта, тихо следовавших за ними. Цунамэ и Чоу зашли в лес достаточно глубоко, так что их вряд ли бы кто услышал. Две тёмные фигуры бесшумно скользили за ними. Будь Цунамэ чуть более опытным ниндзя, она смогла бы их вовремя заметить. Однако когда одна из фигур преградила им путь, а вторая опустилась за спиной самой младшей Нара, было уже слишком поздно. Чоуни вскрикнула от неожиданности, отпрыгнув назад. Фигура сзади схватила ребенка, крепко зажав её тело и рот. Цунамэ не успела ничего сообразить, как фигура перед ней ринулась вперед и коснулась ладонью живота. Он не ударил, а именно коснулся, но Цунамэ ощутила жгучую боль, как будто её внутренности взорвались. Тело парализовало и девочка, согнувшись пополам, рухнула на землю. «Что это за ниндзюцу?» – промелькнул вопрос в её голове перед падением. Цунамэ не потеряла возможности шевелиться, но малейшее движение причиняло жгучую боль, которая быстро растекалась по всему телу от живота. Даже дышать становилось тяжело. Фигура в чёрном подняла девочку и взвалила себе на плечо. При этом Цунамэ вскрикнула от боли. Она вся похолодела от мысли, что глубоко в лесу их никто не услышит и не спасёт. В памяти сразу всплыл рассказ младшего Инудзуки об убитых ниндзя. «Красные звезды», – промелькнуло в голове Цунамэ. «Нам конец». Обе фигуры были в чёрном, их лица скрывала ткань, а между собой они общались только взглядом. Ни единого звука Цунамэ от них не услышала. Чоу застыла в руках напавшего на неё, боясь, что сейчас их убьют. И даже если б Цунамэ не обездвижили с помощью дзюцу, выстоять против двух здоровых мужиков не представлялось возможным. В том, что нападавшие были именно мужчинами, можно было не сомневаться. Цунамэ успела отметить это по их росту и телосложению. Как только девочки оказались в их руках, ниндзя молча, кивнули друг другу и уже собирались скрыться как можно дальше от Конохи, в сторону одного из них прилетел кунай. Шиноби, державший Цунамэ на плече, успел увернуться, а второй озирался в поисках владельца куная. Следом последовали два сюрекена во второго ниндзя, но он успел переместиться на безопасное место. – Оставьте их! – услышали нападавшие бойкий девичий голос. Вслед за прилетевшими сюрекенам на землю опустилась девица с ярко-синими волосами. Похитители удивленно переглянулись. Сражаться с ещё одной девчонкой в их планы не входило. Проще было убить нечаянную свидетельницу преступления. – Я сказала: пустите этих девчонок! – синеволосая грозно сдвинула брови, доставая из своей сумки ёще один кунай. – Или будете иметь дело с Юми! Она ринулась на ниндзя, держащего Чоу, с занесенным над головой кунаем. Шиноби снова ушёл от атаки, однако кунай синеволосой девчонки его задел и сильно ранил руку выше локтя. Хлынула кровь. От боли он ослабил хватку, и Чоу яростно заболтала ногами, пытаясь ударить злоумышленника. Второй сбросил Цунамэ на землю, отчего та снова вскрикнула, и попытался атаковать Юми. Он оказался сзади девочки и направил руки прямо в шею, однако девочка вовремя блокировала атаку и резко развернувшись, ударила нападавшего в живот. От этого у чёрного ниндзя перехватило дыхание, и он согнулся пополам. В это же время на поляне появились трое шиноби с эмблемой Конохи на протекторах. Цунамэ узнала их по голосам. Это были сотрудники Администрации Хокаге из Отдела международных связей. – Юми! – крикнул Акира Вада. – Эй! Это же девчонки Нара… что за…? – Иоичи Ито удивленно взглянул на ниндзя в чёрном. Черный ниндзя, сжимавший малышку Чоу, быстро выпустил её из рук и тут же оказался возле раненного напарника. Он подхватил его за плечи, бросив под ноги присутствующих световую бомбу. Яркая вспышка на минуту лишила шиноби возможности ориентироваться в пространстве. Когда их глаза снова привыкли к ночной тьме, то ниндзя в чёрном уже нигде не было. – Цунамэ! – захныкала Чоу, подбегая к сестре. Юми отчаянно терла глаза, чуть ли не рыча от злости. – Что это было? Кто эти двое? – воскликнул Иоши Ката, оглядываясь по сторонам. – Понятия не имею, – отозвался Акира. Он подошёл к Цунамэ, которая стонала, боясь пошевелиться. Он взял её на руки как можно аккуратнее. – Срочно в госпиталь! Иоичи взял на руки Чоу и они скрылись за деревьями. – Юми, Хокаге велел тебя привести сейчас же, – Иоши схватил за руку и увёл за собой синеволосую девочку. Больничная палата ярко освещалась, отчего улица за окном казалось почти чёрной. Цунамэ лежала на койке, а над ней склонилась Харуно Сакура, заведующая отделением интенсивной терапии. Ёе короткие розовые волосы разметались по плечам, а на лбу выступили капельки пота. Сакура работала, целые сутки без отдыха и её чакра была на исходе. Женщина хмуро сдвинула брови от напряжения. Она старалась унять дрожь в руках, свидетельствующую о сильной усталости. Тёмные круги под глазами куноичи также говорили об очередной бессонной ночи. Сакура работала с бумагами в своём кабинете, когда вокруг её кабинета столпились обеспокоенные ирьёнины. Цунамэ Нара пострадала от нападения неизвестных шиноби. Подобные случаи в мирное время происходили нечасто, поэтому медики обязаны были сообщать обо всех странных случаях руководству. По этой причине Сакура была вынуждена лично осмотреть пострадавшую девочку. Неизвестное дзюцу вызвало волнение среди медперсонала госпиталя, однако оно хорошо поддавалось лечению, хоть и требовало чересчур высокого контроля чакры. – Это что-то вроде парализующего дзюцу, – сказала Сакура, закончив работу с Цунамэ. Зелёная чакра, освещавшая её ладони секунду назад, потухла, и она развернулась к шиноби, которые стояли у входа. – Оно нацелено на нервную систему. Отсюда сильные боли. Внутренние органы не повреждены. Она поправиться. Цунамэ окончательно расслабилась от действия медицинской чакры и теперь могла дышать полной грудью, без приступов удушающей боли. Акира и Иоичи, доставившие девочек в госпиталь, где в это время дежурила сама Харуно, обеспокоено переглядывались. – Кто же были эти нападавшие ниндзя в чёрном? – спросил Иоичи. – Точно не из наших. – Сакура задумалась на мгновение. – Среди местных такого дзюцу я ещё не встречала. Думаю, стоит доложить обо всем Хокаге. Это не что иное, как нападение на жителей Конохи, – Харуно вытерла лоб тыльной стороной ладони. – Что ещё хуже – пострадали дети, – сказала Сакура чуть тише, подойдя к шиноби. – Шикамару Нара тоже необходимо сообщить. Случай требует особо разбирательства. Шиноби согласно кивнули. На минуту повисло тяжёлое молчание. Все трое думали о ночном нападении. Кто были эти ниндзя в чёрном и что это означает? Неужели какая-то из деревень рискнула испортить свои отношения с Конохой? Но почему? – Я пока займусь девочками, – нарушила молчание Сакура. – Цунамэ в безопасности, но нужно понаблюдать её хотя бы пару часов. Акира и Иоичи отправились в резиденцию седьмого. – Когда возвращается ваш отец? – спросила она Цунамэ. – Точно не знаю, – слабо отозвалась девочка. – Должен сегодня. – Отлично. Сакура взглянула на Чоу, которая сидела всё это время на стуле рядом с кроватью сестры. В палату вбежала молоденькая черноволосая медсестра, взволновано глядя то на Цунамэ, то на Сакуру. – Я сейчас заварю вам травяной чай. Он успокаивает, – улыбнулась Харуно. – Всё хорошо. Теперь вы обе в безопасности. Сакура позвала к себе медсестру и что-то шепнула её на ухо. – Да, Сакура-сама, – послушно кивнула девушка. – Это Мико, – представила Сакура медсестру девочкам, – она присмотрит за вами. Я скоро вернусь. Спустя полчаса на пороге кабинета Сакуры возник Шикамару. – Сакура? – взволновано спросил он, открыв дверь. – Ты вовремя вернулся, – улыбнулась Харуно. – Что с девочками? Где они? – Всё хорошо. Цунамэ отдыхает в палате. Чоу сейчас с ней. Шикамару облегченно выдохнул. – Могу я забрать их? – Да, конечно, – Сакура обеспокоено посмотрела на него. – Ты не знаешь, что всё это означает? – Понятия не имею. Подозреваю, что на меня охотятся. – Политика… как всегда, – вздохнула Харуно. Шикамару напряженно всматривался в ночное небо за окном. – Наруто знает об этом. Мы разберемся. До дома Цунамэ добралась около полуночи. Теперь она могла передвигаться самостоятельно, а вот малышка Чоу так вымоталась за день, что заснула на руках у Шикамару. На крыльце и в доме горел свет. Это означало, что дома кто-то есть. Шикамару открыл входную дверь своим ключом. Цунамэ не успела скинуть свои сандалии, как из столовой появилась старшая сестра. – Вы как раз вовремя, – улыбнулась Джун Нара.