insomnia

Мои глаза закрыты. Спать абсолютно не хотелось. Хотя, по-хорошему нужно хотя-бы перестать думать о том, что я не могу уснуть, это ещё больше отвлекает. Тишина давит. Мысли о Тиме давят. Мы с ним почти перестали пересекаться. Внутри чувство одиночества. Кажется, он меня избегает, только из-за чего? Как будто бы между нами что-то было? Есть ли у меня к нему интерес? Возможно. Он кажется интересной личностью, немного странноват и глуповат, но я уверен, если у меня будет шанс узнать его получше – я им воспользуюсь. Хочу, чтобы он открылся мне, а не искал оправдания, чтобы побыстрее уйти. Я думаю об этом ещё минут десять, пока не слышу настойчивый стук в дверь. Я совершенно не представляю, кто мог припереться ко мне в час ночи. Я встаю с кровати, решив, что, возможно, это Дин, я не надеваю на себя футболку. Подхожу к двери и открываю её. Человек передо мной заставил меня впасть в ступор. – Я у тебя сегодня посплю, – беззаботно говорит Тим и проходит в мою комнату. Что он, мать вашу, делает в час ночи в моей комнате? Тим оглядывает меня и моё полуголое тело. Не то, чтобы я засмущался, я же не девочка, чтобы смущаться, да и уже несколько лет хожу в команду по плаванию, но этот чуть интимный взгляд меня будоражит. Лицо Тима освещается тусклым светильником, который стоит на тумбе возле кровати. В комнате наступает тишина. Я слышу каждые томные вздохи Тима, его взгляд пробивает меня током. Такой невинный и манящий одновременно. Тим ложится на мою кровать в позе звезды, совсем не оставляя для меня места. Я подхожу к кровати и смотрю недовольно. – Подвинься, – говорю я приказным тоном. Это как понимать? Нарушить моё личное пространство в час ночи, попроситься ко мне на ночь и развалиться на моей кровати. Тим, да ты, черт возьми, обнаглел! Конечно я мог сказать это все вслух, а не материться про себя, но я вижу как Тим устал за сегодня, он даже взгляд свой не поднимает, еле слышно отвечает «Не...» – Где тогда я буду спать? – я осматриваю свою комнату в поисках, где можно переночевать сегодня. В моей комнате есть маленький диван, не думаю, что смогу уместиться на нем, не говоря уже о том, чтобы спать. Тим молчит, значит придётся прибегнуть к хитрости. Я забираюсь на него сверху. Он моментально приподнимается, опираясь на локти, пытается вырваться, но безуспешно. Я левой рукой держу его запястья над головой, свободной рукой чуть поглаживаю подбородок, проходясь большим пальцем по его пухлым и ахуенным губам. Видимо он занервничал и закусил нижнюю губу. Свою блядскую нижнюю губу. Свою такую блядскую и в то же время ахуенную пухлую губу. Обстановка становится более интимной. Чувство, будто свет от светильника стал ещё тусклее. – Вин, что ты... – не успевает Тим договорить, как я подношу свой указательный палец к его губам и тихо на ухо шепчу, – Тсссс. Думаю ты знаешь, чего я хочу. – Вин, я... – Тим опять пытается что-то сказать, но я снова его затыкаю. – Тим, я уверен, тебе понравится, просто доверься мне, – как по мне, звучит не убедительно, но он призадумался. Не то, чтобы я был профессионалом в этом деле, особенно с парнем, но видеороликов сексуального характера я пересмотрел достаточно много. Тим полминуты молчал, потом кивнул в знак согласия. Я знаю, что он тоже этого хочет, иначе бы сейчас не согласился. Для меня этот кивок стал зелёным светом и я накрыл его губы своими. Я чувствую его ахуенно пухлые губы на своих, не передать словами, насколько мне сейчас классно. Я сминаю его губы в поцелуе, пока он неумело отвечает. Ничего, папочка его научит. Я спускаюсь к шее, оставляя на ней мокрую дорожку из поцелуев. Свободной рукой забираюсь к нему под футболку, поглаживаю его соски, я слышу его громкие вздохи, ему явно нравится. Я целую его ключицы, чуть покусываю его кожу, немного оттягиваю её. Нужно оставить метку, которая говорит, что это сокровище принадлежит мне. Вот будет весело завтра на тренировке. Хочу, чтобы все это видели и все знали что произошло между нами этой ночью. Я отпускаю руки Тима, видимо, он не совсем понял зачем. Он приподнимается и смотрит на меня. Я хватаюсь за края его футболки и снимаю её, отбрасываю её куда-то в сторону. Думаю, утром будет сложно её найти. Тим ложится обратно. Я снова устраиваюсь на нем сверху, приближаюсь к нему ближе и целую его тёмную макушку. Не знаю каким шампунем он пользуется, но этот запах восхитителен. Чувствуются нотки корицы и клюквы. Я опять целую его в губы, не могу устоять, чтобы не искусать их до крови, но при этом я должен быть максимально нежным, чтобы Тиму понравился наш первый раз. Отрываюсь от губ и поцелуями перехожу к скулам и к уху. Я закусываю и оттягиваю мочку, тихо проговариваю хриплым голосом, – У меня уже встал. Ему уже тесно. Тим цокнул и закатил глаза, ударил меня кулаком в плечо. Это заставило меня только лишь рассмеяться. Я опять схватил его руки и держу их над его головой. Я спустился к его соскам и начал проводить языком. Свободной рукой я сжимаю их и оттягиваю. Провожу рукой по его прессу, поглаживаю его ребра и талию, приближаюсь к шортам. – Вин, стой! – видно, что Тим нервничает. Беспокоится о том, что будет больно, – Пожалуйста, будь нежен... Я лишь могу улыбнуться уголком губ и одной рукой снимаю с него шорты вместе с нижним бельём. Вижу, что он покраснел. Он выглядит очень мило. Это не осталось незамеченным и я вновь поцеловал его, как бы поддерживая его и успокаивая. Всё же отпускаю его руки лишь для того, чтобы потянуться к тумбочке и взять тюбик смазки. Сажусь обратно перед Тимом и раздвигаю его ноги. Выдавливаю немного смазки и обмазываю колечко мышц, после чего ещё раз выдавливаю лубрикант себе на средний палец. Я приставляю средний палец к колечку мышц и говорю, – Сейчас попробуй максимально расслабиться. Говори, если тебе будет больно, – в ответ я слышу только тихое «угу». Я начинаю медленно входить одним пальцем в его промежность. Единственное, что приходит в голову – то, что в нем ахуенно тесно и хочется побыстрее взять его во всех позах. Тим вскрикнул. На чуть приоткрытых глазах появились капельки слез, которые я стираю большим пальцем. Чтобы отвлечь его от боли я целую его и продолжаю входить пальцем ещё глубже. Тим не отвечает на поцелуй, я начинаю выцеловывать его щеки, скулы и подбородок, я слышу всхлипы и мне хочется, чтобы эта боль поскорее прошла, уступая чувству возбуждения. Я начинаю медленно двигать пальцем внутри. Думаю, я схожу с ума. Даже в моих больных эротических фантазиях не было столько страсти и желания, как у меня сейчас. Ещё, я более чем уверен, что это лучший секс в моей жизни. А его у меня было достаточно много, и с мальчиками, и с девочками, но Тим превзошел их всех вместе взятых. Никто из них не смог зацепить меня настолько сильно. Мне было наплевать на их чувства, будь то им больно, мне было ни горячо, ни холодно. А с Тимом все наоборот. Хочется, чтобы он стонал подо мной, прогибался в спине и умолял меня ускориться. Тем временем, Тим привык к одному пальцу, поэтому я добавляю второй и начинаю понемногу растягивать на манер ножниц. Тим начинает руками проходиться по моей спине, по позвоночнику, оставляя красные царапины от ногтей. Думаю, теперь все точно узнают, что было между мной и ним. Он негромко стонет мне на ухо. Боже, у него такие сладкие стоны. Я хочу записать их на диктофон и слушать днями напролёт. – Вин, – шепчет Тим на ухо сладко-сладко, – Я... Ты можешь войти в меня. Эта фраза прозвучала таким взрывом в моей голове, так интимно, так приторно, так возбуждающе. Она звучала настолько грязно и пошло, что будь моя воля, я бы без рук кончил. Я медленно вынимаю пальцы и спускаю с себя домашние свободные штаны с нижним бельём, также отбрасываю их в сторону. Беру в руки лубрикант и выдавливаю достаточное количество на ладонь, растираю по всей длине, хорошенько смазав. Тим смотрит на мой член, чуть вздрогнув спрашивает, – Он точно влезет в меня? Я хитро улыбнулся и ничего не ответил. Тим сглотнул слюну. Я пододвигаюсь ближе и приставляю головку к проходу, придерживая член рукой, начинаю входить. Тим руками вцепился в простыню, останавливаюсь как только головка полностью вошла. – Б-больно, очень больно, – я наклоняюсь к Тиму, стираю его мокрые дорожки слез с щёк и начинаю целовать проникая языком, продолжаю входить, – Ай, ахаха-а, – Тим плачет мне на ухо. Сердце сжимается от этого. От понимания, что я причиняю ему боль. – Тим, если хочешь, я могу прекратить, слышишь? – Тим закусывает губу и отрицательно машет головой, – Расслабься насколько это возможно, я почти вошёл до основания. Тим максимально расслабился и уткнулся лбом в моё плечо, – Продолжай. Я разом вошёл до основания, Тим вскрикнул и я снова примкнул к его ахуенным губам. Спустя время, тревога и боль на лице Тима сошли на нет, я начал медленно двигаться, пока что не набирая темп. Я уже говорил, что у Тима слишком сладкие стоны? Так вот, я могу повторить. Так приятно слышать его стоны и знать, что они не от боли, а от наслаждения. – Вин.... – смущённо говорит Тим, опять закусив нижнюю губу, мне приходится на секунду остановиться, чтобы посмотреть на него, – Пожалуйста, сильнее. Меня как будто током ударило от таких слов, и я знаю, что сейчас Тим скорее всего очень сильно покраснел, но почему бы не поиздеваться над ним? – Хм, неубедительно, – смотрю я на него и ухмыляюсь. У него лицо такое красное от смущения. Будь я на его месте уже сквозь землю провалился. – Вин, трахни меня, – я делаю один резкий толчок, попадая по простате, Тим издал громкий удовлетворительный стон. – Что ещё раз? Я не расслышал? – как же мне нравится слышать это. Слышать то, что Тим просит его трахнуть. От этих слов мой член разбухает ещё сильнее – Оттрахай меня, пожалуйста, – какое наслаждение! С какой же страстью, но в то же время нерешительностью он произносил эти слова. И снова толчок, задевший простату. Теперь я понял, где у него находится эта точка и начинаю вбиваться под углом, попадая прямо по ней. Стоны заполняют комнату. И моё сознание. Мне так хорошо. Мне ни с кем не было так классно. О боже. Тим потянулся руками к своему вставшему члену, чтобы поскорее кончить. Я аккуратно ударил его по рукам, из-за чего он шикнул. – Ты чего!? – встаю с кровати, напрявляюсь к комоду с вещами, из нижнего ящика вытягиваю широкий кожаный ремень и привязываю руки Тима к изголовью кровати, тот вообще не сопротивлялся. – Сегодня ты кончишь без рук. Я снова вставляю свой член и слышу приглушённый стон. Я начинаю толкаться, постепенно набираю скорость, младший очень громко стонет, пытается сдерживаться. Я бью его по ягодице. – Не сдерживайся... – Мне стыдно, а если кто-то услышит? – Тогда все точно будут знать, кому ты принадлежишь. Ты теперь полностью мой, понятно? Ничей больше, – я вновь тянусь к этим губам. Их невозможно не целовать. Не представляю, сколько бы я ещё сдерживался не приди сегодня Тим ко мне ночевать. Я намеренно ускоряю темп и усмехаюсь, когда Тим начинает стонать в поцелуй. – Вин, я почти... Я сейчас кончу. Я перехожу на бешеный темп, сдавливаю руками его пухлые ляжки. В нем так тесно и горячо. Он так приятно сдавливает мой член, я без ума от него. – Вин! Я кончаю! – младший уже не сдерживает стоны. Стонет так громко, что мне кажется он сорвал голос. И он кончил. Кончил себе на живот и откинул голову в немом стоне. – Рано радуешься, я ещё не кончил, – я отвязываю его руки от изголовья кровати, видны красные потёртости. – Что?! – Тим смотрит на меня удивлённым взглядом. – Пора отплатить папочке, – говорю я и ложусь на спину, – Залезай. Тим не стал возражать. Младший залез на меня сверху, взял мой член в руку и приставил у входа, чуть насаживаясь. Он не такой невинный, каким я себе представлял. Если бы я знал, что Тим в постели такой ахуенный, я бы давно за ним бегать начал. Он сел до самого основания и начал медленно двигаться вверх-вниз. Он рассматривает мои татуировки на ключице и на плече, проводит по ним рукой, наклоняться к соскам и начинает облизывать. Моими же методами издевается, но все же, мне это безумно нравится. Нравится, что сейчас я занимаюсь сексом с Тимом. Нравится то, что сейчас он полностью под моей властью. Нравится то, что я оставил ему засосы, за которые ему будет стыдно, а я буду восхищаться ими, потому что ему так идут засосы. Особенно мои. Мне весь Тим нравится, я понял это с самого первого дня встречи, нравится его характер, нравится его губы, которые хочется целовать и не отрываться от них, мне нравится он полностью и целиком. Я кладу руки на его ягодицы и начинаю сминать, после чего ударяю по ним и по комнате разносится звук удара по нежной коже. – Нравится? – спрашиваю я, снова мну его ягодицы, после чего очередной шлепок. – Да, – коротко отвечает Тим. – Ускорься, – прошу я, так как чувствую, как приближаюсь к разрядке. Тим начинает ускоряется, стоны становятся громче. Младший берет мою руку за запястье, подносит ко рту и начинает посасывать указательный палец. В голове лишь «пиздец-пиздец-пиздец», и этот взгляд, которым он на меня смотрит и продолжает это делать доводит меня до грани. Я считаю это незаконно. Будь я полицейским, я бы его точно арестовал. Но сперва, воспользовался бы наручниками и хорошенько бы его оттрахал. – Малыш, я кончаю, – через несколько толчков я вливаюсь в младшего. Вскоре, он кончает следом за мной, выливаясь мне на живот и падая от бессилия на меня. Я выхожу из младшего, слышу как бешено колотится его сердце, слышу его отдышку. Это было однозначно ахуенно. Как я и говорил – лучший секс в моей жизни. По-хорошему, нужно бы пойти помыться. Смотрю на часы, время полтретьего ночи. Видимо, никто из нас на первую пару не пойдёт. Перед тем как зайти в ванную комнату, вижу как младший уже укутался одеялом и отдыхает. Выхожу из ванны примерно через минут десять и слышу сопение. Видимо Тим уснул. Я аккуратно укладываю его на подушку, да ложусь рядом. Но все равно не могу уснуть. Что теперь между нами? Дружбой это не назовёшь, но и не в отношениях. Значит утром мы обсудим это вместе, а пока я буду наблюдать за этой чёрной макушкой, которая чуть торчит из под одеяла.