О внушении методом сковородки

Даламар уныло заглянул в стакан и скривился: оптимист, может, и сказал бы что-нибудь, гм, оптимистичное, но стакан не стал бы от этого чище и полнее, а дерьмовый кофе на дне – вкуснее. Быстрорастворимый порошок оставил неприятные темные комки, так и не разошедшиеся в кипятке, обещанный «три в одном» оставлял привкус жженого сахара на языке. Единственное, в чем был уверен юноша – так это в том, что стаканчик не переварится временем и за сто лет, не взирая на яркую этикетку о биоразлагаемости. Возможно, именно за этикетку он и заплатил последние деньги, но даже без такого кофе двигаться дальше было уже невозможно. Скривившись, эльф в один глоток прикончил остатки кофе, которому больше подошло бы слово «это», и, смяв стаканчик, метко запустил тот в переполненную мусорку у автомата. Скривился еще сильнее – куча едва не расползлась из урны, а сорить не хотелось. Он вообще любил чистоту. Подхватив набитую книгами сумку, поднялся с широкого края пустой клумбы. Летом, помнится, тут росли одуванчики вперемешку с чем-то декоративно-непрезентабельным (одуванчики выглядели живее и красивее, на содержимое клумбы не покушались даже влюбленные подростки), теперь же – только грязь да пожухлый сорняк в углу. Снег давным-давно должен был бы скрыть пустоту, но зима все никак не начиналась, редкие снежинки сбивались дождем, и город посерел и выцвел, оставив только цветные лоскуты вывесок. Пар-Салиан просил доставить литературу к пяти. Времени в запасе оставалось немало, но эльф не стал задерживаться у автомата. На вторую порцию той дряни, что тут звалась «кофе», денег все равно уже не было, если повезет, удастся заработать вечером, знакомая, владелица крошечной забегаловки «Утеха», обещала заплатить, если он подежурит в ночь. Если взять с собой учебники… Даламар бодро потрюхал по переулкам, старательно обходя или перепрыгивая лужи – рыжие, грязные, никакого неба там не отражалось, одни только обшарпанные стены и провода. Впрочем, небо в просветах между крыш тоже выглядело грязным. Эльф на него старался лишний раз не смотреть: споткнуться тут легче простого, а если замечтаться, особенно о родных осинках… В городе осины не росли, только березы, жирные, щербатые и короткие, как обгрызенные. Да еще в центральном парке остался валлин – громадный сморщенный пень с несколькими зелеными ростками. Ну, это они весной-летом зеленые. А раньше, говорят, эти громадные деревья небо подпирали (и кронами чистили от грязи, ну да…) Выскочив к автостраде, Эльф протиснулся в зазор в заборе и замер, ожидая просвет в потоке машин. Перейти на ту сторону можно было по переходу, который располагался так далеко и неудобно, что все несознательные и некоторые – сознательные – предпочитали рисковать. Неудобно – разворот скрывал часть дороги, но уши-то ему на что? Уж услышит, если что поедет! Хотя пока хватает и глаз, час пик, ага. Эльф с тоской покосился на виднеющуюся вдали громадину Башни – единственной в стране Академии Магии Трех Лун. Он провалил испытание дважды. Не хватило знаний, а для учебы и подготовки не хватало денег. Пар-Салиан, впрочем, позволил ему брать некоторые книги, а взамен Даламар носился по городу, выполняя мелкие (и не очень) услуги. Вот и книги теперь, забрал у кого-то из знакомых Ректора Башни (Башней звали Академию все, кому не лень). Ничего. Вот он еще поучится, и прорвется-таки на бюджет! Главное, чтобы и на общежитие хватило баллов… Мечта стать магом преследовала всю жизнь. Да не каким-то там, а сильным, могущественным, лучшим! А в идеале – найдет учителя. Это даже лучше будет: учитель ученика и содержит, и учит, и занятия все индивидуальные, и вообще – чудесно! Так, вот, вроде, и перерыв… Даламар стремительно пересек одну полосу, вторую, рванул вперед, к такому же зазору в заборе, прислушиваясь к нарастающему гулу. И не успел, всего-то ничего не успел – мотоцикл вылетел из-за угла, эльф рванулся, водитель – тоже, в сторону, но разминуться все равно не удалось, и Даламар покатился к забору, прижимая к себе ценную сумку и молясь о том, чтобы ничего не сломать. Должно быть, на какой-то миг он потерял сознание, потому что в себя пришел от пощечины – слабенькой, не злой. - Сдурел? – Хрипло каркнул какой-то юнец (эльф все еще путался в том, сколько лет людям, его раса жила долго, а эти… Пока эльфы взрослели, люди умудрялись вырасти, жениться, нарожать детей, получить внуков и благополучно умереть. Упрощенно говоря, разумеется. Этот выглядел совсем юным, хлипким и тощим, даже черная кожаная куртка объема не прибавляла. Кожа какая-то, как желтая, блестящая – жуть, и патлы белые… Красится? Да больше на седину смахивает. А вот глаз за темными очками не рассмотреть. - Эльф! Ты жив? Ты в себе? – Еще более хрипло повторил мотоциклист. Конечно, он – вон и его «машина», у забора, а Даламар, оказывается, уже на обочине, и сумка… И сумка тоже тут! Хорошо как! Ай! Даламар прижал руку к щеке и зашипел. За что? - Живой? Хорошо. Идиот! Размазало бы тебя по трассе – ушей бы не осталось! Цел? Скорую? - Не надо, - как-то он не натурально ругался. Не со злости. Тоже, небось, испугался. Даламар сел, после попытался – отвергнув не предложенную помощь – встать. Руку ему не подали, а встать не удалось – нога отозвалась болью, и Даламар скривился. Гадство! Только бы не перелом… Ай! - Просто ушиб, - констатировал мотоциклист, натягивая обратно штанину широких джинсов. На лодыжке осталось ощущение прикосновения раскаленных пальцев… Жар, что ли, у него? – Встань. Куда тебе надо было? Как-то так и вышло – Даламар теперь исполнял роль неполезного груза, обнимал горячее даже под курткой тело, а старенький крепкий мотоцикл уверенно нес его прямо к башне. Так быстро он не добирался до нее ни разу! Даже злиться на незнакомца – имени он так и не назвал, только буркнул, чтобы эльф держался крепче – не выходило. Ну, сбил… Так не смертельно же. Повезло. Что, уже приехали? Даламар сполз с железного коня и скривился. Нога еще болела, сумка больно настучала по бедру во время пути, черная толстовка ощущалась какой-то мокрой – в луже он, что ли, лежал? – а он ни поругаться, ни поблагодарить не успел – только отшатнулся, когда мотоцикл тихо заурчал и уехал прочь. Вот и все приключение. Был бы понаглее – стряс бы с мотоциклиста хотя бы денег на новый кофе, за «наезд», был бы помилее – может, ему дали бы даже на карамельки. Но эльфов, расу малочисленную и закрытую (в Столице они вообще почти не появлялись, и чужих к себе не допускали, это Даламар – отщепенец…) среди людей не слишком любили. Как и прочих. То ли дело – маги!... Конечно, были среди них те, от чьего имени дрожь пробирает. Вот хотя бы Маджере. Черный маг, от которого в ужасе все три ложи, жил в Башне и, поговаривали, владел ею, впустив туда Академию только после долгих уговоров. Мол, верхние этажи – это его… Даламар там не был, а лифт не имел нужных кнопок. Зато о деяниях его говорили так и столько, что эльф туда бы добровольно не сунулся. Вряд ли Рейстлин Маджере в самом деле хоть раз сталкивался с Богиней Тьмы, но поговаривали… Ай, все это сплетни. Но ведь не на пустом же месте они возникли, да? Перехватив сумку поудобнее, эльф отправился в Пар-Салиану, вручать книги. И надо взять учебник по темным защитным плетениям, подежурить ночь – не проблема, район хоть и бедный, но достаточно благополучный… А так и место, и тепло, и чай там точно можно будет пить спокойно.